Сказание о Сириусе: Принц-полукровка

К тому времени, как люди пошли проверять колодезный домик, наше трио давно забрало своё оружие и скрылось. Их временным убежищем стала маленькая хижина на самом краю деревни. Не было сомнений, что рано или поздно деревенские их здесь найдут, но что-то подсказывало Элизабет, что Сириусу на это было совершенно наплевать. Закончив свою короткую разведку вокруг территории, девушка подняла глаза к небу. Тучи сгущались над ними с каждой новой секундой. Дождь так и норовился вырваться наружу. — Да уж, ну и погодка. — пробормотала она себе под нос, заходя внутрь хижины, — Периметр чист. Сириус кивнул и повернул к старику. — Давай уже, старик. — сказал он ровным голосом. — Говори нам кто ты и расскажи нам про Макото. — Да, она нас из-за этого… Как там его? — Мидзутама. — ответил Нараку девушке. — Точно! Чего она так на нём помешалась? И зачем заперла нас? — спросила Элизабет. Некоторое время старик молча смотрел на пол, пока он не пал ниц перед ними. — Я был старейшиной этой деревни. А Макото — моя дочь… — ответил он. — Старейшина, значит… — задумчиво протянула Элизабет. — А чего это тебя тогда посадили в ту дырень? Да ещё и в клетку… — Умоляю! — вскочил старик. — Умоляю вас, молодой воин! Госпожа лучница! Господин целитель! Я умоляю: спасите нашу деревню! Нараку засмеялся. — С чего бы нам спасать вашу деревушку? У вас, как я погляжу, не так уж всё и прискорбно. — ответил он. — А вот у моего друга с твоей дочкой есть свои личные счёты. Элизабет вопросительно посмотрела на собаку-ханью, когда тот слегка выступил вперёд и сложил руки на груди. — Видимо, всех, кто видел того духа, она запирала в колодезном домике, отдавая на съедение тому чудищу. Сириус подошёл поближе к старику и слегка наклонился к нему. — Ведь мертвецы не рассказывают сказки… — его взгляд стал более суровым, когда он заметил, как старик вздрогнул, — Она боится, что Мидзутама им что-то расскажет, я прав?

***

Чудовище вылезло из секретного лаза, которое привело её в тронный зал госпожи Макото. Оно медленно ползло в её сторону, еле перебирая ручками, и хныкало что-то невнятное. — Тише, тише, дитя моё… — ласково обратилась она к чудовищу. — Подойди ко мне. Ещё чуть-чуть. Чудовище устроилось возле её колен. Макото протянула руку к стреле в глазу монстра и одним резким движением сразу вырвала её. Существо взвыло от боли, и женщина начала тихо убаюкивать своего «малыша», лаская его. — Однако, это было неожиданно… — говорила она. — Откуда у этого щенка взялась Тессайга? Неужели он является тем самым юношей, что уничтожил солдат его величества у сожженного храма? И кто была эта девчонка рядом с ним? Неужели это?.. Это она. — Госпожа Макото! — закричал один из крестьян за сёдзи. — Пленники! Они сбежали! — Ищите. — тихо ответила Макото, и продолжила уже громче, — Отправьте всех на поиски! ЧТОБ ПОД КАЖДЫЙ КАМЕНЬ ЗАГЛЯНУЛИ, А ЭТИХ МЕРЗАВЦЕВ КО МНЕ ПРИТАЩИЛИ!

***

— Макото… Всегда жила без забот. — начал рассказывать старейшина. — Её все так любили, словно она была богиней. И знали её от крестьян до самурайских вассалов. Мы собирали богатый урожай, в изобилии питались рыбой… Больше ни у кого не было такого благоденствия. Наша деревня процветала! — Погодите, а мы точно про одну и ту же деревню говорим? — внезапно спросила Элизабет. — Потому что, уж простите меня за мой французский, но эта жопа мира не выглядит как процветающая деревня. Сириус шикнул на неё, и Элизабет тут же замолчала, давая старику продолжить свой рассказ. — Но вскоре… Всё изменилось… Макото, моя дорогая дочка, начала слепнуть от собственной славы. Она стала подбивать молодых людей на азартные игры. До меня даже доходили слухи, что она… Торговала людьми в соседних сёлах. И вскоре… Она и меня — своего отца, — перестала слушаться. И тогда… — Она заперла вас в той клетке. — закончил за старика Нараку. — Всё ясно. Видимо в неё вселился очень могущественный ёкай. — Как это так? — спросила Элизабет. — Они обожают людские пороки. Алчность, зависть, лживость, трусость… Всё это словно цветочный нектар, а они — пчёлы. — А вы этих гадин, как облупленных знаете, Нараку-сама. — Хе-хе-хе. Да вот водил с ними немного делишек в своих предыдущих жизнях. Сириус взглянул из-под ресниц на старика. — Так что же было дальше? — Да-да… И вот однажды на нашу богатую деревню напало чудовище. Оно похитило все наши деньги и уничтожило всё, к чему могло прикоснуться. — Это было то самое чудище, что напало на нас в колодезном домике?! — удивилась Элизабет. — Девка, умолкни. Ты больно шумная. Элизабет развернулась к принцу и высунула ему язык. — Но вскоре Макото отдала им свои деньги. Те, что смогла скопить за это время, и помогла людям встать на ноги. — сказал старик. — И что, прям на всю деревню хватило? — спросила девушка. — Дедуль, ты ж её отец! Откуда у неё такие деньги? — Я… Я не знаю. Мне было стыдно их принимать, но выбора у меня не было. — признался он. — Эти деньги помогли селянам. Они вернули им волю к жизни, и люди снова принялись работать как раньше. Но чудовище снова вернулось и забрало все накопленные деньги. И это продолжается уже который порочный круг. Люди трудятся в поте лица, чтобы в итоге их снова ограбили. А Макото снова отдаёт свои деньги, чтобы люди вернулись к работе. Люди даже хотели бросить всё и бежать с этих земель, но Макото заверила их, что эта деревня — наш дом. Наша родина. И надо беречь её пуще прежнего. После своего рассказа, старик сделал короткую паузу и снова склонился перед троицей. — Когда-нибудь Макото подчинит тут всё… Она уже и других богатых крестьян переманивает на свою сторону. И что-то мне подсказывает, что то чудище слушается только её… — Вот оно как. Интересно, почему она вас оставила в живых. Неужели в ней ещё осталось капля человечности… — рассуждал Нараку, потирая подбородок. — Хорошо. Все присутствующие тут же посмотрели на Сириуса. Он стоял ровно. Высоко. Его левая рука покоилась на рукояти Тессайги. — Я убью эту тварь. Может, тогда деревня и спасётся. — гордо заявил он с поднятой головой. — Но! Спасти вашу дочь — это выше моих сил. Этот ёкай слился с ней в единое целое, и единственный способ спасти её — убить. Вы это понимаете? Старик ему ничего не ответил. Он по прежнему склонился перед Сириусом. И тут Сириус заметил, что стало тихо. Слишком тихо. Оглядевшись, он заметил, что кое-кого не хватает. — Куда подевалась эта девка? — спросил Сириус, через его тон проскользнула нотка беспокойства, что заставило Нараку хихикнуть. — Девушка уже давно убежала на разведку. — с улыбкой ответил Нараку. — Вот дура! — выругался Сириус. — Когда я до неё доберусь, то… — Ты волнуешься за неё, не так ли? — внезапно спросил Нараку, его улыбка стала ещё шире, — С тех пор, как ты на неё наткнулся, то стал больше походить на человека. Верно я говорю, Сириус? — Отстань от меня… — сквозь зубы проговорил юный ханью. Собачьи уши ханью дёрнулись в сторону двери. Его тонкий слух уловил звук шагов и крики толпы в далеке. — Они здесь! — закричал кто-то из жителей деревни, когда они ворвались внутрь, но они тут же остановились, когда им на глаза попался старейшина. — Ой… Да это же старейшина. Живой! — Но как это возможно? Разве госпожа Макото не похоронила его? — Вы хотели знать, что сказал мне Мидзутама? Крестьяне остановили свои рассуждения, мюи посмотрели на юношу. Сириус повернулся к ним лицом, на его губах играла озорная улыбка. — Пойдём те же. Я покажу вам кое-что интересное.

***

Элизабет осторожно выглянула из-за дерева, осматривая периметр. Вход в особняк никто не охранял, что поначалу немного смутило девушку, но она решила списать это на то, что госпожа Макото спустила на них ВСЮ деревню, включая свою охрану. Не теряя не секунды более, Элизабет устремилась вперёд. Пробегая по длинным коридорам на цыпочках, она осторожно заглядывала в каждую возможную комнату, которая попадалась ей на пути. Видимо, у этой Макото и вправду сокрыта куча денег, раз она может позволить себе такой дом, да ещё и поддерживать деревню. Вскоре ноги её привели к знакомому коридору и не менее знакомому входу в тронный зал. Элизабет слегка раздвинула сёдзи и заглянула внутрь. Никого не было, так что она спокойно зашла в комнату. — Интересно, где же её комната? — вслух поинтересовалась девушка. Вдруг ей что-то упала на плечо. Элизабет слегка дёрнулась от контакта, но смогла удержать вскрик. Она провела рукой по своему плечу, счищая странную жидкость. Она была очень скользкая и липкая, словно это были… «Слюни!» — внезапно осознала она и посмотрела вверх. Там, на балках, висело то самое огромное чудовище. Его глаза были полуприкрыты, но у Элизабет не было никаких сомнений, что оно её видит. Рядом с ним на потолке спиной вниз находилась фигура госпожи Макото. Её голова развернулась на все сто восемьдесят градусов, и её красные глаза уставились прямо на девушку, её губы изогнулись в кривой усмешке. Элизабет парализовал страх…

***

К тому времени, как компания из двух ханью и всей деревенской рати добралась до бамбукового леса, уже начал идти дождь. — Эм, господин воин, а вы точно уверены, что призрак указал вам именно это место? — неуверенно спросил деревенский. — Старейшина сказал доверять вам, но… Внезапно Сириус встал, и все жители тут же напряглись. Он вывел их в более просторную часть леса, свободную от бамбука, где их уже ждал призрак Мидзутамы. Одна часть жителей уже хотела бежать, другая — готовилась идти в атаку на духа. — Да успокойтесь вы, деревенщина! — успокоил их Нараку. — Этот дух совершенно безобиден. Он же нас по делу звал. Сириус выступил вперёд, встав прямо напротив духа. — Покажи нам. И дух повиновался. Он поднял руку и вздувшимся синим пальцем указал на землю под собой, после чего начал потихоньку испаряться, пока не исчез полностью. — Ч-Что это было? — озвучил всеобщий вопрос один из людей. — А это, дорогие жители деревни, вам сигнал, чтобы вы начали копать. — ответил Нараку. — Что? А что копаем? Кости, что ли? — Не, — посмеялся паук-ханью. — Счастье ваше. Люди начали вскапывать то место, куда им указал призрак. Кто-то работал лопатами, а кто-то — вилами или мотыгами. И копали они, пока при очередном ударе инструментов по земле не послышался лязг, словно ударили по чему-то железному. Все застыли, но только до некоторых дошло, зачем их сюда привели. Они ринулись докапывать землю руками, уже понимая, что скрывает эта земля. — Золото! — закричали жители. — Наше золото! Все тут же начали радовать, плясать и благодарить Сириуса и Нараку за их работу. Но оба ханью понимали, что их работа была ещё далеко от завершения. — Н-Но… Что это был тогда за дух? — спросил один любопытный житель. — Мидзутама? Да дух покойного это. — ответил Нараку. — Он, похоже, увидел, куда монстр загребает все украденные деньги. Вот его и утопили, но дух его остался непреклонен. Он бродил по этим землям в надежде, что кто-то последует за ним сюда. И вот теперь, когда мы откопали украденное золото и вернули его законным владельцам, то теперь дух может покоится с миром. — Но зачем госпоже Макото ловить тех, кто его видел? У неё же самой денег не считано! — А вы думали, что она хотела что-то узнать, а не скрыть правду? — сурово спросил Нараку, прежде чем обратить внимание, что Сириус как-то не спокоен, — Всё ещё волнуешься за Элизабет? — Да ничего я не!.. — хотел было возразить юноша, но осёкся, когда его нос и уши уловили чьё-то чужое присутствие. Сразу из леса на них, словно копья, полетели сломанные бамбуковые деревья. Сириус и Нараку еле успели оттолкнуть от опасности жителей и спастись сами. Тяжёлыми шагами на них из леса вышло то самое чудище. Деревья расходились, гнулись и ломались пока он пытался пролезть сквозь них. — Э-Э-Это оно! То чудовище! — завопили крестьяне. — А приглядитесь-ка получше. — сказал им Нараку. На спине того монстра стояла госпожа Макото. Только от белоснежной красавицы не осталось ни следа. Вместо неё была безобразное, лысое существо с острыми ушами и рогами, только отдалённо напоминающее женщину, которой она когда-то была. Её кровью налитые глаза смотрели на Сириуса, полные злобы и презрения. Вот истинное лицо госпожи Макото. — Как досадно… Как обидно, горько… — говорил ёкай. — Я так долго морочила им головы… Собирала золото… Плела и грела кокон для своего малыша… А вы! ВЫ!.. — Слушай меня, ёкай! — крикнул Сириус, прервав тираду ёкая, — Моё имя Сириус! Ты и твои сообщники убили всю мою семью и украли важную реликвию! И я пришёл, чтобы вернуть её и получить своё отмщение! — Так значит я была права. Ты и есть ублюдок того дурака Сесшомару. Но это не имеет значения. Ты уже мертвец, как и твоя шлюха-мать. Принц вытащил Тессайгу из ножен, и она сразу трансформировалась. — Ты ответишь за свои слова. — зарычал юноша. — Готовься к смерти! Сириус и монстр начали свою атаку. Макото и монстр раскидывали в стороны всё на своём пути, не жалея даже жителей. Чудовище нанесло удар своей огромной лапищей по принцу, но тот вовремя успел отскочить в сторону. Отпрыгнув от дерева, Сириус замахнулся Тессайгой и прокричал: «Кадзе но Кизу!» Из клинка вырвалась волна массивной разрушительной энергии, которая разорвала монстра пополам. Макото, к сожалению, свалилась с монстра в этот момент и осталась цела. — НЕТ! — взывал ёкай, подбегая к своему исчадью, — Мой малыш! Что ты натворил?! — То же, что и с тобой. — холодно ответил Сириус, замахивая меч над Макото. Но ёкай быстро среагировала, кинув в сторону Сириуса три заострённых бамбука. Один из них попал ему прямо в туловище, пробив броню, а остальные — в руки, прибив юношу к ближайшему дереву. Сириус пытался пошевелиться, но его крепко приковало. — Когда я закончу с тобой, ублюдок, твоя подружка будет следующей! — Что?! — воскликнул Сириус. — Что ты сделала с Элизабет?! Макото схватила ханью за горло, ещё сильнее прижав к дереву. — Она МОЯ… — прошипела она. — Чтобы сплести новый кокон, мне нужна невинная душа! Ханью и ёкай оказались лицом к лицу, рыча и шипя друг на друга. В конечном итоге, Сириусу всё же удалось освободить руку, но не ту которую он желал. Поэтому у него не осталось иного выхода. Он протянул свою свободную руку и схватил Макото за лицо. Его рука начала светиться зелёным светом, к забаве для ёкая. — Ха-ха-ха, глупец! — смеялась она. — Твой яд на меня не действует. Но к её удивлению, принц засмеялся в ответ. — А кто сказал, что я использую яд… Внезапно зелёный свет сменился ярко розовым, и лицо ёкая начало дымится, а потом и вовсе загорелось. С диким воплем, Макото отпрянула от него и скрылась в лесу, давая Сириусу возможность вытащить из себя колья бамбука и погнаться в след.

***

Элизабет медленно открыла глаза, когда сон начал медленно покидать её. Чувства постепенно начали возвращаться к ней, и до её ушей дошёл стук капель по черепицы особняка. Пол скрипел под её движениями, когда она попыталась сесть. — Г-Где я? — сказала она в пустоту. Она по прежнему была в тронном зале прямо там, где она потеряла сознание на холодном полу. Память постепенно начала возвращаться к ней. — Точно! Макото! — воскликнула она и осмотрела себя. — А это что ещё такое?! На ней вместо её привычного желтого платья, розового жилета и белых босоножек было зелёное женское кимоно с жёлтым оби вокруг талии. Стук шагов по полу донёсся до её ушей вдалеке, и девушка быстро вскочила на ноги, ища глазами место, куда можно спрятаться. Ей не пришло в голову лучшей идеи, чем скрыться за троном. Шаги становились всё ближе и ближе, пока не послышался звук открывшихся сёдзи. Элизабет затаила дыхание, боясь издать хотя бы один звук. Но больше звуков не последовало, только тишина. Любопытство переполняло её, и она всё же выглянула из своего укрытия. И увиденное повергло её в шок…

***

Сириус с двух ног ворвался в тронный зал, снеся сёдзи на своём пути. — С-Сириус! — радостно воскликнула Элизабет. — Элизабет! Юноша хотел сделать шаг вперёд, но остановился, когда его нос поймал зловонный запах. Взглянув вниз, он обнаружил лежащую в крови Макото. Половина её лица было расплавленно от его прикосновения, а в лоб был воткнут серп, но женщина-ёкай была по прежнему жива. — Сириус! Это всё старик! — крикнула девушка. — Я спряталась, но вскрикнула когда он… Ханью поднял глаза на стоящего к нему спиной старика. — Эх… Вы слишком быстро пришли. — сухо ответил старейшина, поворачиваясь к юноше со вторым серпом в руках, — Я бы и девчонку прирезал, а вам что-нибудь наплёл. Тогда бы деревня снова принадлежала бы мне. — То есть, вы… Всё это время гнались за властью? — спросил Сириус, пытаясь сдержать свой гнев, — Ради своих амбиций… Вы пожертвовали своим ребёнком… СВОЕЙ ДОЧЕРЬЮ?! — Я и вас, странники, не пожалею. — ответил старик и занёс серп над головой Сириуса. Юноша оскалился, его светло-голубые глаза на мгновение стали красными, и он уже собирался разорвать его на кусочки, если бы не Элизабет. Она быстро добежала до старика, и оттолкнула его в сторону, прежде чем либо он, либо Сириус успели хоть что-либо предпринять. — Ах ты маленькая сучка! — выругался старик и оттолкнул её, в последствии чего девушка ударилась головой о край деревянной балки. Тут старик почувствовал, как кто-то укусил его в шею. Он уже было хотел убить наглеца, но, внезапно, его конечности начали коченеть, пока в конечном итоге он не потерял возможность двигаться. Нити паутины начали обвивать его с ног до головы, заворачивая в своеобразный кокон. Когда кокон со стариком свалился назем рядом с девушкой, только в тот момент Сириус заметил Нараку. Зверь внутри ханью успокоился. — Дядя Нараку, я… — Тут я сам разберусь. — ответил мужчина, закинув девчонку на плечо и потащив с собой кокон, — А ты не забудь, зачем сюда пришёл. Юный ханью напрягся под пристальным взглядом Нараку и повернулся к лежачей девушке-ёкаю. Их глаза снова встретились: одни были полны ненависти и страха за свою жизнь, а другие, хоть и выглядели спокойно, но в них бушевала настоящая буря, способная уничтожить всё на своём пути. Сириус достал Тессайгу, и медленным шагом направился в сторону Макото…

***

К тому времени, как вся деревня прибежала в поместье, на улице разгорелся настоящий ливень. У самого порога их встретил Нараку, который спокойно сидел у самого края входа, а рядом с ним лежала девушка в бессознательном состоянии и бывший старейшина, окутанный в паутину. — Г-Господин целитель, что здесь произошло? — спросил один из них. — Зачем вы связали старейшину? Нараку печально вздохнул, даже не удостоив их взглядом. — Потому что алчность проникла не только в сердце Макото. Но опасность миновала. Вам больше не нужно будет боятся за свои деньги. Никто из них больше не осмелился что-то сказать, ибо они уже и так прекрасно поняли, что их любимой и достопочтенной госпожи Макото больше нет в царстве живых. И тут, из тьмы особняка, к ним вышел Сириус. Всё ещё окровавленный и израненный от предыдущей битвы. Он подошёл к бессознательной девушке и аккуратно поднял её на руки. — Прошу вас… Помогите, пожалуйста. — умолял он у жителей деревни. — Элизабет ударилась головой и ей нужна помощь. Глаза ханью забегали по жителям, надеясь, что кто-нибудь из них выйдет вперёд, кто-нибудь поможет. Но никто даже и не шелохнулся. — Пожалуйста… Ну хоть кто-нибудь! Он сделал шаг вперёд, но они все сделали шаг назад, и один из них всё-таки смог ответить… — Сам помогай. Это было сказано настолько безэмоционально, настолько безразлично, что его это застигло врасплох. — Больно ты жуткий парень. Даже для ханью. — продолжил крестьянин. — Не нравится нам ваша компания. Убирайтесь подобру-поздорову. Хватит с нас чудовищ. — От вас одни беды! — завопил ещё один. — Лучше б мы вообще не знали, что в госпожу Макото вселился ёкай! «Неблагодарные твари!» — зарычал внутренний голос Сириуса. После всего, через что он прошёл, что он сделал ради этих обезьян, они отказывают ему в помощи. И ладно бы дело было в нём, он бы это понял. Но Элизабет была человек. Обычным хрупким человеком, которой нужна была помощь. Он желал разорвать всех жителей на куски и сравнять эту деревню с землёй! Но вскоре опомнился. Потому что он бы так не поступил. Это был не он. Это было выше его сил, и он не собирается уподобиться тварям, которых истребляет. — Вот как… — сухо посмеялся он. — Может хотя бы дадите крышу, чтобы дождь переждать? — Да кто вас таких уродов к себе возьмёт?! Сириус только и мог медленно кивнуть головой, после чего он ушёл, и Нараку последовал за ним. — Завтра будет новолуние. — сказал Нараку. — Я знаю. — Если ваши раны не успеют излечиться к тому времени, то будет только хуже. — Я знаю! — повторил более громче Сириус. — У нас сейчас есть дела поважнее, чем моё благополучие. Сириус этого не заметил, но Нараку улыбнулся за его спиной. Вскоре, когда они дошли до ворот деревни, юноша встал и посмотрел на мирно спящую девушку в своих руках. «Какого чёрта?» — подумал он. — «С каких это пор мне есть дело до кого-то?» Девушка немного начала немного ёрзать во сне и слегка приоткрыла сонные глаза. Когда её взгляд смог немного сфокусироваться, она смогла увидеть лицо человека, который за последнее время спас её несчётное количество раз. Глядя на его спокойные черты лица, на эти пронзительные, но мягкие голубые глаза, она не смогла сдержать улыбки, прежде чем уткнуться поглубже в мокомоко на его плече и снова уснуть. Это было странно, но от улыбки Элизабет в душе у Сириуса даже холодный зловещий дождь как-будто отступал.

*Конец первого акта*