Ля мур.

Никита походкой от бедра выходит из стеклянного здания под палящее солнце. Он поправляет темные очки, смотря на небо, а после оборачивается. За ним следует Юра и тоже останавливается, надевая похожие. Дубайское солнце никого не щадит, особенно таких как они или Никиту в отдельности — розовая, чуть плотная рубашка поло неприятно липнет к телу, а джинсовые шорты просто греют ноги, создавая лишнюю влагу. Противно, хочется переодеться. Никита поворачивается к Юре и, жадно рассмотрев его, корчит недовольное лицо. — Мась, давай купим новых вещей? Моя уже испортилась. — Юра смотрит на него будто бы раздраженно. Однако так могут подумать те, кто лично не знаком с ним. На самом деле в карих глазах читается любовь, к которой Никита до сих пор не привык, хотя порой бывает таким же, только палится всегда. — Все что угодно, малыш. — Юра перехватывает кожаный кошелёк и поправляет воротник своей черной водолазки. Тот наверняка разделяет его мнение. Одежда хоть и новая — они купили ее перед тем, как приехать на встречу, — все равно испортилась. Вся в поту и чуть пыльная. Эти студии звукозаписи, находясь в элитных бизнес-центрах, внутри часто оказываются грязными: то пыль на столах, то валяющийся мусор возле кожаных диванов. Никита еще там, стоя в будке с микрофоном, старался не обращать внимания на паутину в углу, но один раз все же высказался. Юра же разозлился и потребовал заказать клининг. Но записывать песни они не перестали. Юра перед выходом чуть не плюнул звукорежиссёру прямо в лицо за такое отношение к ним, в особенности к Никите. Сам же Никита только презрительно обвел взглядом помещение. Теперь этот звукорежиссёр будет искать новую работу. Никита поправляет прическу, смотря в зеркало, пока Юра давит на газ, вызывая рёв мотора. По довольному, даже хищному взгляду видно, как Юре нравится это. А ему нравится все, что нравится Юре. Машина быстро набирает скорость, пока Никита расслабленно откидывается на спинку сиденья. Кожа в салоне натуральная — за ней постоянно ухаживают, — прохладная, особенно сейчас, когда Юра включил кондиционер. Трасса на дубайских дорогах пустая, мимо них проезжают одиночные машины и в противоположную сторону. За окном смазывается пейзаж, но Никита не жалуется. Он больше рассматривает Юру, увлеченного скоростью и ревом мотора. На спидометре почти двести километров. У Никиты давно нет страха, потому что он уверен в своём водителе, а эта уверенность даже больше остальных чувств. Кроме, наверное, любви — ее еще больше. — Мась, давай ехать посередине дорожки, чтобы бибика кушала полосочку? — Юра молча и послушно перестраивается на середину и газует еще больше. Никита улыбается и хлопает в ладоши, залипая на исчезающую под машиной полосу. Кто бы мог подумать, что Юра — владелец нескольких компаний и филиалов по добыче нефти и продюсер — заметит такого как Никиту, у которого из достижений только кое-как оконченная школа и неплохой голос. Они познакомились еще три года назад, когда Никите было всего двадцать два, а Юре сорок. Нашли друг друга в инстаграме и долго переписывались, прежде чем Юра не пригласил его на свидание в один из дорогих ресторанов Москвы. Никита помнит мандраж перед встречей, неловкость, которую, кажется, только он чувствовал и удивление, когда узнал, кто сидит перед ним. После за ним начали ухаживать и дарить такие подарки, которые он в жизни не видел и уж тем более не покупал сам. Сначала ему подарили телефон последней модели, потом цепь за несколько сотен тысяч, а после под его окнами появилась спортивная машина. Никита краснел каждый раз, когда в его руках оказывалось что-то дороже ста долларов, и пытался вернуть, потому что чувствовал себя должником перед ним, но Юра настойчивый и заботливый и ничего не требовал взамен. Возможно поэтому Никита сейчас такой разбалованный и глупенький. Но Юре всё равно. Он любит его любым. Сейчас же ему помогают продвигаться в шоу-бизнес со своими авторскими песнями. Выходит пока не очень, многие то отказываются, даже за большие деньги, которые им предлагают, то говорят, что выйдет плохо и никто не заинтересуется. Никита часто после таких слов впадал в апатию и не выходил из комнаты. Юра же поддерживал его как словами, так и действиями. Именно такой мужчина как Юра, умеющий ухаживать, быстро и надолго влюбил в себя. Никита хоть и не знает много, но понимает, что такая роскошь ненадолго. Он ведь может надоесть ему… Однако, наблюдая за Юрой, который игнорирует все попытки соблазнить от незнакомых девушек в каком-нибудь элитном заведении, Никита стыдиться за свои мысли. Но они оправданы — не каждый день на тебя сваливается миллионер, который бегает за тобой и выполняет все твои прихоти. Никита любит Юру не из-за денег. Он любит его характер, порой противоречивый, внешность, увлечения, романтичную сторону души, серьёзную — каждый аспект. И Никита любим в ответ, что немаловажно. Потому ему позволено где-то тупить, капризничать и злиться. Ему простят — его любят. — Приехали, малыш. — Юра чмокает его в висок, вырывая из мыслей, и выходит из машины, чтобы открыть Никите дверь. Тот выходит, смущаясь, и быстро целует в обветренные губы. Никита хмурится и достает гигиеническую помаду. — Мась, ты такая колючка. Я же говорил тебе мазать губы. — Он мажет чужие губы, вставая на носочки. Юра не только больше его, но и выше, из-за чего Никита часто чувствует себя дюймовочкой. — Прости, детка. Я постоянно забываю об этом. Только не злись. — Юра просто не дает шанса. Никиту каждый раз мурашат прозвища, а злиться и в мыслях не было. Он часто сердился только на ситуацию или на себя. Юра, чтобы окончательно добить Никиту, ласково гладит по скуле. — Невозможно на тебя злиться. — Никита бурчит в ответ, заставляя Юру смеяться, и они заходят. Магазин чём-то напоминает цум, в котором Никита был несколько раз. Одежда, обувь и сумки аккуратной стопкой сложены на желтых, напоминающие золото, полках, а куртки и шубы висят на таких же «золотых» вешалках. В каждом зале играет приятная мелодия, а работники, будто слуги, стоят в официальной одежде, скрещивая руки за спиной. Глаза разбегаются от выбора. Никита прочитал, что сегодня продается новая коллекция от популярного бренда. Название, правда не помнит, но ему это и не надо — на нее точно хватит. Он чуть ли не бегом проходит по залу, прежде чем глаз не цепляется за полупрозрачный топ. Никита берет и бежит дальше, краем глаза замечая, что Юра бежит за ним. Улыбка сама касается губ. С шортами выходит быстрее, чем с топом, потому Никита заходит в примерочную и наконец снимает липкую и грязную одежду. Юра садится напротив на диван, отказавшись от чая. Никита через пару минут выходит и демонстрирует наряд со всех сторон. Топ не только просвечивает соски, но и обтягивает в плечах и талии. Плоский, подтянутый живот теперь ничем не закрыт. Шорты тоже в какой-то степени облегают, но не так сильно. Они снова джинсовые и не такие жаркие. Возможно, потому что они находятся в прохладном помещении. — Как тебе, зай? Может посмотреть что-то другое или так хорошо? — Никита, пока никого нет, повторяет позу с его недавней фотосессии: голову опрокидывает, касается пальцами открытой шеи, чуть ссутулившись. Он замечает, как у Юры темнеет взгляд. Получилось поддразнить. — Будешь продолжать так позировать и я, к сожалению, испорчу одежду. — Ровный низкий голос снова смущает Никиту. Он улыбается, когда видит, как Юра сжимает обивку дивана и поправляет волосы. — Тогда берем. — Никита выходит из примерочной, оставляя старые вещи висеть. — Мась, давай тебе одежду купим, она у тебя тоже вся противная. — Корчит лицо в излюбленной манере и сканирует одежду в зале, пытаясь найти подходящее. Юра же послушно ходит за ним и засматривается. Никита вызывает особенный прилив чувств, когда вот так бегает по магазину и ищет понравившуюся одежду. Даже если попросит выкупить весь магазин, Юра незамедлительно это сделает — Никита ведь хочет. Спустя десять минут поиска в примерочной висят несколько водолазок, футболок и шорт. Никите будет слишком жалко смотреть на Юру с брюками — ему будет очень жарко. Никита сначала садится на диван, но потом передумывает и заглядывает за штору. Юра уже снял рубашку и теперь стоит с голым торсом и выбирает, что надеть первым. Он быстро замечает Никиту и улыбается, поворачиваясь к нему. Юра не зря ходит в зал. Ему хоть и за сорок, он все равно выглядит потрясающе. Никита жадно рассматривает выделяющиеся кубики пресса, больше всего пуская слюну на косые мышцы. Ему не стыдно за подглядывания, наоборот, Юре нравится подобная реакция на него. Внезапно Никиту хватают за подбородок и притягивают к себе, целуя. Щеки розовеют от такого порыва. Из губ вырывается стон, когда его шумно прижимают к стене примерочной, касаясь открытого живота. Юра напирает, доводит до мурашек и приятных судорог, наплевав на то, где они. — Зай, ну не здесь же. — Никита с трудом отодвигается, в конце кусая того за губу. Юра тяжело дышит и нехотя кивает. Никита же нехотя отходит. Он все же решает посидеть на диванах, потому что ситуация может повториться. Юра демонстрирует несколько нарядов, но останавливаются они на облегающей тонкой водолазке и шортах. Пусть светит начакенными ногами, но не торсом и руками. Хотя люди все равно увидят силуэты мышц. Но не кожу. Такое только для Никиты. — Мась, а как столько денежек помещается в такую маленькую карточку? — Юра прикладывает ту самую карту к терминалу и усмехается. Работник безэмоционально смотрит на них, игнорируя недвусмысленные взгляды. — Не знаю, малыш. Может карточка не такая маленькая, как кажется. — Они садятся в машину, включая кондиционер. Никита блаженно улыбается. Прохлада, новая чистая одежда и Юра. — Куда теперь поедем? Может в парк или ресторан или в магазин украшений или… — Постой, малыш, — Никита прерывает себя и заинтересовано поворачивается к Юре, — Я хочу тебе кое-что показать, надеюсь тебе понравится. — Неожиданно видеть нервозность у такого серьёзного мужчины. Подобная интрига заставляет самого Никиту ерзать на сидении, каждые пять минут спрашивать про место, куда они едут, и кусать губу. Юра, очевидно, не отвечает ему и только оставляет поцелуй на руке. Они, наконец, доезжают до нужного места. Никита, не дождавшись, когда Юра по привычке откроет ему дверь, выходит из машины и ахает. Они приехали к берегу Красного моря, где можно покататься на катерах и увидеть всю красоту города. Время близится к ночи — Никита даже не заметил, что прошел почти день, — но солнце еще не полностью зашло за горизонт. Легкий соленый ветер треплет волосы, а катеры вдалеке чуть слышно шумят. Будут очень красивые виды. — Это еще не все, — Юра подходит сзади и оставляет поцелуй на затылке и задней части шеи. Никита вздрагивает, а по коже пробегают мурашки, — пойдем за мной. — Он встает перед ним и тянет руку приглашающе. Никита без промедлений, но еще под впечатлением вкладывает свою и переплетает пальцы. Его ведут к катерам, а точнее к одной яхте. Выглядит внушающе — Никите кажется, что она самая большая из них. Они поднимаются на нее, и Никита принимается активно бегать по ней, рассматривая то перила, то спасательные шлюпки и жилеты. Юра привычно ходит за ним и улыбается. — А вот эти светящиеся квадратики для чего? — Он показывает на несколько мерцающих кнопок. — А вот этот рычаг для его? Ой, а на этом кресле сидят, да? Я тоже хочу. — Никита садится и какое-то время качается. Юра наблюдает и даже не пытается ответить на весь поток вопросов. — Я еще когда поднимался, видел круги и маленькие лодочки, это чтобы отдельно купаться, да? Почему они тогда такие твердые и некрасивые? Я не буду с ними купаться. — Никита показательно скрещивает руки на груди и выпячивает губу. Могли бы другой круг подобрать. Юра смеётся. — Не будем купаться с ними, не переживай. Я буду твоим кругом. — Никита смущается и перестает дуться. Он встает с кресла и бежит на смотровую зону, пока Юра не дает сигнал отплыть. Мотор шумит, а в колонках по углам начинает играть одна из песен ланы дела рей. Никита вдыхает морской воздух полной грудью и хватается за перила. Приятно и свежо. Юра обнимает его сзади за талию и прижимается. — Нравится? — И кладет подбородок на плечо, тоже наблюдая за вечерним солнцем и движениями волн. Никита кивает. — Теперь ты сможешь хоть каждый день кататься. Водитель в подарок. — В смысле? — Никита отрывается от пейзажа и поворачивает голову к Юре. Тот улыбается и обнимает крепче. — Это теперь твоя яхта. — Он застывает, удивлённо раскрывая глаза. Юра встречается с ним взглядом, и в его глазах блещет уверенность и снова любовь. Никита прикрывает рот рукой, чтобы случайно не закричать, и, изворачиваясь в крепких руках, порывисто обнимает за шею. В глазах появляются слезы, и Юра немного озадачено вытирает их. — Тебе не нравится? — Ты шутишь, мась? Мне очень нравится! Это лодочка теперь наша. — Голос дрожит, и слезы все не прекращаются. Юра улыбается широко, тепло и нежно и сцеловывает слезы с уголков глаз. — Ты сумасшедший! Юра добирается до его губ. Сминает соленую кожу, поглаживая бока. Волны бьются об яхту, каплями попадая на палубу. Они отрываются друг от друга и переводят дыхание. Никита в сотый, кажется, раз рассматривает паутинку морщин у глаз, лоб, щеки, по всем проходясь пальцем. Кожа влажная от жары, но приятная. Через время Юра приносит им бокалы с явно дорогим шампанским, предупреждая, что их еще ждет ужин. Никита кивает, принимает бокал из рук и, делая глоток, смотрит то на море, то на почти зашедшее солнце. Бокал опустел, а Никита, слегка румяный и довольный, просит Юру сфотографировать его. Тот, конечно, выполняет просьбу и делает если не десятки, то сотни фотографий. После небольшой фотосессии они садятся на диван. Правда только Юра. Сверху на нем, на коленях, расположился Никита. Они неторопливо целуются, трогая друг друга и наслаждаясь музыкой с колонок. Ровно в этот же день в инстаграме у Никиты появляется новая публикация с подписью: «Любимый решил сделать сюрприз и подарить яхту». А пост через секунду лайкает сам Юра.