Кошачий укус

Осень подкралась незаметно, но для Минхо это было приятным удивлением. Как и для Джисона. Оба всегда любили осень. Не слишком холодно, но и не жарко, зато можно почувствовать ту самую атмосферу, когда сидишь дома рядом с любимым человеком, смотришь интересную комедию, целуешься, ощущая вкус колы на чужих губах, и укрываешься пледом, чтобы ноги не замёрзли. Минхо нравилось в осени всё, также как и в Джисоне. От золотых оттенков на улице до проведённых вместе вечеров за просмотром в окно на косой дождь, что барабанил по стёклам. Обязательно с кружечкой любимого латте, который заботливо приготовил для него Джисон. Вот и сейчас, проезжая на автобусе предпоследнюю остановку до выхода, Минхо смотрит в окно блестящими глазами и уже предвещает ароматный запах ужина и приятную улыбку своего парня. Вместе они уже более семи лет. Любовь до сих пор остаётся крепкой и искренней. Они познакомились в университете, когда у Минхо были травмы от пережитых абьюзивных отношений с парнем и не менее абьюзивных со стороны родителей, а у Джисона доброе наивное сердце и положительный взгляд на мир и людей. Начали встречаться на втором курсе, прошли все трудности вместе, что и сделало их настолько близкими. Ссоры тогда были частым явлением в их отношениях, но после каждой оба собирались с духом и проводили целые ночи за душевными разговорами, разбираясь в проблеме и причине её возникновения. Джисон предложил съехаться после окончания университета, потому что финансы и обстоятельства в семье позволяли. К тому же, чувства у обоих не угасали, а лишь принимали новые обороты. К слову, родители Минхо никогда не принимали его, и детство Ли можно назвать самым худшим периодом в его жизни, поэтому он до сих пор посещает психолога. У Джисона всё было намного приятнее, хотя он тоже столкнулся с непониманием после признания своей ориентации родителям. Но сейчас, они находятся в более чем хороших отношениях, а отец Джисона даже стал чаще беседовать с Минхо, чем было в самые первые годы их отношений. В общем, они прошли многое, и за эти несколько лет узнали друг друга до каждой клеточки тела. Разногласия бывают, но они решают их мирным путём, не переходя на крики и ругательства. Минхо настолько ценит их отношения и любовь от Джисона, что готов каждый день совершать поступки ради него. У Джисона аналогичная ситуация. Он пропитан любовью, заботой и нежностью к Минхо. Хан всегда интересуется его делами на работе, хобби, и многим другим, что ценно для старшего, поэтому Минхо поистине рядом с ним узнал что такое любовь на самом деле, и отдаёт в ответ столько же, потому что искренне, до глубины души любит Джисона. После сегодняшнего сеанса он хочет поговорить с Ханом о том, что происходит с ним в последнее время. По приходе его встречает рыжий кот, что сразу ластится возле ног, и голос Джисона: — Привет, котёнок, — он выглядывает из кухни в фартуке на голый торс и улыбается по-домашнему. Волосы слегка потрёпанные, лицо без какого-либо макияжа, на кончике носа красуются остатки какой-то еды, и Минхо неприкрыто умиляется его слишком обаятельному и неряшливому виду. Джисон сейчас такой домашний и уютный. Такой, каким Минхо привык его видеть, но всё равно каждый раз, когда он смотрит на своего любимого, множество чувств переворачивается в груди, и внутри Ли всё больше разгорается любовь. — Привет, лапка, — он по-хозяйски размещает свои ладони на чужой талии и губами находит любимое место на шее. Кажется, там уже образовывается небольшая ямка для губ Минхо, настолько часто он его целует. — Как день прошёл? — Отлично, — Джисон улыбается, обнажая свои кроличьи зубки, и поворачивается на мгновение на старшего со светящимися от счастья глазами. — Мы с рыжим прочитали книгу, покушали и вот вместе готовим тебе ужин, — как обычно, в смешной манере проговаривает Джисон и кидает взгляд на кота, что ходит вокруг их ног и выпрашивает что-нибудь вкусное. Они сливаются на несколько секунд в нежном поцелуе, свои руки младший перекладывает на чужие уставшие плечи и тянет на себя чуть ближе. После, Минхо пальцем вытирает его нос и чмокает в щёку, продолжая наблюдать за тем, как Джисон профессионально переворачивает грибы на сковородке. — Скоро будет готово? — Минут двадцать ещё, — Джисон кидает взгляд на настенные часы. Минхо отставляет его от своих объятий и проходит в комнату, скидывая с себя одежду. Берёт лишь с собой чистое полотенце, дезодорант и пару вещей, чтобы принять ванну, пока Джисон со всей любовью будет заканчивать с готовкой и ждать его на кухне. — Как раз успею, — шепчет Минхо и залезает в душ. Время после него проходит быстро: они вместе с котом едят в гостиной, расположившись на полу перед невысоким журнальным столиком, изредка поглаживают руки друг друга и улыбаются, когда кто-то набивает щёки из-за аппетита и утончённого вкуса еды. — Я хотел с тобой поговорить кое о чём, — говорит Минхо, пока моет посуду. Джисон сидит рядом, рассматривая что-то в телефоне, и переводит после этого взгляд на парня, глазами задавая понятный вопрос. Сегодняшний поход к психологу во время приёма пищи они успели обсудить, но Минхо ловко перевёл тему. Для такого разговора нужно быть в подходящей обстановке, поэтому он собирается это сказать Джисону, когда они выделят для этого время и место. — Можем сейчас, пойдём в комнату, — Джисон не спрашивает о важности разговора. Ответ на этот вопрос виден по немного стеснительному виду Минхо, да и все разговоры, что начинаются с этой фразы старшего, они привыкли обсуждать сразу же. Парни поудобнее усаживаются на кровати, двигаются ближе друг к другу, потому что давно знают, что тесный физический контакт для обоих очень важен в таких ситуациях. Это успокаивает, помогает проникнуться моментом и состоянием другого. Минхо закидывает на разведённые ноги Джисона свои, которые сразу же атакуют руки младшего. Он зажато опускает глаза вниз, теребит пальцы и пытается начать разговор, но ничего не приходит в голову. — Эй, котёнок, — аккуратно начинает Джисон, берёт чужие руки в свои, чтобы избавить от тревожности, и заглядывает своими глазами-бусинами в чужие. — С чем это связано? Минхо вздыхает. — С моими чувствами к тебе... Ответ заставляет Джисона напрячься, он слегка хмурится, но Минхо сразу продолжает. — В общем, относительно недавно у меня в голове что-то начало происходить, и сегодня я поговорил об этом с психологом, — говорит он. Даже не смотрит на Джисона, только поглаживает большими пальцами тыльную сторону чужих ладоней и в который раз поражается их мягкости. — Ты же знаешь насколько сильно я люблю тебя? Джисон кивает. Минхо улавливает его движение и возвращается к своему рассказу. — Вот. И на фоне этого у меня появилось желание съесть тебя... Повисает минутная пауза. Джисон пытается понять так ли он услышал то, что ему сказал Минхо. В это время старший осознаёт, что немного неправильно выразился и нужно как-то выкручиваться, потому что по виду Джисона можно понять, что он напуган. — Ну, я в том смысле, что во время секса... точнее, не только во время него, но и в другие моменты, я... — его сбивающийся поток слов прерывает Джисон своими руками, хватая того за плечи и двигаясь ближе. — Тише, тише, котёнок, — он знает, что Минхо успокаивается, когда Джисон находится настолько близко, поэтому легонько обнимает, поглаживая по напряжённой спине. — Я слушаю, говори дальше. — В общем, я хочу тебя сильно покусать или что-то типо того, — Минхо выглядит потерянным и виноватым, поэтому хмурится. — Психолог сказал, что это из-за очень сильных чувств к тебе, и такое явление не редкость, но всё же... я не хочу делать тебе больно, но во время каких-то сильных всплесков эмоций рядом с тобой я сдерживаюсь, чтобы не укусить тебя... Я знаю, это максимально странно звучит, но это в моей голове, и я не знаю, что с этим делать. Джисон тихо угукает, но из-за своего задумчивого вида всё равно не отстраняется. Он выучил Минхо наизусть за всё время их отношений и знает, что тому намного больше нужна сейчас поддержка и понимание его ситуации, чем Хану. — В этом нет ничего ужасного, просто сделай это, — Джисон переводит взгляд на Минхо. Тот, очевидно, расстроен и напуган, потому что так вываливать что-то сокровенное и слегка странное для него довольно-таки трудно. Но Джисон его любит и, конечно же, он согласится на такое ради своего парня. — Нет, ты не понимаешь, — он устало трёт глаза, — я прям сильно хочу тебя укусить. И боюсь, что я могу прокусить тебе кожу до крови. Возможно, это пройдёт после того, как я удовлетворю свою потребность, но иногда это дикое желание меня пугает. Я не хочу делать тебе больно. Из-за волнения и переживаний по виду Минхо видно, что он сейчас заплачет, и Джисон вновь льнёт к нему в попытках успокоить и ласково обнять. Он сам кусает себя за руку, пытаясь понять до какого уровня боли он сможет позволить дойти Минхо. Неприятное покалывание начинает расходиться по области на руке, но ощущение быстро спадает, и Джисон подставляет другую руку к лицу Минхо. — Давай же, я не против, — он прекрасно понимает, что сегодня Минхо позволит себе сделать это. До сегодняшнего дня он сдерживался, потому что такое принято обсуждать в их паре. Сильные укусы — это какое-никакое насилие, и Джисон поступил бы также на месте своего парня. — Если я разрешаю, то воспользуйся шансом. Конечно же, Джисон из-за своей сильной любви к старшему не может отказать ему. Он видит его животное желание, которое искрится в глазах, и просто хочет увидеть своего парня счастливым. Это малейшее, что он в состоянии сделать ради него. Минхо вместо того, чтобы укусить, тянет Джисона на себя, вплетаясь в его волосы руками и ныряя языком в рот, после роняет его на взбитые подушки и мычит в поцелуй что-то неразборчивое. Одна только мысль о том, что вот он, Джисон, совсем близко, заставляет Минхо возбудиться слишком быстро. Его кожа такая янтарная и свежая, а запах тела такой медовый и притягательный, он может его укусить и насладиться вкусом тела своего партнёра, но всё равно медлит и растягивает поцелуи на шее Джисона. — Котёнок, ты можешь хоть всего меня искусать, но давай самыми сильными укусами ограничимся, — Джисон уже чувствует, что Минхо перевозбуждается. Ему дали возможность, так сказать, выставили красную ткань перед носом, и он точно удовлетворит свои желания сегодня ночью. — Трёх тебе будет достаточно? Минхо отстраняется от его груди, слыша тревожные постукивания чужого сердца, и заглядывает в глаза, где на глубине теплится чувство, дать Минхо всё и боязнь того, что его телом просто воспользуются и даже не подумают о нежности и ласке. — Лапка, я так люблю тебя, — Минхо рассыпается поцелуями на щеках Джисона, и чувствует, как тот заметно расслабляется, — мне одного даже хватит. Первый укус не такой сильный. Минхо лишь слегка зажимает кожу на плече Джисона, пробуя такой запретный плод, а внутри всё просто переворачивается. Это чувство не сравнить ни с чем. Он так сильно полюбил Джисона, что давно уже стал ловить себя на мысли, что его тело выглядит настолько аппетитным, что мозг начинает воспринимать его, как любимое лакомство. Минхо даже начал загоняться по этому поводу в своих мыслях. Он думает и ведёт себя словно животное с инстинктами, но он человек, и в принципе, как это объяснил психолог, такое явление в порядке вещей. Достаточно того, чтобы за один раз насытиться своим желанием, и оно, возможно, пропадёт. В другом случае, такое можно будет повторить ещё несколько раз только без значительного вреда партнёру. Минхо же сейчас полностью доволен. Не может даже отпустить небольшой участок кожи Джисона из своих зубов. Он наслаждается возбуждением от того, что делает, и кажется готов кончить прямо сейчас, но пытается держать себя в руках. Джисон не кричит и не выражает эмоций из-за небольшой боли, лишь гладит по голове Минхо и расслабляется, пока тот активно подмахивает бёдрами и трётся сквозь все слои одежды членом о чужой. Возбуждение бьёт по вискам всё сильнее и сильнее, Минхо отстраняется, лижет свой укус и снова проводит зубами по коже, но не прикусывает, а клацает ими прямо рядом с ухом младшего. Он чувствует явный прилив удовольствия от того, как вкус чужого тела оседает на языке, и неосознанно стонет, когда вновь захватывает кожу зубами. Укус выходит сильнее, чем предыдущий, и на теле остаётся отпечаток человеческой челюсти. Минхо лижет, словно кот, даже мурчит из-за приятных чувств, и жмётся с каждым разом к своему парню ближе, который поглаживает его спину и руки, улыбаясь от такого довольного старшего. Он искусывает всю верхнюю часть тела Джисона, но не заходит за дозволенные границы: как только слышит скулёж младшего или мычание, то сразу же отстраняется, зализывая свои отпечатки зубов. Ему и правда хватает того, что Джисон ему предоставил. Укусы несильные, но достаточно большое влияние оказывают на Минхо. Он полностью погружается в процесс, спускаясь всё ниже, и уделяет много внимания прессу Джисона, где видно его упорные старания в спортивном зале. Минхо искусывает и выделяющиеся мышцы тоже, вовсе не жалея слюны. Хан извивается под ним, потому что живот — это его самая чувствительная зона, и Минхо нарочно мешает огонь со льдом: сначала кусает до мурашек и жара в теле, а после слизывает, будто невидимое лакомство с чужой кожи и под конец слегка дует на слюну, чтобы увидеть, как Джисона подкидывает от приятного холодка. — Хани... — бормочет Минхо и утыкается носом в паховую область Джисона, обтянутую тканью нижнего белья. Его взгляд опьянённый и затуманенный. Джисон видит, насколько любовь Минхо к нему безгранична, и улыбается, поглаживая по щеке своего довольного котёнка. Он даже не заметил, как старший стянул с него одежду, пока принимал ласку. Боксеры спустя несколько мгновений становятся мокрыми, потому что чёртов Ли Минхо сосёт прямо через них. Джисон не знает куда себя деть — вид старшего в совокупности с его действиями делает с ним нечто невероятное. Хочется толкнуться в тёплый рот, а ещё больше — испытать сильнейшую волну оргазма, пока старший будет сосредоточенно ему отсасывать. — Мм, котёнок... меня так надолго не хватит, — останавливает его Джисон, когда руки старшего уже придерживают основание члена, а губы норовят обхватить головку члена, всё ещё обрамлённую тканью. Минхо не сопротивляется — снимает с него боксёры и разглядывает возбуждение Хана, который поглаживает чужую голову рукой. Безусловно, минет научены делать оба, но старший всё равно из раза в раз поражается красоте члена Джисона. Он буквально манит к себе, и Минхо никогда не отказывает себе в удовольствии быть оттраханным в рот. Сейчас он также упорно и старательно насаживается на всю длину, нагло игнорируя рвотные позывы, помогает себе рукой и исподтишка поглядывает на Джисона, чьи глаза закатываются каждый раз, когда чужой кончик языка скользит по уретре, а руки исследуют эрогенные места. Хан рычит, стонет, мычит и скулит просто потому, что Минхо всегда невероятный и такой любимый. Такой прекрасный Ли, и Хан часто в такие моменты понимает, насколько любит его и каждый день видит взаимность своим чувствам. Он кончает бурно и долго, когда Минхо решается увеличить скорость и неосознанно издаёт звуки, вибрации от которых доводят нижнего до дрожи и эйфории. Старший подползает выше, надрачивая чужой член, чтобы продлить оргазм. Собственный уже близко, и он вгрызается зубами в кожу возле ключицы младшего. Боль в сочетании с приятной негой, расползающейся по телу, творят с Джисоном невероятное, чувствуется ещё больший прилив удовольствия, и он, по всей видимости, кончает второй раз подряд, потому что все мышцы напрягаются до невозможности. — Джисон, Джисони, — шепчет Минхо, будучи в прострации, и сам кончает в домашние штаны, даже не прикоснувшись к себе. Возможно, от вида потрясающего Хана, который лежит под ним и задыхается после сильнейшего оргазма. Возможно, от долгожданного удовольствия в укусе на чужой груди, который пролил кровь. А возможно, и от сильнейших эмоций, когда несколько факторов слились в один. Минхо уже всё равно. Он нежно слизывает кровь, любуясь своим отпечатком зубов на любимом теле. Остальные заживут быстро, но этот вряд ли. — Спасибо, спасибо, лапка, — благодарит старший, пока осыпает лицо Джисона поцелуями. Хан тихо смеётся в ответ, фиксирует ладонями чужие раскрасневшиеся щёки и пристально смотрит Минхо в глаза. — Люблю тебя. И, наверное, в этот момент для них не существует ничего, кроме друг друга. Джисон заботливо целует старшего в висок, пока тот теснится у него на груди и очерчивает пальцем след от укуса. Ли после ухаживает за ним, помогая привести себя в порядок, и остаток вечера они проводят в тихой уютной атмосфере. И Минхо, кажется, больше не хочет съесть Джисона, но он знает, что если это чувство вновь вернётся, то младший поможет. Потому что он любит Минхо всем сердцем.