Последняя полукровка

Охотники Каждый раз, спрашивая, что за вино, Тэо дергает Чонгука за рукав. У первого стола он немного стесняется, но перейдя ко второму, становится более раскрепощенным. Сам уже спрашивает из чего приготовлено вино, просит наполнить ему бокал, чтобы попробовать. А Чонгук идет за ним и молчит. Вино он не пробует, боясь потерять бдительность, но вот сыр иногда принимает в качестве презента. "Раз не хочешь вина, то съешь хотя-бы кусочек сыра", — говорит каждый, к кому подходят Чонгук и Тэо. И Чон пробует. Ест и не понимает, как этот вкус может нравиться. Ступая дальше, туда, где фестиваль в самом разгаре, они приходят к месту, где все танцуют. Здесь играет живая музыка, многие сливаются с ней в танце. Будто бы вальс, но очень быстрый. Они кружатся, смеются и приглашают в их хоровод каждого, кто проходит мимо. Чонгук и Тэо подходят ближе. Окидывая боковым взглядом радостное лицо Тэо, Чонгук опускает руку, щупая револьвер. Он на месте. А дальше Чон смотрит на людей, что кружатся в танце. — Ты не умеешь танцевать? — вдруг спрашивает Тэо. — Нет. — Понятно. Музыка меняется на другую, и мужчины почему-то отходят в сторону. Девушки остаются в центре и, как только ритм мелодии становится быстрее, они спешат пригласить мужчин на танец. Те отвечают взаимностью. Выбирают многих и слишком неожиданно, когда одна девушка приглашает Тэо. Она просто подходит и тащит парня за руку в толпу людей, а после они начинают танцевать. Небрежно и глупо выглядит Тэо незнающий танца, но куда глупее сейчас выглядит Чонгук. Он в этом уверен, потому что играет скулами и сжимает кулаки, как будто нервничает. — Удивительно, что ты еще держишься, — раздается голос сбоку. Пришел Чимин. — Выбора нет, — вздыхает Чон. — Есть. У тебя точно. — отвечает Пак. — Ты же ждал его возле особняка, верно? Чонгук как чувствовал, что кто-нибудь прознает о его уходе. Да, Пак прав: Чонгук ждал Тэо возле особняка. Когда тот сказал, что придет в парк после заката, то решил пойти к нему на встречу, чтобы поговорить. Сказать, что они не друзья и что никакого союза между ними не будет, но в итоге он дошел до самого особняка и прождал возле него Тэо десять минут. Он уже думал, что вампир не выйдет и развернулся, чтобы уйти, однако спустя минуту увидел, как Тэо выбежал из ворот и побежал к парку. Чонгук последовал за ним. Он видел каждый его шаг: то, как он с бега перешел на шаг и пытался отдышаться, то как тот расстроился, когда не увидел Чонгука и то, как он с завистью смотрел на жителей. Видел также, как Тэо иногда поправлял рубашку. Наверное, надеялся, что увидит Чонгука, а когда тот развернулся, чтобы уйти, Чонгука просто застали врасплох. Он не ожидал, что Тэо так быстро решит сдаться, и сдавать заднюю было уже бесполезно. Возвращаясь из воспоминаний в реальность, Чонгук бросает взгляд на Тэо. Танцует. Ему, видимо, нравится, а девушка рядом с ним счастливая. Конечно, Тэо очень красив. Не у каждого такой напарник по танцам, и почему-то это выбешивает парня. — Я отойду, — вдруг говорит Чонгук. — Куда ты? Чон, эй, танец почти закончился. Эй! — растерянно спрашивает Чимин, глядя в спину Чону. Тот даже не оборачивается. Слышит, но максимально делает вид, что нет. Прорвавшись через толпу, охотник отходит в сторону. Из всех, кто может сопроводить племянника графа, он выбрал именно его, Чонгука. Вокруг столько людей, но он же предпочел его. Проходит время, прежде чем Чон приходит в себя. Мысли терзают голову, пытаются вырваться наружу, из-за чего голова начинает сильно болеть. Быть может, ему действительно стоит попробовать вино, которое предлагают. Может быть, так мысли отпустят его и уже плевать, что бдительность может чуть притупиться. Чонгук тренируется днями и ночами, практически не спит и не отдыхает, а все для того, чтобы стать первоклассным охотником. И он почти такой: он чувствует вампиров издалека. Чувствуют присутствие смерти, но вот только рядом с Тэо не ощущает ничего. Полная пустота. И именно это раздражает его. Бесит до скрежета зубов. Рядом с Тэо все по-другому, за это его хочется убить. Такого никогда не было. Покосив взгляд на стол с красным вином, Чонгук взвешивает все за и против. Один бокал не навредит ему. Ведь нет? И Чон подходит к этому столику. Здоровается с девушкой и просит один бокал. Темно-красная жидкость наполняет бокал, и Чонгук принимает его от красивой девушки с темными волосами. Прежде чем выпить, он оглядывается и только после пьет. Быстро и до последней капли. Не хочет, чтобы кто-нибудь увидел его. Пусть все продолжают думать, что он не пьет алкоголь. Особенно Тэо, который закончил танцевать и теперь стоит в стороне ото всех с Чимином. Чонгук видел, как его друг отводит вампира в сторону, а сейчас наблюдает за тем, как племянник графа разглядывает и трогает цепочку Пака на груди. Как восхищается ею и улыбается, и это почему-то раздражает Чонгука. Он сам не понимает того, как бежит к ним. Как подходит и пристально смотрит на Тэо. И как опускает руку к револьверу. — Чон, нет. — Чимин шагает к другу и перехватывает руку. — Нельзя. А Чонгук молчит. — Чонгук? — Тэо смотрит на парня глазами цвета неба и пытается понять, что же происходит. — Не прикасайся ни к кому из них, упырь, — выдает Чонгук. — Чон, что с тобой? Посмотри на меня. Эй, — Чимин встает перед другом и кладет на его лицо ладони, заглядывая в темные глаза. — Ты пьян? — Нет, я только бокал выпил. — Бокал? Ты же не пьешь. Так, давай-ка уйдем отсюда. Пак хватает Чонгука под локоть и уводит в сторону. — За мной. — говорит Чон. — Упырь, слышишь? — Оставь его. Я отведу тебя домой. — Нет! — вырывается охотник. — За мной, я сказал! — Не кричи. — За мной! Тэо не решается сдвинуться места, но когда Чонгук вырывается окончательно из рук Пака, то вампир тут же делает шаг к нему. Делает и замирает.

***

Вампиры Тэо никогда так не было больно. От неожиданности он замирает, а в глазах темнеет. — Ты что наделал, Чонгук... Чимин хватается за голову, но быстро приходит в себя. Он скидывает с себя пиджак, накидывает на плечи Кима и прижимает к себе. — Уходим. Живо. — Нет! — возмущается Чонгук. — Тэо, — Чимин смотрит на Кима с сожалением, — прости. Прости, прошу тебя. — Позаботься о нем, я сам уйду. Ему необходимо уйти. Если он не уйдет, то все все узнают. Все все поймут. Все поймут, что Чонгук напал на Тэо. Чувствуя боль в левом боку и то, как ткань рубашки пропитывается кровью, ноги Тэо быстро слабеют. Перед глазами всплывет, а дыхание становится тяжелое. Покинув праздник, уйдя в конец парка, где нет даже фонарей, Тэо прижимается к дереву. За широким стволом его не видно, что играет на руку парню, и он сбрасывает с себя пиджак. Рукоять ножа торчит из него, словно она часть него. Тяжело дыша, он откидывает голову назад, соприкасаясь с деревом. "Нож нужно вынуть", — думает Тэо, но когда пытается его вытянуть, то боль в теле становится такой сильной, что он кусает до крови свои губы. На глаза наступают слезы. Сколько он так сидит с болью в левом боку и полуобморочном состоянии, Ким не знает. Лишь понимает, что долго. Ткань уже прилипла к телу, а лицо явно побелело. Но он сидит тихо и прислушивается, наверное, к собственной смерти. Он знает, что оружие охотников пропитано ядом. Пистолет, револьвер, ножи или кинжалы — неважно. Все отравлено, а не действует это только на простых людей. Вампир же заражается и вскоре умирает. И Тэо умрет. Он уже чувствует, как левая сторона тела онемела. Как стихают звуки. — Тэо! — весьма неожиданно раздается голос, и Ким открывает глаза. Наверное, ему показалось. Никто не может звать его по имени. Никто не знает, что он здесь. — Тэо де Ким! Голос слышится еще раз, и он близко. Очень, однако Тэо не может понять, кому он принадлежит. — Он точно сюда пошел? — снова голос. — Да, побежал сюда. Поддержи его, я осмотрюсь. Голоса стихают, но слышатся шаги сбоку. Под массивной обувью можно различить звуки, когда кто-то наступает на траву и камни. Тэо затихает. Даже не дышит. Вдруг это другие охотники? Вдруг они узнали, что он ранен и пришли добить? Слишком много мыслей, однако, когда из-за дерева появляется Хосок, Тэо выдыхает. — Сюда, — кому-то кричит он и присаживается рядом с Кимом. — Тэо, — тут выходит Чимин, который держит полусонного Чонгука под руку. — Покажите рану. — просит Хосок, и Ким убирает руку от раны. — Откуда у него нож? — Он мой. Я не стал брать пистолеты и взял ножи, а он выхватил его и... — Все ясно. — вздыхает Чон старший. — Тэо, я должен вытащить нож. Придется потерпеть. — Мне очень больно, Хосок, и я не чувствую левую сторону. — Знаю, поэтому я здесь. — Хосок закатывает рукава и обращается уже к Паку: — Брось его и помоги. Все, что происходит дальше, Тэо не видит. Его глаза сами закрываются и открываются тогда, когда на улице чуть начинает рассветать. Сквозь листу деревьев пробирается свет, веет сыростью. Птицы запевают свои песни. Так всегда начинается новый день. Опираясь рукой о землю, Тэо привстает и оглядывается. На холодной земле рядом с его ногами лежит Чонгук, напротив сидит Чимин и сбоку, по правую руку, стоит Хосок. Он склонил голову и смотрит куда-то в ноги, однако услышав, что Тэо пришел в себя, поворачивает голову в его сторону. — Болит? — спрашивает Чон старший. — Не так сильно. — Хорошо. — выдыхает охотник. — Чимин, — громко зовет старший, и Пак вздрагивает. Он подскакивает сразу же. — Разбуди его. На пробуждение Чонгука уходит время. Все терпеливо ждут, особенно Хосок. Тэо видит, как сложно ему дается контролировать эмоции. Когда Чонгук встает, то первым делом он интересуется, почему они здесь, а не дома, на что тут же получает удар по щеке. Сильный. — За что? — спрашивает младший Чон и тут же получает еще два удара. — Я просил. Просил, потому что устал жить в страхе и спать с оружием. Я хотел спокойной жизни. Хотел семью, но теперь из-за тебя все разрушится. — Что я сделал?! Хосок резко хватает Чонгука за шиворот и толкает к ногам Тэо. — Разрушил наш союз. Ты напал на племянника графа и моли Бога, чтобы он дал нам немного времени на подготовку. Чимин опускает голову. — Ты - его первая жертва. — Брат... — Умоляй Тэо молчать об этом. Конечно, долго он не сможет скрывать нападение, ведь граф узнает, но так мы выиграем время. Умоляй его, Чонгук. В глазах Чонгука паника и непонимание происходящего. Он поднимает глаза на бледного Тэо, переводит взгляд на Чимина, а после на брата. Никто не смотрит на парня с сожалением. Все смотрят лишь со страхом, ведь теперь их мир разрушится. Стоя на коленях, Чонгук быстро оглядывает Тэо. Весь в крови — выглядит жутко. Обычно Тэо не такой, обычной он красивый. — Когда я напал на тебя? — Ты выпил крепкое вино, — поясняет Пак. — Но я не помню этого... — Потому что не стоило пить. Либо нужно было уточнить, что за вино тебе налили. Но сейчас это уже не важно, — говорит Хосок. — Брат... — Сейчас наши жизни в руках племянника графа. Я дам тебе час, чтобы попытаться исправить ситуацию. Пошли, Чимин. С уходом Хосока и Чимина между Чонгуком и Тэо появляется тишина. Они сидят друг напротив друга и смотрят в глаза, однако никто из них не пытается нарушить молчание. Постепенно солнце выходит из-за горизонта. Сырость проходит, но пение птиц так и остается. Слушая его, они оба, наверное, понимают, что вскоре ничего похожего не услышат. В этом городе воцарится вечная тишина. — Хочешь убить меня? — задает вопрос вдруг Чонгук. — Нет. — Почему? Я ведь пытался. — Я не ты, Чонгук. И я никому не скажу об этом. Чон удивляется и начинает смеяться. — Почему? — Потому что есть причины, — тихо отвечает Ким. — Какие? — Не могу сказать. — Ладно, можешь молчать. Как рана? Тэо опускает глаза. — Не знаю, что сделал твой брат, но мне лучше. — Что ж, это хорошо, но разве от крови тебе не стало бы лучше? Регенерация клеток не была бы быстрее? Ким чуть смущается. — Я не пил никогда кровь. — В смысле?! — Я же полукровка, я могу обходиться и простой пищей. — Всегда? — Ну, — тянет Тэо. — пока не исполнится двадцать один. — И что потом? — Выбор: я либо человек, либо вампир. Чонгук молчит. — Ты узнал мой секрет, может, теперь своим поделишься? — У меня их нет. И ты зря это рассказал. — Хочешь побежать и все рассказать всем? — интересуется Ким. — Не думал еще. — Тогда заберу слова о молчании обратно. — Шантаж? — ухмыляется Чон. — Просто хочу жить спокойно. — Хорошо, я буду молчать. — Чон опускает глаза. — Извини. — За рану? — Да. — Ничего. Тэо улыбается и смотрит на рану, что помогла сблизиться с Чонгуком. А после он переводит взгляд на правую руку, ее запястье и сглатывает вязкую слюну. Он будет молчать не просто так. Не потому, что так будет правильно, а потому, что есть другая причина. Весьма весомая.

***

Тэо возвращается в особняк, когда солнце уже взошло над домами. Он тихо пробирается в свою комнату, скрывается в ванной и спешит смыть с себя кровь. Грязные вещи он выбросит потом, а пока прячет их в корзину для белья. Место ранения ужасно ноет и тянет. Для полукровки это, конечно, нормально, но чувствовать такую сильную боль — нет. Сжав челюсть, он промывает рану, разрывает старую льняную рубашку и обматывает ею левый бок. Поднимая глаза на зеркало, Тэо видит в отражении измученное существо. "Почему в особняке нет ничего, чем можно было бы перемотать рану?", — думает Ким. Никто из жителей не пользуется подобными средствами, но Тэо особенный. Он не совсем вампир, поэтому раны на его теле заживают дольше. Вздохнув, он надевает широкую черную рубашку, брюки и выходит из ванной. Идет к кровати, ложится и, несмотря на дискомфорт в боку, все же улыбается. — Хочу увидеть тебя. Мы, кажется, подружились. — проговаривает Тэо и закрывает глаза.