А что по алгебре задали?

Карандаш черноволосого чиркал по клетчатой бумаге портрет. Длинные волосы были оттенены лёгким штрихом грифеля. «Прямо копия!» — пронеслись в голове парня победные и гордые мысли. Скулы покрыли лёгкие тени румянца, по верху глаз пыль ресниц, и снизу по бокам — две чёрточки. Яори поднял глаза на объект рисования. Его ровесник сидел, засунув кончик ручки между губ и внимательно слушая учительскую лекцию. Брюнет усмехнулся, от мимолётной влюблённой неловкости заправляя прядь за ухо. Староста был идеальным, а вот от привычки грызть ручки отучиться не мог. Возьмёшь у него ручку, а её наконечник словно пережил афганскую войну. Черноволосый с удивлением обнаружил, как все начали собираться. Парнишка взволнованно охнул и вскочил с места, беря старосту за руку. — Аз, а что, уже домой? — Да, дорогой. Пойдём. Яори тихо взвизгнул от смущения и покраснел, чувствуя, как губы всё расползаются и расползаются в смущённой улыбке. — Спасибо, что не "дорогая"... В ответ старший усмехнулся. Парни вышли в зал на втором этаже, направляясь к гардеробу. — Да брось ты. Мы уже это обговаривали. — Ну ты просто понимаешь?.. Это так неловко, а теперь ты так... нормально, зараза, к этому относишься. Рыжий закатил глаза, вздыхая и забирая свою куртку. Младший последовал его примеру. — Мы уже сотни раз обсуждали это. — Ты знаешь, это не избавит меня от комплексов... — Моя проблема? Домой парни приехали через два часа, проходя в комнату. Аз включил компьютер, доставая рюкзак и вынимая все учебники за десятый оттуда. И так уж получилось, что оба попали в естественно-научный. Вот только если Аз был асом в математике и информатике, то Яори отлично разбирался лишь в формулах химии и физики. Да даже на физике он носил с собой калькулятор, потому что был абсолютный ноль в счетах математики, которую он вообще в рот ебать хотел. Эх, было бы чем. Младший парнишка сел на стул, пододвигая шопер правой рукой и опираясь на другую, левую руку. Начать стоило как обычно с русского. Оба хорошо разбирались в нём, но не более того. Закончив упражнение, брюнет повернул голову. Аз сидел, как обычно, возле окна, чиркая формулы. Часто зачеркивал и вбивал что-то в поисковик, потом писал снова. Яори вздохнул. «Даже помощи не попросит...» Черноглазка, как и его любимый, делал домашнее задание всегда сначала с того, что он понимал, и с основных предметов. Через полчаса выполнения в тишине ОБЖ и физики, Яори раскрыл учебник по алгебре за десятый класс. На странице темы лежал лишь сложенный вдвое клеточный листочек с почеркушками портрета первого. — Аз... А что по алгебре задали?... Робко подал голос брюнет. Его ровесник с длинными рыжими повернул голову, удивлённо моргнув. — 86 страница, 209 номер. Ты чем слушал. — А... э, я, эм... — парнишка замямлил что-то себе под нос и затих, поспешно открывая номер и шепча под нос: "ебануться". Повторение темы восьмого класса, уравнения с сокращённым умножением, но гораздо сложнее. А учитывая то, что Яори вообще почти весь класс пролежал в больнице, вообще можно было подумать, что по математике Яо был тем ещё неучем. Однако все больше удивлялись тому, что химию и физику он щёлкал, как орехи кешью. Черныш подошёл к старшему с тетрадью в руках, робко и неуверенно пододвигая, рукой стул на колёсиках. — Помоги мне с домашним заданием, пожалуйста. Старший цокнул, наблюдая, как младший садится рядом. Раскрывая тетрадь, Аз взял в руки карандаш, готовясь объяснять. — Вот что тебе непонятно, идиот? — Всё. — Ясно. Первое уравнение как решаем? Правильно, через раскрытие скобок. Из под корня не выносим? — взгляд янтарных глаз пытливо уставился на Яори, отчего тот сглотнуд, чувствуя, как чужая рука берёт его за талию. Хихикнув, парниша сел Азу на колени. — Не выносим... Староста вздохнул. — Вот, мы перемножаем на скобку 1,984 делённое на 45 и выносим в четвёртой степени. Элементарно, — рука прижимает хрупкое тельце ближе, отчего у брюнета вскипела голова. Внизу стало горячее. «Хоть бы не заметил, пожалуйста...» — пронеслись стыдливые мысли. Какая учёба, если он сейчас сидит на коленях Аза, прижавшись к нему вплотную ляжками и бёдрами? — А что выходит?... Погоди, как мы четвёртую степень получили? Тут не отрицательное чис.. — Яоша вздрогнул всем телом, как от удара током. Прикосновения старосты спустились ниже, оглаживая копчик, а потом скользнули на бедро, приспуская джинсы. Аз поднял взгляд, то ли устало, то ли томно, и ухмыльнулся. — Наклонись ко мне. Яори сглотнул, чувствуя, как его лицо греется, даже накаляется с огромной скоростью. Чёрные глаза зыркнули в янтарные жалобно и слабо, словно жертва просила пощады пред вознаграждением. — Наклонись, — скомандовал староста. Чернушка, кивнув, взял Аза за скулы и поцеловал в мягкие тонкие губы своими нежными розоватыми. В губы рыжик выдохнул что-то в роде "иди сюда" и взял инициативу на себя, нежно и сладко, головокружительно. Тонкие пальцы с подпиленным маникюром ловко поддели пуговицу джинс, пока губы снова обхватили и обняли чужие. Языки облизывали кончиками друг друга, и Аз бы и рад смелее, но чувствовал на подкорке мозга волнение, что росло и рисковало вырваться. — Н-Аз... — очень сдавленно, чтобы не простонать от возбуждения, прошептал Яори, заводя руки любимому за шею и приобнимая. — Да?.. Ой бля... И тут рыжий почувствовал. Пульсация на его ноге. И от этой пульсации как по команде между собственных ног стало так тесно, что хоть в окно кидайся. — Сука... — первый закинул голову, невесело усмехнувшись и горячо выдохнув. Яори, почувствовав, что чужая промежность уже не столь гладкая и давит на его собственную, стыдливо кивнул и робко чмокнул Аза в скулу. Тут рука старшего скользнула под расстёгнутую ширинку джинс, под желтоватое бельё с котятами. Яори тихо взвизгнул и выпрямился, чувствуя два шаловливых пальца, что гладили нежную кожу лобка и с каждым поглаживанием опасно спускаясь ниже. Аз вздрогнул, коварно ухмыльнувшись и облизнувшись. Снова жадно чмокнув и засосав своего парня Аз пододвинул его попу ближе, удобно устраивая чужие мягкие булочки на своих ляжках. Языки активно сплетались, и сердце старосты забилось гораздо чаще: чернушный глухо и коротко в поцелуй простонал. Пуская слюну на чужой язык и отстраняясь, рыжеволосый облизал пухлые губёшки брюнета, который уже не сдерживал дрожи, хрипя умоляя: — Пожалуйста... Цокнув, янтарноглазый усмехнулся, спуская пальцы ниже и касаясь губ. Яори протяжно и тихо фыркнул, стараясь как можно меньше дрожать и напрягая заранее бёдра. Бледные ручки сильнее обняли шею старшего одногодки. — Молодец. Палец огладил мягкую, очень чувствительную плоть губ, что были уже влажные. Доходя до нижней части клитора подушечкой указательного пальца, рыжий ехидно ухмыльнулся и хитро посмотрел на черныша, который держал губы плотно сомкнутыми. Палец Аза двинулся к голове младшего, раскрывая свободной рукой его губы и позволяя тому выдохнуть в полустоне. — Пришибу, если будешь сдерживать себя. — Знаю. Пальцы снова наглаживают мокрую горячую плоть. По бёдрам и ляжкам Яори струятся табуном мурашки. Он тихо стонет старосте в шею, а тот и рад. Без предупреждения он вводит палец на фалангу. — Ахн... Яори издал громкий стон, не сдержавшись, на секунду по губам скользнула неловкая улыбка. Закинув голову, он почувствовал, как сердце в груди трепещет. Огненно-пылкая страсть сейчас была сосредоточена там, внизу, что током сочилась из пальцев первого, из его прикосновений, и также нещадно била удовольствием и блаженством. — Ааз!.. — в глазах черноволосого застыли слёзы, а в груди застряли стоны. Он всегда считал глупым то, что мог застонать от малейших ласок, но накопительный эффект действовал так, что после оргазма парнишка иногда мог стонать как последняя шлюха на протяжении аж нескольких минут, и рука старшего, тщетно пытающаяся зажать рот черноглазке, не помогала. Два пальца двигались неспеша, настойчиво, надавливая слегка на чувствительную стенку при толчке. Яори широко раскрыл глаза, громко заливаясь стонами и цепляясь за Аза, как за последний якорь. Из глаз текут слёзы тонкими дорожками, ему аж до слёз хорошо. Бёдра парниши дёрнулись, грудью он прижался к груди парня постарше. Аз поцеловал Яо в висок, любовно чмокнув и тяжёло дыша, однако движения не прекращая и даже ускоряя. Рука немного дрожит. Стенки внутри горячие и слегка тугие, мягкие, но не склизкие. Гортанно выдохнув в ответ на очередной чужой стон, Аз облизнулся и вновь засосал чернушку в поцелуй. Тот скоро кончит, не умеет держаться долго совсем. Яори уже не в силах сдерживать себя, он стонет, и иногда настолько громко, что стоны отскакивают от светло-персиковых стен. — Пожалуйста!!.. Тельце чернушки дрожит от удовольствия и возбуждения. Во рту скапливается вязкая слюна, внизу настолько горячо и хорошо, что бедняга не знал, куда себя деть, ведь это стул, не кровать. Рыжий лизнул бледную шею и толкнул палец слишком резко. Младший сжал до боли чужие рыжие волосы, коротко, но громко выстонав остаток и кончив. Аз с тихим шипением от головной боли вынул руку, мокрая, покрытая полупрозрачной слизью. Победно и пошловато ухмыляясь, староста показал руку, с которой капала краска, своему в край красному партнёру. — Слизывай. — С ума сошёл?! Я сейчас со стыда сгорю, с-сам такое делай!! — закричал Яори от недовольства и ещё большего стыда. Рыжий, пожав плечами, безразлично засунул все три пальца в рот, с лёгким причмокиванием обсосав безвкусное пресноватое содержимое. Яори завизжал от стыда и шока, вертясь на коленях Аза, пока тот смотрел на него, как на идиота. — Ты закончил? — Нет! Пусти! Трахнул пальцами на стуле за решением алгебры, это ещё надо уметь!.. — у черноволосого от обиды снова полились слёзы, пока рыжеволосый, страдальчески вздохнув, поднял Яори на руки и отнёс на постель, аккуратно положив у изголовья. Тот всё ещё отходил от оргазма, восстанавливая дрожащее дыхание. — Я пока подрочу и потом, так и быть, сделаю за тебя алгебру. Устало и без особой радости, но всё же Яо хихикнул, стыдливо поджимая к себе ноги. Оставалась только домашка по химии...