Имя на его запястье

      Чимин делает резкий поворот, вытягивает руку и снова прыжок. Он танцует под тревожную музыку. Пот скатывается по его вискам. Пак сегодня сильно загонял себя танцами после того, как провел занятия трем группам подростков.       После того разговора с Чон Ёнхи душа Чимина плачет, не переставая. Он не хотел верить её словам, но в глубине сознания он как ребенок верил в то, что ему наговорили. В тот день Чимин проревел полночи в подушку, потому что мать Чонгука была права. Она сказала, что унизительно быть всю жизнь чьей-то любовницей. Ждать Чонгука до позднего вечера, а потом получать смс, что он не придет, потому что у него проблемы в семье, где есть жена и ребенок. Даже из-за Тэсона, который тоже попал в сердце Чимина, он не может терпеть своё положение.       Чимин танцует так, будто это его последний танец, а после он лишится этой возможности. Но, конечно, это лишь негативные мысли Пака.       В течение следующих трех дней Чимин не отвечает на звонки и смс от Чонгука, а дома Чон не мог его застать, так как Чимин замещал Хосока, проводя занятия в его группах. Тому нужно было встретиться с девушкой, которая учится в Австралии и приехала всего на несколько дней.       На четвертый день Чонгук психует, бросает все дела, отменяет запланированные встречи и едет днем в танцевальную школу, намереваясь застать Пака там. Он выходит из автомобиля, наскоро припарковавшись, залетает в здание и подходит к девушке на ресепшене, которая очень раздражает, когда клеится к его соулмейту.       — Здравствуйте, вам чем-нибудь помочь? — вежливо улыбается Юми.       Чонгук открывает было рот, как видит в коридоре до боли знакомую фигуру. Он ничего не отвечает администратору, а сразу идет в коридор стремительным шагом.       — Чимин, — окликает он парня в черной футболке, хватая под локоть.       Пак поворачивается лицом к говорящему и удивленно смотрит на Чонгука. Он не ожидал его здесь увидеть. Сегодня.       Чонгук оглядывается по сторонам, понимая, что здесь не место выяснять отношения, поэтому сильнее сжимает пальцы на чужой руке и заводит Чимина в тренерскую. Танцор шипит в недовольстве, но послушно ступает в кабинет. Чонгук закрывает дверь и поворачивает замок, чтобы их не побеспокоили.       Они встречаются глазами и ловят эмоции друг друга. Чонгук бесится из-за того, что Чимин столько времени его игнорирует. Эти несколько дней показались ему вечностью. Чимин же поднимает глаза на соулмейта и обнимает себя руками, защищаясь, потому что от одного взгляда на него трясет неимоверно. Так сильно Чимин влюблен.       — У меня не так много времени, чтобы выяснять, что с тобой происходит, — Чон решает первым начать разговор. Он расслабляет черный галстук под пиджаком и делает шаг в сторону Пака. — Ты не отвечаешь на мои звонки и сообщения. В чём дело?       Чимин потупил взгляд в пол, отступая на шаг назад. Чонгуку это не нравится. Он подходит к нему вплотную и приподнимает пальцем его подбородок:       — Говори. Тебя кто-то обидел?       Младший молчит, бегает глазами по комнате, пытаясь не смотреть в черные омуты, в которых тонет каждый раз.       — Чимин, я теряю терпение, мать твою! — рявкает Чонгук.       — Не кричи на меня, — на выдохе произносит Чимин, зажмуриваясь.       — Извини. Черт, я просто не выношу, когда мне ничего не говорят и надеются, что я читаю мысли, — он кладет руку на талию парня и притягивает его к себе. — Малыш, скажи, что происходит?       Чимин рефлекторно кладет руки на плечи Чонгука. Он размыкает губы, чтобы ответить на вопрос, но вместо этого приникает к губам Чонгука. Мужчина сразу отвечает на поцелуй, смакует любимые губы с придыханием, прижимая их обладателя к себе всё сильнее. Чимин скользит кончиками пальцев по его шее, целует сладко и медленно, наслаждаясь каждым мгновением. Он не знает, возможно, это их последний поцелуй.       Позволив себе ещё несколько секунд ласки, Чимин выпускает губы Чона из плена и часто дышит, прикрыв веки.       — Нам надо поговорить, — шепчет Пак.       Чонгук глубоко дышит, вдыхая запах любимых персиковых духов:       — Я тоже так считаю.       — Давай выйдем на воздух, прогуляемся.       Чимин переодевается в джинсы и белую рубашку, переобувается в белые кроссовки. Чонгук ждет его около двери, даже не выходил, а лишь любовался плавными изгибами соулмейта.       Они выходят из здания. Чонгук берет Чимина за руку, уже не стесняясь, что их увидят такими. Чонгук предлагает пообедать вместе, но у Чимина нет аппетита, он только соглашается прогуляться по набережной. Сегодня там мало людей.       Чонгук паркует автомобиль неподалеку, ставит на сигнализацию и догоняет Чимина. Они несколько минут наслаждаются видом на реку Хан, на её волны. Небо над головами становится серым, скоро пойдет дождь. Отличная погода, чтобы расставить все точки над «i», - думается Чимину.       Пак идет по каменной дорожке поближе к воде. Помимо них по набережной гуляют ещё несколько парочек.       — Ко мне приходила твоя мать.       Чонгук, стоящий рядом, поворачивает голову и озадаченно смотрит на Чимина. Парень же глядел исключительно на реку.       — К тебе? — уточняет Чон. — И что она хотела?       — Поговорить.       — О чём говорили?       Чимин засовывает руки в карманы джинсов, водит носком кроссовка по асфальту.       — О тебе. Она просила оставить тебя и Джиен в покое.       Чонгук отводит взгляд и сжимает челюсти. Достает из кармана пиджака сигареты и зажигалку. Нервно закуривает, выдыхая серый дым.       — А ты что? — спрашивает Чон, тоже глянув на большую воду.       Чимин молчит несколько секунд. Он набирает побольше воздуха в легкие, прежде чем ответить.       — Она сказала, что её подослал ты.       — Что за бред?! — восклицает Чонгук, повернувшись к Чимину. — Я никого не посылал к тебе.       Чимин качает головой, хмыкая:       — Даже если так, она права. Чонгук, мне надоело ныкаться с тобой по углам, целоваться тайком и встречаться только у меня на квартире. Мне надоело врать твоей семье, твоему сыну, — эмоции подкатывают к горлу. Чимин подходит к Чонгуку, чтобы взглянуть ему в глаза. — Чонгук, скажи мне честно. Я тебе вообще нужен? Или я просто привлекателен для тебя и всё это ненадолго?       — Это моя мать тебя так накрутила?       — Ты не ответил на вопрос.       Чонгук делает затяжку, выдыхает дым в сторонку и отвечает:       — Чимин, я не из тех, кто будет врать о своих чувствах.       — Ну, Джиен ты ведь врешь, — фыркает Пак.       — Нет. Разве ты слышал, чтобы я признавался ей в любви?       — Я не вижу того, что происходит за закрытыми дверями, Чонгук. Потому что ты меня не пускаешь в свою жизнь.       — Да я, блять, уже впустил тебя в свою жизнь! — рычит Чон, тушит сигарету и бросает её в сторону урны. Подходит к парню и дергает его за руку. — Что мне сделать, чтобы ты мне поверил?! Чимин, у тебя есть то, чего нет ни у одной женщины, с которыми мне когда-либо доводилось быть. Твоя душа, она неповторима. Я уже не представляю своей жизни без тебя.       Губы Пака дрожат, а по лицу катится слеза. Он не вырывается из захвата, наслаждается близостью с соулмейтом.       — Я уже не знаю, во что верить, Чонгук. Если... если для тебя так будет лучше, если ты и вправду не знаешь как от меня избавиться...       Чимин тянется свободной рукой и срывает со своей шеи кулон с сердцем, который подарил ему Чонгук, и вкладывает его в руку мужчины.       — Я отпущу тебя, — шмыгает Пак носом. — Пусть мне будет больно, пусть я не смогу справиться со страданиями вдали от тебя, но я не хочу держать тебя около себя насильно, — голос уже дрожит от слез. — Спасибо тебе за всё, что между нами было. А любовь, она не всегда взаимна. И ты не должен любить меня и быть со мной только потому, что я этого очень хочу. Только потому, что я люблю тебя.       Чимин делает шаг назад, потом ещё один, уже поворачивается спиной, оставляя ошарашенного Чонгука с кулоном в руках. Но не успевает Чимин пройти и пяти метров, как чувствует, что его хватают сзади, прижимают спиной к чужой груди. Чимин хрипит навзрыд, хочет вырваться, но его держат крепко. А Чимин и не против. Он молится о том, чтобы Чонгук не дал ему уйти. Он так не хочет этого. Ведь это выше его сил.       Люди вокруг оглядываются на них, но соулмейтам сейчас всё равно на чужое мнение и пристальные взгляды. Чонгук зажмурился, уткнулся лицом в изгиб шеи Чимина. В ушах слышен только стук собственного сердца, которое, кажется, скоро выпрыгнет из груди.       Чонгук первым берет себя в руки, он насильно разворачивает Чимина лицом к себе и дергает за руку, чуть сдавливая запястье со своим именем.       — Ты сейчас едешь со мной и ни о чем не спрашиваешь.       Чон тянет Чимина за руку, уводя его с набережной. Пак вытирает лицо рукавом рубашки и послушно следует за мужчиной. Из него будто все силы выкачали, что уже нет никаких сил на сопротивление.       В машине Чонгук заводит двигатель и увозит Чимина в неизвестном направлении. А Чимин и не следит за дорогой, только сидит на переднем сидении, прикрыв веки от дуновения ветра через приоткрытое окно.       А когда они заезжают во двор жилого комплекса, Чимин начинает дышать глубже. Он не знает, что задумал Чонгук, но догадывается, когда тот открывает пассажирскую дверь и просит выйти из машины.       Они поднимаются на лифте в полной тишине. Пак и не решался заговорить, потому что видел состояние Чонгука. Тот был похож на разъяренного быка перед битвой, ещё шаг и он снесет всё на своем пути.       Чонгук звонит в двери своей квартиры, ему быстро открывают. На пороге появляется Ёнхи, но стоит Паку выйти из-за спины Чонгука, как улыбка пропадает с её лица. Она не приглашает их в квартиру, но Чонгуку и не нужно разрешение, он раскрывает дверь пошире, берет Чимина за руку и заводит в свою квартиру.       В прихожей появляются Джиён и Тэсон. Сын сразу же бежит к отцу.       — Привет, сынок, — Чонгук целует его в макушку, но больше смотрит в глаза Джиен.       — Учитель Пак, — мальчик подходит к Чимину и обнимает его за талию.       Чимин присаживается на корточки и целует Тэсона в обе щёчки.       — Вы плакали? — забеспокоился Тэсон.       — Совсем чуть-чуть, но не волнуйся, всё хорошо.       — Тэсон, посиди в своей комнате, взрослым надо поговорить, — строгим голосом просит Чонгук.       Тэсон дует губки, но берет с Чимина обещание, что они ещё увидятся и поболтают вне тренировок, а после уходит наверх к себе в комнату.       — И что это значит? — спрашивает Джиен, сложив руки на груди. Она сегодня была одета по-домашнему, а не как обычно, с боевым раскрасом.       Чонгук делает шаг вперед:       — Чимин – мой соулмейт. И я люблю его.       Мать Чонгука пораженно вздыхает, прикладывая руку ко рту. Она поочередно смотрит то на сына, то на невестку. Чимина же не удостаивает даже взглядом.       — Это шутка? — усмехается Джиен. Затем она смотрит на свекровь, видит её реакцию, и понимает, что Чон говорит правду. — Серьезно? И вы обо всем знали? — спрашивает у Ёнхи, а затем смотрит на мужа. — Чонгук, ты обманывал меня?       Джиен зачесывает волосы назад, расхаживая по помещению. Она замечает поникший взгляд Чимина, что стоял чуть позади Чонгука и не вмешивался в чужой разговор.       — Ты, — указывает она рукой в сторону Пака. — Ты был его любовницей? Всё это время?       Джиен делает шаг вперед и в считанные секунды подходит к Паку, поднимая руку. Звук пощечины разлетается по прихожей. Чимин прикладывает ладонь к месту удара, отворачиваясь.       — Шлюха! — кричит Джиён.       Чонгук хватает жену за руку и отталкивает подальше, закрывая Чимина собой:       — Не смей трогать его, — рявкает он, намереваясь защищать своего соулмейта.       Однако Джиен смотрела только на Чимина.       — Ты тренировал моего сына и спал с моим мужем. У тебя вообще нет чувства стыда? — она продолжала испепелять танцора взглядом.       — Не тебе говорить о чувстве стыда, Джиен, — фыркает Чонгук, поражаясь тому, что жена говорит о подобных вещах, когда сама спала с другим мужчиной за спиной мужа.       Джиен в полнейшем шоке. В её глазах начинают скапливаться слезы. Она вспоминает все те разы, когда Чонгук «задерживался на работе», его ночевки вне дома, вранье про друзей, деловые встречи до поздней ночи и полное отсутствие интимной близости. Ей до глубины души обидно, что Чонгук посмел изменять такой шикарной женщине как она.       — Похоже, все знали, кроме меня, — всхлипывает Джиен. — Одна я была полной дурой во всей этой истории.       — Джиен…       — Не подходи ко мне! — рявкает и выставляет руку, чтобы Чонгук не подходил к ней.       Тут уже не выдерживает Ёнхи и подходит к сыну:       — Ты что вообще творишь? Этот щенок совсем мозги тебе запудрил?!       — Мама, прекрати, — шипит Чонгук, не смея поднимать голос на мать. — Чимин мой соулмейт и я больше не вижу смысла скрывать это. И надо отдать тебе должное, благодаря твоему разговору с Чимином, мы окончательно разобрались в наших отношениях. И я не хочу больше обманывать Джиен.       Чонгук не говорит матери, что его супруга сама уже давно не верна ему, но знать об этом Ёнхи вовсе необязательно. Достаточно того, что она влезла в их отношения с Чимином, наговорив ему всякой ерунды. Чонгук не позволит кому бы то ни было разлучить себя с Чимином.       Свекровь подбегает к невестке, пытается обнять, успокоить, причитает о том, что Чонгук пошутил, что он любит только её, но получает отпор. Однако Джиен, в конечном итоге, выгоняет всех из своего дома, даже Ёнхи просит уйти. Ей нужно разобраться в себе, и Чонгука она сейчас вообще не хочет видеть.       — Я заберу Тэсона сегодня, — спокойным тоном сказал Чонгук.       Джиен повернулась к нему лицом:       — Что? Я не отдам тебе сына.       — Ты сейчас на взводе, и Тэсон последний, о ком ты будешь думать сегодня. Так что я забираю его на ночь от всех этих ссор.       — И куда, интересно? К нему в дом? — она ткнула пальцем в сторону Чимина.       Джиен ходила из угла в угол, однако часть здравого смысла победила эмоции, и она разрешила Чонгуку увезти Тэсона.       Ёнхи, конечно, предлагала забрать внука к себе, но Чонгук не хотел, чтобы она и ему наговорила всякой ерунды по поводу отношений его родителей.       Чимин по просьбе Чонгука поднялся к Тэсону в комнату. Мальчик был взволнован, он шмыгал носом, сидя на кровати.       — Сон-а, не плачь, милый, — Чимин садится рядом и обнимает его за плечи.       — Родители ругаются из-за меня? — он поднимает на Пака мокрые глаза олененка.       — Что ты, зайчик, вовсе нет. Это взрослые дела, ты тут не причем. Сон-а, помнишь, ты хотел ко мне в гости прийти? Поедем прямо сейчас?       — А мама не будет против?       — Нет, она отпускает тебя на сегодня. А завтра мы школу прогуляем.       — А папа...       — А папа поедет с нами.       — Хорошо. Я хочу посмотреть, где вы живёте.       — Отлично. Я малиновый пирог испеку. Давай мы твои вещи соберем.       — Хорошо.       Тэсон доверял Чимину, тот ему очень нравился, поэтому мальчик согласился с ним поехать. К тому же с ними едет папа.       Чимин быстро помог Тэсону собрать необходимые вещи в рюкзак и вывел его из квартиры. Чонгук тоже взял из спальни свою дорожную сумку, положив туда несколько вещей из своего гардероба. Они уехали на машине Чонгука в квартиру Чимина.       Пак был счастлив, ведь в его доме теперь обитали самые любимые мальчики. Он накормил Тэсона вкусным ужином, успокоил его, когда мальчик рассказал о своих переживаниях по поводу того, что его родители поругались, хотя из-за чего, он не знал. Чонгук всё это время нервно курил в окно, отказавшись от ужина. Он много думал и мало говорил. Всю заботу о ребенке на этот вечер взял на себя Чимин. Они посмотрели «Гарри Поттера», а то в прошлый раз они с Чонгуком не досмотрели, остановившись на самом интересном месте.       Позже Чимин помог Тэсону принять душ, переодеться в пижаму, а потом уложил его спать на свою кровать. Мальчику было волнительно спать на новом месте, поэтому Чимин лег рядом с ним. Он рассказал ему сказку про крольчонка и утенка, которые жили долго и счастливо, гладил мальчика по темным волосам, что вкусно пахли персиковым шампунем. И вскоре малыш уснул сладким сном. Впрочем, как и Чимин, потому что время было позднее. Чонгук застал своих птенчиков спящими, он укрыл их одеялом и ушел спать в гостиную на диване.

***

      Чонгук никогда не думал, что его жизнь может так резко измениться. Он жил размеренной жизнью, вел бизнес, забирал сына из школы, а вечером его встречала жена, накрывающая на стол еду, что доставил курьер. Всё было нормально — работа, дом, друзья. Ровно до того момента, пока в его жизни не появился соулмейт. Чимин показал ему, что в размеренной жизни Чона далеко не всё идеально. Чонгук давно не испытывал столь сильных чувств к другому человеку. Возможно, они были даже сильнее, чем в первую встречу с Джиен когда-то.       Имя на запястье — это была не просто надпись, а знак того, что вскоре твоя жизнь изменится на сто восемьдесят градусов. Быть может, кому-то не везет так, как Чонгуку, и они вовсе не любят своих соулмейтов, но вот Чон от одной любимой улыбки пухлых губ испытывает внутренний трепет. Он думал, что стал черствым, что его сердце уже не способно на влюбленность, но оказался не прав. Чимин пробил его броню одним касанием коротких пальчиков и проник в его сердце навсегда.       Соулмейт — это дар судьбы. Но с этого момента ты заперт в его любви. Хорошо это или плохо, Чонгук не знает, однако, когда он садится в свой автомобиль, а с переднего сидения к нему тянется Чимин и целует в губы, Чон чувствует себя самым счастливым человеком на свете.       — Ну что, все документы в порядке? — спрашивает Чимин, возвращаясь на своё место и пристегивая ремни безопасности.       — Да. Теперь мы официально разведены.       Чонгук заводит двигатель и ставит руку на руль. Он облегченно выдыхает, радуясь, что наконец-то судебные тяжбы бракоразводного процесса позади. Джиен потребовала половину его бизнеса, но Чонгук не хотел продавать своё дело по частям, чтобы распилить его между ними, поэтому он предложил супруге уйти с должности и остаться только в совете директоров с возможностью получать до тридцати процентов прибыли каждый месяц. После долгих разговоров с адвокатами, Джиен согласилась на его предложение. Начальника отдела аналитики Чонгук уволил, но тот особо и не расстроился, потому что уехал вместе с Джиен в Штаты на неопределенный срок.       Тэсона оставили с Чонгуком, Джиен не стала возражать. Она хотела уехать как можно дальше и разобраться в себе. Джиен сказала, что это на время, всего на несколько месяцев, но Чонгук в этом сильно сомневался. Тем не менее, он был рад, что Тэсон остается с ним, так он будет меньше переживать. К тому же, о сыне, помимо самого Чонгука, всегда могут позаботиться бабушка с дедушкой, а также Чимин, у которого они сейчас живут, пока Чон продает квартиру и подыскивает для них большой уютный дом.       Мать Чонгука помогала сыну с внуком, но Чимина никак не могла принять, считая его виноватым в том, что тот разрушил чужое счастье. Чон не стал ей объяснять, что счастье было видимым, он оставил её со своим мнением, считая, что никому ничего не должен доказывать.       — Завтра у Тэсона выступление в танцевальной школе. Придёшь посмотреть? — спрашивает Чимин, глянув в сторону мужчины, увлеченного выездом с парковки.       — Конечно. Как я могу такое пропустить? — улыбается Чон, на секунду коснувшись пальцем чужого носа, а затем возвращает взгляд на дорогу.       Чонгук чувствовал некое опустошение, но вместе с тем и огромное облегчение. С ним теперь всегда будут самые любимые мальчики. Сын и соулмейт.

***

      Дом семьи Пак был большим и уютным, вполне в стиле Пусана. Во дворе были развешаны морские сети для ловли рыбы, а из приоткрытого окна доносился дивный запах супа из морских водорослей.       — У твоих родителей красивый дом, — с улыбкой произносит Тэсон, придерживая рукой рюкзак на своем плече.       С недавних пор он обращается к Чимину неформально, ведь они уже живут вместе. В подробности отношений Чонгука и Чимина его не посвящали, однако о том, что те являются соулмейтами, Тэсон теперь знал. Он хотел похвастаться перед всеми, что у его отца есть соулмейт, но отец объяснил, что пока ещё не время разносить эту весть по всему свету.       Хотя Чимин, который шел вместе с Чонгуком и помогал ему нести сумки, был иного мнения. Он первым же делом рассказал своим родителям, что теперь он в официальных отношениях со своим соулмейтом.       — Ты сказал им? — уточняет Чонгук, одетый в джинсы и кожаную куртку. Он осматривается по сторонам и замечает красивые деревья вокруг дома.       — Да, — кивает Чимин. — Мама только обрадовалась, что теперь у нее есть внук. Думаю, они примут Тэсона. Не волнуйся.       — Я не волнуюсь, — врет Чон, когда у самого сердце не на месте. Он ещё не знаком с родителями Чимина лично, а тут вдруг приезжает, да ещё и с ребенком.       Дверь внезапно открывается и с крыльца уже несется мама Чимина, обгоняя своего супруга. Женщина зрелых лет в фартуке приближается к ним и встречает дорогих гостей радостной улыбкой.       — Приехали, мои хорошие! Здравствуй, мальчик мой, — она налетает на сына с объятьями и целует в каждую щеку. — Как добрались?       — Привет, мам, всё хорошо, — отвечает танцор и обнимает её в ответ.       — Я так соскучилась по тебе.       — Здравствуйте, — Чонгук ставит дорожные сумки на землю и кланяется родителям Пака.       Глава семьи спускается к ним и тоже сначала обнимает сына, а потом приветствует уже и Чонгука.       — Мама, папа, познакомьтесь, это Чон Чонгук, — представляет его Чимин. Он тоже жутко нервничает из-за того, как родители примут Чонгука. — Чонгук, это мои родители Пак Джихан и Пак Хёна.       Старшие тоже здороваются с Чоном, улыбаясь ему в ответ. Отец Чимина смотрит на Чонгука с прищуром, будто изучает, но жена вовремя тычет ему локтем в бок, чтобы не был таким строгим.       — А это его сын Чон Тэсон.       — Здравствуйте, — мальчик уважительно кланяется.       — Божечки, это что за сладенькое чудо?! — восклицает мама Пака, прикладывая ладони к своим щекам. — А глазенки как у олененка. Можешь звать меня бабушка Хёна. Скажи, ты любишь жареное мясо?       — Очень люблю.       — Тогда идём. Я столько всего приготовила! Ты должен это всё попробовать.       Женщина берет мальчика за руку и заводит в дом, увлекая разговорами. Джихан забирает сумку у Чимина и приглашает всех пройти в дом.       Чимин и Чонгук идут позади. Но танцор останавливается на секунду, кладет руку на плечо Гука и шепчет на ухо:       — Всё будет хорошо. Я рядом.       — Я знаю, — улыбается Чон и быстро чмокает соулмейта в губы.       Чонгук несет сумки и на секунду взгляд падает на его запястья. На одном виден рисунок дракона, а на втором запястье совсем недавно вытатуировано красивым почерком — «Пак Чимин».