«Дай мне почувствовать, что я дышу»

Утром Ло’ак проснулся от того, что отец теребил его гамак и тряс за плечо. Замычав сквозь сладкий сон, юноша недовольно прижал ушки к голове и замотал в разные стороны хвостом. — Ло’ак! Подъем! — раздался строгий голос Джейка прямо над его ухом. — Где Нетейам? — Па, я сплю! У Нетейама спроси. — Так, Нетейам-то сам, где?! — намного громче и уже с раздражением повторил свой вопрос Джейк. — Он же с вами вчера был? На пляже? — Угу, — пробурчал Ло’ак, упорно отказываясь просыпаться. Вздохнув, Джейк повернулся к Кири, которая стояла за его спиной и держала в руках емкость с водой. Это был план «В», то есть «водные процедуры». Изначально, Джейк думал, что обойдется без них, но ситуация сама вынуждала их применить. Забрав у Кири емкость, он вылил все содержимое на спящего сына, тот от неожиданности заорал и вывалился из гамака. — Последний раз спрашиваю, Ло’ак, где Нетейам? — Да откуда мне знать! Он вчера с нами был, потом мы пошли тусоваться на пляж, потом танцевали, а он — нет. Дальше ничего не знаю! Джейк вновь обернулся к Кири, которая ранее говорила ему то же самое. Глядя испуганно в строгое лицо взрослого, девушка растерянно развела руками, мол, «видишь, мы тут не причем». — Охренеть, ребят, ну как так, КАК вы умудрились брата старшего потерять? Вот и отпускай вас потом гулять ночью после такого. Забыли главное правило? Салли всегда держаться вместе! — Па, да не переживай ты так, найдется, не маленький же, — попытался успокоить встревоженного и разозленного отца Ло’ак. Юноша сел в позу лотоса, с него продолжала капать вода. — Он не пришел ночевать, как мне не переживать? А если с ним что-то случилось? Вот когда станешь родителем, тогда поймешь, что я чувствую! Разозленный Джейк сделал несколько шагов в сторону выхода из утуру и увидел, как по плетенному мостику к нему навстречу с идеально ровной осанкой идет Тоновари. Один без жены. Поздоровавшись, лидер клана Меткаина взглянул на детей Салли и, плохо скрывая волнение, спросил: — Вы не видели Ао’нунга? Сделав огромные глаза, Ло’ак глянул на Кири, которая была удивлена не меньше. — Нет. — А вы не видели Нетейама? — тут же задал встречный вопрос Джейк, отметив про себя это поразительное совпадение. — Нет. А что такое? — Не пришел ночевать сегодня. — Мой тоже. Спросил у дочери, она сказала, что не видела и не знает, где он сейчас. Начинаю переживать. — А жена? — спросил Джейк. — Еще спит. Не хочу лишний раз ее тревожить, в положении как-никак. — Понимаю. Они, конечно, уже взрослые парни, но не настолько, чтобы гулять всю ночь напролет и уж тем более не приходить спать домой. — Согласен. Нужно их найти. — С чего начнем? — Я уже сходил к друзьям Ао’нунга, они так же его не видели и не знают, где он. Если Нетейам тоже пропал, созовем фридайверов и охотников, пусть обыщут берег, море и рифы, а мы поищем внутри острова, в джунглях. — Отлично, тогда вперед. — Надеюсь, с ними все хорошо, — тяжело вздохнул Тоновари и зашагал в ногу с Джейком по плетеному мосту. Когда отцы ушли, Ло’ак обернулся к рядом стоящей Кири и негромко сказал: — У-у-у! Кажется, кому-то сегодня жестко влетит. — Ага, даже страшно представить. — А спорим мы их раньше найдем? — Мы просто обязаны найти их раньше, идиот. Вставай! Возьмем с собой Цирею и Ротксо. Они знают остров и море лучше, чем мы. Помогут. — Да ты прям мысли мои читаешь! — Ой, заткнись, ты бы сам до такого не додумался, — съязвила Кири, которая искренне переживала за старшего брата. Она и Ло’ак незаметно выбежали из утуру и в первую очередь бросились к хижине, где жила Цирея. Несмотря на то, что солнце уже стояло в зените, Нетейам продолжал храпеть, в наглую закинув руку и ногу на тело Ао’нунга, который лежал рядом и путешествовал в девятом сне. Вчера они-таки допили огненную воду, расслабились, много хохотали и баловались на пляже под белыми яркими звездами. Копали в песке ямы, потом пошли плавать, чтобы смыть с тел песок. Увидели стайку светящихся рыбок, принялись голыми руками их ловить, но так как были пьяными, получалось плохо. Горе-охотники нахлебались морской воды, устали, залезли на широкие гладкие камни, что торчали над водой и принялись рассказывать друг другу забавные истории из детства. При этом попутно жаловались на младших и на родителей. Ох, моя Эйва! Как же иногда тяжело быть старшим сыном и старшим братом. Мелкие считают, что тебя якобы больше любят и ценят, однако со стороны предков к тебе больше требований и претензий. К примеру, если мелкие накосячат, то ты в этом тоже будешь виноват, потому что не уследил за ними. У тебя-то мозги уже есть, а у них только растут. Если ты парень, то на тебя, не всегда, но довольно часто, неосознанно давит образ отца: вроде бы хочется соответствовать и быть таким же крутым, но задней мыслью ты понимаешь, что, в принципе, не обязан становиться копией своего родителя, ты можешь быть собой и открыто говорить, что чувствуешь. Но это сложно. С одной стороны приятно, когда соответствуешь всем ожиданиям и тебя хвалят за хорошее поведение и за те или иные поступки. Ты стараешься изо всех сил на благо семьи, но будто бы жертвуешь чем-то внутри себя, забываешь о своих истинных желаниях, о своей природе. «Вот ты, например, хочешь быть следующим Оло’эйктаном?» «Нет». «Почему?» «Не знаю. Не думал об этом еще. Мне нравится ездить на илу, охотиться и собирать красивые ракушки, а еще рисовать… Мне не нравиться, что Оло’эйктану обязательно нужна Тсахик — жена. Я не хочу жениться». «Понятно. Ик! Прости… А как насчет мужа?» «А-ха-ха-ха! Только если им будешь ты, Нетейам!» «Я не против. Но мне нужно благословение брата». «О, нет! Он меня ненавидит!» «На самом деле мой брат — хороший парень. Ну, возможно, чуть-чуть с прибабахом, из-за этого с ним тяжело, но не суть. Правда, мне иногда обидно, что когда я делаю ему добро, он этого не замечает… Мне кажется, у него сейчас трудный период. Он думает, что весь мир настроен против него, а он один, доверять, типа, некому, все кругом для него враги». «Тем не менее, ему нравится моя сестра. Они прям не отлипают друг от друга». «Да, ха-ха, есть такое. А тебя это беспокоит?» «Нет, наверное. Если Рея будет счастлива, то и я буду». «Звучит замечательно». Рассуждения о мирском вымотали парней еще сильнее, они замолчали и улеглись на поверхность широкого камня, чтобы в тишине понаблюдать за великолепными звездами. Взялись за руки, переплелись хвостиками. Задышали объемным морским воздухом, да и в целом наслаждались умиротворенным, волшебным моментом. Потом Ао’нунг начал зевать, а через пару мгновений прижался к плечу Нетейама, обняв его за руку. Нетейам ласково погладил парня по голове и почувствовал, что тоже засыпает. Вот так они и заснули где попало, не думая о последствиях. Солнце потихоньку нагревало кожу, от чего Нетейам и проснулся. Он ощущал себя слегка разбито: у него гудела голова, а еще очень хотелось пить. — Ао’нунг, — позвал он фридайвера, который держал его в объятиях. — М? — Просыпайся, давай. Кажется, мы проспали все, что только можно было. — Не волнует, — пофигистично пробурчал меткаина, поглаживая лесного мальчика по плечам. Усмехнувшись, Нетейам потянулся к его лицу и чмокнул в нос. Губы Ао’нунг превратились в волнистую линию, он приоткрыл глаза и был просто счастлив увидеть заспанное, но такое красивое лицо возлюбленного. Как же хочется любоваться им вечно. — А еще можно? — попросил Ао’нунг. Нетейам выполнил его просьбу и даже приласкал пальцами за шею, погладил чувствительную кожу за ухом. От приятного поглаживания фридайвер аж замурлыкал, потянулся вперед и в благодарность поцеловал парня в губы. — Все-все, — засмущавшись сказал Нетейам и приподнялся. — Нужно вставать. Лично я пить сильно хочу. — Хорошо, давай пойдем. Я тоже пить хочу. Они спрыгнули в морскую воду, которая казалась приятно-прохладной из-за нагретой солнцем кожи, и поплыли в сторону земли. Выйдя и прошагав несколько метров по пляжу, они заметили фигуры своих друзей и замахали им руками. Увидев пропавших, Цирея, Ло’ак, Кири и Ротксо побежали к ним. Еще с далека Ло’ак воодушевленно заорал: — Эй, Нетейам, ты в полной заднице, skxawng! — Чего? — не понял Нетейам. — Ты что несешь? — А то! Папа из-за тебя весь издергался, он тебе скорее всего башку открутит за то, что ты домой ночевать не пришел! В ужасе ахнув, Нетейам рефлексивно прижал ушки к голове и тревожно глянул на Ао’нунга, у которого глаза цвета аквамарина стали размером с блюдца. В такие моменты обычно забываешь даже как дышать. К фридайверу подскочила Цирея. Вид у девушки был непривычно злой. — Готовься, братец, тебе папа тоже головомойку устроит! Куда вы оба вчера делись? С нами же вроде сидели, а потом — исчезли. Мне показалось, ты домой пошел. — Она ткнула пальчиком в солнечное сплетение брата. — Легла спать и даже не заметила, что тебя нет. Папа из-за тебя тоже весь изнервничался. — А зачем нервничать, если с нами все хорошо. — А мы-то откуда знаем?! — Ай! Не кричи, пожалуйста, а то голова болит, — поморщившись, попросил сестру Ао’нунг. — Ты совсем уже того? — пуще разозлилась Цирея. Стоящий за ее спиной Ротксо не смог сдержать улыбку. По его скромному мнению, маленькая злая девочка со стороны всегда кажется милой. Цирея же решила выплеснуть весь свой накопившийся гнев на старшего брата: — Напился вчера этой дряни. Так ладно ты, но и Нетейама за собой еще потащил! Теперь у него из-за тебя опять проблемы. А я говорила — не надо, плохо будет. Но нет, разве ты меня вообще слушаешь? Старший брат вроде, а так раздражаешь. Все! Я устала, и все папе про тебя расскажу и будь что будет! — Тихо, тихо, тихо, Рея! — наклонился к сестре Ао’нунг, выставив вперед ладони в успокаивающем жесте. — Не надо! Не рассказывай папе, он же меня прибьет. — А чем ты думал, когда делал то, что он тебе запретил? — Ничем, ничем не думал, идиот потому что. Прости меня, пожалуйста, Рея, ну, не рассказывай папе, я сделаю все, что прикажешь. Цирея задумалась после его слов. Она несколько секунд смотрела в полное раскаяния и мольбы лицо брата, а потом подозрительно прищурилась и уточнила: — Прям все-все? — Да, что угодно. — Про себя Ао’нунг успел уже сто раз пожалеть, что выпалил подобное, ведь не отвертится же теперь. — Хорошо, договорились. — Уф, спасибо. — Ну, а мне-то что делать?! — спросил Нетейам гранича с паникой. — Что мне придумать, чтобы папа не злился? — Притворись мертвым, — в шутку предложил Ло’ак, но когда все посмотрели на него с осуждением он перестал улыбаться. — Согласен, плохая идея, простите. — Думаю, лучше сказать все как есть, — спокойно сказала Кири. — На твоем месте, Нетейам, я бы сказала папе правду и извинилась. Он может покричать, но это потому, что ты заставил его нервничать. Однако он любит тебя, так что простит, не переживай. Все совершают ошибки. — Ты права. Спасибо, — поблагодарил сестру Нетейам. — На ваши поиски, кстати, половину селения пустили, — вспомнил Ротксо, — так что нам лучше поспешить. Разумеется, пропавших мальчиков-подростков отругали, однако все прошло не так страшно, как они того боялись. Наверное, если бы отцы узнали всю правду, было бы в разы хуже. Тоновари наказал Ао’нунга — теперь юноша пять дней не сможет кататься на илу. Услышав вердикт, он расстроился, но виду не подал, молча кивнул и ушел помогать сородичам приводить в порядок костры. Нетейаму же Джейк сказал семь дней помогать маме с приготовлением пищи. Кири улыбнулась, ведь это были ее обязанности, а теперь она освобождена от них на неделю. Ло’ак, услышав, по его мнению, несправедливое наказание для брата, разочарованно фыркнул и ушел на прогулку вместе с Циреей. После этого прошло два дня. Сидя в одиночестве в утуру, Нетейам аккуратно числит рыбу от чешуи, ненужных внутренностей и костей. Очищенные тушки он накалывал на тонкие палочки и складывал в плетенную корзину, где лежали пряные травы. Со стороны второго выхода, который вел в море, оматикайя услышал плеск, резко обернулся, крепче перехватив в руке нож. Однако увидев в воде черный пучок волос Ао’нунга, расслабился. Высунувшись из воды, меткаина улыбнулся, показав зубы. — Привет! Можно зайти? — Заходи, — разрешил Нетейам и вернулся к своему скучному делу. Ао’нунг подплыл ближе, зацепился сильными руками за деревянный бортик, подтянулся и вылез из воды в утуру. — Что делаешь? — поинтересовался он, присаживаясь рядом. — Заготовки к ужину. — Помочь? — Не, не надо. Я вроде сам неплохо справляюсь. Думаю, этот навык пригодится мне в жизни. — Нетейам посмотрел на фридайвера. — Как сам? — Хорошо. Скучал без тебя, вот и решил приплыть. — Я рад, что ты пришел, а то мне тут одному скучно. Кири ушла гулять с Тук, а у Ло’ака свидание с Циреей. Родители тоже куда-то ушли, а я вот… Нетейам не успел договорить, так как к нему неожиданно приблизился Ао’нунг. Его губы на вкус были слегка солеными от морской воды. Удивление Нетейама длилось мгновение, после он закрыл глаза и ответил на поцелуй. Выронив нож, он прихватил фридайвера за мокрые плечи, чтобы тот не отстранялся. Солнце медленно опускалось к линии горизонта, освещая помещение утуру смесью желтого и оранжевого оттенков. Ладонь Ао’нунга легла на затылок, длинные пальца зарылись в косички и пригладили то место, откуда у Нетейама брало свое начало цахейлу. От внезапного удовольствия оматикайя простонал ему в губы и углубил поцелуй. В груди наравне с пульсом билось нежное чувство: оно приятно обволакивало все тело теплом и расслабляло. — А со мной на свидание ты бы пошел? — спросил Ао’нунг, прервавшись. — Возможно. Смотря куда позовешь, — улыбнулся Нетейам, поглаживая кончиками пальцев бедро пловца, глядя в его глаза. — Есть одно уединенное место, я там обычно на скалах рисую. — Звучит заманчиво. А там красиво? — Очень. — Круто. Но я бы хотел сам в этом убедиться. Буду свободен завтра днем. — Я зайду за тобой. — Чудно. Интересно, как мой брат отреагирует, когда узнает, что мы вместе. Ао’нунг развел руками. — Я сестре все рассказал, она была в восторге. — Как рассказал? — Помнишь я пообещал, что выполню все, что она попросит? — Нетейам согласно кивнул. — Она потребовала выложить ей мою самую сокровенную тайну. Ну, пришлось все рассказать. Что ты смеешься? — Не знаю, я бы на ее месте проявил более яркую фантазию.