°Загадочный замок°

Где‑то в горах Шотландии стоит прекрасный замок — Хогвартс. Он был основан четырьмя могущественными волшебниками: Годриком Гриффиндором, Салазаром Слизерином, Ровеной Рэйвенкло и Хельгой Хаффлпафф. Они создали замок, чтобы обучать юных магов и направлять их силы в созидательное русло — ведь дети в мире магии считались особым даром самой Магии. Основатели решили распределять учеников по факультетам в зависимости от их умений и черт характера, так в школе появились четыре факультета. Шли годы, замок впитывал магию детей — и в какой‑то момент обрёл подобие личности. Сначала он пребывал в смятении: не мог понять, кто он и где находится. Вопросы роились в его сознании, словно беспокойные пчёлы. Но когда он предстал перед основателями, те не растерялись и принялись обучать его. Была, правда, одна загвоздка: Юзак, как его назвал Салазар, не мог покинуть территорию Хогвартса. Замок и парень стали единым целым. Однако Юзак не расстраивался — ему и в стенах Хогвартса было хорошо. Юзак Аркан любил веселиться и устраивать розыгрыши. Его даже прозвали клоуном — шутки порой бывали обидными, но он не хотел никого задеть, просто обожал смех и веселье.

***

Я шёл по коридору своего дома, погружённый в мысли, но вдруг до моего слуха донёсся чей‑то плач. Сердце ёкнуло — звук был тихим, но полным отчаяния. Я развернулся и направился на этот звук. В кабинете, где обычно царила тишина, сидел парень лет двенадцати‑тринадцати. На его одежде виднелись следы крови, и это заставило меня внутренне содрогнуться: дети — самое ценное, что есть в мире. — Хей, парень, тебе помощь нужна? — произнёс я, стараясь говорить мягко. Слишком близко подходить не стал — не хотел спугнуть его. Он поднял голову, и я утонул в его прекрасных зелёных глазах. Они были как два больших изумруда, но в них читались страх, неуверенность и капелька любопытства. — Я не знаю, как попал в Хогвартс, — тихо произнёс он. «Ага, значит, волшебник, — пронеслось у меня в голове. — Маглы вряд ли могли бы попасть в замок». — А что ты последнее помнишь перед тем, как оказался тут? — спросил я, стараясь скрыть волнение. — Я был у своей тёти дома, делал дела по дому, но меня толкнул с лестницы кузен Дадли. И я в тот момент подумал, что хочу оказаться там, где мне не будет больно. А потом в глазах потемнело. Когда всё прошло, я уже сидел в коридоре. За три года я успел осмотреть весь замок и понял, где я нахожусь. Только я знаю, что я вновь куда‑то влип… — Да‑а‑а, проблемка, — протянул я. — Ну, пошли к Зару, он тебе зелья даст, чтобы в порядок привести. — Я протянул руку, чтобы помочь ему встать. Он ухватился за неё, и я рывком поднял его на ноги. — А кто такой Зар? — спросил он, слегка нахмурившись. — Зар — это сокращение от Салазара, — ответил я. То, что последовало дальше, повергло меня в шок. — Салазар Слизерин?! Это же насколько моё желание было огромным, что меня перенесло на пару веков назад! — А из какого года ты? — почти шёпотом спросил я, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Я из 1994 года, — так же тихо ответил парень. — Всё, мы точно идём к Салазару. Такое нам не решить самим. — Хорошо, — кивнул он. Мы вышли из кабинета и отправились на поиски Основателей. Но искать долго не пришлось: замок подсказал мне, где они находятся. Как удачно, что они были все вместе!

***

С того момента, как я нашёл Гарри Поттера в заброшенном кабинете — а позже узнал его имя — прошло пять лет. За это время мы с ним стали настолько дружны, что все начали звать нас «Демонами Хогвартса». Мы были не разлей вода, и нам действительно было хорошо вместе. Но счастье не может длиться вечно. Это случилось, когда мы гуляли по берегу озера. Габриэль (он решил сменить имя спустя год после появления у нас) вдруг остановился. — Юзак, пообещай мне, что Зар не натворит глупостей, — произнёс он тихо, глядя куда‑то вдаль. — В истории Хогвартса записано, что он поссорился с остальными и ушёл. — Габи, к чему ты это ведёшь? — спросил я настороженно. Мне казалось, что мне не понравится его ответ. — Я чувствую, что это мои последние минуты в этом мире. Я возвращаюсь к себе, — сказал он, и в его голосе прозвучала тихая грусть. — Я обещаю, что всё будет хорошо, — прошептал я, хотя сам не верил своим словам. — Спасибо, — улыбнулся он едва заметно. И в тот же миг он растаял на моих глазах. Я упал на колени, в груди стало невыносимо больно, словно кто‑то вырвал из меня сердце. Пустота пугала меня, а слёзы сами собой покатились по щекам. Я даже не ожидал, что потеряю его так внезапно и что буду так сильно скучать. В таком состоянии меня нашёл Годрик. Он помог мне добраться до замка и стал расспрашивать, что случилось и где Габриэль. Когда я рассказал, что Габи вернулся в своё время, кто‑то обрадовался, а кто‑то, как и я, расстроился — он успел запасть в сердце многим. Я твёрдо решил: сделаю всё, чтобы в истории Хогвартса осталась запись о нём.

***

Решив закрыться от всего мира, я отправился в свою тайную комнату — о ней не знал никто, даже основатели. Перед этим я написал письмо с просьбой выполнить несколько важных задач и уснул на пару веков.

***

Когда я открыл глаза, то оказался в вагоне поезда. Рядом со мной сидела Гермиона. Она посмотрела на меня, и в её глазах я увидел неуверенность. — Герми, если у тебя есть вопросы, то задавай, — сказал я мягко, пытаясь её подбодрить. — Гарри, тут такое дело, — начала она, нервно теребя край мантии. — До четвёртого курса я читала историю Хогвартса, и там была одна информация. Но летом я решила прогуляться по Косой аллее и нашла магазин, где продавалась другая книга. В ней история Хогвартса совсем другая. И есть упоминание про «Демонов Хогвартса» — даже описание их внешности. Так вот, один из них очень напоминает тебя. — Ух ты, Миона, не ожидал от тебя такого, — улыбнулся я. — То, что я расскажу тебе, должно остаться в тайне. Ты же мне веришь? — Гарри, ты мой первый друг в магическом мире, и я твой секрет никому не расскажу, — твёрдо произнесла она. — Хорошо, тогда слушай…

***

— Дорогие ученики и профессора, — раздался голос директора, — к нам поступает новый ученик. До этого он был на домашнем обучении. Юзак Аркан, прошу тебя выйти из тени и пройти распределение. Из тени вышел парень лет четырнадцати‑пятнадцати. Он шёл медленным шагом, внимательно рассматривая всё вокруг, словно уже бывал здесь раньше. На пару секунд его взгляд задержался на Поттере, но так же быстро отвернулся. Дойдя до табуретки, он надел Распределяющую Шляпу. Не прошло и пары минут, как Шляпа громко выкрикнула: — Хогвартс! — Прости, но что это значит? — удивлённо спросил директор. — Это значит, что «молодой человек» подходит для каждого факультета, — пояснила Шляпа. — И я не могу его распределить куда‑то. Он сам решит, где хочет проводить учёбу. — Мистер Аркан, что вы решили? — уточнил директор. — Слизерин и Гриффиндор, — ответил Юзак. И тут же его мантия окрасилась в два цвета: одна половина стала зелёной, другая — красной. А на гербе вместо змея или льва появился герб Хогвартса. В зале повисла полная тишина. Лишь один голос разрезал эту тишину: — Только ты так можешь, Юзак! Интересно, что бы сказали на эту выходку Зар и Рик? — Ну, мы можем сходить к ним в гости и узнать, что они на это думают, Габи, — улыбнулся Юзак. — Потом сходим, я по ним тоже соскучился. Но по тебе сильнее. Идём к нам пока что, — отозвался Габриэль. — Хорошо, — кивнул Юзак. — Я тоже по тебе соскучился, мой дорогой друг. — Если мы решили этот вопрос, то у меня для вас ещё одна новость, — продолжил директор. — Я должен ещё раз попросить вашего внимания, чтобы сделать несколько объявлений. Мистер Филч, наш завхоз, просил меня поставить вас в известность, что список предметов, запрещённых в стенах замка, в этом году расширен. Теперь он включает Визжащие игрушки йо‑йо, Клыкастые фрисби и Безостановочно‑расшибальные бумеранги. — Полный список состоит из четырёхсот тридцати семи пунктов, и с ним можно ознакомиться в кабинете мистера Филча, если, конечно, кто‑то пожелает, — закончил директор, едва заметно усмехнувшись в усы. Дамблдор обвёл взглядом зал, словно оценивая реакцию учеников, и продолжил: — Как и всегда, мне хотелось бы напомнить, что Запретный лес является для студентов запретной территорией. Равно как и деревня Хогсмид — её не разрешается посещать тем, кто младше третьего курса. Он сделал небольшую паузу, и выражение его лица стало чуть более серьёзным. — Также для меня является неприятной обязанностью сообщить вам, что межфакультетского чемпионата по квиддичу в этом году не будет. — Что?! — ахнул Рон. Он резко обернулся к Фреду и Джорджу, своим товарищам по команде. Близнецы беззвучно разинули рты, уставившись на Дамблдора, — похоже, они онемели от шока. — Это связано с событиями, которые должны начаться в октябре и продолжиться весь учебный год, — пояснил директор. — Они потребуют от преподавателей всего их времени и энергии. Но уверен, что вам это доставит истинное наслаждение. С большим удовольствием объявляю, что в этом году в Хогвартсе пройдёт… Но как раз в этот момент грянул оглушительный громовой раскат, и двери Большого зала с грохотом распахнулись. На пороге стоял человек, опирающийся на длинный посох. Он был закутан в чёрный дорожный плащ. Все головы в зале мгновенно повернулись к незнакомцу. Внезапно освещённый вспышкой молнии, он откинул капюшон, тряхнул гривой тёмных с проседью волос и медленно направился к преподавательскому столу. Глухое клацанье отдавалось по всему залу при каждом его шаге. Незнакомец приблизился к профессорскому подиуму и прохромал к Дамблдору. Ещё одна молния озарила потолок. Гермиона охнула — и было отчего. Вспышка резко высветила черты лица пришельца. Таких лиц ученикам ещё не доводилось видеть. Оно словно было вырезано из изъеденного ветрами дерева скульптором, имевшим довольно смутное представление о том, как должно выглядеть человеческое лицо, и вдобавок скверно владевшим резцом. Каждый дюйм кожи был испещрён рубцами, рот выглядел просто как косой разрез, а изрядная часть носа отсутствовала. Но самая жуткая деталь была в глазах. Один — маленький, тёмный и блестящий. Другой — большой, круглый как монета и ярко‑голубой. Этот голубой глаз непрестанно двигался, не моргая: вращался вверх, вниз, из стороны в сторону — совершенно независимо от первого, нормального глаза. А кроме того, он временами полностью разворачивался, заглядывая куда‑то внутрь головы, так что снаружи были видны лишь белки. Незнакомец подошёл к Дамблдору и протянул ему руку, так же, как и лицо, исполосованную шрамами. Директор пожал её, негромко сказав при этом несколько слов. Похоже, он что‑то спросил у вошедшего. Тот неулыбчиво покачал головой и тоже вполголоса что‑то ответил. Дамблдор кивнул и жестом пригласил его занять свободное место по правую руку от себя. Незнакомец сел, отбросив с лица длинные седые патлы, и пододвинул к себе тарелку с сосисками. Он поднёс её к тому, что осталось от его носа, и понюхал. Затем достал из кармана маленький нож, подцепил сосиску за конец и начал есть. Его нормальный глаз был устремлён на еду, но голубой без устали крутился в глазнице, озирая зал и студентов. — Позвольте представить вам нашего нового преподавателя защиты от тёмных искусств, — жизнерадостно объявил Дамблдор в наступившей тишине. — Профессор Грюм. По обычаю, новых преподавателей приветствовали аплодисментами. Но в этот раз никто из профессоров или студентов не захлопал — если не считать самого Дамблдора и Хагрида. Их редкие удары ладонью о ладонь уныло прозвучали на фоне всеобщего молчания и скоро затихли. Всех остальных, видимо, настолько поразило необычайное появление Грюма, что они могли только смотреть на него. Грозный Глаз остался совершенно равнодушен к такому более чем прохладному приёму. Не обращая внимания на стоящую перед ним кружку тыквенного сока, он снова полез в плащ, вынул плоскую походную флягу и сделал из неё порядочный глоток. Дамблдор вновь прокашлялся. — Как я и говорил, — он улыбнулся множеству студенческих лиц, все взоры которых были обращены к Грозному Глазу Грюму, — в ближайшие месяцы мы будем иметь честь принимать у себя чрезвычайно волнующее мероприятие, какого ещё не было в этом веке. С громадным удовольствием сообщаю вам, что в этом году в Хогвартсе состоится Турнир Трёх Волшебников! — Не зря я проснулся в этом году, — шёпотом сказал Юзак Габриэлю на ухо. — Он будет очень интересным, и все его запомнят на века. Рядом с ними сидела Гермиона — она всё прекрасно слышала, но не подала виду. Ей самой было безумно интересно, что предпримут «Демоны Хогвартса», когда снова окажутся вместе. В её глазах мелькнуло любопытство, а на губах появилась едва заметная улыбка.