Твои парни.

Прибежав домой, Кью села за стол и начала паниковать. Пытаясь думать рационально, она ещё сильнее загоняла себя в моральный угол, пока рассудок мутнел. — Тайджу...— тихо плакала Кью, пока горячие слезы мочили холодные щеки, и медленно капали на стол. Ее руки вцепились в волосы, держась мёртвой хваткой, и не собираясь отпускать. Она красными от слез глазами смотрела в стену, видя там ничего, пока губы дрожали, от горящих капель, попадавших на них. Решив действовать и совсем забыв про план, она побежала в сторону дома Тайджу. По пути, она вновь видела Хаккая и Юзуху, и понимала, что если они доберутся до Тайджу быстрее, то парня ей не спасти. Подбежав к его дому, она начала барабанить в дверь, пока Тайджу не открыл. —Чего ты так ломишься?! — рявкнул Тайджу. По нему было заметно, что он не на шутку взбешён. — Там... Там Юзуха... Там Юзуха и Хаккай... Они хотят тебя убить, я видела их! — говорила Кью, спотыкаясь о слова, пока слезы все еще текли из ее глаз. — Не глупи, Кью! — произнес Тайджу с отвращением, — они не смогу убить меня! Моя семья никогда не поступит так со мной! Он резко поднял ее вверх и швырнул о стену, пока нос девушки начал кровоточить. С ужасом в глазах, она начала отползать от Тайджу подальше, пока он медленно и зловеще надвигался на нее. Забившись в угол, она прикрыла глаза руками, трясясь от ужаса и боли, пока тень Тайджу уже возвышалась над ней. Внезапно, раздался выстрел, что своей громкостью чуть не выбил Кью барабанные перепонки. Затем плеск, а потом и грохот, совсем рядом с ней. Девушка медленно открыла глаза и увидела прямо перед собой мертвое тело ее парня, из головы которого текла густая, алая, почти черная кровь. Туша Тайджу лежала неподвижно на деревянном полу, окрашивая бурые доски в вишнево-алый оттенок, пропитывая их свежей кровью. Глаза Кью наполнились слезами, а в горле застрял крик, пока слезы медленно, снова мочили щёки, стремясь прозрачными потоками в рот. Губы тряслись, а голова, словно на пульте поднялась вверх, где над телом стояли двое. Юзуха, Хаккай. "Они сделали то, что хотели. Прости, я не уберегла тебя. Прости, твой ангел не смогла тебе помочь..." Слова, словно колесо катались по сознанию, давя на виски. Словно сердце забилось в глотке, а в груди стало очень жарко. Пекло настигало и поднималось, словно пар, грело и сжигало глаза Кью, пополняя их новыми гардинами слез. Сознание начинало размываться, картинка темнела, а воздух казалс тяжёлым, и отвратительно горячим.

***

— Кью, Кью, очнись! Сознание зажглось словно первый огонёк в новой зажигалке. Осмотревшись, она поняла что в больнице, чувствуя, как белое одеяло накрывает тело, и как взволнованная медсестра смотрит на нее. — Вы порядке?