Подарок брату

      Вот уже несколько дней Кастиль Новак пропускал лекции. Сэму он объяснил, что в целях безопасности немного побудет в изоляции, но, по правде говоря, когда сосед уходил учиться, ангел короткими перебежками отправлялся то в городские кафе, то в парки. Нет, ему вовсе не скучно было. Дело всё было в том, что он отправился на землю для изучения людей и наблюдения за некоторыми явлениями. От отца иных инструкций он не получал. Габриэль тоже молчал. И пусть сейчас произошли непредвиденные события, никто с Кастиэля ответственности за задание не снимал. Да, пришлось предпринимать меры, чтобы оставаться практически незамеченным. Да, было страшно и волнительно. Да, было тяжело. Но долг его превыше всего! К тому же, мужчина осознал, что прогулки в парках или наблюдение за человеческими детьми успокаивало его. Он садился на скамейку, покупал себе чай или кофе в бумажных стаканчиках, а затем наслаждался видами. К счастью, на него ни разу не обратили внимания мамочки, приглядывающие за своими чадами. Им казалось, что какой-то студент или офисный клерк решил немного отдохнуть в парке и уйти от своей привычной суеты, поэтому, немного поразглядывав мужчину в бежевом плаще, они быстро возвращали своё внимание детишкам.       Иногда Кастиэль предпринимал попытки связаться с братом своим. Но каждый раз казалось, что его мысленный вызов натыкался на какой-то купол. Он ничего не мог слышать по ангельским каналам и ничего не мог отправлять. Это настораживало. Разумеется, будучи воином, ему приходилось с таким сталкиваться: то враги, пленив кого-то, помещали бедолаги в «колбу», то сами воины, стараясь скрыться на время, так поступали. Базовый навык. А столько раз спасал самого Кастиэля… Вот только в этот раз он явно сам такого с собой не делал. Значит, кто-то позволил себе перекрыть связь! А кто? А зачем? А как вообще смогли? Был лишь один вариант преодолеть эту «ангельскую глушилку» — вернуться на небеса. Но самоубийцей он не был. Корил себя за трусость, отчасти даже ненавидел. Однако не мог решиться отправиться разъярённым братьям в лапы.       Дома его привычно ждал сосед. Тот потихоньку начинал собирать вещи, чтобы отправиться на несколько дней к своей семье, и ангел, хоть был приглашён, испытывал нотку зависти: у Сэма был дом… Настоящий дом. Его там ждали, были ему рады. Казалось, что весь мир бросил ангела в эти сложные дни. Раньше он в любой момент мог вернуться на небеса, прильнуть к могучей руке отца своего, рассказать о том, что терзает его душу. Если отец был занят, что случалось чаще всего, он мог обратиться к любому из братьев или сестёр на Небесах. Ангелы часто общались друг с другом, делясь происходящим. А сейчас? Лишь несколько братьев осталось у него и полный, всепоглощающий хаос! — Ты в порядке? — тут же обеспокоенно окинул взглядом его Сэм, стоило только переступить порог, — я пришёл и не застал тебя дома, — произнёс парень без укора. Он действительно был обеспокоен после всех событий. — Да. Тебя благодарю я за беспокойство это, — искренне ответил ангел, — на прогулке был я. — Это хорошо, парень, — Сэмми подошёл и похлопал его по плечу. Это был один из тех жестов, к которым Кастиэль ещё не привык. Странный жест. Очень странный. На Небесах не принято было прикасаться друг к другу. Нет, это не считалось чем-то постыдным, просто сложенные крылья зачастую были невидны, да и другие привычные «атрибуты» могли попасть в зону прикосновений, а это нежелательно было. — Я не уверен, что должен ехать… К твоей семье. Сэма словно по голове ударили. Он, уже отходя от соседа, замер при этих словах. Внимательно оглядел парня. Затем вернулся к нему и стал напротив, выражая своей прямой спиной и расправленными плечами решительность: — Ты говоришь ерунду, — серьёзно сказал студент, — тебе не просто будут рады, а окажут помощь. — И всё же, Сэм, едешь ты на мероприятие семейное. У друга семьи твоей праздник будет. Не к месту проблемы. Вообще-то, Сэм не помнил, чтобы говорил парню о празднике Бобби, но это сейчас было не важно. Дин ждал этого парня. Бобби ждал этого парня. И, кажется, они даже рассказали парочке приятелей о проблемах совершенно незнакомого им, но нового знакомого члена семьи, так что внезапная скромность этого товарища была сейчас не к месту. Да и не мог Винчестер оставить человека в беде. — Мы поедем с подарком! О, и Дину что-нибудь нужно купить, я ему обещал, — улыбнулся Сэм, — слушай, знаешь, моя семья она… немного необычная, думаю. У нас никогда не было привычного дома и очага, как у других, так что мы не приверженцы условностей. Отец растил нас с братом в строгости, хотя, конечно, мы не выросли какими-то… — он грустно усмехнулся, — я бы сказал, что мы не выросли приличными людьми в привычном всеми понимании этого слова. Но зато мы не выросли отморозками, которые могли бы оставить человека в трудную минуту. И нет, — он ткнул пальцем в сторону Кастиэля, — это не жалость. Я искренне хотел бы тебе помочь. Как и моя семья. Так что не придумывай лишних проблем, просто позволь нам попробовать.       Кастиэль воодушевлённо посмотрел в сторону собеседника: помочь ему вызывался мало кто. Такое случалось крайне редко, а на земле, так вообще никогда не было! Он подумал, что, как только Габриэль выйдет на связь, то обязательно узнает, каков этот парень! В тот момент даже мыслей не было о гибели архангела. На мгновение ангел погрузился в полную уверенность, и от этого у него словно груз с сердца свалился.       До отъезда оставалось всего-ничего. Для Бобби Сэм купил новую кепку, бутылку дорогущего алкоголя и, тайком пробравшись в библиотеку факультета, сделал копию одной рукописной оккультной книги. Его чуть не схватил шериф! Но парень не даром был охотником: просочился в малюсенькую форточку с копиями и даже не оставил отпечатков. Профи! А вот чем порадовать брата он пока не придумал. Разумеется, это не было окончательным возвращением домой, однако, он так давно не видел Дина, да и приехать с пустыми руками никак в планы не входило. Дарить алкоголь было глупо. Это могло бы обесценить подарок Бобби, да и не являлось чем-то уникальным, скорее было бы хорошим знаком внимания на какой-то праздник, а не сувениром. Винчестера потихоньку накрывал лёгкий флёр паники. Он же обещал! — Скажи, что брат твой любит? — не унимался и Кастиэль, желающий отплатить за гостеприимство, — для друга вашего… Бобби, кажется… Нашёл я добавку одну. Активную в биологическом смысле. Говорил ты, не молод он. А добавка полезна эта, — молодой человек погремел пузырьком с пипюлями, — как думаешь ты, Сэм, не станет ли друг твой обижаться? Такая всё ещё непривычная формулировка вызвала у парня улыбку, но в тоже время, поведение Кастиэля казалось очень милым: он запоминал всякие мелочи и на их основе выбирал подарки. Разве это не чудесно? — Знаешь, Бобби редко принимает что-либо, я имею ввиду, э… препараты. Но, мне кажется, ему понравится твоя забота. Скорее всего он не покажет этого, но в душе будет тронут. А Дин… ну… — Сэм замялся на пару мгновений: ему так хотелось показать истинный характер своего брата, но все увлечения создавали образ плохиша, хотя на самом деле таковым Дин не являлся, — знаешь, он любит фильмы о ковбоях, боевики и женщин, он любит любого рода оружие, а ещё много читает. Он интересный парень. Интереснее, чем кажется на первый взгляд, — покивал головой Сэм, словно пытался убедить в этом соседа. — Думаю, понятно мне, — кивнул сам себе Кастиэль, — брат мой тоже женщинами увлекаться любит. Но не всегда. — зачем-то сообщил он. — Оу… понятно. Да, это нормально… — немного смутился Сэм.       Признаться, он несколько раз задавался вопросом об ориентации Габриэля, но отметал от себя эти мысли. В себе-то парень не сомневался, а значит и нечего голову пустяками забивать. Свободная страна — свободные нравы. — Совета должен я спросить, — перевёл тему сосед, почувствовав неловкость, — брату твоему, что-то приобрести я должен, но что? — Слушай, успокойся. Я позабочусь об этом, — Сэмми присел за рабочий стол и открыл ноутбук, — у меня есть несколько вариантов. Кастиэль внимательно посмотрел на парня. Впервые ангел почувствовал ложь этого человека. Он призадумался: сообщить о том, что парень лжёт, или же стоит сейчас промолчать. Вообще, насколько успел Кастиэль «навести справки», младший сын Джона Винчестера от всей семьи отличался. И в список этих отличий входила честность. Да, парень был практически образцом порядочности! И даже эпизоды лжи всегда сопровождались проблемой тяжёлой выбора. Он был на хорошем счету у ангелов, если так можно сказать. — Чувствую я, что лжёшь ты мне! — всё-таки решился Кастиэль. И, кажется, голос его прозвучал так могущественно, что парень замер. Он никогда ещё не испытывал такого… Ему казалось, что отозвалось на эти слова что-то внутри, что голос соседа буквально впитался в каждую клеточку его тела и… души.       В последнее время, поддерживая «незаметность» брата своего, архангел Габриэль регулярно проваливался в «сон». Да, люди определённо назвали бы это состояние сном или коматозом. У ангелов таких понятий не было. Зато было чёткое понимание того, какой процесс и по какой причине происходит. Сейчас, ослабленный Габриэль, истощал свою благодать быстрее, чем та восстанавливалась, лишь бы только этот жизнелюбивый ангелок был в безопасности. В те минуты, когда архангел чувствовал в себе силы, он живо представлял их встречу. Ох, и надерёт же он тогда зад этому храбрецу! Надо же было догадаться ему сюда сунуть нос! Но где-то далеко, в глубине души старший был рад спасению Кастиэля. Пока существуют такие персонажи, небеса остаются небесами, светятся, функционируют. Озлобленность прокралась не только на землю грешную…       В период очередного пробуждения, размышляя о том, как будет выпускать мятежников под присмотром Кастиэля, архангел почувствовал нечто странное. Эхо частички какой-то силы, знакомой ему по энергии, промелькнула в сознании. Габриэль, сидя на полу отцовского кабинета, затаил дыхание. Что же это было? Он немного привстал и оглянулся: все братья, учинившие бунт, были в своих «комнатах». Но, кажется, и они что-то «учуяли». Даже самые спокойные из ангелов, что искренне готовы были раскаяться и вернуть своей душе равновесие, теперь нервно оглядывались по сторонам и, словно, прислушивались. Это энергия точно не принадлежала их отцу, но нашла отклик. И тут Габриэль понял: лишь Кастиэль мог быть здесь так узнаваем! Это точно его энергия, но очень-очень далеко, и её крайне мало, чтобы отследить самого ангела, но достаточно, чтобы не сомневаться: он жив.