RevelationS

***

      — Чан, слушай, а ты не знаешь, что происходит с Феликсом и Хёнджином?       Я отлип от ноутбука и поднял усталый взгляд на Хана, который держал в руках кружку с квоккой.       Я всегда хорошо относился ко всем работникам нашего бюро. Старался относиться должным образом. Но Джисон... Было в нём что-то такое тёмное, что-то неправильное, настораживающее. Когда-то давно, как только я устроился сюда, мы были лучшими друзьями. Вернее, нас было трое: я, Джисон и Чанбин.       Но с появлением Минхо что-то изменилось. Джисон стал другим. Я никак не мог разгадать, что за давление он оказал на него, но Хан стал приобретать черты ему не свойственные. И более странная из них - ему было интересно всё и обо всех.       Поэтому по пятницам мы молились, чтобы он не пошел с нами. Он, кстати, и не ходил. Он вечно был в компании своего Минхо. Отдалился от меня и Чанбина. Да, нам было грустно. Бин даже как-то попытался поговорить с ним, выяснить, что происходит. Но тот отнекивался, говоря, что просто не находит совместные посиделки интересными. Якобы, расставил свои приоритеты в пользу своей собственной жизни.       — Феликс и Хёнджин? О чём ты? Что там происходит?       — Я так понял, он же твой парень. Так почему домой его возит Хёнджин? Ему же совершенно в другую сторону. Разве нет?       — Слушай, Хан, — я начал не на шутку злиться.       Больше всего ему было интересно, разумеется, кто с кем спит. При всём этом сам он не распространялся о своей личной жизни и никого туда не впускал. Естественно. Такие как он всегда так делают.       Но я прекрасно был осведомлён о положении «дел семейных» у этого парня. Я знал, кто был в него влюблен, знал с кем живёт, и знал, с кем он своему «домочадцу» изменял.       Знал, но молчал. Потому что, в отличие от него, я в чужом белье копаться не любил. Уж тем более не устраивал пересуды. Это не моего ума дела. Информация сама приплывала ко мне. Даже когда я в ней не нуждался.       Возможно за сохранение тайн меня и любили.       Что касается Хана. Он выполнял мелкие поручения того, к кому был приставлен (с кем, собственно и жил)       Проверял заявления на корректность введённых персональных данных, часто делал уточняющие звонки, чтобы понимать, на каком статусе то или иное дело. Иногда сам подавал заявления. Но не такие серьёзные, простенькие.       Не могу сказать, что он был бесполезным парнем. Его работа была не менее ответственна, чем остальных членов команды. От того и казалось странным, откуда у него было лишнее время для обмывания костей.       Жил он, непосредственно, с Ли Минхо.       Минхо вёл очень серьёзные и сложные дела, поэтому Джисон так был ему нужен. Он буквально зашивался на работе, мало с кем говорил. Ты узнаёшь Минхо только по пятницам, пусть он и являлся редким гостем на таких мероприятиях, но в моменты этих мелких «междусобойчиков» он раскрывался совсем в другом свете. С ним всегда весело, не важно, сколько он выпил. Он был не только первоклассным юристом в своём направлении, но и любящим хозяином трёх кошек. Все те, кто никак не мог запомнить их имена, получали пожизненный бан парня.       Меня эта участь обошла, я запомнил всех почти сразу.       Минхо очень часто тонул в переработках. Возможно поэтому Джисон стал «захаживать» на другую сторону. Но сколько бы я ни пытался его понять, это было слишком сложно.       — Во-первых, Феликс - не мой парень. Он мой лучший друг. Живем мы вместе для его и моего спокойствия. У них с Хёнджином ничего нет, а если бы даже и было, не твоего это ума дело, знаешь? — я закрыл ноутбук и стал собираться домой.       — Но у них ничего и не может быть, - склонив голову на бок, продолжал рассуждать Сон, — Один из них, как минимум, женат и, как максимум, успел обзавестись ребёнком. Просто очень интересно, как это он, просто по доброте душевной, возит парня почти на другой конец города. Интересно, а знает ли его супруга, почему на самом деле муж задерживается или всё-таки сейчас он не задерживается? Они то разговаривают друг с другом, то нет... Как-то непонятно, — он как-то противно хихикнул. Или же мне просто это показалось, потому что я просто был взбешён.       — Слушай, ты! — я молниеносно подлетел к парню и вжал его в стену за грудки, — Закрой свой поганый рот. И не смей при мне же, каким-либо образом, опускать моего друга. Всё то, что происходит за стенами этого офиса, волновать тебя должно в последнюю очередь. Любишь таскаться с бумажками по первому слову своего главнокомандующего, вот и таскайся с ними молча. Не стоит быть рассадником непонятных разговоров, Джисон. За это может полететь твоя голова.       Я был настолько в ярости, что представлял, как хрустит его шея. Как он умоляет остановиться и перестать его бить. Ещё никогда так яростно не охватывало меня желание ударить человека. Не считая Хвана, конечно.       Тот лишь посмотрел на расположение моих рук, но сопротивляться не стал. Ядовито прошептал мне в лицо:       — Ооо, какой злой Крис. А точно ли друга ты защищаешь? Я так понимаю, ты бы и сам был не против прокатить Феликса. И я сейчас не о твоей машине, ааа?       Пелена застлала мне глаза. Я был готов замахнуться и размозжить об стену. Настолько меня переклинило. Каждое слово из этого рта вышибало в моей голове всё то разумное, что в ней оставалось.       — Если между ними и правда ничего нет, тогда завтра Феликса подвезу я, ты не против? — он закусил губу, всем своим существом показывая, что он действительно готов принять удар в челюсть. Держаться больше я не мог и замахнулся.       — И что у вас тут происходит? — Минхо стоял в дверях, скрещивая руки на груди. Уж не знаю, был ли он в курсе, с каким исщадиям ада он живет, что он вообще о себе и их отношениях думает, если это можно назвать адекватными отношениями.       На самом деле, Минхо не сильно уступал мне по комплекции и, если бы захотел, я даже не могу представить, кто бы нас разнимал, чтобы это прекратить. В этом я был уверен точно. Минхо был силён не только мозгом, но и телом.       — Ничего, Минхо, — смотря на меня, начал Хан, — Крис хотел посмотреть бирку на моей рубашке, чтобы узнать, где же я её купил. Но он уже уходит. Верно? — глаза будто отливали змеиным цветом. Я отпустил его рубашку и, коротко кивнув, двинулся в сторону выхода.       Проходя мимо Минхо, я остановился, равняясь с ним линией плеч:       — Следите за своими помощниками, Ли Минхо, совсем не следят за модой.       И я просто оставил их там, потому что более не хотел ничего слышать и никого видеть.       Только одно лицо я мог воспринимать с теплотой каждый день. И сейчас это лицо где-то проводило свои счастливые часы с объектом обожаний.       И я даже не хотел представлять, чем они могли заниматься.       Я знал только одно: Хёнджин начинал меня бесить ещё больше.

***

      Эти двое действительно прекратили своё общение. Также резко, как и начали.       Этот ублюдок Хан Джисон подготовил всё на поле боя.       Он знал, как манипулировать людьми. В этом дерьме он был мастер.       А ещё он знал Со Чанбина. Того, что юрист по уголовному праву. Я до сих пор не могу поверить, что для своих грязных нужд он выбрал именно его, а тот ещё и охотно на это повёлся.       Друзья.       Если у Хана была навязчивая идея, он был готов извернуться и сделать всё, чтобы свершилось именно так, как тому угодно.       В войне все средства хороши. И возможно именно поэтому эта крыса никогда не марала именно свои руки, предпочитая пачкать чужие. Ведь если поймают, он как бы не при делах, верно?       Что весьма удобно. В этой ситуации действительно никто бы не разбирался, на привычном нам всем юридическом уровне.       В тот день нам всем было не до юриспруденции.