Твои парни.

— Где Тайджу? — Кью поднялась так резко, словно на пружине, уставившись большими глазами на медсестру, что слегка отстранилась от неё, — Что с моим парнем?! Где он?! Лицо медсестры слегка утихло, а взгляд опустился в пол. — Ваш парень, — глубоко вдохнула девушка, — он умер. Мои соболезнования. Взгляд Кью стал спокойнее. Моменты пролились на память. Выстрел пистолета, мёртвое тело Тайджу, пропитывающая пол алая кровь... Слёзы вновь навернулись на глаза девушки, размывая взгляд, пока в груди болело. Кью сжала зубы, зажмурив глаза, и тихо всхлипнув. — Я... Я могу с-с ним попрощаться..? — голос Кью трясся словно осиновый лист на сильном ветру. Молодая медсестра прикусила губу. — Хорошо, — тихо сказала она, встав с койки Кью, — следуйте за мной. Девушка в белом халате провела Кью вниз на этаж, а затем зайдя в подвал, осторожно спускаясь по ступеням, и зайдя в холодное, серое помещение, позвала Кью, махнув рукой в свою сторону. На сером, металлическом столе, который начал покрываться бурой и рыжей ржавчиной, лежали бумаги. Рядом, стояли морозильные камеры. Серые, металлические ящики. А неподалёку, на кушетке, лежало чьё то тело, что было накрыто белой тканью, да так, что были видны только ноги, с биркой. У кушетки, словно коршун над добычей кружил пожилой мужчина, в белом халате до колен, с квадратными, черными очками, и легкой, серебристой щетиной на лице, что потихоньку покрывалось морщинами. — Сэр, подождите, пожалуйста! — звонко начала медсестра, быстрым шагом приближаясь к старику, звеня каблуками черных туфель по грязно голубой плитке морга. Объяснив патологоанатому ситуацию, мужчина молча кивнул, и проходя мимо Кью, кинул ей слова про соболезнования, и удалился. — У вас полчаса, этого достаточно? — спросила медсестра, скрестив ладони внизу, — скажите всё, что не успели. Она выпрямилась, и ушла быстрым шагом, пока стук ее каблуков отдалялся, становился тише. Когда ее присутствие исчезло из воздуха, Кью неуверенно подошла к кушетке. Оттянув рукой белое полотно, она видела ее Тайджу, который лежал обездвиженно. Его бледное лицо, бледные губы, закрытые навсегда глаза. Девушка коснулась щеки мертвеца. Холодно. Кью медленно погладила его безжизненное лицо ладонью, понимая, что ее любимый заснул навсегда. Девушка вновь пустила слезу печали, пока взгляд размывался. Вода наполняла взор, и прозрачным ручьём катилась по щеке, падая на белую ткань. — Прости меня, Тайджу. Я не защитила т-тебя. — губы Кью предательски дрожали, пока брови тряслись и дёргались. Она склонилась над кушеткой, обнимая его руку, и прижимая ее к своей теплой, живой щеке. Она все еще чувствовала и помнила прикосновение его большой, тёплой ладони к своей щеке. Когда он мягко трепал ее за щёчку, и улыбался, когда видел как она щурится и злится. Это было для неё всё. А этим всем был Шиба Тайджу.