Мёртвая душа и тело

POV Маркус ‌      Справиться со стометровкой труда не составило. Не зря же я до изнеможения бегал каждое утро и вечер? Подтягивания и отжимания дались чуть тяжелее, но тоже на достойном уровне. Как я и ожидал, среди омег я лидировал. Лёгкое чувство превосходства закопошилось под рёбрами, в районе солнечного сплетения, заставляя расправить спину и задрать нос. От мыслей об этом меня потряхивало. С трудом удерживал себя на месте, что бы не начать подпрыгивать и хлопать в ладоши. За альфами было не угнаться, но мои результаты были близки. На стометровке даже обошел парочку особо щуплых, после чего заметил на себе задумчивый взгляд Хоука Оддена. Его то показатели были выше всех похвал. Он и ещё пара друзей делили первые места по всем экзаменационным дисциплинам. Круче некуда, не будь он таким мудаком в жизни. Вспомнив этот занятный факт, восхищаться результатами и вообще смотреть в его сторону резко перехотелось. Зазнается ещё.       К обеду совсем распогодилось. Становилось жарковато. Предстояло самое сложное испытание — забег на 3000 метров. Требования ко всем были одинаковые, и если кто-то посчитает это несправедливым, мол, омеге можно было и расстояние уменьшить, и количество отжиманий. Но суровая правда такова, что в космосе и на других планетах, неизведанных и которые ещё даже не открыли, никто не будет спрашивать твой пол. Испытания там будут суровые и одинаковые для всех, на грани выживания. Поблажек дикая природа не сделает. Я это понимал, поэтому возмущенные стоны нежных парнишек, с которыми нужно было сдавать экзамен, меня несколько подбешивали. Хотелось даже примкнуть к рядам альф, но это до первого шлепка по заднице. Чёртовы сексисты!       Совсем забыл, что меня то они за такого же парня то и не считают, для них я слабый пол. Обидно не было. Мне было неуютно, когда внимания ко мне становилось много. Феромоны у них такие что ли? Подавляли и заставляли отводить взгляд. Из-за врождённой упёртости старался смотреть прямо в глаза. Легче стало, когда на особо зарвавшихся рыкнул Хоук. Он что-то им выговаривал, а потом в числе первых погнал всех на старт. Дышать стало значительно легче. Компашка стартовавших альф обогнала меня к концу первого круга, Хоука среди них не было. Один из его дружков развернулся и побежал спиной вперёд, подмигивая мне:       — Хоук, бро, ты там на задницу своего бывшего залип? — вроде не в мой адрес слова, но краска к лицу прилила, а когда почти у самого уха раздался голос Оддена, так вообще до макушки покраснел.       — А ты смотри вперёд, а не на задницы. А то не дойдешь до финиша, запнёшься за свой член. Доставай тебя потом из кустов!       — Ну, с такими милашками я готов и в кустах экзамен сдавать! — он заржал на весь стадион и припустил вперёд.       Он что серьёзно бежал все это время позади меня? Стыдно то как, только за что понять не смог. Выдохнул с облегчением, лишь когда Хоук пробежал мимо, бросая в мою сторону лишь мимолётный, нечитаемый взгляд и обгоняя друзей. Казалось, я и не дышал вовсе с того момента, как услышал позади его голос. Ещё пара кругов сходила краска с лица.       На финише мой таймер показал не лучший результат, но больше, чем нужно для зачёта. Дышать было тяжело, воздух сильно раскалился. Мышцы гудели и слегка подкашивались коленки. Присесть отдохнуть была заманчивая идея, к тому же остальные омеги буквально лежали на лавочках и асфальте. От пота футболка прилипала к телу и хотелось её снять. Но я всё же нашел остатки сил, что бы просто походить, восстанавливая дыхание и попить водички, проливая часть на себя. Глотнув немного, почувствовал, как по подбородку и шее стекают струйки, скрываясь за воротом.       Живительная влага… Как мне было хорошо… Даже зажмурился, встряхивая волосы, чтобы их немного подсушить, так сильно вспотел.       Спокойствие и умиротворение овладело мной ровно до того момента, как я открыл глаза и встретился взглядом со своим личным уже почти наваждением. Хоук хмурился и о чем—то явно задумался, потому что его уже не в первый раз пытался окликнуть друг. Через силу отведя взгляд, я побрёл в сторону скамеек, где отдыхали другие парни.       Экзамен окончен, я явно справился достаточно хорошо, что бы не возникло проблем, можно и домой идти. Попрощавшись с Джеки, ещё один омега, поступающий в академию. Его результаты намного скромнее моих, почти что на грани, но он показался мне очень упёртым и дружелюбным. Единственный из омег, кто заговорил со мной и даже искренне порадовался моим результатам, когда я обогнал его на стометровке. Чем—то он напомнил мне Молли. Только не могу понять, чем, непослушными кудряшками или своей искренней улыбкой? Как она там поживает?.. Не могу объяснить почему, но считал, что они все: и Молли, и родители где-то есть. Они живы и здоровы, просто я к ним попасть уже не смогу.       Добравшись домой, без сил рухнул на кровать и уснул. Так переживал, что не сдам, хоть и готовился как проклятый. Сил совсем не осталось. Снилось что-то из детских воспоминаний Маркуса. Как он с папой жил на богом забытой тропической планете, где было полно насекомых. Однажды Маркуса укусил какой-то кровососущий, размером с маленького земного хомяка, и он чуть не умер, такая сильная аллергическая реакция была. Эммет после этого решил переехать на другую планету, и ему как раз предложили длительную командировку на родной планете, на Антаресе-7. Я уже знал, что она находится на расстоянии 600 световых лет от Земли. Планета с приятным климатом, на которой не бывает снегов и морозов. Сюда приезжают учиться в академию и доживать свои деньки старые вояки. Как оказалось, военная база была не совсем действующая, скорее как пансион. Приезжали поправить здоровье ветераны космофлота.       Эммет очень любил Маркуса и в его воспоминания о папе всегда были очень тёплыми. Эти чувства немного помогали справиться с невозможностью увидеть своих родителей. Возможно, из-за этих радостных моментов и ощущений будто всё это было со мной, я начал называть его папой. Пришлось серьёзно это обдумать и примириться с тем фактом, что папа мой совсем другой человек. Но всё же предательством я это считать не мог. Сейчас он был единственным после меня самого, на кого я мог в большей степени положиться. Интересно, был ли Эммет в курсе травли, что обрушилась на его сына? Вряд ли, иначе я знал бы об этом из тех же воспоминаний.       Пробуждение в этот раз было тяжёлое, хотелось ещё полежать в кровати, растянувшись, как звезда. В полудрёме я почувствовал лёгкие поглаживания по плечу и тихий голос:       — Маркус… Маркус вставай…       — Хмм… па… так не охота…       — Потом ночью не будешь спать. Ты столько налаживал режим! К тому же мне нужно ехать на работу. Я хотел тебя кое о чём попросить, — мельком бросил взгляд на его наряд и заметил, что он одет в серый костюм, который я в его гардеробе однозначно не видел раньше и возле кровати стоит пакет.       — Тут кое-что из вещей. Ты сможешь унести этот пакет мистеру Сэвику? Ты помнишь его? Он живёт на двадцать шестой улице, если через парк идти, то совсем недалеко, — он заправил прядь за ухо и как-то покраснел, заметив, что я его разглядываю, — Я и сам бы унёс, но меня вдруг вызвали… и…       — Я помню мистера Сэвика, а ты точно по работе идёшь? Ты как-то… сияешь?       Ну вот, вогнал Эммета в краску. Таким пунцовым я его ещё не видел. Он комкал край одеяла в руках и, кажется, готов был провалиться под землю.       — Это не то, что ты подумал… Меня, правда, вызвали по работе. Просто мероприятие будет несколько… В общем, банкет со спонсорами. Неподалёку хотят открыть горячие источники, и новый шеф пригласил меня тоже поприсутствовать на подписании, — он резко встал, поправляя пиджак, под которым виднелась шёлковая молочная рубашка, — Как я выгляжу? Сто лет не ходил на такие мероприятия.       Новый шеф, по словам Эммета, был недурен собой и, похоже, оказывал ему знаки внимания, поэтому я с искренней улыбкой обнял его и уверил, что он затмит там всех других омег. Спина и плечи под моими ладонями чуть подрагивали, таким взволнованным я его ещё не видел. Поцеловав в лоб на прощание, он убежал, оставляя меня наедине с пакетом… который нужно было отнести мистеру Сэвику.       Сэвик был ветераном, нёс службу на дальних рубежах, летал даже до внешних орбит системы. Но это раньше, сейчас он был просто добрым стариком, за которым приглядывал Эммет. Он был одиноким альфой, совсем скоро ему исполнится восемьдесят шесть. У него был муж, но он умер до того, как Эммета сюда командировали.       За последний месяц я прихожу к нему уже в третий раз. С ним очень интересно поговорить. А ещё он сам печёт по рецептам своего мужа. Он говорит, что так оживляет память о нём, пользуясь его рецептами, готовя и угощая вкусностями других. Выпечка очень напоминает вкусом земную, только из местных продуктов. Вот и сегодня он угостил меня травяным настоем и пирожком с какой-то красной, чуть сладковатой пастой.       — Как твой экзамен, сынок? — Он отложил пакет, наливая себе того же напитка с травами.       — Не плохо, пробежал стометровку за тринадцать с половиной! — меня переполняла гордость собой, и было с чего столько работы над телом, я своё собственное быстрее в форму привёл бы.       — А шипастый Гарб бегает сотню за двенадцать! И это ещё не в период гона!       — Так этот Гарб почти истреблён, шанс его встретить очень мал!       — Я знаю, знаю… Ты молодец, что не сдаёшься. Омеги редко поступают в академию, а вашей соображалки порой ой как не хватает придуркам с железными мышцами! — он похлопал меня по плечу, садясь напротив в кресло. Мы сидели на террасе его дома, и перед нами небо, что ещё немного освещалось у самой кромки горизонта. Ещё немного и совсем стемнеет.       — Ты решил, какое направление выбрать? Может, всё-таки в медицину?..       — Ну уж нет… Георазведка, хочу… открывать новые планеты на дальних рубежах, — я не отрывал взгляд от звёзд, что начинали зажигаться на небе, подмигивая, словно манили к себе.       — Это очень опасная работа… Много разведывательных отрядов в моё время пропадали без вести на диких планетах, — он нахмурился, подгружаясь в воспоминания, — звёзды не так приветливы, как кажется отсюда.       Альфа прав, как ни кто. Звёзды куда холодней, чем кажутся издали и опасностей таят множество. Никто не отправит молодняк в гущу событий, впереди несколько не самых интересных лет учёбы и работы на побегушках, но я к этому готов.       — Очень хочется верить, что моё призвание не сидеть на одном месте, копаясь в бумажках или составляя отчёты, — и тише, уже только себе добавил, — даже больше, я в этом уверен.       Не для того мне дали шанс пожить ещё, чтобы упустить возможность побывать в космосе. Пусть сейчас для меня любая планета будет новой и неизведанной, даже эта, на которой я заметно истоптал на пробежках, но сидеть сложа руки я не хотел.       Возвращался я домой через тот же парк, когда было уже совсем темно. Тропинка вывела меня к озеру, и его гладь была так заманчива, что захотелось искупнуться. В такой час в парке уже редко прогуливались, и увиденным быть я не боялся. Скинув футболку и кроссовки, в одних шортах я зашёл в воду. По ногам вверх и дальше по спине тут же побежали мурашки, даже не смотря на жару в озере вода была прохладней из-за ключей, что били в глубине.       Вода обволакивала и успокаивала своей безмятежностью, забирая усталость. Как будто обволакивает и утягивает в пузырь без бед и проблем, закрывая от всех. Нырнув пару раз и почувствовав, что начинаю замерзать, я направился к берегу.       Вода определенно освежила. Вокруг была тишь, не хватало стрекотания сверчков, как на Земле. Но здесь были свои ночные жители: небольшие ящерки расправляли перепонки на шее и ими издавали вибрирующие звуки. Но, похоже, они ещё не проснулись. Стоило надеть кроссовки, как за спиной раздался какой-то шум. Преступность, конечно, здесь не процветала, но мало ли кого занесло в парк. По спине пробежался холодок.       Подрагивая уже не только он холода, но и начинавших накаляться нервов, я надел футболку и неслышно двинулся к дорожке, что освещалась фонарями. Сделав шаг на дорожку, заметил довольно крупного мужчину, лежащего на лавочке. Его лицо скрывал капюшон толстовки, но я узнал шорты, в которых не дальше, чем сегодня днем, щеголял Хоук Одден.       Тело расслабилось от понимания того, что это всё же не маньяк. Хотя кто его знает… Я невольно прыснул в кулак, картина была забавная, он лежал на боку, старательно пряча лицо в капюшон и стараясь не дышать.       — Прилег отдохнуть, Одден? — хотелось сказать мягче, но получилось крайне колко и ядовито.       До моего слуха донёсся обречённый вздох, и лежащая фигура выпрямилась, сев на лавочку. Видно, быть раскрытым он не горел желанием. Капюшон медленно сполз с лица, подтверждая мою догадку о скрывающейся личности. Альфы, такие как он, конечно, редко краснеют, но румянец сейчас сделал бы его личико милее. Карие глаза Хоука в темноте парка казались почти черными.       — Я… Думал, пройдешь мимо.       Так он не хотел со мной встречаться, поэтому прикидывался трупом? Свинство… настроение сразу испортилось.       — Ну, прости, не все бывает, как ты хочешь!       Я развернулся, чтобы уйти, но в спину меня догнали его слова, сказанные не то с сарказмом, не то с сожалением: — Да, зато ты делаешь все, что хочешь, не думая о других!       Я самую малость охуел от такого заявления. Когда я повернулся, он стоял, скрестив руки, желваки ходили ходуном, выдавая раздражение.       — Не я, как последний мудак, испортил жизнь своему парню! — шаг на встречу, и мой воинственный вид явно не вписывались в образ Маркуса, которого знал Хоук. Он чуть приподнял брови и открыл было рот, что бы сказать что-то в ответ, но я был быстрее. — И не я изменял партнеру, пока тот был в отъезде! — не хотел повышать голос, но воспоминания о состоянии Маркуса в тот день ещё были свежи и само собой получилось, что я почти кричал на Хоука. Наверно, это во мне говорил Маркус, а я не я сам. Во мне Хоук не будил никаких сильных чувств, разве что был приятен его запах и неприятны картины их последнего разговора.       — Я не изменял, — по лицу было видно, он понял, что речь шла о том видеозвонке, когда он лежал в обнимку с той блядью, завернутой в простыни. — Я был пьян… И не помню, как он оказался в доме, — он вздохнул, как будто его заставили признаваться в чем-то постыдном.       — К тому же ты нашелся, чем ответить. Хотя от выложенных тобою фото моя репутация не пострадала.       На его словах меня не хило так заклинило. Я обратился к своим чертогам разума, выискивая в них воспоминания о том случае с фото и точно знаю, что это не дело рук Маркуса.       Видимо, я надолго выпал из реальности, потому что Хоук двинулся по дорожке в ту же сторону, что и я собирался уходить до этого.       — Он не… То есть я… Не выставлял фото!       — Что ты там бормочешь, Маркус?!       Видимо, я сказал слишком тихо для нового меня, раз он не расслышал. Меня одолевали странные чувства, вроде бы и не я был с ним в отношениях, но расхлёбывать последствия их обоюдного долбоёбства приходится мне.       — Я не выкладывал те фото, это сделал ты!       — Ты совсем головой поехал?! — в два шага преодолев расстояние, Хоук сгреб в кулак ворот футболки, заставляя меня встать на цыпочки.       — На хрена мне это? — недоумевал он.       — Ты мне скажи! Скажешь и два месяца игнора сообщений не было? — я прищурился, сверля его взглядом, не подавая вида, что стоять на носочках мне совсем удобно.       — Не было! Это ты не отвечал… — все-таки альфы не такие тупоголовые. Кажется, у него тоже начала складываться картинка, и он разжал свой пудовый кулак, отпуская меня и задумываясь над словами. Глаза бегали, Оден что-то лихорадочно обдумывал.       — Те фото… Их разместили на анонимном хостинге. Но я был уверен, что это ты, у кого ещё они могли быть, кроме нас?       — Не хочу знать, того дерьма, что пришлось есть столовой ложкой, мне хватило на всю жизнь и больше не хочется в это окунаться, — поправив одежду, ответил я. — Прошло много времени, у меня другая жизнь, советую и тебе переключиться на учёбу! — похлопав его по плечу, я лёгким бегом двинулся в сторону дома, оставляя альфу позади. Похоже, кто-то подсуетился, чтобы Хоук и Маркус расстались. Противостоять ещё и чьим-то заговорам и козням я точно не в ресурсе. Ну, этого Хоука Оддена. Сейчас самое важное выучиться, у меня в этом вопросе, кажется, самая высокая мотивация, потому что в этом мире я, как не крути, один. Есть ещё, конечно, Эммет, но то, как я устроюсь в жизни и исполню ли детскую мечту разведать космос, зависит только от меня самого, и ближайшее время альфы в мои планы не входят. Хорошо, что прояснилась ситуация, и Хоук в свете новых событий вряд ли будет строить мне козни или, как тогда в коридоре, таранить плечом со всей дури, но большего сближения допускать не стоит.       У меня ведь это получится?