Дикая Волчица

Юнги был разочарован и обижен, что Мирэ в итоге выбрала Тэхена, и глядя на счастливое лицо капитана Кима, испытывал к нему ненависть. Наблюдая из под козырька больницы как Тэхен бережно усаживает Мирэ в машину, Юнги мечтал вернуться в то время, когда Кима не было в Южной Корее, когда девушка принадлежала только ему, и остаться в этом времени навсегда. Капитан Мин не заметил как рядом с ним остановился Намджун, а потому чуть вздрогнул когда тот произнес: - Наверное у вас никогда не было будущего... Она всегда любила только его. - Я знаю. - сглотнув горький ком в горле тихо ответил Юнги. - Мне жаль, что рядом с ней не ты. Правда. Но я не могу повлиять на ее выбор, ведь даже сейчас, когда Мирэ его практически не помнит, она все равно выбрала его. Прости ее, и отпусти. Живи дальше. Пусть забыть ее займет у тебя время, но я уверен, что все получится, и ты еще будешь счастлив. - Намджун ободряюще сжал плечо капитана, и зашагал к своему служебному автомобилю. Он приехал лишь на выписку племянницы, а теперь ему нужно было возвращаться на службу. Капитан Мин, проводив взглядом машину которая увезла лейтенанта, кивнув сам себе вышел из под козырька. Поднял лицо к небу, и взглянул на грозные, черные тучи. Собирался дождь. Порыв ветра обрушил на щеки Юнги первые капли, и парень подумал, что сегодня небо плачет вместе с его сердцем, окончательно потерявшим свою любовь. Подняв ворот куртки, чтобы он закрывал шею от поднявшегося ледяного ветра, капитан зашагал прочь. "Самое главное, что она жива" - пытался убедить себя Юнги. Но сердце не соглашалось. Оно ныло, и отзывалось болью при каждом ударе, и с этим предстояло научиться жить. В голове мелькнула шальная мысль перевестись в другую спецшколу, коих разбросано в каждом военном городке. Сменить город, работу, кардинально изменить свою жизнь, и быть может тогда получится забыть Мирэ. Капитан Мин всерьез решил подумать над этим вопросом в ближайшее время.

***

Дом был небольшим, и достаточно уютным. Одноэтажный, полностью скрытый за кирпичным забором, имеющим современный дизайн и большую придомовую территорию. Выйдя из машины, и ожидая пока Тэхен разложит и подвезет к ней коляску, а человек из охраны закроет ворота, Мирэ вдыхала свежий воздух, пахнущий лесом, и свежескошенной травой. Охрана располагалась вдоль дома, прикрывая и охраняя центральный вход, запасной и два выхода на летние террасы: один со стороны гостиной, а второй из жилой комнаты. Газон был аккуратно пострижен, а вдоль забора были раскиданы небольшие цветочные клумбы, цветы с которых расточали легкий аромат. Небольшой домик, где отдыхали агенты из ночной смены, был скрыт в глубине тенистых деревьев. Красиво и спокойно. Мирэ здесь нравилось. - Карета подана! - пошутил Тэ, останавливая перед девушкой вполне себе удобную кресло- каталку, на которой ей пока предстоит передвигаться. Невесело усмехнувшись лейтенант садится в кресло, и позволяет Тэхену отвезти себя в дом. Капитан везет Мирэ в комнату, которая соединена с его комнатой общей дверью, помогает расположиться на кровати, а сам возвращается к машине за сумками с вещами. Девушка осматривается. Комната просторная, светлая с огромной кроватью, тумбочкой и шкафом. Огромное окно в пол, зашторенное бежевыми переливающимися шторами, и высокий торшер стоящий у кресла- мешка, добавляет помещению уюта. Тэхен возвращается. Деловито рассовывает ее вещи по полкам, и спрашивает: - Что бы ты хотела поесть? Я приготовлю. - Мне все равно, но я хочу помочь, не собираюсь висеть камнем на твоей шее. - голосом не терпящим возражений отвечает Мирэ. - Без проблем. Не хочешь переодеться? Я могу помочь. - Тэхен держит в руках футболку, и широкие спортивные штаны, в которые по его мнению вполне поместится загипсованное колено. Девушка смотрит на сменную одежду, на Тэхена, на себя в отражении зеркала, понимает что одна не справится, что в палате ее одевала медсестра, и тяжело кивает, соглашаясь. Капитан не спеша освобождает загипсованное плечо из рубашки, затем правую руку, стараясь не смотреть на женскую грудь, прикрытую лишь черным атласным бюстгальтером, которая вдруг волнительно вздымается. Натягивая через голову Мирэ ворот футболки- отмечает про себя румянец осевший на щеках девушки, и лихорадочный блеск в глазах. В паху тяжелеет. «Так дело не пойдет» - ругает себя Тэ, ведь ему еще предстоит разобраться со штанами, а у него уже трясутся руки. - Я справлюсь дальше! - вдруг резко произносит Мирэ, и выхватывает из его рук спортивки. - Иди, я прикачусь сама! - Уверена? - капитан сглатывает густую слюну, но радуется решению девушки, потому что чувствует себя последним уродом, который не в состоянии держать свое возбуждение под контролем. Член жестко стоит, причиняя боль, и Тэ получив от девушки кивок головы, быстрым шагом покидает ее комнату. На кухне парень жадно выпивает бутылку ледяной воды, и сделав пару дыхательных упражнений, стараясь не обращать внимания на пульсирующий орган, принимается за готовку. Мирэ же оставшись в комнате один на один с бешено стучащим сердцем, одной рукой, и необходимостью переодеться - смотрела в коридор куда вышел капитан Ким и думала: «Почему он практически мгновенно вызвал во мне такую гамму эмоций? Почему ничего о нем не помня, я так реагирую на его прикосновения?» Не найдя ответов, девушка принялась стягивать с себя свободные черные брюки. Через пару дней гипс с ключицы и запястья снимут, и заменят лангеткой, а значит справляться с одеждой Мирэ сможет сама, нужно просто еще чуть-чуть подождать. Самое страшное и неудобное во всем этом ей видится душ, и она совершенно не знает как будет справляться с гигиеной тела самостоятельно.

***

После занятий в реабилитационном отделении, Мирэ зачастую чувствовала себя уставшей. А сегодня так особенно. Гипс с колена сняли неделю назад, и если всю прошлую неделю ее лишь мучали массажами, то сегодня поставили на специальную дорожку и заставили по ней ходить. Нога от нагрузки дрожала, ныла, руки на перекладинах тряслись удерживая тело в ровном положении, для равномерного распределения веса на обе ноги. Со стороны это казалось плевым делом, но на самом деле это оказалось тяжело. После таких травм, месяца в лежачем положении, двух недель поскакушек на костылях, агент разведки, прошедший всевозможные физические подготовки, почти плачет от того, что у нее не получается идти по тренажеру. Врач- реабилитолог был безмерно терпелив, оказывая девушке всевозможную помощь, но Мирэ лишь злилась на него. На него, на себя, на свою слабость. Хотелось, чтобы все было как раньше, хотелось быть сильной, здоровой и выносливой, а не быть слабой и зависимой от других людей. Когда Тэхен забрал ее из центра, после двух часов занятий, Мирэ чувствовала себя влажной тряпкой, и хотела только лежать. Но капитан настоял на прогулке во дворе дома, и девушке пришлось подчинится. Облокотившись на Тэхена, который придерживал ее за талию, Мирэ не спеша шагала по двору, стараясь при этом не хромать. - Вы все силы из меня вытрясли! - ворчала она после, лежа на диване перед телевизором и уплетая огромную порцию ттокпокки в сырном соусе. Тэхен глядя на жующую девушку, лишь улыбался, ловя себя на том, что он хотел бы любоваться ее перепачканном в соусе личиком всю жизнь. Совместное проживание в этот раз значительно отличалось от того как они жили в Канаде. Мирэ не помнила того, что сделал Тэхен, поэтому не огрызалась, вела себя спокойно и дружелюбно. Они вместе готовили, вместе ели, смотрели фильмы или молча сидели на террасе и любовались звездным небом. Агенты охраны в эти моменты пытались стать невидимыми, и просто бесшумно обходили территорию. В один такой вечер, девушка спросила у капитана: почему они расстались? Но Тэ струсил, и ничего толкового ей не ответил. Ему было страшно при мысли о том, что она узнает все, и этот хрупкий счастливый мирок развалится как карточный домик. Он конечно знал, что рано или поздно это все равно случиться, просто хотел максимально оттянуть это время. Каждый день они ездили в клинику, то на массаж, то на сеанс к психологу, то на физиотерапию и занятия в тренажерном зале. Но почему именно забирая Мирэ от психолога, Тэ каждый раз нервничал. Он боялся сразу всего. Боялся, что однажды выйдя от врача, девушка вспомнит его, и его некрасивый поступок, вспомнит Юнги и захочет к нему вернуться, вспомнит Санторро и все, что было в ангаре, и возможно у нее случится срыв. А потом боялся, что Мирэ никогда его не вспомнит. Не вспомнит как сильно любила его, и как сильно любил он... И буквально разрывался от этих противоречивых чувств. Время двигалось быстро, скоро должен был закончится суд над итальянцем и его сворой, которую удалось поймать вместе с ним, а благодаря показаниям парочке его людей, включая юного Лоренцо, дело двигалось быстро, и обвинителю удалось вменить Марио кучу обвинений, которые не смог опровергнуть его высококлассный адвокат.

***

Мирэ в лесу. Спокойно шагая по мокрому мху, с интересом наблюдает как ее ботинки по щиколотку погружаются в землистую жижу. Тяжелая ветка ели, неожиданно больно бьет по лицу, и девушке приходится поднять голову. Оглядывается, и не понимает где находится. Мирэ стоит посередине пустой поляны, вокруг которой лишь густой, непроглядный лес. Одинокая птица, трелью заливается во все свое короткое горло. Звук противный, скрипучий, эхом отражается от деревьев, и режет тонкий девичий слух. Лейтенант смотрит на свои руки и обнаруживает в них небольшой арбалет, заряженный дротиком с красным оперением на конце. Мирэ ищет взглядом раздражающую птицу, находит и тщательно прицеливается. Дыхание спокойное, руки уверенно держат оружие, палец тихо скользит на курок, и нажимает. Девушка несколько секунд следит за полетом дротика, как вдруг ощущает резкую боль в шее. Инстинктивно хватается пальцами за шею, выдергивает предмет причиняющий боль, и с удивлением понимает, что это дротик который она выпустила из арбалета. Поляна вдруг быстро кружится, а Мирэ ощущает тошноту подступающую к горлу, и резку слабость в ногах. Падая на колени в мокрый мох, и борясь с пеленой тумана в глазах, девушка видит как между деревьев мелькает чья то фигура. Картина размытая, и на мгновение кажется ей обманом зрения, но вот фигура двигается к ней, уверенно преодолевая расстояние. Девушка от слабости заваливается на бок, и из последних сил пытается разглядеть лицо склонившегося к ней человека. Но все, что она может видеть- это расплывающуюся ехидную улыбку, которая на миг повиснув в воздухе, исчезает между деревьев. Мирэ подскочила в постели, с гулко бьющимся сердцем, и мокрыми волосами прилипшими к влажному лбу. Осознание, что увиденное лишь сон, медленно поступало в толком не проснувшийся разум, и сердце начало выравнивать свой ритм. Лейтенант откидывается обратно на кровать, с неудовольствием отмечая, что все постельное белье, подушка, и даже ее длинная ночная футболка, были насквозь пропитаны потом. Этот сон преследовал Мирэ уже несколько ночей подряд. Цель для выстрела всегда менялась: это могла быть дикая лисица, лесной кабан, или белоснежный волк, по густой шерсти которого стекала крупными каплями багровая кровь. Итог же, приводивший к пробуждению, был всегда один: дротик неизменно прилетал в шею Мирэ, и она теряя сознание пыталась узнать человека, с исчезающей улыбкой. «Кто же он? О чем мне пытается сказать мое забытое сознание?» - думала потом девушка, долго лежа без сна на мокром белье, и пялясь в потолок. Она была уверена- ей нужно понять кто этот человек, и если она сможет разглядеть его лицо, то вспомнит что-то очень важное из своей жизни. Но как не цеплялась она во сне за размытое очертания-узнать его так и не смогла. - И как часто повторяется этот сон? - спокойно спрашивает психолог, когда на очередном приеме, Мирэ рассказывает о наболевшем. - Почти каждую ночь, на протяжении последней недели. - отвечает девушка. Врач, серьезный мужчина, средних лет, с огромнейшим опытом работы над восстановлением потерянной памяти, делает заметки в больничной карте лейтенанта, и взглянув на нее поверх очков в дорогой оправе, спрашивает: - Есть предположения кто бы это мог быть? - Я почему то уверена, что это тот, кого я знаю. Но я не могу объяснить почему я так думаю. - Мирэ ковыряет пальцем лангетку на левом запястье. - Это мужчина, или скорее женщина? - Скорее мужчина. - в памяти всплывает довольно крупная фигура, да и одежда вроде мужская. - А как вам кажется, Мирэ, этот мужчина во сне, хочет причинить вам вред? Девушка на секунду задумывается, пытаясь вспомнить свои чувства, которые она испытывает во сне к этому человеку. - Странно, но я почему то ощущаю, что он уже навредил, и именно поэтому так улыбается, как будто издеваясь. - Ага, интересно. - доктор снова записывает что-то в карту. - Как вы думаете, доктор, это что-то из моего забытого прошлого? - Мирэ задает самый важный вопрос, который ее волнует в последнее время. - Вполне возможно, что это именно так. Если вы поймете, кто этот человек в вашем сне, то думаю вспомните и то, что с ним связано. Я думаю вокруг вас сейчас что-то происходит, что дает вашему сознанию импульс быстрее вспомнить забытое, а когда же возвращаться памяти как не во все? - доктор легко улыбается. - Головные боли не беспокоят? - Нет, немного если только. А что? - спрашивает девушка. - Многие пациенты, при возвращении памяти жаловались на резкие, сильные головные боли, которые вызывали панику, и потемнение в глазах. Поэтому прошу вас, если вы такое начнете испытывать, свяжитесь со мной и я выпишу вам подходящий препарат. А пока сеанс окончен, жду вас через 4 дня. Всего доброго, лейтенант Ан. Сидя в машине, и наблюдая за мелькающим за окном городом, Мирэ все думала: могла ли ее утерянная память таким образом пытаться заставить вспомнить, что-то важное? Был ли мужчина из сна чужим и опасным, или это все таки кто-то свой, и ее разум заставляет его узнать? Ответов не было. Взглянув на Тэхена, расположившегося на заднем сидении рядом с ней, и читающего новости о судебном процессе над Санторро, Мирэ невольно подумала: "А вдруг это Тэхен?" - и принялась копаться в памяти, выбирая из нее обрывки сна, в которых видела размытое лицо человека, и пытаясь сопоставить хоть какие то вещи с внешностью парня. Но ничего не получалось: картинка оставалась туманной, размытой, и под этот образ подходил абсолютно любой. Бросив свои жалкие попытки, Мирэ уронив голову на стекло машины, смотрела как они покидают черту города. Высотные дома сначала сменялись маленькими частными домиками, а затем и те полностью сменились на зеленый лес, и бегущую лентой вперед асфальтированную дорогу. Убаюканная мелькающими деревьями, и укаченная плавным ходом машины, девушка не заметила как уснула. Не заметила она и того, что Тэхен аккуратно подвинувшись к ней, переложил ее голову к себе на плечо, и нежно коснулся губами ее лба. Улыбнулся водителю наблюдающему за ними в зеркало заднего вида, и вернулся к новостям.

***

Сегодня, после возвращения из клиники, приготовив ужин, и быстро с ним разобравшись, агенты наплевав на диван, расположились на круглом ковре, удобно лежащим как раз напротив телевизора. За просмотром незатейливой комедии, они тихо переговаривались и поедали закуски, которые стояли тут же, между ними. Неловко открыв банку газировки, Мирэ нечаянно окатила шипящими газами, не вовремя повернувшегося к ней Тэхена, и попала тому прямо в глаза. Парень сначала с возмущением тер лицо рукавами рубашки, пытаясь избавиться от липкого напитка, а затем, решив отомстить, встряхнув свою баночку резко открыл ее, и направил шипящую струю прямо на девушку. Та, в попытке увернуться, с хохотом завалилась спиной на ковер, прикрывая лицо, а капитан навис сверху, все еще стремясь как можно сильнее облить лейтенанта. Глядя снизу вверх, на усмехающегося Тэхена, Мирэ вдруг думает, что уже где-то видела такую же улыбку, а в следующий момент, вместе с побежавшим по телу жаром понимает: так улыбается человек из ее сна. Девушку прошибает током, улыбка сползает с ее лица, и лейтенант внимательно вглядывается в лицо капитана, который заметив изменения в настроении Мирэ, тоже перестает улыбаться и с волнением спрашивает: - Мирэ? Что случилось? Ты побледнела, тебе плохо? Тэхен встает с пола и поднимает девушку на ноги, и придерживая ее за локти, смотрит ей в глаза, отмечая про себя легкую дрожь, которая пробегает по телу лейтенанта. - Нет-нет, все в порядке... Я устала просто, вот немного заболела голова. Пойду лягу. Спокойной ночи. - Мирэ быстро освобождается от рук парня, и быстрым шагом, насколько ей позволяет травмированное колено, удаляется к себе. Тэ ошарашено и испуганно смотрит ей вслед. Закрыв дверь в комнату, сползает по ней вниз, и прижавшись к дереву спиной замирает. Сердце лихорадочно отстукивает ритм, ладони потеют, а в висках появляется пульсирующая боль. "Неужели это он?" - лейтенант сжимает пальцами ноющие виски, и с усилием растирает их. Не помогает. Боль нарастает, заставляя выкинуть из головы все лишнее и сосредоточится только на ней. Мирэ с трудом поднимается, доходит до кровати, и упав на нее, тянется к ящику прикроватной тумбы, где лежит блистер с обезболивающим. Глотает пару таблеток, и уложив голову на подушку замирает, в ожидании начала действия препарата, и сама не замечает как проваливается в сон. Снова лес. Мирэ идет по топкому мху, но под ноги больше не смотрит. Девушка знает, что всего через несколько шагов, тяжелая еловая ветка хлестанет ее по лицу, поэтому готовится, придерживая, и отодвигая ту рукой. Выходит на знакомую поляну, оглядывается, замечает что сегодня лес не такой плотный и густой, и потому ощущает на своем лице порывы ледяного ветра. Услышав грозный рык, лейтенант поворачивается сжимая в руках арбалет, и смотрит на белоснежного волка. Зверь клацает зубами, скалится, из его пасти капает алая слюна, а вся грудь заляпана густой кровью. Волк готовится к прыжку, а Мирэ к выстрелу. Жмет на курок, ощущает боль в шее, выдергивает дротик, и привычно падает на мокрую землю. Между деревьев скользит фигура, приближается к ней, и присаживается рядом. Размытое лицо вдруг обретает четкие черты, и Мирэ узнает в человеке Тэхена. Тот внимательно, с усмешкой смотрит на девушку, а после говорит: - Мне нужно это место Мирэ… Эта фраза отскакивает эхом от деревьев. Кружится, множится, повторяется, звучит и звучит, сводя девушку с ума, а Тэхен поднимается и уходит. Мирэ смотрит ему вслед, борясь со слабостью, и просыпается... Садится на постели и прислушивается к себе. Дыхание сбито, впрочем как и сырая простынь, сердце заходится в груди, а голову сжимает тяжелый обруч острой боли. Еле сдерживая стон, хватается руками за голову, и раскачиваясь вперед-назад, вспоминает. Через пульсирующую боль, которая острыми вспышками заставляет поджиматься все тело, вспоминает, что она действительно была в том лесу... Теперь Мирэ помнит - там был и Тэхен. И он предал ее. Стрелял из арбалета именно он.

***

Что-то в поведении Мирэ изменилось. Тэхен отчетливо это понимал. Все чаще он находил ее молчаливой, задумчивой, чаще ловил на себе ее изучающий, внимательный взгляд. Раньше, по дороге к клинике они всегда разговаривали, обо всем и ни о чем одновременно, капитану это напоминало то время, когда они с Мирэ были вместе, были счастливы, и могли часам болтать о всякой ерунде. Сейчас же, последние пару недель, девушка практически с ним не разговаривала, все время витая в своих мыслях. Отвечала чаще односложно, не пыталась поддержать беседу, и как будто бы вовсе избегала разговоров. Лишь смотрела. Попытки узнать, что случилось ни к чему не приводили, Мирэ спокойно отвечала, что просто в последнее время много думает, но о чем именно ее думы - не уточняла. Двух месячная реабилитация подходила к концу, как суд над Марио, а это значит, что вскоре пропадет необходимость быть рядом с Мирэ, помогать ей и защищать, отпуск капитана закончится, и он вернется на службу. А возможно его отправят на какое нибудь задание, а лейтенант Ан просто вернется домой, и их общение полностью прекратится. Мысли об этом наводили на капитана тоску, и он совершенно не знал что делать. Если бы девушка вспомнила его, он бы настоял на серьезном разговоре, снова бы попытался выбить себе шанс вернуть ее любовь, но пока память к ней не возвращалась, точнее Мирэ вспоминала какие-то совершенно незначительные для него вещи. Какого-то Чимина-балерину, его печальную семейную ситуацию, размышляла вслух, что ей интересно как сложилась его жизнь, и мечтала найти его как вспомнит его фамилию. Или например Юнги. Бывало, лейтенант делилась тем, что вспомнила как встречалась с капитаном Мином, его какие-то шутки, совместный отдых, вспомнила что где-то хранит его кольцо, и как красиво он сделалй ей предложение. Все порывалась ему позвонить, наплевав на безопасность и правила по которым они не связывались с родственниками, опасаясь прослушки их телефонов. Тэхен бесился и ревновал. А девушка совершенно спокойно продолжала делиться воспоминаниями, не замечая, что капитан застывал неподвижной статуей, и играя желваками на скулах, слушал. Ему даже в голову не приходило, что Мирэ играет. Специально дразнит, а сама как губка впитывает в себя чужие эмоции, и испытывает удовлетворение. Теперь Ан Мирэ было сложно находиться рядом с капитаном, тело буквально начинало вибрировать, если девушка находилась в близком расстоянии от мужчины. По телу разливалась слабость, губы пересыхали, сердце истошно колотилось. Лейтенант вспомнила - она всегда так остро реагировала на его присутствие, на его прикосновения, взгляды. Она и сейчас замечала как он на нее жадно смотрит тогда когда думает, что она не видит. Как сглатывает слюну, потирает вспотевшие ладони о штанины брюк, и не могла не реагировать в ответ. Ей было очевидно - он хочет ее, она-его, и почему то Мирэ больше не хотела лишать себя этого удовольствия, ведь она хорошо помнила все жаркие ночи, проведенные с Тэ. О его поступке она предпочитала пока не думать. Сам же Тэхен, очевидно не будет делать первым шаг, так как скорее всего уверен, что Мирэ не допустит попытки прикоснуться к ней как к женщине, поэтому нужно брать все в свои руки. Сегодня девушка решила действовать, а потому, приняв душ и надев одежду которую можно будет быстро снять, двинулась в гостиную, где на диване расположился объект соблазнения. Тэхен сидел на диване, в футболке и джинсах, подогнув босые ступни под себя, и с интересом наблюдая за действием на экране, лениво жевал попкорн. Кинув на девушку короткий взгляд, отвернулся продолжая смотреть фильм, но жевать перестал. Мирэ двинулась к дивану, капитан подвинулся освобождая место, и скользнул по женской фигуре оценивающим взглядом. Этих секунд ему хватило для того, чтобы понять: под свободной футболкой Мире нет белья... Дыхание перехватило. Стараясь отвлечься, он протянул усевшейся рядом девушке тарелку с попкорном, но Мирэ отрицательно качнула головой, и Тэ поставил миску на журнальный столик стоящий рядом. Ладони вспотели. До обоняния капитана долетели нотки сладкого нежного запаха геля для душа, которым девушка так любила пользоваться, и мужчина зажмурился, чуть качнув головой, пытаясь скинуть наваждение. Но не выдерживает, и поворачивается к Мирэ, вперив в нее свой потемневший взгляд. От этого взгляда Тэхена по спине девушки бегут колючие мурашки, хочется спрятаться, но она сидит на месте. Смотрит в ответ. Видит: Тэхен возбужден, да и сама она ощущает как внизу живота скручивается тугой узел желания. Капитан чуть двигается к Мирэ, видит что та не отодвигается, и как будто застыла в ожидании, к лицу мгновенно приливает жар, а в паху тяжелеет еще больше, только от мысли, что Мирэ не против, и он может действовать. Резко тянется вперед, касается ее губ, сразу затягивая в голодный и жадный поцелуй. Целует, целует и не желает отрываться. Но дыхания не хватает, легким требуется передышка, поэтому Тэ подхватывает руку девушки, и тянет ее к свои горячим губам. Он скользит губами по кончикам пальцев Мирэ, слегка прикусывает зубами, и спускается поцелуями-бабочками вниз по запястью, посылая огненные импульсы и вибрацию по женскому телу. Затем возвращается к ее губам, вновь целуя глубоко и ненасытно. Руки капитана смещаются ниже, скользят под край майки Мирэ, и практически обжигают кожу девушки, посылая по телу триллионы острых иголок. Не желая тратить время на глупые игры, Мирэ перебирается на колени капитана, и зажав своими ногами мужские бедра, тянет с его тела футболку, и откидывает прочь. Прижимается сильнее, целует, тут же углубляет поцелуй, цепляясь пальцами за темные волосы парня, и тихо стонет в его рот. Она голодна. Голодна до ЕГО ласки, потому нетерпелива, действует смело, полностью отпуская тормоза. Но Тэхен резко перехватывает инициативу, мгновенно подхватывает девушку под бедра и укладывает под себя на диван, одним движением расправляясь с ее майкой, и жадно целуя  хрупкие худые плечи, обводя языком острые ключицы, распаляя еще больше. Тянет вниз спортивные штаны, оставляя на девушке лишь черные маленькие трусики. Скользит влажным горячим языком, от кромки трусиков вверх, кружит вокруг пупка, заставляя живот девушки поджиматься от незатейливой ласки. Мирэ теряется во времени, выгибается и отзывчиво тянется навстречу, с огромной радостью принимая все что позволяет себе творит с ее телом капитан. Дрожит и млеет в его руках, поддается, и послушно разводит ноги, когда горячие ладони оглаживают колени и ведут ниже, туда, где огромным полыхающим пожаром скапливается напряжение. Губы меж тем настойчиво ласкают чувствительные горошинки сосков, втягивают в горячий рот, прикусывают, отпускают. Рука не сильно сжимает упругую грудь, в то время как горячий рот вновь втягивает в себя сосок. Время вокруг как будто замирает, а воздух нагревается до критических цифр. Дыхание тяжелое, горячее, а тела раскаленные, неистово жмутся к друг другу. Джинсы капитана летят на пол следующими. Девушка тянется рукой под резинку боксеров, и с огромным упоением обхватывает пальцами налившийся кровью член, сжимает в ладони и выдыхает, чувствуя его теплоту и пульсацию. Ей нравится ощущать разгоряченную, бархатную кожу под подушечками пальцев, нравится осторожно сжимать и вести по всей длине вверх-вниз, нравится слышать как с губ Тэхена срывается сиплый стон, дающий понять девушке, что она все делает правильно. Где-то на периферии сознания, в голове мужчины появляется мысль: - "так неправильно", но он настойчиво гонит ее прочь. Теснее прижимается к бедрам Мирэ, перехватывая за запястье ее руку, горячо ласкающую его пульсирующий орган, не желая кончить раньше времени, и просто сходит с ума. А собственное сердце грохочет, разгоняя по венам не кровь – а огненную лаву... "Она не помнит меня, так нельзя" - вновь всплывает в разгоряченном мозгу. Тэхен замирает буквально на секунду, зависая на вытянутых руках, над покорным женским телом, и вновь льнет к ней ближе, трется горячим возбуждением, между ее разведенных ног, целует глубоко, долго, до сбитого напрочь дыхания. "Ты будешь жалеть потом, остановись пока не поздно!" - настойчиво требует голос праведника в голове. Пелена возбуждения немного спадает, уступая место разуму, и капитан отрывается от жаждущих губ Мирэ. - Нет... Подожди Мирэ... - Тэхен с трудом, но все же берет себя в руки. Аккуратно поднимается, и стараясь не смотреть на обнаженное тело девушки, садится на край дивана и отворачивается. - Что случилось? - спрашивает Мирэ. Приподнимается на локте, и прикрыв грудь второй рукой, непонимающе смотрит на Тэ. Тэхен же, с усилием воли поднимаясь с дивана, зачесывает руками свои волосы, затем трет лицо, и все так же избегая смотреть на тело Мирэ произносит: - Я так не могу... Это неправильно. - Что не правильно? Что мы хотим друг-друга? - удивляется лейтенант. - Перестань Тэ, и вернись сюда. - просит она. Низ живота сводит от разгоревшегося, и неудовлетворенного желания, и отпускать парня она не намерена. - Нет, Мирэ. - уже более твердо говорит Тэхен. - Я не могу заниматься с тобой сексом, пока ты меня не помнишь. Я не хочу, что бы потом, в будущем, ты упрекала меня тем, что я воспользовался твоей амнезией для удовлетворения своей похоти. Мирэ удивленно смотрит на напряженную спину капитана, и чувствует как в ее груди разливается жгучее тепло, и нежность к этому мужчине. Он изменился. Определенно повзрослел, и это не может ее не радовать.Она собралась было сказать Тэхену что-то важное, но он резко поворачивается, и глядя в лицо девушке, тихо говорит: - Я хочу, чтобы ты вспомнила меня, вспомнила как мы любили, вспомнила какой я, и что сделал... И если ты все еще будешь хотеть меня, будешь любить, я не выпущу тебя из постели, пока ты не станешь молить о пощаде. А так как сейчас - я не могу, извини. Капитан подхватывает на ходу джинсы, футболку, и выходит из комнаты. А Мирэ лишь молча смотрит в след. Она так и не успела признаться, что помнит...