Дурачьё

Минхо, кажется, влюбился в своего одногруппника. Ли уже как год знает Хан Джисона. Они учатся вместе, ходят домой одним путём и всё время списываются, обсуждая нелепые темы. Парни с самого начала сдружились и нашли контакт. Вернее, на этом настоял сам Хан. Ознакомление с университетом. Минхо сидел в аудитории, стесняясь, что опозорится в первый учебный день. Он безумно нервничал, оглядывая других счастливых однокурсников. А ему было страшно. И вдруг на его парту прилетает чей-то рюкзак, владелец которого ослепил Хо своей улыбкой. У него были милые щечки, блестящие глаза и осветлённые волосы. — Привет! – улыбчиво начал парень. — Меня зовут Хан Джисон, – он протягивает руку. — Будем дружить. И всё. Так они и сговорились. Ну, Минхо правда очень застенчивый человек, так что ему трудно найти общий язык с кем-то. Но с Джисоном всё довольно просто. Этот парень такой лёгкий в общении, что с ним только и хочется говорить. После окончания первого дня Хан предложил провести Минхо до дома, так как у них один путь, а потом решили перекинуться номерами. Минхо стеснялся, но они всё же обменялись телефонами, узнавая о друг друге даже через интернет. Сообщения, гулянки после школы и открытые разговоры. Так они и общались. Сидели вместе и веселились. Джисон помог Минхо раскрыться и не быть вечно угрюмым. И за этот год, который прошёл с момента их знакомства, Минхо правда почувствовал себя влюблённым. Ведь Джисон не боится показать себя с глупой стороны. Не боится ошибаться и принимать неправильные решения. Не боится громко смеяться, знакомиться со всеми и плакать. Не боится выражать свои чувства. Чем не мог похвастаться Минхо. За этот год Ли с каждыми скандальными случаями, во главе которых был Джисон; понимал, что этот человек – главный герой в его жизни. И, да. Хан Джисон был чуточку скандальным. Этим он и зацепил Минхо. Начнём с начала.

***

Прошёл первый месяц учёбы. Парни учатся на медицинской биофизике, и, честно признаться, Минхо не думал, что ему будет сложно. А ещё он очень не вовремя заболел и сидел дома полторы недели, из-за чего отставал по темам. Большинство учителей строгие, так что о поблажках можно даже не думать. И всем плевать, что это только первый курс. Или что это первый месяц, в котором Минхо умудрился простудиться. После больничного Минхо чувствовал себя все ещё растерянно, но единственное, что его успокаивало, это сообщения Джисона о скорейшем выздоровлении. А сейчас Ли сидит за партой, подготавливаясь к уроку, как разъяренная преподавательница быстрым шагом проходится по рядам и останавливается у пятого. Она, поправляя свои очки, хлопает ладонью по столу, заставляя всех сидящих вздрогнуть. — Ли Минхо, ты в курсе, что ты только начал, но твоё положение уже хуже некуда?! – орёт она. Ли виновато смотрит и кивает, соглашаясь. — Прос- — Молчать! Знаешь, мне твои пропуски боком не нужны. Ты ещё и задание на отвали выполняешь! Мне как тебя учить?! Идиот! Рядом сидящий Джисон мрачнеет, когда видит напуганного Минхо, которого назвали не самым приятным выражением. Поэтому он не стал сберегать свою храбрость и вмешался: — Почему вы орёте на своего ученика? Хо смотрит на него со смятёнными глазами. Этого сейчас не хватало. — Заткнись, Джисон, я с тобой не разговаривала, – затыкает его учительница. Хан резко вскакивает и тоже хлопает кулаком по столу. Учительница хмурит брови сильнее, а остальные ученики то хихикают, то шушукаются, или вообще снимают всё на камеру. — Вы не имеете право орать на учеников! – звучит слишком гордо, хотя эту фразу прошли уже все учителя. — Ты мне про права будешь качать? Герой нашёлся? Минхо переглядывается на них двоих и краснеет, ведь это всё из-за него. Ли аккуратно дергает Хана за ногу, чтобы тот перестал: — Джисон, пожалуйста, не надо, – тихо шепчет он. — Не стоит. Но Джи его даже слушать не хотел. — Он мой одногруппник! – Хан повышает голос на преподавательницу. — И мой ученик, – отвечает она. — И ты тоже. Ты, видимо, не знаешь, что повышать тон на старших здесь недопустимо! А ну сядь на место! — Не сяду, пока вы не извинитесь перед Минхо. Хо алеет ещё больше. Он плавится под желанием исчезнуть отсюда. — Я? Извиняться перед ним?! Ты меня за дуру держишь? Ты- — Он болел и не усвоил темы, а ваша задача научить его, но никак не орать, – перечит Джисон. — Слушай, ты, – она злится уже не на шутку. — Ты у меня сейчас вылетишь отсюда пробкой от шампанского. А Минхо сейчас разложится на молекулы. — А я всем расскажу, что вы отказываетесь объяснять темы своим ученикам, – спокойно бросает Джи и складывает руки на груди. — Ты будешь сейчас условия своему учителю ставить? С какой стати?! — Он болел, если вы ещё не поняли. — Ты его адвокат?! – снова повышает голос женщина. — Если надо, то буду адвокатом! – Хан опять срывается на голос. Ли уже давно сгорел в этом мире, наблюдая, как между ним ругаются два человека. Из-за него. И в это время слышит непристойные словечки, вылетающие из уст его одногруппников. Он готов вымереть, лишь бы это закончилось. — Хан Джисон, – преподавательница тяжело вздыхает. — Быстро. Вышел. Из кабинета. Гул остальных учеников становится сильнее. Джисон фыркает и собирает принадлежности в рюкзак, а после выходит из-за парты и прямо в лицо препода усмехается. Джисон ждал Минхо за дверью кабинета, слыша, как преподавательница всё же объясняет пройденные уроки, которые Минхо по болезни пропустил. И тогда Хан победно улыбается, ведь добился своего. А значит, что Минхо что-то поймёт из упущенного. Но всё же его что-то гложило. Только потом Хан почувствовал вину за весь этот спектакль. И даже не перед учителем ему стало стыдно, а перед Минхо. Так что после пары он остановил Ли и постарался искренне извиниться: — Минхо, прости, что это устроил, – стыдится Джи. — Я не хотел, чтобы ты почувствовал себя неловко и... — Всё в порядке, Хан, – ломко улыбается. На самом деле тот факт, что Джисон его защищал... греет душу Минхо? Да, так и есть. И даже стыд уходит на второй план. Хотя было неловко ощущать на себе прожигающие взгляды однокурсников. — Джисон, тебе правда не стоило. У тебя ведь репутация испортится, – говорит Хо, когда они дошли до другого кабинета, обсуждая по дороге этот казус. — Да брось, она та ещё заноза, – смеётся Джи. — И мне всё равно на репутацию. Нечего было тебя оскорблять. Да, его поступок правда был неправильным. Но какое Джисону до этого дело? Правильно, никакое. И поэтому Минхо смотрит на него горящими глазами, понимая, что Хан правда искренний балбес. Зато настоящий. О, а как насчёт второго инцидента?

***

Минхо смотрит на то, как Джисона ругают у доски, ведь тот слишком грубо общается с учителями. За прошедшие два месяца после перепалки с той самой преподавательницей, Хан не отступил и продолжил перечить старшим. Идиот идиотом. — Хан Джисон, ты совсем страх потерял?! – кричит взрослый мужчина на паренька. — Никак нет, сэр, – глупо отвечает Джи, посмеиваясь. За его смешком прыснул Хо, но когда почувствовал на себе косые взгляды, тут же вернул серьёзный вид. — Джисон, ты себя кем возомнил? Пупом земли?! На это Хан уже не сдерживается и начинает откровенно смеяться, а после, успокоившись, с тупой лыбой добавил: — Так точно. — Какой же ты самовлюблённый придурок, – потеряв надежду на исправление этого негодяя, кидает препод. — Ещё корону надень, сопляк. И он надел. На следующий день Хан ворвался в этот же кабинет с короной на голове. Серебряный элемент с кучкой камней выглядел не дёшево, а наоборот, так что смотрелся Джисон с ней просто... потрясно. Невероятно. Как настоящий дурак-принц. Да, Минхо это отметил. Препод хмуро глядел на хитрую ухмылку Джисона, опосля потирая свою переносицу, ведь понимает, что Хан такой фрукт – детские выходки по его части. Присутствующие соученики начали охать и, как обычно, снимать, пока Джисон с самодовольной улыбкой шёл к пятому ряду, чтобы сесть за парту с Минхо. — Ну привет, принц... – удивленно шепчет Ли, оглядывая друга. Хан с театральной коварной улыбкой отвечает: — Склони голову передо мной! – а позже хохочет. Ли повторяет его улыбку, пока ученики не стесняются их снимать и фоткать. — Тебе идёт, – делает комплимент Хо, кивая на головной убор. — Благодарю, – Джисон делает поклон. Он из кармана своего рюкзака вытаскивает маленькую ромашку и протягивает её. — Это вам, мой дорогой приятель. Ли принимает цветок, ломко улыбаясь. И у Минхо снова взгляд полон умиления и других смешанных чувств, которые ощущаются так незнакомо, тяжко и... приятно. Хан чудной, но невероятный.

***

Ну и последняя, самая запоминающаяся сценка, устроенная Джисоном. Первый курс подходил к концу. Все ученики бегали за оценками, списывали у друг друга конспекты и накатывали панику. Даже Минхо, хотя учился он неплохо. Джисон тоже учится отлично, но иногда он портит всё своими выступлениями. Но это... полностью поменяло Минхо и заставило его переосмыслить своё отношение к Джисону. Хан стоял у выхода университета с Минхо, чтобы потом пойти с ним домой, как обычно. Однако хановы губы засохли, так что он копошился в своём рюкзаке, искав гигиеничку вместе с Ли. — Ну где же она... – щебечет он. — А, вот! Джи вытаскивает помаду и, открывая колпачок, быстренько мажет ею по губам. Хо явно засмотрелся. Губы Джисона правда очень привлекательны. Минхо поймал себя на мысли, что хочет его поцеловать. О боже. Джисон закончил наносить помаду на губы и закрывает её, собираясь убрать обратно в рюкзак, как его толкает однокурсник, что учится вместе с ними. — Эй, педик крашеный, – кидает тот. — Это что, помада? – ядовито смеётся он. — Ну да, а что такого? – спокойно пожимает плечи Джи. Однокурсник только мерзко смеётся, выделяя своё отвращение в этом гоготе. — Ты ещё парня своего поцелуй, – он неприкрыто намекает на рядом стоящего Минхо, который от смущения уже тысячу раз сжался. Прилипший парень уходит, оставляя Минхо и Джисона наедине. Щекастый вскидывает брови, не понимая проблемы в своём действии. В обычной гигиеничке. Друзья вскоре выходят из университета, поправляя свои рюкзаки в давящей тишине. Они проходят по пустой дороге, почти дойдя до дома Минхо. Решив прервать эту глупую молчанку, Джисон спросил: — Тебе неловко из-за меня? — Что? – удивляется другой. — Нет, конечно. К чему вопрос? — Не знаю, – от растерянности зачесал затылок. — Мне казалось, что я такой дурачок и вечно ставлю тебя в неловкое положение. — Да брось, Джисони, – ласково отзывается Ли, кладя руку на ханово плечо. — Всё в порядке, правда. Мне всё равно на это. С тобой мне весело. Джисон кивнул, улыбаясь. — И тебе не кажется противным, что нас считают... геями? – неловко задается Джи. — Джисон, я буквально чистый гей. Ах, точно. Они ведь уже близкие друзья и как-то говорили на эту тему. Минхо признался в своём влечении к парням, думая, не оттолкнёт ли он Джисона из-за своей ориентации. Не оттолкнул. Джисон и глазом не дёрнул, ведь для него это не что-то сверхъестественное. Мгновение, и парни начинают смеяться, пиная друг друга в плечо, из-за чего шатаются на дороге. — А если я тебя поцелую? – неожиданно спрашивает Хан. Минхо опешил: — ... а? — Ну, в щёчку, например, – позже добавляет. — Сейчас? — Вообще. Если я буду целовать тебя в щеку, ты будешь про- Джисон недоговаривает и каменеет, когда Минхо неосознанно показывает на свою щеку указательным пальцем, говоря: — Целуй. О. Это так неловко. Однако Джисон приближается вперёд, оставляя невесомый поцелуй на его щеке. Безумно неловко. Но приятно. Минхо будет долго мягко касаться своей щеки, ощущая след сладких губ. И на этом шоу не закончилось. На следующий день Джисон с привычной резкостью влетел в кабинет, хлопая дверью, чем привлекает внимания. Лекция ещё не началась, препода тоже не виднелось, кроме учеников. Ли начал скромно махать Джисону, но тот лишь пробегался глазами по рядам, будто ища кого-то другого. Нашёл. Джисон заприметил глазами того самого одногруппника. — Эй, педик крашеный. Это что, помада? – эхом отдаётся в голове Хана, вспоминая вчерашнее. Джисон, ухмыляясь, вытащил из кармана помаду. Не гигиеническую. Минхо, увидев предмет в его руке, понял, что сейчас опять будет просто феерический концерт. Джисон открыл колпачок помады, демонстрируя всем её цвет. Ядреный красный. Хан показушно, глядя глубоко в глаза одногруппника, мажет по своим губам ярко-красный цвет. Он проводит ею по устам несколько раз, не разрывая зрительный контакт. Опять снимки, видеозаписи и смешки. А ещё множества пар глаз, которые наполнены либо брезгливостью, либо восторгом. Один из восторженных взглядов был именно у Минхо. Джисон закончил красить свои губы и демонстративно чмокнул ртом, позже лукаво улыбаясь на своего глазеющего одногруппника, который всем видом выражал рвоту. Джи закрыл помаду и убрал в карман, подходя к привычному месту. К парте, где он сидит с Ли. Слишком подозрительно он таращился на Минхо. Слишком мнительно выглядела его ухмылка. Подойдя к своему другу, Джисон бархатно схватил лицо Ли, заставляя того встать из-за стола. Глаза старшего выглядели как пять копеек. Их лица никогда не были так близко друг к другу. Джисон нежно погладил Минхо по щекам, шепча: — Ты ведь точно не против поцелуев в щёчку? Минхо удивлённо помотал головой в отрицательном жесте. — Отлично. Джисон с громким чмоком прислонился губами к щеке Хо, долго задерживаясь на ней. Минхо правда обомлел. Но ему безумно нравится. Нравится, как Джисон без стеснения продолжает проходиться губами по его щеке, пока столько пар глаз таращится на них. Нравится, что он таким образом показывает всем, что если Джисон захочет, то он поцелует парня. Пусть и не своего. Эхом по всей аудитории раздаётся отвращенное восклицание: «Фу-у, педики!» или же «Боже, что они делают?», а ещё «Эй, Соён, снимай!» И ничего из этого их не останавливает. Джисон с последним чмоком отходит от Минхо. Его губы всё такие же красные, но не так сильно. Весь цвет опечатался на чужом лице. Джи невесомо хлопает его по красной щеке, добавляя: — Красавчик. Красавчик. Джисон его поцеловал – не в губы, но всё же – и назвал красавчиком. Минхо будто начинает понимать, что происходит у него внутри, когда он смотрит на Джисона. Он считает себя обезбашенным, но ему всегда хочется быть с этим дураком. Глазеть на него, обнимать, заботиться, любить. Минхо теряет разум, ведь он без ума от удушающих чувств полноценной влюблённости. В аудиторию торопливо заходит препод и проходится глазами по остолбеневшим ученикам. — Чё вы так выглядите, будто вам в ботинки насрали? – кидает мужчина и, увидев разукрашенную следами губ физиономию Минхо, охает. — Господи, Ли Минхо. Я понимаю, любовь и всё такое, но можно не у меня в кабинете? И кто тебя так расцеловал? Джисон с улыбкой поворачивается лицом к учителю. Тот видит на хановых губах красную помаду, с досадой и понимаем вздыхая. — Господи Иисус. Ладно, я уже не удивлён, – обречённо отрубил препод. Урок начался спокойно, если не считать вспышки от телефонов, что фоткают двух парней. Один довольный своим концертом сидел с красными губами, а второй всё ещё ошеломлён произошедшим, однако тоже разукрашен чёртовым красным цветом.

***

Минхо точно влюбился в своего лучшего друга. Прошёл уже год, они второкурсники. Джисон начал устраивать поменьше цирка, так как последствия больно давят на ситуацию с оценками. Приходиться держаться, чтобы не язвить и не валять дурака. Но никто не сказал, что он вовсе покончил устраивать шоу. А Минхо... он понял, что по уши влюбился в чёртового Джисона, который по натуре балбес. Но такой забавный балбес. Нежный и ломкий балбес. Придурковатый, но манящий, блин, балбес. Ли молчит в тряпочку о своей симпатии, так как боится испортить крепкую дружбу, что строилась кирпичиками целый год. Вернее, он старался молчать. Но мечты заставляют его хотя бы намекнуть Джисону, что в него, вообще-то, прочно влюблены. Друзья привычно идут по домам, придерживая свои пиджаки в руках. Минхо понимает, что ему надо поговорить с Ханом. Но не знает как. У него не было опыта в отношениях. И с чего начать он тоже понятия не имеет. — Джисон, – внезапно для себя начал Хо. Что им движет – даже Богу неясно. — М? – отзывается Хан. — А, эм, – прокашлялся Ли. — Кхм, как ты относишься ко мне? Минхо не знает, к чему он задаёт такие вопросы своему другу. Он не знает, какие у него предпочтения в романтическом плане, но Ли так хочет хоть немного понадеяться. Вдруг Джисон тоже что-то скрывает. — Как к Ли Минхо, – в своей манере следует ответ. — Боже, я серьёзно, – выдыхает Хо. — Ну, – замешкался Джи. — Ты хороший и всё такое. Мне нравится проводить с тобой время. Спасибо, что подарил этот год мне. Это обычные слова, которые можно услышать от лучшего друга. Поэтому все надежды Минхо моментально испарились. Дурак, ты для него просто бро. Минхо мягко улыбнулся и кивнул, посчитав, что Джисон закончил. Как вдруг от щекастого полился словесный поток: — Минхо, ты ведь всё знаешь, – он остановился посреди пустого тротуара, а за ним и Ли, готовясь слушать. — Если бы я мог описать свои чувства к тебе, то это был бы целый роман. Я обожаю каждую минуту, проведённую с тобой. Мне так повезло, что у меня есть ты. Минхо, ты прекрасен. Ли оцепенел. Ему вдруг стало тяжело дышать, глаза округлились, а рот от немого восклика приоткрылись. — Погоди. Я кажется уже не могу это держать, – добавил Джисон. — Что? О чём ты... — Минхо... о Боги, даже не знаю, с чего начать, – младший своими беличьими глазами пробежался по лицу Хо, стараясь собраться с мыслями. — У меня никогда не было таких чувств. Ты не просто друг, ты для меня родной человек. Так ещё и терпишь все мои дурацкие выходки, а потом и поддерживаешь. Мне кажется, что ты... — Хани?.. — Минхо, ты мне нравишься. Время будто остановилось для них. Они разглядывали лица друг друга с большими от испуга глазами. Что-то приятное начало пробираться в душе, разливаясь тёплотой по всему телу. От этого дыхание участилось. — Минхо, я влюблён в тебя, – вторит Джи, опуская голову. Ли не медлит. Он срывается, хватает Хана за лицо и терзает взглядом его губы, к которым он так грезил прикоснуться своими. — Можно тебя поцеловать? – спрашивает разрешение Мин. У Джисона сердце сейчас убежит, но он кивает. Конечно, он согласится. Ведь понимает, что его чувства ответны. Губы Минхо сталкиваются с губами напротив. Парни нежно целуются посреди безлюдной улицы, по-детски сминая рты. Каждый будто боится страсти, действуя очень осторожно и хрупко. Оттягивают этот долгожданный момент, расплываясь в чувствах. Джисон укладывает свои руки на талии Ли, пока его щёки поглаживаются пальчиками Минхо. Постепенное легкое чмоканье начинает распространяться по пустой улице, как и выдохи двух влюблённых. Эмоциональный взрыв. Чувствуется, будто даже Земля остановилась. Чувствуется сердце, которое дрожит и качает кровь. Чувствуется безопасность и нежелание уходить. Они хотят слиться в этом моменте. Руки Хо спускаются к плечам и бережливо сжимают их. Первым – очень нежеланно – отстраняется Минхо, переходя к хановым щекам, пока тот смеётся. — Минхо! Щекотно ведь, – хрипит от хихиканья Джи. Старший отстраняется, замирая на месте. Он ласково и детально разглядывает вблизи своего возлюбленного. — Ну чего уставился? – бурчит Хан. — Красивый, – ломко шепчет Хо. — Я... я ведь тебе тоже нравлюсь? – стеснительно уточнят тот, пока его пухлые щёки розовеют. — Ещё как, Джисонни. Давно ещё. — И почему ты не признавался? – Джисон обидчиво толкается в плечо. — Я не думал, что это взаимно. А ты почему молчал?! — Потому что боялся! Ты всегда говоришь, что я твой лучший друг. И что мне нужно было думать? – расстроенно стонет Джисон. Минхо хихикает и поглаживает светлые волосы Джисона, приобнимая его крепче. Вздыхает его запах, отмечая, что Хан всегда пах орешками. Забавно. — Люблю, – шепчет Хо. — Даже мои глупые поступки? — Даже твои глупые поступки. Волшебное чувство прекрасной и чистой любви. — Я тоже тебя, хён.

***

Джисон заталкивает Минхо в пустой кабинет физики, с пылкой страстью целуя его. — Хани, – сквозь поцелуи издаёт Ли. — Что ты... устроил. Джисон отрывается и смотрит на старшего с особой лукавой улыбкой. — Хён, у нас есть целый час. — И? — И мы можем устроить шалость. Начинается. — Погоди, – опешил Ли. — Ты хочешь... — Хочу тебя, – он зарывается в шею Хо, зацеловывая кожу. — Но если ты не хочешь, то- — Я хочу! – резко срывается Хо. — Но это не рискованно? Нас могут застукать. — Кабинет свободен в течение часа, дверь закрыта. Всё должно пройти гладко, – произносит Джи, чмокая кадык. — Ты хочешь? Ты всегда можешь отказаться, – он оставляет шею и настраивается напротив лица старшего, готовясь к очередному слиянию губ. Минхо доверился желанию и подался вперёд, ответно целуя хановы губы. Это было спонтанное решение. После пробежки около университета парни набросились на друг друга со всей пылкостью. Но чтобы никто из преподов или учащихся не увидел ужасающую картину, изображённую с двумя целующимся парнями, мальчики побежали в кабинет. Прошёл месяц после начала их отношений и близости они сторонились. Хотя очень хотелось. Оба невинные в этом плане, а желание почувствовать друг друга росло до небес. Сейчас, конечно, у них нет всех удобств для полноценного удовольствия, но хотя бы помочь друг другу можно. Ханова рука спускается к бугорку на джинсах старшего, не отрывая нежные поцелуи, слыша вдохи. Минхо садится на парту в первом ряду, ибо ноги предательски подрагивают от волнения. — Минхо, – шепчет Хан. — Можно? Ли кивает болванчиком, колеблясь от предвкушения. Он ведь ещё не оголялся перед кем-то настолько. Перед Джисоном уж точно. Джи целует его в висок и мажет носом по скуле, пока расстёгивает ширинку джинс, а затем стягивает плотную ткань вместе с боксёрами. Хан всматривается в чужой член, немного розовея. Всё это так странно. Но безумно щекочет, отчего становится приятно. — Джисон, ну чего ты так смотришь на него, – смущенно бубнит старший. Хан хихикает, продолжая умильно целовать Хо. Ладонь Джисона дотрагивается до члена, что заставляет Ли вздрогнуть от ощущений. Чужая рука воспринимается по-иному. А от осознания, что это рука его любимого Хани, бабочки в животе скручиваются, а сердце делает кульбит. Джисон не торопится, плавно водит по жилистому члену, пока Минхо своими тихими вздохами ласкает слух. Младший чмокает ушко Ли для утешения. Минхо, сквозь зарождающееся удовольствие, снимает брюки Джи, видя за тканью боксеров очертание члена. Он дотрагивается до плоти через слой ткани, ловя едва слышный скулёж. — Хён, ты у меня так прекрасен. Минхо безумно льстят эти слова. Хо решает оказать ту же услугу, что и Джисон. Старший стягивает его трусы, смотря на ханово возбуждение, пока сам Джисон надрачивает ему мучительным темпом. Ли с осторожностью дотрагивается до члена младшего и скользит рукой, настраиваясь под чужой ритм. Они плавно водят кистью, тихо шипя от удовольствия. Джисон решает подняться к головке и подразнить её, надавив пальцем к уретре. Хо скулит. — Хани... Джи ещё немного надавливает, а позже, ощущая мелкие капельки семенной жидкости, продолжает водить по всей длине, слыша удовлетворительные вздохи. Хо решает ускорить движения и постепенно с особой быстротой водит рукой, из-за чего Джисон повторяет за ним, закусывая губу. Ли тянется к нему и неаккуратно, смазано целует, когда ощущает такую же резвость на своей плоти. Джисон чуть ли не валится на сидящего на парте Минхо, упираясь второй ладонью о деревянную поверхность. Движение руки Хана становилось хаотичным: от быстроты пошлые звуки хлюпанья сладко давили в уши, отчего оба искусали губы, стараясь приглушить собственные всхлипы. Ощущение, что они были на пределе. Ну а что ещё ожидать от девственников? — Джис-сон, мх, – стонет Ли, как бы он не пытался держаться. Их руки двигались всё быстрее, накатывающее наслаждение стучалось в дверь. Чёлки вспотели и неприятно прилипли ко лбам. Рты были приоткрыты в немом стоне, а грудь бешено вздымалась. — Хён, я с-сейчас... — Давай, Хани. Оргазм накатывает сначала Джисона, а уже потом Минхо. Брови были сведены в переносице, рты всё также приоткрыты, а глаза закатились. Руки испачкались тёплой спермой, а тела под рубашками жутко вспотели – молодцы, не удосужились раздеться до конца. Джисон еле держится, чтобы не упасть прямо на Минхо. Оргазм был ярким и необычным с любимым человеком, хотя это просто взаимная дрочка. Но какая разница. Хан, стараясь не задевать грязной рукой Минхо, лениво целует пухлые губы, мокро причмокивая. — Хани, ты у меня такой... — Знаю, – довольно говорит Джи сквозь слабость, перебивая старшего. — ... дурачок. Оба легонько посмеиваются, а после около десяти минут настраивают дыхание. Джисон достаёт из рюкзака влажные салфетки и вытирает руки, пот с лица и пол, на который немного попала сперма. Прибравшись и приведя себя в порядок, мальчики со скреплёнными руками собрались выйти из осквернённого подростковыми утехами кабинета. Но Хан вдруг останавливает Минхо у двери и вновь целует, будто не желая терять его за пределами их одиночной тишины; после шепча в самые губы: — Минхо, ты такой безумец. Ли непонимающе смеётся. — Я безумец? Разве я вытворяю всякую дичь? — Дичью занимаюсь я. Потому что люблю безумие. Минхо хихикает от очередной трогательной глупости, сказанную Джисоном. Перед тем, как вновь чмокнуть любимого, Ли ласково шепчет: — Дурачьё.