Восьмиричный путь

      Гильза с глухим стуком отлетела от кровавой лужи на полу. Рёв болтеров разрывал коридор, пока культисты, вооруженные стабберами и клинками, пытались прорваться к двери. Трое космодесантников в желтой броне и с эмблемой кулаков на наплечниках удерживали проход от наплывающей толпы. Битва длилась уже несколько часов и счётчик боеприпасов приближался к критической отметке. Отдав короткий приказ по вокс-связи, астартес с сержантскими знаками различия примагнитил к бедру болтер и, достав боевой нож, бросился вперед. Оставшиеся боевые братья медленным шагом последовали за ним, прикрывая на ходу.       Каждый выпад уносил жизнь одного из еретиков. Желтая броня быстро покрылась кровью и остатками мозгов, но космодесантник не думал останавливаться. За считанные минуты они смогли остановить, казалось бы, непрекращающийся поток предателей, а гранаты завершили бойню. Кровь залила коридор, и визор с трудом фиксировал в тепловом спекте. Медленно стекая со стен, она образовывала лужу, в которых отражались гиганты в броне. Расчлененные тела валялись вповалку, и в глазах бывших людей читалась неописуемая ненависть. Даже в последние мгновения их жизни они жаждали выполнить приказ и унести в могилу врагов их веры.       Проверив амуницию и запросив новые приказы, астартес возвращались на позицию, когда один из культистов активировал мельта-заряд. Поток сверх нагретой плазмы лишил одного из космодесантников ноги, а остальных отвлёк на доли секунды. Этого хватило, чтобы из бокового коридора вышли двое в тёмно-алой броне. Первый из них держал болтер, что сразу же начал изрыгать рёв и снаряды. Второй же нёс цепной меч и болт-пистолет.       Первым выстрелом из болтера убили Имперского Кулака, пробив затылок. Второго совместным огнём разорвали на части. Оставшийся в живых успел дать короткую очередь, но ранение не позволило ему метко прицелиться. Выстрел из болт-пистолета пробил линзу его шлема и разорвался внутри шлема, превращая голову в кашу. В движениях еретиков читалось удовлетворение, и жертва из полсотни убитых сектантов стоила жизней слуг Трупа на Троне.       Внимательно осмотрев коридор и убедившись, что выживших не осталось, еретики подошли к телам своих кузенов. Опустившись на колено и достав нож, еретик с болтером принялся царапать символы на их броне, оскверняя дух брони и проклиная души Кулаков.       —Зачем ты тратишь на это время, брат? Малог выпотрошит нас, если мы промедлим с захватом апотекариона.       Космодесантник ничего не ответил, лишь усердно продолжил чертить символы. Закончив, он поднялся и воздал эту жертву Тёмным Богам. Лишь после этого он ответил брату: —Наше служение не должно прекращаться ни на минуту, брат. Вспомни, ради чего мы сражаемся против прогнившего Империума? Человечество должно увидеть Истинный Путь. Увидеть, что лишь служба Тёмным Богам спасёт их от рабства.       —Меня волнуют более приземленные вещи, брат. Например, как мы объясним промедление.       —Поверь, Малог последнее, о чём мы должны беспокоиться, брат, — разворачиваясь и идя к двери, ответил Аглес Смагин.       Хмыкнув, второй последовал за ним, по пути перезаряжая болт-пистолет. Подойдя к двери, они достали мельта-заряды и, установив таймер, закрепили их. Укрывшись за переборками, они дождались взрыва и бросили светошумовые гранаты в образовавшийся проход. Ворвавшись следом, они обнаружили лишь ослепленных сервиторов. Целеуказатели перескакивали с одного киборга на другого, но больше никого не обнаруживали. Осторожно продвигаясь по апотекариону, они осматривали пространство перед ними. Стерильное помещение было обставлено всевозможной медицинской аппаратурой, а за дверьми, покрытых инеем, скрывалось хранилище геносемени, что они искали. Подойдя к консоли, Даур достал мультиключ и принялся взламывать дверь. В это время Аглес охранял его, наблюдая за входом. Спустя пару минут консоль поддалась и двери раздвинулись в стороны. Зайдя внутрь, они увидели ряды прогеноидов, заключенных в прозрачные колбы и плавающие в растворе. Будущее их банды лежало перед ними, и в их власти было решить судьбу будущих космодесантников.       —Здесь не меньше пяти десятков прогеноидов, брат. Мы могли бы посвятить их Тёмным Богам и получить заслуженную награду, — с благоговением в голосе произнёс Аглес.       С сомнением взглянув сначала на брата, а после на геносемя, Даур сказал: —Мы здесь не за этим, ты сам прекрасно всё понимаешь. Боги поймут, что если мы создадим больше последователей, то это послужит им лучше, чем сиюминутная жертва.       Не охотно кивнув, Аглес открыл контейнер и начал складывать в него прогеноиды. Закончив, он вопросительно взглянул на брата и с вызовом спросил: —Так ли ты следуешь пути, брат? Похоже, что тебя волнуют мирские дела больше, чем божественные.       Даур крепче сжал рукоять цепного меча, и хоть линзы скрыли его глаза, но Аглес почувствовал скрывающийся за ними гнев. Он знал, каков брат в ярости, но останавливаться не собирался и, отложив контейнер в сторону, выжидательно смотрел на него, держа болтер на уровне груди.       С минуту они безмолвно наблюдали друг за другом, пока по воксу не пришел приказ от Малога, требующий доклад о выполненном приказе.       Не ослабляя хватки, Даур ответил, что они добыли прогеноиды, но им необходим апотекарий, чтобы достать оставшееся геносемя из трупов. Выслушав их, Малог закрыл канал, и братья вновь сошлись взглядами, ожидая, кто первым отступит. Казалось, что они готовы наброситься друг на друга, но Аглес сдался первый и опустил болтер. Он протянул руку в знак примирения, и Даур не замедлил сжать её за предплечье.       —Всему своё время, брат. Сейчас нам необходимо восстановить численность После, мы сможем принести Истину на миры Империума.       Услышав искренность в голосе Даура, Аглес взял контейнер, и они вышли в коридор, где занялись грабежом убитых космодесантников. Дождавшись апотекария, они последовали на мостик, где их ждал Малог.       Мостик встретил их тяжелым запахом меди и свежих нечистот. Десятки тел были разорваны на куски и осквернены. Кому-то повезло больше - они умерли сразу, но часть была расчленена и выпотрошена. Примечательным был живой космодесантник, в шейный разъем которого был вставлен болевой шип. От боли вены на лбу и шее Кулака вздулись, а пальцы на руках свело судорогой. Его желтая броня лежала рядом. Покореженная и закопченная, она была живым символом поражения любого, кто встанет на пути варбанды. Сам же космодесантник стал напоминанием о грядущей резне, которая четко читалась в вырезанных на его теле символах.       —Я удивлён, что вы оставили кого-то в живых, господин, — произнёс Аглес, рукой указывая на пленника.       —Он послужит живым сообщением для наших кузенов, — мрачно улыбаясь, ответил Малог.       Схватив Кулака за подбородок, лорд спросил: —Ты всё запомнил, червь Бога-трупа?       С трудом сфокусировав взгляд, космодесантник плюнул в лицо лорду Хаоса, и кислотная слюна зашипела на щеке. Рассмеявшись, Малог ударил его в скулу, и Кулак отлетел к одной из консолей.       —Забирайте всё ценное с этого корыта. Через два часа мы совершим варп прыжок к Островам Разорванной Спирали!       —Малог, я надеюсь, что ты помнишь о сделке?       Взглянув на апотекария, лорд Хаоса лишь кивнул и, отдав команду, телепортировался на корабль. Его сержанты стали запрашивать доклады от боевых групп и занялись подготовкой к стыковке и грабежу корабля. Смагины поторопились присоединиться к ним. Право на лучшую добычу принадлежит Малогу, поэтому за остатки всегда приходится бороться, и они хотели успеть заполучить снаряжение раньше, чем им придется проливать кровь.       Аглес крутанул в воздухе цепной топор. Мотор был выключен, но веса оружия было достаточно, чтобы смять и убить смертного. Выставив клинки перед собой, его брат жестом позволял атаковать первым. Не желая терять инициативу, Аглес бросился вперед и нанес серию размашистых ударов, от которых Даур уклонился. Нырнув под топор, он выкинул правую руку вперед и оставил глубокую рану на лбу брата. Отскочив назад, Аглес стер пальцами кровь, чтобы она не попала в глаза, и он не терял из виду своего соперника. Благодаря транс-человеческому организму, рана сразу же затянулась, и, взявшись за топор обеими руками, он приготовился к новой атаке.       —Ты растерял навыки или вновь думаешь о чём-то, пока мы сражаемся? — приподняв бровь, спросил Даур.       Аглес окинул взглядом окружающую их клеть. Просторный отсек был оборудован в тренировочную зону, где космодесантники могли отточить свои навыки. Несколько десятков слуг убирало разбитые сервиторы, вытирало кровь и масло, чтобы их господам ничего не мешало. Оценив всё это за мгновение, космодесантник вновь вернулся к волнующему его вопросу - службе Тёмным Богам. Достаточно ли они сделали для достижения этого при захвате судна Имперских Кулаков? Стоило ли оставлять того Кулака в живых? Эти мысли не давали ему сосредоточиться на тренировке, и брат с легкостью одерживал верх. Будь это настоящим боем, Аглес был бы уже мертв.       Ничего не ответит, Смагин бросился на брата, метя в голову. Даур выставил клинки вперед, намереваясь заблокировать удар, но Аглес сменил направление и обрушил топор ему на плечо, разрывая плоть. Выронив клинок из раненой руки, Даур сжал зубы и полоснул брата по груди. Сделав несколько скачков назад и выбросив клинок, он признал своё поражение.       Опустив топор, Аглес подошел к брату, ухмыляясь своей победе. Пусть он и был младше, но Боги явно одарили его большими способностями.       Зажимая кровоточащую рану, Даур удовлетворенно кивнул. Пусть он и проиграл, но тренировка удалась. Он вынесет урок, и, возможно, это позволит ему прожить чуть дольше.       —Тебе стоит поработать над защитой, брат.       —Раньше я это говорил, до возвышения, — осматривая рану, ответил Даур.       Аглес плохо помнил дни до становления космодесантником. В памяти отразилась лишь постоянная жажда выжить. Дни слились в один, который состоял из простого правила – убей или будь убитым. Они жили в мире-улье, который, к их счастью, был атакован варбандой космодесантников. Тяжелая жизнь подулья закалила их тела и позволила им попасть в ряды неофитов. Жизнь после возвышения не слишком изменилась, лишь увеличился риск и ставки. И вот уже два десятилетия они сражались в банде Малога, разделяя судьбу с остальными братьями.       —Сейчас другие времена, брат. Наш путь слишком важен, слишком много людей живет во лжи Трупа-на-Троне. Мы должны показать им путь Тёмных Богов.       —Так и будет, брат. Так и будет.       Острова Разорванной Спирали встретили их буйством красок и безумием имматериума. Цепь астероидов длинною в миллионы километров была прибежищем для всевозможных слуг варпа. Пираты, темные механикус, варбанды и безумцы – все нашли прибежище в этом извращенном месте, где сама реальность истекала кровью. Взяв курс на базу апотекария, фрегат медленно приближался к цели. Вскоре варбанда расширится и получит возможность углубиться в своих рейдах, а не атаковать одиночные корабли или захолустные миры.       —Через сколько мы уже прибудем, апотекарий?       —Осталось не долго, Малог. Вскоре, как мы и договорились, ты получишь свежую кровь.       Лорд Хаоса растянул губы в довольной улыбке. Змеиный язык облизнул заостренные зубы, и он представил, как вскоре его имя разнесется по всему Вопящему Вихрю, привлекая новых последователей. Возможность начать тёмный крестовый поход была его целью, и вот уже столетие он накапливает силы для этого. Приток новобранцев позволит ему пополнить ряды и заполучить оракула, и с ним он явно достигнет величия.       Возвращаясь к своим мыслям, он решил задать вопрос, который его интересовал уже долгое время: —Откуда твой шпион осведомлен о перемещениях Кулаков? Слишком все удачно для простого видения от какого-то псайкера.       Апотекарий оторвался от инфопланшета и поднял взгляд на лорда Хаоса. Ему порядком надоел этот самовлюбленный идиот, и он с нетерпением ждал окончания путешествия. Если бы он знал, что придется терпеть его постоянное присутствие, то отправил бы одного из подчиненных, а не отправился сам. В тот момент возможность не терять время и лично провести эксперименты с телами их кузенов была слишком заманчива, чтобы он отказался лично сопровождать варбанду.       —Всё прошло удачно, варп буря разделила флот, и мы смогли заполучить то, что хотели. Остальное тебя не касается.       Малог сжал кулаки, а вены на его шее мгновенно надулись. Он не привык, что ему отказывают, но апотекарий был слишком ценным, чтобы пытаться расплатиться с ним за грубость. Мысленно прокляв его, он натянуто улыбнулся и повернулся к экрану, следя за сокращающимся расстоянием.       Космодесантники стояли в ангаре, пока сержант объяснял им предстоящую миссию. Они должны будут спуститься на астероид вместе с апотекарием и забрать неофитов в стазис камерах. После они вернутся на корабль и займутся их обучением. Все предельно просто, если не считать того факта, что часть неофитов при пробуждении может охватить безумие или варп мутации. Даур внимательно слушал, в отличии от Аглеса, который тихо молился Тёмным Богам, заранее принося кого-то из неофитов в жертву. Все понимали, что из предстоящих пятидесяти кандидатов треть окажется не пригодна. Такова цена, что пожинали Боги за открытую истину, и её все понимали. Закончив брифинг, космодесантники погрузились в «Громовой Ястреб» и устремились к своей цели.       По прибытию в ангар варбанду ждали ряды выстроенных капсул. В них были заключены неофиты, что прошли все этапы возвышения. Каждый из них представлял готового космодесантника, но из-за порчи в геносемени, сомнительных способов ускорения обучения и самого влияния имматериума невозможно было предугадать, сколько из них будет встанет в строй и будет сражаться за Тёмных Богов. Любой метод воспроизводства, лишенный былых ограничений и чистоты генокода не позволял гарантировать успех трансплонтации.       Сервалий грузно упал на пол, когда апотекарий отключил подачу энергии в стазис камеры. Тяжело втягивая воздух, он огляделся. Перед ним стояли воины, а по бокам были другие неофиты, если их возможно так назвать. Прошедшие полный курс гипнообработки и имеющие полный набор имплантов, они были космодесантниками, но в реалиях Хаоса - они являлись новобранцами, не доказавшими свою полезность и отсюда право на жизнь. Так их учили, так было всегда и так будет и впредь. Вместе с братьями, он был готов к мучительной смерти или жизни, за право возвышения. Эрвана рядом не было, но он искренне надеялся, что тот смог пройти последний этап и присутствовал среди них. Сейчас начнется отбор, и его помощь была бы очень кстати.       Послышались первые крики боли и нечленораздельные вопли. Справа от него один из неофитов начал безудержно мутировать, превращаясь в отродье. Кахий Саурод предупреждал их, что такое может случиться, и чтобы показать себя, им предстоит убить недостойных. Выживут лишь сильные, и только они примкнут к новой банде. Резво вскочив, он охнул от пронзившей тело боли. Неизвестно, сколько они провели времени в стазисе, но им явно не дали время восстановиться после финальных имплантаций. Поняв, что допустил оплошность, показав собственную слабость перед будущими братьями, он схватил голову мутирующего и резким движением сломал шею. Щелчки вокса и одобрительный наклон головы космодесантника явно говорили в его пользу. Решив, что он здесь главный, Сервалий осмотрелся, ища возможности проявить себя, но не увидел ничего стоящего. Оставшегося изменившегося душил Эрван, медленно выдавливая из него жизнь, капля за каплей. В его кривой ухмылке читалось наслаждение, он упивался страданиями бывшего инициата, пока тот когтями царапал его грудь. Напрягая мускулы, Эрван сломал ему трахею, и тот, дернувшись пару раз, затих, но даже это не остановило его превращение в зверя. Возможно, если бы у него было на пару минут больше, тот смог бы окончательно трансформироваться и растерзать их, пока меткий выстрел из болтера не разорвал бы его тело, а возможно они бы вместе растоптали его. Сервалий потряс головой и выбросил ненужные мысли из головы. Сейчас имело значение лишь мнение их господ и количество братьев, что остались в строю. С Эрваном они себя показали, но этого могло оказаться недостаточно, чтобы попасть в ряды варбанды.       Окрик главного заставил их построиться и тот придирчиво осмотрел каждого из них. Тех, кого он счел не достойным, он разрубал своим силовым топором, без малейших колебаний. Такова была служба Тёмным Богам, и все присутствующие понимали, что отбраковка слабых должна происходить сразу, не смотря на цену.       —Эти подойдут.       Апотекарий кивнул и приказал сервиторам убрать тела и камеры. Подойдя к сержанту, он передал инфопланшет с данными неофитов. Коротко просмотрев его, космодесантник пересчитал оставшихся. Из партии осталось тридцать два неофита, гораздо больше, чем он ожидал. Число новобранцев было хорошим знаком, по восемь на каждого из четырех Тёмных Владык. Теперь, численность варбанды достигла полноценной роты, что было весьма существенной силой.       Неофиты ожидающе смотрели на сержанта, пока тот распределял их. Кто-то получал нескольких в свое подчинение, а кто-то одного. Эрван и Сервалий попали к двум непритязательным космодесантникам, силовая броня которых выделялась своей простотой на фоне других братьев.       «Должно быть, они не так давно в банде, раз не успели обзавестись трофеями» — прищурив глаза, подумал Сервалий.       «Слабаки» — решил Эрван, с презрением глядя на доспехи космодесантников.       Братья подошли к подопечным и поочередно представились. Сервалий склонил голову, в то время как Эрван смотрел с вызовом. Даур усмехнулся, хоть это и было не видно за безликим шлемом. Он уже знал, кого из неофитов возьмет к себе в попечение. Аглес же внимательно осмотрел обоих, и аура недовольства физически ощущалась рядом с ним. Он сразу понял, что они желают величия, а не следования пути Тёмных Богов. Будь его воля, он бы не взялся за обучение ни одного из них, но выбора у него не было. Закончив распределение, сержант подошел к Сауроду. Тот ждал в стороне, заранее отдав необходимые приказы сервиторам. Уже не в первый раз у него заказывали пополнение для варбанд, и он заранее знал, чего ожидать от пропитанных безумием варпа космодесантников.       —В них чувствуется сила, апотекарий. Они станут достойным пополнением для воинства Хаоса, — обводя рукой неофитов, произнес сержант, —Но цепной меч бесполезен без зубьев. Где их снаряжение?       Сколько раз он слышал подобное. Кахий по-настоящему устал от наглости заказчиков, что всегда пытались урвать больше, чем способны проглотить. Он ещё раз проверил оборонительные системы и позиции боевых сервиторов. Будучи учеником Фабия Байла, он достиг успехов в своём деле и заслуженно получил репутацию лучшего хирургеона на Островах Разорванной Спирали, но даже блестящая репутация не позволяла избавить его от идиотов, что пытались нарушить договор.       —Это не входило в нашу сделку, брат, — опустив руку на рукоять силового меча, ответил Кахий.       —Я знаю, но я спросил, где их снаряжение, а не выдай нам его просто так. У моего господина есть, что предложить взамен, — похлопав по свитку, самодовольно произнес сержант.       Балдур заметил удивление апотекария, хоть оно и длилось всего лишь секунду. Это позабавило сержанта. Похоже, что предыдущие клиенты были не столь любезны.       —И что же Малог готов предложить?       Сержант намеренно медленно передал ему свиток, прекрасно понимая, что любое резкое движение может спровоцировать срабатывание систем защиты.       Внимательно ознакомившись с содержимым записей, апотекарий кивнул и приказал ближайшему помощнику перевезти на фрегат комплекты снаряжения для астартес. Открывшееся будоражило его воображение и давало совершенно новые возможности. Расщедрившись, он даже предложил продолжить сотрудничество на более лояльных условиях, если их план удастся, на что сержант пообещал передать это своему повелителю.       Малог читал записи инфопланшета, ознакамливаясь с пополнением.       —И сколько нас теперь, Балдур?       —Девяносто восемь, мой господин. Также имеется около двух тысяч вооруженных культистов.       Малог ощерился и облизнул губы. Полноценная рота космодесантников. Целые сектора захватывались меньшим числом, что уж говорить о субсекторе, где всего несколько планет, что расположены в вечном водовороте варпа.       —Проследи, чтобы неофиты получили должное обучение за время перелета, но не переусердствуй. Лучше, если враги потратят на них снаряды, чем они погибнут по глупости в клетках.       —Да, мой лорд, — поклонившись, ответил Балдур.       Сервалий в очередной раз оказался на полу арены. Даур не жалел сил для тренировок, намереваясь вырастить из своего подопечного настоящего воина, и поэтому риск получения травмы был бы достаточно велик, если бы не бдительный взор сержанта.       В который раз позавидовав Эрвану и прокляв Даура, неофит поднялся и встал в стойку. Тренировки давали свои плоды, которые были заложены гипнообучением, но до идеала, который наметил Даур, было ещё далеко.       «И почему мне достался он, а не его брат. Сейчас бы познавал таинства пути, а не был подобием учебного сервитора»       Нанеся боковой удар, Даур выбил клинок из рук Сервалия и, сделав резкий выпад рукоятью, сбил его с ног.       —В бою, если хоть на миг отвлечешься или замешкаешься, тебя ждет лишь смерть. Ты умрешь, твои братья умрут и всё, что ты достиг до этого, потеряет какой-либо смысл. Лишь будучи постоянно готовым к схватке, ты сможешь выжить и достигнуть величия, — протягивая руку, назидательно произнёс космодесантник.       Сервалий стер кровь с разбитой губы, в голове промелькнула мысль отказаться от жеста наставника, но он подавил гордыню в себе. Неизвестно сколько ему придется обучаться у него, и не стоит портить отношения. Крепко сжав руку, он рывком попытался подняться, но был остановлен ударом лба Даура. Хруст костей явно говорил о переломе носа, как и хлынувшая кровь. Сервалий, не ожидавший подобного, завалился на пол, в недоумении глядя на наставника.       —Это очередной урок, неофит. Всегда будь готов ко всему.       Эрван, к своему удивлению, погрузился в обучение Аглеса. Хоть и сначала это казалось бесполезным, но он смог увидеть, что следование пути открывает гораздо больше возможностей, чем простое размахивание топором. Хаос гораздо утончённей, чем он считал, и достичь могущества можно не только по праву сильного. Гораздо важнее понимать, чего желают Тёмные Владыки и действовать согласно их интересам. Он с жадностью впитывал новые знания и задавал вопросы, что было ему не свойственно. Наставник же, видя пыл неофита, старался отвечать на всё, хотя некоторые моменты он оставлял без внимания, понимая, что сама суть природы Хаоса – вечное соперничество, и не стоит, даже ученику, раскрывать все свои познания.       —Знание священных чисел и выполнение соответствующих подношений, позволяет заслужить толику внимания наших Господ. Кхорн – восемь, Тзинч – девять, Нургл – семь, Слаанеш – шесть. Манипулирование эти числами во время обрядов и жертвоприношений польстит Богам Хаоса. Возможно, это даже позволит заслужить их благосклонность.       —Господин, а кому из Тёмных Владык, вы служите? — с надеждой на тайное знание, спросил неофит.       Аглес усмехнулся и принялся чертить восьмиконечную звезду Хаоса. С каждой секундой, он все глубже ощущал правильность открытой истины, и желание донести её до неофита. Закончив, он заговорил: —Я служу Хаосу Неделимому. Самой сущности варпа, началу и концу всего сущего. Многие братья посвящают себя одному из пантеона, но я не считаю это правильным. Первозданная истина, вот что мы должны донести до человечества.       Эрван завороженно смотрел на символ, не понимая, смешавшихся в нём чувств. Наставник открыл для него гораздо большее, чем он мог когда-либо вообразить, и от этого ему хотелось безудержно каждую секунду своей жизни открывшийся истине. Её должны познать все, каждый человек, каждый ксенос, каждый...Эрвин тяжело задышал, образы невообразимой бойни открылись его разуму, кровопролитие тысяч миров, ради достижения одного единственного – обретения пути.       Не выдержав нахлынувшего потока, неофит потерял сознание. Пена стекала с его губ, а туловище билось в чудовищных судорогах. Аглес подошел к нему с ножом, шепча про себя: «Милость Богов тяжкая ноша, особенно для псайкеров»       Арена была пронизана запахом транс-человеческого пота, масел и пролитой крови. Казалось, что только войдя в неё, можно за секунды пропитаться этими запахами. Сервалий и Эрван стояли друг на против друга, в одной из многочисленных клетей, заняв боевые стойки. После двадцать пятого поединка, он перестал их считать. Под неустанным взором наставников, что бдительно следили за каждой их ошибкой, пока они совершенствовали свое мастерство. За три месяца постоянных учений, они достигли значительного прогресса, но даже это не давало им твердых шансов уцелеть в своём первом бою. Жизнь, что избрали за них, была полна опасностей, где секундное промедление вело к смерти.       —Ты выглядишь уставшим, брат. Неужели выдохся? — спросил Сервалий, примеряясь к весу булавы.       —Во имя Пантеона, Серв, заткнись и нападай!       Не заставив своего оппонента ждать, Сервалий начал с серии размашистых ударов, как его учил Даур. С расчетом на сметающую мощь оружия, он вкладывал все силы в удары, в попытке пробить выставленный двуручным мечом блок Эрвана.       Попытка не удалась и Эрван, ловко парировав удар, нанес укол в плечо Сервалия. Брызнула кровь и неофиту пришлось отскочить назад, разрывая дистанцию. Оказавшись в невыгодном положении, уже он выставил впереди себя булаву, просчитывая варианты, как сократить дистанцию.       Эрван, используя длину клинка не спешил сближаться и начал кружить вокруг оппонента, постепенно сближаясь для удара. Применив финт, он атаковал сначала сверху, но быстро перевел размашистый удар в укол. Не ведясь на уловку, Сервалий уклонился и одновременно отбил клинок булавой, выигрывая пространство и время. Мгновенно сместив направление, он попал брату в грудь, отбрасывая его на пол. Выронив меч и тяжело дыша, Эрван поднял руку, признавая своё поражение. Неофит подошел к нему, протягивая руку, чтобы помочь подняться, но услышал окрик Аглеса: —Псы Трона не будут столь любезны! Вставай послушник, чем дольше ты валяешься, тем выше твои шансы умереть! С трудом поднявшись, Эрван поднял двуручник и встал в стойку. Видя, как его брат с трудом дышит, Сервалий спросил: —Ты всегда был сильнее меня, брат. Что с тобой? Вместо ответа, неофит бросился вперед, занеся меч сбоку. Вложив все силы в удар, он смог отбросить брата в сторону. Сервалию повезло вовремя заблокировать удар, и он в очередной раз вспомнил совет Даура – быть всегда начеку. Взявшись обеими руками за рукоять, он в один прыжок преодолел разделявшее их расстояние и нанес удар сверху, пробив защиту брата и остановив навершие в считанных миллиметрах от его головы.       —На сегодня достаточно! — приказал Даур, прежде чем вернуться к обсуждению с братом.       Бросив оружие на пол, оба неофита пошли к выходу из клети. Слуги уже спешили очистить клеть, и, пробегая мимо, благоговейно смотрели в пол. Одарив их презрительной улыбкой, Сервалий решил ещё раз спросить брата: —Мне выбить из тебя ответ или сам всё расскажешь?       Сервалия по-настоящему переживал за него, ведь в последние две недели, Эрван был не похож на себя. Исчезли его излюбленные остроты и бахвальные речи о их будущем. С каждым днём все заметнее становилась заметна его истощенность, ведь помимо тренировок, он постигал имматериум в занятиях с Аглесом, что явно негативно на нем сказывалось.       —Мы стоим перед великанами, позади них свора псов, жаждущих нашей плоти. Мы ведем им на заклание агнца, ведь за эту жертву нам обещано могущество. Но великаны не держат своего слова. Их псы рвут нас, пока они пируют на наших костях. Всё что я понял, так это близость нашей смерти, и этот сон повторяется уже много дней, поэтому я и не сплю. Сервалий остановился от откровения брата. Первой мыслью было влияние имматериума, где варп играл злую шутку со всеми обитателями корабля, но цикличность заставила его задуматься. Брат изменился, и ему не было причин не доверять его словам. Из подслушанного разговора наставников, он знал, что у Эрван псайкер, пусть и не самый сильный, но вполне возможно, что Боги посылают ему грядущее.       —Ты говорил с Аглесом?       —До высадки осталось не так много времени, я не хочу, чтобы он счел меня слабым.       —Даже мы не можем не спать вечно, брат. Особенно при таких интенсивных тренировках, — нарочито громко сказал Сервалий.       —В этом заключается причина твоей слабости, неофит? — скрестив руки на груди, спросил Аглес.       —Нет, господин. Я готов биться и умереть во славу Тёмных Богов, — сузив глаза и смотря на Сервалия, ответил Эрван.       —Следуй за мной, и я надеюсь, что ты приготовил достойное объяснение, — приказал Аглес, направляясь к каюте.       По пути Эрван рассказал ему о своих снах. Космодесантник внимательно его выслушал, ни разу не перебив. Добравшись до каюты неофита, он принялся читать молитву и чертить символы на стенах, что были призваны оградить его от зла. Эрван, с любопытством рассматривал их, но попытка разобрать слова не удалась. Этот язык был ему не знаком, и он не решился расспросить наставника. Закончив, Аглес ещё раз приказал повторить рассказ и уточнил, не забыл ли тот каких-то деталей.       —У одного из псов была синева на лапах, — немного подумав ответил Эрван.       Кивнув ему, Аглес ушел, сказав, что на сегодня он свободен.       —О чём же таком важном ты хотел сообщить мне, Смагин? Неужели решил бросить вызов? — спросил Балдур, не отрываясь от полировки брони.       Аглес несколько дней обдумывал сказанное неофитом и наконец решил обратиться к сержанту. После многочисленных обрядов и молитв, он не нашел других вариантов и Балдур был единственным, к кому он должен был обратиться.       —Все мы умрём, когда на то будет воля Пантеона, сержант. Не стоит проливать кровь накануне операции, если этого не требуется, — ответил космодесантник, косясь на силовой топор.       —Тогда что же ты хочешь? — откладывая тряпку в сторону и смотря Аглесу в глаза, спросил Балдур.       —Я пришел напомнить о рейде на Мальтис. Пусть прогнивший Империум и клеймит нас еретиками и предателями, но мы должны соблюдать заключённые пакты.       Балдур сжал челюсть. Перед его глазами пронеслись события пятилетней давности, где они сражались на залитых кровью улицах Астерия. Их зажали в одном из домов, окружив со всех сторон, а подкатывающий «Леман Русс» лишал остатки его проредившегося отделения всяких надежд на выживание. Малог не ответил на его просьбу о подкреплении, как и запретил отступление. Оставалась лишь молить Тёмных Богов и выиграть достаточно время для лорда Хаоса. Но Боги были милостивы и явились Смагины. Ударившие в тыл гвардейцам, они подорвали танк и уничтожили тяжелые расчеты. С их помощью, они смогли пробиться и соединиться с другими силами. Тогда он поклялся оказать им поддержку в час нужды, но они так ничего и не потребовали. Откровенно говоря, он надеялся, что они умрут раньше, чем успеют что-либо попросить.       —И чего же ты желаешь?       —Чтобы ты сохранил верность Тёмным Богам, — улыбаясь ответил Смагин.       Перелет до Эхразии занял сто дней, которые варбанда провела в тренировках. Сержанты с рвением исполняли приказ своего повелителя, внимательно следя за обучением. Любого, кто не исполнял волю Малога ожидала тяжелое наказание, и поэтому каждый на корабле предпочел выполнить свои обязанности, чем застрять в камере для пыток. Неофиты были подготовлены и теперь только от их способностей зависело выживут ли они в предстоящей операции или нет. Каждый из них был снаряжен в полный комплект амуниции и ожидал приказа.       Малог с любопытством смотрел на выстроившихся перед ним космодесантников. В своей терминаторской броне, он возвышался над ними. Лишь его телохранители, одетые в такие же комплекты брони не уступали в росте. От всевозможных шпионов, он знал, что оракул спрятан на планете, в городе Геоптрос, где главенствует варбанда Истязателей. Последователи Той-Что-Жаждет, они коротали время между набегами, предаваясь излишествам в своей крепости. Бой с ними будет не простым и потребуем максимальной отдачи от каждого из присутствующих. Поражение ознаменует смерть их варбанды, победа же принесет столь желанное могущество, пусть за него и будет заплачено ценой жизни каждого из его подчиненных.       —Братья, сегодня мы получим невообразимую силу, которой эти изнеженные псы пользуются слишком долго. Оракул, что благословлен каждым из Пантеона, находится в их руках! Мы высадимся, отобьем его и он послужит нашей цели – началу темного крестового похода. Не уклоняйтесь от битвы, выпотрошите каждого встречного, но найдите его. Пусть многие из вас падут, но выжившие возвысятся! За Тёмных Богов!       Рёв сотни глоток, усиленных решетками шлемов разорвал ангар. Каждый космодесантник предвкушал резню и возможность заработать новые почести. Особенно рьяно показывали себя неофиты. Это была первая их битва и настоящая возможность показать себя. После предстоящей операции они либо станут частью варбанды, либо падут в попытках сделать это.       Отдав приказ, Малог смотрел, как братья грузятся в капсулы и перекрашенные «Громовые Ястребы». Культисты были заранее отправлены на планету, и занимали плацдарм для своих господ. Всё было готово к предстоящей битве, осталось лишь захватить цель.       Аглес машинально отмечал оставшуюся высоту, выведенную на дисплей его шлема. Все его мысли занимал предстоящий бой, который позволит ему приблизиться к возвышению. Раздавшийся запрос о готовности по воксу подтвердил, что скоро будет высадка и последующая резня. Из сводок, он знал, что культисты подготовили им плацдарм, пусть они и нещадно вырезались гарнизоном и Истязателями. Задачей его отделения являлось проникновение и разведка, пока остальные братья будут участвовать в штурме и удержании зоны высадки.       Огонь зенитных батарей пробил десантную капсулу. Брата, рядом с ним, от выпущенной очереди крупнокалиберных снарядов разорвало на части. Загудели предупредительные сирены и машинный дух капсулы принялся корректировать маршрут, чтобы они достигли намеченной зоны. Воздав короткую молитву, Аглес провел рукой по болтеру, поднося каждого убитого из него в жертву Пантеону. Резкий скачок, совмещённый с рёвом стабилизаторов и тормозов, произошел за пару мгновений до удара, что убил бы любого смертного. Пробив крышу, капсула упала в обширном зале, обставленным с истинным вкусом последователя Слаанеш. Всюду виднелись излишества цветов и роскоши, как и выпотрошенные или замученные люди.       С резким щелчком вылетели заклепки, послышались первые крики раненых и на выбегающих космодесантников обрушилась лавина из лазерного и стаберного огня. Окружившие их капсулу культисты понимали бесполезность своей борьбы с отделением космодесанта, но своей жертвой пытались выиграть хоть немного времени до прибытия господ, что на равных могли бы сражаться с захватчиками. Многие из них бросались на цепные мечи и боевые ножи космодесантников, ощущая последний в их жизни экстаз от смертельного ранения, в надежде завалить тех телами, чтобы помешать продвижению.       —Малог был прав, эти изнеженные ублюдки не смогли удержаться от соблазна резни в зоне высадки и оставили крепость без защитников, — раздался в воксе голос Эрвана.       —Не торопись с выводами, неофит. Хоть они и извращены Тёмным Богом Удовольствий, но они не глупы, чтобы оставить оракула без стражи. Вскоре, мы встретимся с кузенами, — произнес сержант, располовинивая цепным мечом культиста.       —Приборы не регистрируют показателей брони, сержант. Кругом лишь орда культистов.       Взглянув на полученные данные, сержант осмотрелся вокруг. В зал продолжали прибывать культисты и с каждой потраченной на них минутой повышались риски встретиться с Истязателями. Хоть в крепость и было отправлено три отделения, для повышения шансов на по захвату оракула, но он не был намерен делиться честью добраться до цели первым. Малог явно оценит и возвысит его, если ему удастся первому взять оракула, но для этого необходимо пробиться сквозь толпу.       —Построение клином. Даур, Фабор, Золог вы на острие. Разорвем этих червей!       Космодесантники заревели и быстро построились согласно приказу. Выставив мечников впереди и прикрывая их с флангов, они смогли набрать необходимый темп и покинуть злосчастный зал, оставляя позади себя бойню. Культиты попытались забросать их гранатами, но были срезаны меткими очередями космодесантников. Расцветшие вспышки взрывов лишь создали необходимое для астартес пространство, позволяя ещё больше ускориться. Прорвавшихся в коридор космодесантников встретили градом болтов. Двое Истязателей, в руках которых были тяжелые болтеры, заливали коридор огнем, заставляя выживших искать укрытие. Их выстрели унесли жизни сразу троих и тяжело ранили ещё одного из отделения. Угадав по броне сержанта, слаженными залпами они быстро растерзали его тело. Продолжая вести огонь, они оттеснили Смагинов и их послушников в один из боковых коридоров.       —Варповы отродья, неужели остальным отделениям также везет или только на нас ополчились Боги? — спросил Даур, осматривая цепной меч, что принял часть болтов и сохранил ему жизнь.       —Это испытание, ниспосланное Пантеоном, брат. Остальные были слишком слабы и лишь мы достойны пройти его.       Не став что-либо отвечать, Даур выбросил ставший бесполезным цепной меч и достал боевой нож. Перезарядив магазин болт-пистолета, он осмотрел карту крепости и решив, что оракул будет в одной из комнат центрального зала, предложил пробиваться туда.       —А что, если они увели его в одно из хранилищ, господин? — спросил Сервалий, продолжая обстрел прохода, который не переставали наполнять культисты.       —Тогда нам не повезет, и мы задержимся тут дольше, чем планировали, — просто ответил Даур, и повел остатки отделения по намеченному маршруту.       Они выбрали извилистый путь, пытаясь избегать стычек с Истязателями и культистами. Оставленные растяжки, позволили им отвести толпу в другой коридор и наконец скрывшись от преследователей, они достигли намеченной цели. Хронометр указывал, что прошло полчаса с момента десантирования и времени оставалось не так много, пока хозяева не вернуться в крепость. Связавшись с выжившими из других отделений, они условились встретиться в главном зале и уже оттуда, совместными усилиями, найти оракула.       —Сколько у вас осталось боезапаса? — спросил Даур, проверяя свои запасы.       —Я пуст, мой господин.       —Есть ещё двадцать болтов.       —Пара гранат и полный магазин, господин.       Слушая этот не обнадеживающий доклад, Даур прикидывал их шансы пробиться к братьям из других отделений. Надеяться, что у них ситуация лучше или имеется тяжелое вооружение он не считал целесообразным и поэтому готовился к худшему раскладу.       —Приготовьтесь, — нажимая на кнопку активации двери, произнёс Даур, —И да направит нас Пантеон.       Двери расползлись в стороны, явив им развернувшуюся бойню. Повсюду валялись тела культистов, их братьев и космодесантников из рядов Истязателей. В конце зала виднелась фигура в балахоне, что сидела у подножия трона. По медленному движению головы, было заметно его любопытство, от развернувшейся картины битвы. Заметив идущих космодесантников, он не сдвинулся с места, а лишь принялся что-то бормотать. Сверхчеловеческий слух, усиленный приемниками шлема, позволил уловить этот шепот. Идущих насторожило, что сначала голос был детский, затем старческий, после мужской и наконец женский. Изменяя настройки визора, Дауру не удалось разглядеть лицо под капюшоном. В какие-то мгновения, ему казалось, что оно женское, затем был старик с седой бородой, после ребенок и так в бесконечном и беспорядочном цикле повторений. Даже подойдя в упор, он не мог с уверенностью сказать, кто именно сокрыт перед ним.       —Долго же вы шли, помазанники Пантеона, — произнесло мелодичным женским голосом существо, —Я устал вас ждать.       Не понимая, их ли цель перед ним, Даур распорядился пополнить боезапас и занять оборонительные позиции. Убрав оружие, он протянул руку, чтобы отдернуть капюшон, но как только космодесантник прикоснулся к ткани, его разум заполнили видения будущего и прошлого, невообразимые разрушения и извращенные восхождения. Не в силах устоять, он рухнул на колени и сорвал шлем. Его тут же вырвало.       —Господин! — крикнул Сервалий, наведя болтер на оракула.       —Избранница Богов, — благоговейно прошептал Аглес.       Послышался каркающий смех, и оракул встала. Её руки были скрыты рукавами и виднелись лишь кончики крючковатых пальцев, что преображались также быстро, как и сама её сущность. Вытянув их вверх, она послала разряд молний, который испепелил Истязателей, что засели на галерке. Их предсмертные крики привели Даура в чувство, и он с трудом поднялся. Приняв шлем, из рук подошедшего Сервалия, он связался с Малогом и отдал приказ немедленно отступать к зоне эвакуации.       Выйти их крепости оказалось проще, чем зайти. Оракул направлял их, позволяя избегать ненужные стычки. Если же дело доходило до боя, то враги испепелялись молниями или разрывались выпущенными болтами. Быстро добравшись до площадки, они отстреливались, от, казалось бы, бесконечных орд культистов, подкрепленных немногочисленными космодесантниками из Истязателей. Те, видя, что их главную ценность пытаются украсть, атаковали безрассудно, буквально набрасываясь на ножи космодесантников. Если бы не поддержка оракула, их бы давно смяли и уничтожили.       Прилетевший «Громовой Ястреб» был потрепан, а из одного его двигателя валил густой черный дым. Многочисленные отверстия, оставленные при попытке пробиться к зоне эвакуации обещали, что полет потребует все мастерство пилота.       —Мы не выберемся на нём, если не уничтожить эти площадки, — сказала оракул, пальцем указывая на места, где было сосредоточено ПВО Истязателей.       Даур недолго думал и предпочел довериться оракулу, не раз спасавшему их жизни.       —Капитан, я Даур, требуется орбитальный удар по квадрату 2-4-6, 5-4-6, 9-4-6.       —Запрос принят, — ответил искаженный помехами голос капитана корабля.       —Все в «Ястреб», если на то будет воля Богов, мы выживем! — приказал Даур, бросая гранату в толпу наседающих культистов.       Как только они поднялись в воздух, заработали системы противовоздушной обороны, накрыв челнок градом снарядов. Пилот, хоть и выполнял маневры уклонения, не мог избежать всех попаданий, и было понятно, что при такой плотности огня, им не выбраться за пределы крепости. Вскоре, разорвавшие небеса макроснаряды ударили по щиту крепости схлопнув его. Затем последовал залп из ленсов, сметающий все на указанных позициях. От огромного выброса энергии челнок бросало в стороны, но пилот смог выправить курс, и они устремились к кораблю.       —Какова цена верности, помазанники? Кому вы отдадите предпочтение? — внезапно спросил оракул мужским голосом.       Её вопрос остался без ответа, космодесантникам было над чем задуматься и без её загадок.       —Ты слышал её, Даур. Мы избраны Богами! — восторженно воскликнул Аглес.       —И что же ты намерен предпринять, брат? Свергнуть Малога, когда мы только вышли из боя?       —Я лишь рад узнать, что Боги благоволят нам, за нашу верность, — говоря по общей сети, ответил Аглес.       Смагины спускались с трапа, ведя за собой оракула. Послушники безмолвно следовали за ними, держа болтеры на уровне груди. Их встречал Малог, в окружении двоих терминаторов. Подле него был и Балдур, вместе с остатками своего отделения. Его опаленная и местами пробитая броня свидетельствовала о жестокой битве развернувшейся в городе. Пусть он и был изранен, но в нем чувствовалась жажда крови и вонь стимуляторов, что ещё бушевали в крови.       —Мои дорогие братья! Я вижу, что вы успешно завершили свою миссию. Поверьте, я этого не забуду, — разведя руки произнёс Малог.       Стоявшие по бокам терминаторы, были готовы к любому проявлению неповиновения и держали шторм-болтеры на изготовку. Рассредоточившееся отделение, что стояло позади них, так же было готово атаковать, в случае необходимости. Малог не сомневался, что такая демонстрация избавит его от любых глупых требований, и позволит навязать свои награды за успешный захват оракула.       Смагины сразу же оценили обстановку и поняли, что ждать чего-то особенного от их повелителя не стоит. Видя, какие меры он предпринял, чтобы избежать неповиновения, они смиренно склонили головы и тоже приказали послушникам.       Малог улыбнулся. Наконец-то он заполучил оракула. Десять лет подготовки не прошли даром. Теперь, в его руках знание о будущем, которое позволит ему построить свою империю и, может быть превзойти самого Хоруса.       —Кому вы служите? — спросила оракул, голосом ребенка.       Малог опешил от подобного вопроса, пока не понял, что он был адресован Смагинам. Чувствуя неладное, он собирался приказать свите привести оракула, когда Аглес прокричал: —Тёмным Богам!       Первый болт разорвался в шлеме одного из терминаторов, второй угодил в горжет Малога. Прокляв фанатизм брата, Даур бросился вперед, метя ножом в шею лорда Хаоса. Послушники открыли слаженный огонь по оставшемуся терминатору. Тот прикрыл силовым кулаком голову, и только приказ Малога остановил его от стрельбы. Открыв огонь по предателям, он мог попасть в оракула, что было не допустимо.       Перехватив клинок Даура силовым кулаком, Малог поднял шторм-болтер, но силовой топор Балдура отсек его руку. Не успев ничего сказать, лорд Хаоса лишился головы. В свои последние мгновения, он проклинал предателей и желал им самой страшной судьбы, которую только могут придумать Боги. Оставшийся в живых терминатор, ринулся на оракула, надеясь убить её раньше, чем его. Выстрелы в коленные сочленения лишил его подвижности, а выстрел из плазменного пистолета прожег дыру в его груди. Грузно рухнув на пол, он попытался навести шторм-болтер, но сил для этого не хватило.       Все смотрели на Аглеса и ожидали от него ответов. Лишь оракул, смеялся детским голосом. Балдур взглянул на свои руки, отдававшие синевой из-за оружия и осознавая содеянное опустился на колено перед новым лордом Хаоса. Следом за ним пали на колени все присутствующие, кроме Даура. Он продолжал крепко сжимать рукоятку болт-пистолета и смотреть на Аглеса.       —И что теперь, брат? — гневно спросил Даур.       —То, что мы должны были сделать уже очень давно, Даур. Будем следовать зову небес, где нас направят Боги.