Финал остаётся открытым

За шесть суток до начала эвакуации военных из Припяти. ЧЗО. Припять. Школа. В Припяти шёл бой, всю округу наполняли выстрелы разных калибров. Военсталы вели неравный бой заняв позиции в здании школы. — Нужно отходить к Госпиталю, если нас в круговую возьмут, то пизда! Сибирь, ебашь на подавление! Кот отходи к панельке на шесть часов, я прикрою! Кот перевалился через остатки оконной рамы, приземлился на корточки, быстро окинул местность взглядом местность и рвану рысцой к когда-то жилому зданию. За спиной помимо пулемёта и автоматных очередей раздались тихие одиночные из Вала. Кот за считанные секунды преодолел дистанцию, до открытого подъезда, влетел по лестничному маршу на третий этаж и завалился в одну из квартир. Ладонь в беспалой перчатке зажала кнопку на гарнитуре. — Занял точку, отходите к арке. Из окна открывался неплохой вид, припав к оптике снайпер начал работать по целям в чёрно-белых комбинезонах. Бука извлёк из подсумка на варбелте полный магазин, сменил им пустой и долбанул не глядя в сторону противника. — Сибирь, отходим двойкой. Пулемётчик в потрепанном эгзоскелете матерясь и огрызаясь короткими очередями принялся медленно отходить к окну. Командир уже почти покинул помещение, как позади раздался ещё более отборный мат и ненавистная всем аббревиатура. — РПГ! Последнее, что услышал Бука перед тем как в него влетел танк в человеческом обличии и раздался мощный взрыв, подгоняемые взрывной волной двое вылетели из окна вместе с остатками рамы. Повезло, что их развернуло в полёте, иначе Сибирский бы размазал под своим весом Буку. Вояки благополучно приземлились в клумбу, стимуляторы в сборке с артефактами держали на ходу даже в самых печальных ситуациях. Кот тем временем сменил уже не одну позицию, взрыв заставил напрячься, но краем глаза он приметил два тела, что покинули здание школы весьма эпичным способом, голос в гарнитуре прогнал остатки опасения прочь. — Пиздец, кажется мне хуй оторвало... Ты живой там? — Заебись, вся задница в шишках. Двигай к арке в доме, я пока добью остатки короба по пидарасам. Сибирский подобрался к углу школьного корпуса, вжал приклад ПКМа в плечо и резко выглянул из-за угла. Фанатики пробирающиеся вдоль дома явно не ожидали, что кто-то уцелеет после выстрела из "Шайтанки" в окно, застрочил пулемёт, ввысь поднялись фонтанчики свежей крови. Однако один самый резвый фанатик, успел завалиться в защиту подъезда и исчезнуть в его глубинах. Под злобный гул пулемётных очередей, Бука рванул к панельке. Из гарнитуры раздался не особо весёлый голос. — Давайте в темпе! У меня бк на донце осталось, плюсом их снайперы меня на карандаш взяли. В подтверждение слов Кота, снайперская пуля чиркнула по шлему заставляя присесть на жопу. Довольно вовремя отработал монолитовский снайпер, где секунду назад находилась шея военстала, со свистом, разрезало воздух лезвие ножа. — Сука! Раздался над ним недовольный женский голос. Девушка в монолитовском костюме замахнулась для второго удара, однако даже в кривом состоянии военстал извернулся, завалился на спину, сгруппировался прижимая колени к бронежилету и как из пушки ебнул двумя ногами в грудь нападавшей, та вылетела обратно в пустой дверной проём. — Страйк нахуй! Кот, пошатываясь, поднялся на ноги, в ушах звенело, но жить можно было. Он подобрал с пола свой Винтарь, направил ствол на тело лежащее в проёме и нажал на спуск, раздался щелчок, но выстрела не последовало, магазин был пуст. Монолитовка тем временем довольно быстро пришла в себя и вновь кинулась в бой. — Узри сиянье Его! Контуженый снайпер успел бросить ствол и поставить блок, лезвие ножа обожгло предплечье, его кулак, устремлённый в живот, не достиг своей цели. Девушка отпрыгнула в последний момент и застыла в боевой стойке, после пропущенного удара, она немного пошатывалась, хоть с виду особого дискомфорта и не испытывала. Кот носком ботинка отодвинул в сторону бесполезную винтовку, извлёк из ножен натовский штык-нож и принял стойку схожую с боксёрской, колени немного согнулись, мышцы ног напряглись и сталкер рванул вперёд. Клинок встретился с клинком, вояка отступил назад, в тот же миг нога тяжёлом ботинке снесла с головы боевой шлем, теперь его голову защищала лишь чёрная маска. Мир дёрнулся, если бы не шлем, то сознание бы точно покинуло тело. Из гарнитуры слышался голос командира, Кот недовольно прокряхител нечто невнятное, лезвие прошло у его уха, мощный хук с левой, в бок, заставил девушку отойти и перейти в оборону. — Девушка я не танцую. — Как по мне, для неверного, танцуешь ты неплохо. Военстал усмехнулся, фанатичка хищно улыбнулась, еë оскал было видно даже через баф на еë лице. Кот перехватил нож за лезвие и вновь двинулся вперёд. Легким движением руки штык-нож полетел в сторону лица монолитовки, та удивилась глупому решению и наотмашь отбила летящий в нее острый предмет. Секундное замешательство, вояки этого хватило, лоу-кик в ногу, девушка с удивлённым взглядом падает на одно колено, две ладони хватают её за волосы и последние, что она видит, это наколенник направленный в лицо. Ладони разжались и бессознательное тело осело на пол. — Спасибо за танец. Блять. Кот подтянул маску на нос, сплюнул себе под ноги и глянул на наручные часы, время подходило, он должен был свалить уже как полторы минуты назад. Вояка левой рукой подхватил шлем, правой ремень винтовки и отправил еë на плечо. Покинув место, где он чудом остался в живых, вояка рванул в сторону лестничного пролёта... — Кот! Вали оттуда нахрен! Бука орал в гарнитуру, однако ответа так и не последовало. Сибирский сменил короб на пулемёте и неизменно матерясь прижался спиной к стене, фанатики наступали без перекуров, командир у них был явно относительно толковый, после потери одной группы больше не рисковал идти в лобовую. — Бука, мы блять живы не иначе как чудом. Если Кот там не дай бог пиздой накрылся.. — Не накрылся, в дерьме похуже бывали.. Как только командир закончил свою фразу, из подъезда вылетел изрядно заебаный снайпер и буквально ввалился в арку. — Я же говорил. Ты как родной? — Женщину мечты встретил. Чуть кишки на нож не намотала. Сибирский прервал радостный диалог пулемётной очередью. — Я блять всё понимаю, но давайте уебывать. Если им сейчас подмога будет, мы дружно гробанëмся. Противоположный выход из арки вёл прямо на аномальное поле гравиконцентратов, что заполонили всю улицу, только по прямой к "Прачечной" вел безопасный коридор. Бука сверился с опознавательными знаками, что сам оставил ранее, в виде болтов с красной лентой и двинулся вперед... Монолитовка сидела на бетонном полу из разбитого носа капала кровь, за короткий контакт с неизвестным, она десять раз пожалела, что просто не выстрелила ему в затылок. Злость и беспомощность притупляли боль, шипя как змея, Лилит сорвала с разгрузки аптечку, нашарила внутри шприц-тюбик, большим пальцем откинула крышку и сквозь штанину вонзила иглу в ногу. Когда обезболивающие начало действовать, девушка наконец-то облегченно вздохнула. — Он меня разъебал. Но ещё пожалеет, что не прикончил... Край вечной войны. Лилит проснулась, неизменный костёр всё так же освещал пяточек вокруг, еë приятель по обстоятельствам задумчиво курил глядя в костёр. Она вспомнила, где видела его лицо, тогда в Припяти, в панельке близь здания школы. Истеричный смех заставил мужчину сменить объект своего интереса. — Ты всегда так смеешься, после сна? — Отнюдь Котик, просто наконец-то вспомнила где мы с тобой пересекались. — Я не помню тебя. Подобное высказывание выбило монолитовку из колеи, он не помнил их прекрасный танец под канонаду выстрелов. Она в одно мгновение поднялась на ноги и подскочив в упор к мужчине повалила того на землю. — Тогда в Припяти, я требую блять завершения! Кот задумался, прикрыл глаза что-то вспоминая, сидящая на его груди девушка, ему определённо не мешала. Усмехнувшись себе под нос, он тихо произнёс. — Завершения чего? Тогда ты проиграла, а сейчас... Сейчас мы уже с тобой гробанулись. — И что?! Так даже лучше! Лилит поднялась на ноги, вскинула руки вверх и закрутилась словно в сумасшедшем танце. — Мы сможем резать друг-друга! Рвать плоть до тех пор, пока один из нас не потеряет сознание! Когда проигравший откроет глаза, продолжим вновь! Она обхватила своё лицо ладонями и безумным, как тогда в Припяти, взглядом посмотрела на Кота, который к слову так и не пошевелился, лишь кривая ухмылка расползлась по его лицу. Девушка недовольно фыркнула, мужчина заржал что было сил. — Ну его нахуй, давай лучше водки выпьем, а ты расскажешь как у вас в Монолите было? — Давай лучше ты меня трахнешь, а я тебя почеленю немного и прирежу нахуй? Как тебе такой расклад? — Не плохой расклад, но я знаешь ли не из любителей настолько пожестче и боль не люблю пиздец. — Ты скучный. — Я человек-разумный. Пить будешь? — Похуй, наливай... ЧЗО. Затон. "Станция переработки отходов". Анархисты добрались до территории затона ровно к первым раскатам грома, благо станция переработки отходов пустовала и в глубинах сливных коммуникаций было найдено укрытие. После третьего удара, небо словно наполнилось кровью, аномальная энергия хлынула из сердца Зоны уничтожая всё живое на своём пути. Вернер оперся на внутренний слой сливной коммуникации, медленно скатился вниз, он только и успел, что стащить маску с лица, перед тем как содержимое его желудка вылетело наружу. Хип свернувшись в клубочек тихо постанывала и качалась из стороны в сторону. Лишь Пчëлка чувствовал себя относительно нормально, он курил сидя на прохладном металлическом покрытии и периодически отпивал из фляжки, до ужаса крепкий, алкоголь. Видать излучение всё же перевернуло что-то в его и без того неоднократно контуженной голове. После внеочередной волны аномальной энергии, две тонкие струйки крови пошли у него из носа. Сталкер провёл рукавом под носом, и тихо выматерился. Ответы по его нынешнему состоянию мог дать только Кречетов, так что основная цель в конечной точке пути была не задача Атамана, а банальный страх за свою жизнь и желание решить проблему, если она всё же присутствует. — Говорила мам, иди учись сынок. Нужно было слушать маму, а не вола ебать... Нечего Пчëлка, будет и на твоей улице праздник, с салютами и свистоплясками... Пчëлка приложился к фляжке и посмотрел на своих товарищей, которые в этот момент ловили возможно самый лютых приход в их жизни. — Темно... Очень темно... Мама... Мамочка... Хочу мороженое... Мам... Не молчи... Мам... Простонала тихо Хип, слезы потекли из еë помутневших глаз. — Противник с тыла! У нас двое двести! Один тяжёлый триста! Нас кроют миномёты противника! Не можем отступить! Вернер стоял на коленях, ладонями обхватил голову и кричал насколько хватало воздуха в лёгких. После пиздеца устроенного на станции, выбросы стали значительно сильней бить по мозгам обитателей Зоны, каждый второй смотрел мультики из своего прошлого, искажённые и мало приятные... ЧЗО. Затон. Высота у аномалии "Рубец". — Пчëлка, ты бля уверен, что нас близь тропы на северные холмы выкинет? — Не сцы Вернер. Если что, то наши мозги будет поджаривать долго и непринуждённо. Знаю не по наслышке. — Обрадовал, что просто пиздец. Сдохнуть под выжигателем - удел сильных и уверенных в себе мужчин... Анархист не закончив свою мысль глянул на сидящую на камне Хип и не однозначно продолжил. — И мужчин с сиськами. Да, Хип? — Лучше быть бабой с хуем, чем мужиком без него. Хватит подъебывать, они ещё растут. Вернер залился смехом. Пчëлка тем временем через бинокль наблюдал за дрожащим пространством близь одного из портовых кранов. Досконально изучив местность, он отправил бинокль обратно в подсумок. — Пойдёмте, нам ещё бежать добрый киллометр после телепорта. Вернер тяжело вздохнул, Хип молча поднялась на ноги. Поддерживая дистанцию между собой в десять метров, анархисты двинулись в сторону бывшего порта. Через старую баржу и болота, они добрались до доков. Среди привычных для болота звуков, раздался утробный вой, что внушал только дикий ужас и паники. Высокая трава зашуршала, сталкеры в считанные секунды сократили дистанцию и всали спина к спине. Звуки стихли, тварь готовилась, Пчёлка в два движения примкнул штык-нож к автомату, он не знал для чего, просто прислушался к своей чуйке. Не напрасно, безсшумно, словно хищная кошка, тварь вылетела из кустов и почти схватила Хип. Пчëлка потерял контроль над своим телом, в этот момент он словно наблюдал за собой со стороны, с неестественной для человека скоростью и точностью, он вогнал штык в весок небольшой болотной твари, буквально впечатав ту в землю. Вернер не видел этой картины, когда он развернулся, мутант уже был насажен на штык, как на шампур. Хип так и застыла со вскинутой пп-шкой. Пчëлка наступил на шею мутанта и для уверенности ещё несколько раз вонзнил штык в и без того проломанный череп твари, превращая еë мозг в смузи. Его тварищи лишь молча наблюдали за "нашмапуриванием", уже точно омертвевшего порождения Зона. — Блять, хуесос в режиме невидимки. Вот блять повезло. Че застыли? Ходим дальше, пока ещё педорась какая не прихуячила по наши души.. Пчëлка закончил своё действо и спокойно закинул автомат за плечо. Его желание посетить профессора взлетело до небес.