Дикая Волчица

Легкий дождь, не спеша скользил по зеленой листве, а ветер трепал кроны деревьев, раскидывая капли воды по округе. Солнце настойчиво пыталось прорваться сквозь тучные облака, но те были упрямее- раз за разом наглухо пряча солнечные лучи за собой. Погода в последние дни была не устойчивой, почти каждый день разной, и лишь ночная прохлада отличалась стабильностью. Жизнь в загородном домике протекала неторопливо и размеренно. Все проживающие на территории люди, молчаливо выполняли свои служебные обязанности, не в никая в то, что происходило в доме между двумя агентами. А там, что-то происходило. С того момента как Тэхен оставил Мирэ в гостиной, обнаженную и разгоряченную его поцелуями- прошло 2 недели. С тех пор оба усиленно делали вид, что ничего особенного между ними не произошло. Мирэ не таила обиду, Тэхен не прятался от нее, избегая встреч из-за неловкости. Общались ровно, как обычно, обсуждая дела, новости, или просто меню ужина. Но легкий шлейф напряжения все же витал в воздухе. Тэхену все хотелось снова извиниться, за то, что ушел, оставил, когда сам так мечтал об этом, но слов не находилось. Два голоса в голове все время спорили друг с другом. Один упорно твердил, что Тэ все сделал правильно, и нельзя было пользоваться амнезией девушки ради сексуального удовлетворения. Другой же твердил, что уйти было ошибкой, что он же никакой то там чужой мужик, решивший поиметь женщину, находящуюся рядом, а человек из ее прошлого, который ее безумно любит, да так сильно, что за то время как он увидел ее снова, и вернулся в Южную Корею, больше ни о ком и думать не мог. А уж когда у него был последний секс, капитан и вовсе не помнил. Мирэ же все время думала, может стоило остановить капитана, и сказать ему, что она все помнит, и решение прийти к нему не было случайным. Сказать ему, что в тот момент она четко осознавала кто перед ней, и знала в чем он перед ней виноват, но против своего желания больше идти не могла. А потом она думала, может все правильно? Не нужно торопить события, и начинать восстанавливать отношения через постель, а нужно начать с разговора. Что-бы все выяснить, забыть обиды, и начать все с чистого листа. Если Тэхен конечно еще этого хочет. То, что она практически готова к этому, Мирэ была уверена, иначе не пришла бы к капитану тем вечером, в надежде соблазнить.

***

Стоя в дверях комнаты, и наблюдая за Мирэ занимающейся на беговой дорожке, Тэхен искренне, и в который раз восхищался духом, и силой воли этой хрупкой девчонки. Пусть она не помнила практически ничего из того, что с ней произошло, и что привело ее к таким травмам, она стойко боролась с последствиями, и выполняла все рекомендации врачей. И ее усилия не проходили даром: она ходила уже практически без хромоты, занималась на тренажерах, колотила грушу, стреляла во дворе по мишеням, восстанавливая свою физическую подготовку. Перестала просыпаться от кошмаров. А то, что они были, капитан знал абсолютно точно- он каждый раз, когда девушка вскакивала в кровати от приснившегося кошмара, просыпался вместе с ней. Но не тревожил, не приходил к ней в комнату, просто молча, в темноте, вслушивался в звуки из ее комнаты, и засыпал снова лишь тогда, когда засыпала она. Общий внешний вид девушки тоже радовал. Ушла болезненная худоба, тело снова стало упругим и крепким. Бледность кожи лица, сменилась нежным румянцем, а глаза снова наполнились блеском. Капитан часто ловил себя на том, что он подвисает, когда любуется Мирэ. В этот момент весь остальной мир как будто переставал существовать, и был мир где была лишь она, и он. Тэхен так увлекся своими мыслями и размышлениями, что не сразу заметил, что Мирэ перестала бежать, и с усмешкой смотрит на него, промакивая лицо и шею небольшим полотенцем, висевшим до этого на ручке тренажера. - Долго будешь пялится? Голос девушки вывел парня из транса, и он, смутившись, попятился назад. - Извини, не хотел мешать, просто хотел обсудить ужин, но увидев тебя отвлекся. Теперь была смущена Мирэ. Чуть кашлянув, пытаясь скрыть волнение, девушка спустилась с тренажера. - Мне все равно, что есть. Но давай я приму душ, и мы приготовим вместе? – проходя мимо капитана сказала она. - Вместе? - Угу. Ты против? - вскинула брови девушка. - Что? А, нет, конечно же нет. Я тогда пока начну, а ты приходи как освободишься. Тэхен почему то безумно обрадовался тому, что Мирэ хочет готовить ужин вместе. Чаще всего еду готовил он. Поначалу Мирэ чисто физически не могла этого делать: нога и ключица в гипсе, общее состоянии слабости, она часами могла сидеть в кресле-каталке читая какой нибудь любовный роман. Затем они вроде и вместе находились на кухне, но готовил Тэ, а Мирэ витала в своих мыслях. Потом бывали дни, когда готовила Мирэ, прыгая на одной ноге вдоль кухонной мебели, и категорически запрещая мужчине помогать, так как стремилась быстрее вернуть себе полную дееспособность, а тот конечно же ей в этом не мешал. Сейчас же готовка грозила быть полностью совместной, что вызвало в мужчине волнительную дрожь от предвкушения приятно проведенного в компании девушки времени. - Договорились! – лейтенант заметив, что капитан находится в прострации, помахала перед лицом капитана полотенцем, и ушла в ванную.

***

Мирэ в последнее время очень много думала. Смотрела на Тэхена и думала. Анализировала его поведение, отношение к ней и понимала, что он очень изменился. Стал серьезным, внимательным к ее желаниям, заботливым. Вспоминая их отношения, девушка признавала-он всегда был по отношению к ней таким. Но сейчас он делал это как будто более трепетно. С одной стороны это можно было расценивать как его работу-ему доверили охранять ее, да и она сама его выбрала, действуя по велению сердца. Но ведь он выполнял эту работу с душой, заботясь о том, чтобы каждая ее минута рядом с ним, была максимально комфортной для девушки. И это добавляло уверенности, и спокойствия. Мирэ больше не сомневалась: Тэхен ее любит. Все еще, или полюбил недавно, было не важно. ОН ЛЮБИТ, и это заставляло ее сердце радостно трепетать. Стоя сейчас и наблюдая с порога за тем как Тэхен готовит, девушка чувствовала умиротворение, ей казалось, что все сейчас на своих местах. Лишь одно не давало ей покоя: как он жил все это время, вдали от нее? Пришло время это узнать. - Чем ты занимался в Северной Корее?- спросила Мирэ раньше, чем успеет передумать. Тэхен обернулся и замер, всматриваясь в лицо девушки, которая стояла в дверях кухни, упираясь плечом на дверной откос, сложив руки на груди. Она явно стояла там давно, наблюдая за ним. «Я не говорил ей, про Северную Корею». - пролетает вихрем в голове. - Кто тебе рассказал про это?-дрогнувшим голосом спросил Тэ. Проигнорировав вопрос, Мирэ прошла в кухню, и присела на стул. Расположившись так, чтобы лицо парня было хорошо видно, она снова спросила: - Так что ты там делал? Расскажи мне все. Как ты жил без меня? Тэхена пробивает жаром: Мирэ все вспомнила. Вот, наконец-то и настало время для серьезного разговора. - Я умирал там без тебя… Сердце девушки болезненно сжалось, столько тоски прозвучало в этой фразе. Тэхен глубоко вздохнул, вытер руки о полотенце и присел на стул напротив девушки. Взяв в ладони ее руку, огладил нежную кожу большим пальцем, поднял взгляд, и глядя прямо в глаза Мирэ сказал: - О том, что я сделал, я пожалел почти сразу, как выстрелил. Да даже не так! Я жалел уже тогда, когда принял решение и выбрал отца. Выбрал быть хорошим сыном вместо того, чтобы быть тебе надежным партнером, мужчиной, лучшим мужем… Тогда я оправдывал себя тем, что я не любил, и ты не любила, что это просто хороший секс, и мы не привязаны к друг другу настолько сильно. Как же я ошибался… Я понял, что люблю, тогда, когда увидел, как ты уходишь от меня. Понял, что совершил ошибку, которую уже не смогу исправить. Уговаривал себя, что тебе без меня будет лучше, что я тебя недостоин, и на этом выживал. Капитан Ким сглотнул болезненный комок в горле, и продолжил: - После распределения, я с нетерпением ждал, когда меня отправят на задание, надеялся, что если буду занят, то думать о тебе попросту не будет времени, и все потихоньку сгладится, забудется. Я безумно скучал. Приезжал много раз к части, в надежде увидеть тебя хоть краем глаза, убедиться, что с тобой все в порядке, что ты справилась с моим предательством. Но ни разу так и не увидел… Затем я уехал на задание. Нагрузил себя работой, соглашался на любые задания, вызывался на каждое предложение, желая закрыть работой все свое время. Быстро продвигался по карьерной лестнице, но мои надежды были тщетны, воспоминания о тебе неизменно появлялись в моей голове каждую свободную минуту, вызывая боль и сожаление о содеянном. Тэхен устало потер глаза. Мирэ следила за парнем не отводя глаз, слушала и не перебивала. - Каждую ночь, мне снилась ты. Неважно в каком состоянии я засыпал, мне всегда снилась ты. В моих снах мы были счастливы, были вместе, ты улыбалась. А утром, просыпаясь, я видел перед собой твои наполненные болью и слезами глаза, ненавидел себя, ругал, и снова шел на службу в надежде забыться… Когда умер отец, я не смог приехать на его похороны, это вызвало бы подозрение, ведь по легенде, я был сыном отставного командира Северной Кореи. Но я не сожалел об этом так сильно, как о том, что я не могу вернуться и вновь попытаться увидеть тебя. Связи с братом не было, и я не мог узнать, как ты живешь, чем дышишь… Но я очень надеялся, что у тебя все в порядке. Капитан помолчал немного, и продолжил: - Когда я увидел тебя избитую в допросной комнате, я знатно обалдел. Я вообще не понимал, как они могли отправить за мной тебя, зная нравы и правила этой страны. У меня был путь отхода, но он не включал в себя вариант, что я буду уходить не один, поэтому я испугался, что не смогу вытащить тебя оттуда. Эти двое суток были для меня адом. Мне нужно было строго следить за тем, чтобы я не прокололся, при этом менять план побега с одного человека на двоих. Я встречался с нужными людьми, практически на глазах у слежки, боялся, что они в любой момент схватят меня, и тогда тебе совсем некому будет помочь…Что ты погибнешь там. Тэхен встал, прошелся по кухне, налил воды в стакан, залпом выпил, и снова вернулся к столу, сел на стул, сложил руки на стол. - Я выдохнул с облегчением только тогда, когда мы сели в машину в Сеуле. Вот тогда я наконец то понял, что справился, что ты в порядке, жива, здорова, пусть и смотришь на меня с ненавистью. Я захотел все тебе рассказать для того, чтобы у меня появился шанс все исправить, но ты не стала слушать, ушла, а я поехал к брату и прямо на могиле отца сказал, что сделаю все, чтобы вернуть тебя. Это я подстроил, что тебя назначили на задание в Канаду в качестве моего напарника. Я убедил свое начальство, а потом и твое, что мы вдвоем легко с этим справимся. Единственное чего я не учел, так это того, что у тебя кто-то есть, и этот кто-то Юнги. Меня просто перетряхнуло от ревности, когда он тебя поцеловал у меня на глазах. Но сидя в машине, я убедил себя, что ты его об этом попросила, чтобы позлить меня. А потом увидел на твоей шее свежий засос, и у меня все внутри разорвалось на осколки от боли. Ты сказала, что вы встречаетесь, и я на какое-то время потерял надежду на то, что смогу тебя вернуть. Слушать меня ты оказывалась, я никак не мог до тебя достучаться, чтобы объясниться. Но потом я увидел, что ты ревнуешь к Софи, и ты просто не представляешь, как ликовало мое сердце, когда я понял, что не все потеряно! Что рано или поздно я заставлю тебя меня выслушать, смогу доказать свою любовь, что у нас все будет хорошо. Снова повернувшись к Мирэ, капитан подвинул стул, на котором сидела девушка к себе ближе, и зажав ее колени своими, как будто боясь, что она снова убежит, сказал: - Прости меня! Мне не стоило так поступать с тобой, я сильно облажался - это правда. Я жалел об этом каждую долбанную секунду пока жил без тебя! Но каждый человек заслуживает второй шанс! Прошу тебя, поверь! Я больше никогда тебя не предам, никогда не отпущу тебя, потому что люблю до безумия! Я просто не представляю свою жизнь без тебя, без твоей улыбки, твоих глаз… Мирэ, верь мне! Девушка вспыхнула: - Ты думаешь это так легко, Тэхен? Думаешь вот ты сейчас мне покаешься, расскажешь, как тебе было совестно и тяжело, и я забуду то, что испытывала сама??? - Что? Нет, конечно, Мирэ. Я так не думаю… - Хочешь узнать, что чувствовала я? – перебила Мирэ. И Тэхен, глядя в наполнившиеся слезами глаза, кивнул. А Мирэ, выпутав свои ноги из чужого захвата, встала, и обойдя стол, остановилась напротив, у окна. Глядя в зеленый двор, с дрожью в голосе сказала: - Там, в лесу, я была уверена, что мне показалось, и это не мог быть ты… Кто угодно, но не ты. Я не смогу описать тебе то, что я чувствовала, когда увидела тебя на точке… Боль, разочарование, обида, все это разом обрушилось на меня, итак, едва стоявшую на ногах. Кожу жгло как огнем, я дышать не могла. Мне казалось, что, если я сейчас сделаю вдох, мое сжавшееся сердце просто лопнет в груди. Все тело охватила боль, как будто все косточки разом треснули, так все ныло и скручивало. Я пыталась найти на твоем лице сожаление, ждала что ты будешь оправдываться, надеялась, что сведешь все в шутку! А ты… Ты смотрел на меня безо всякого сожаления. С вызовом в глазах. Уверенный в правильности своего поступка. Клянусь, в тот момент я услышала звон своего разбитого сердца… Ты вел себя как чужой, а я ведь любила впервые. Впервые подпустила к себе мужчину, открыла сердце, и не понимала, чем я такое заслужила. - Мирэ… - Не перебивай! Ты уехал, так и не объяснив мне толком ничего, а я все надеялась, что ты придешь и все расскажешь. Потом пришел твой брат, и сказал, что ты сделал правильный выбор, и что это просто служба, намекнул мне, что с твоей стороны ничего серьезного по отношению ко мне и не было. - Я не знал, что Джин приходил к тебе. - Это не важно! Важно то, что я потом не жила. Я не помню толком как прошло несколько месяцев, не помню, что я делала! Ела ли, пила ли, все эти дни были для меня одним серым, туманным пятном. Меня вытащил из этого состояния Юнги. Он учил меня снова улыбаться! Любил меня долго, и молча, не требуя ничего взамен. Он был счастлив, когда я ответила ему, и был бы еще более счастлив, если бы мы поженились, как и планировали. Но ты снова вернулся и все испортил! Голос Мирэ звучал жестко, глаза блестели уже не от слез, а от того, что она злилась. И Тэхен почувствовал, что тоже заводится. - Ты не была бы с ним счастлива Мирэ! Ты его не любишь! Благодарна ему, да! Любишь как друга, он тебе близкий человек, был рядом с тобой тогда, когда я повел себя как скотина! Но это не та любовь, которую он от тебя ждет! И ты сама это знаешь! – голос капитана зазвенел сталью. – Вы бы никогда не стали бы по-настоящему счастливы! В глубине души ты сама это признаешь, иначе ответила бы на его предложение сразу, и надела бы на палец его кольцо, а не спрятала бы его в ящике тумбочки! Возникла звенящая тишина. По обе стороны стола стояли двое людей, которые впервые за долгое время, говорили о наболевшем. Говорили правду, ту которая совсем не нравилась оппоненту напротив. - Ты меня любишь! Меня! Лишь в моих руках ты дрожишь, горишь и таешь! Разве с ним ты чувствовала что-то подобное? – уже тише, и спокойнее спросил Тэхен. - Тэхен… - Мирэ устало опустилась на стул. - Ответь, Мирэ! Ты чувствовала тоже самое, когда тебя целовал Юнги? Когда он прикасался к тебе, любил… Ответь мне! - Нет. С тобой все по-другому, ярче что ли… - тихо призналась девушка. – Чего ты от меня хочешь? - Я хочу один шанс, Мирэ! Поверь, я больше никогда не подведу тебя! Я сделаю тебя счастливой! МЫ будем счастливы! Тэхен снова сел за стол. Желание что-то готовить пропало, как в прочем и есть. Зато появилось чувство облегчения, от того, что они наконец то поговорили. Мирэ с минуту смотрела на капитана, а затем поднялась и буркнув, что больше не хочет есть, двинулась на выход с кухни. - Мирэ! – оклинул ее Тэхен, повернувшись ей вслед. Лейтенант замерла на пороге. - Как давно ты все вспомнила? Мирэ повернулась. - Около месяца назад. - Месяц? – ошарашенно пробормотал капитан Ким? – То есть, тогда, когда мы в гостиной… Ты уже все помнила? – вытаращив глаза уточнил он. Девушка, усмехнувшись кивнула. - Блин, вот я идиот то! Мирэ еще раз кивнула, и вышла. А Тэхен остался сидеть на кухне с глупейшей улыбкой на лице.

***

Подскочив в кровати, Мирэ лихорадочно пыталась сообразить, что же ее разбудило. Оглядев свою комнату не нашла ничего подозрительного, в тишине было слышно лишь биение ее сердца, да ход стрелок настенных часов. Бросив взгляд на окно, агент просканировала глазами темный двор, а заметив мелькнувшую по забору тень, тихо откинув одеяло сползла с кровати вниз. Мозг начал действовать быстрее девушки -мигом проснувшись он принялся раздавать команды всему телу: успокоится, собраться, добраться до оружия… Надеть штаны… Быстро. Пригнувшись как можно ниже к полу, лейтенант добралась до кресла, не глядя схватила джинсы, и быстрыми движениями натянула их на себя. Прислушалась – в доме тихо. Так же полусогнувшись бесшумно открыв ящик шкафа, Мирэ не сводя глаз с окна ведущего во двор - нащупала Glock, отточенными движениями проверила магазин на наличие полной обоймы, сняла с предохранителя. В тишине ночи, вдруг раздаются повторяющиеся глухие звуки. Сердце лейтенанта пропускает удар, ладони чуть потеют. Мире безошибочно определяет- во дворе стреляют из оружия с глушителем. Закрыв глаза делает пару глубоких вдохов, и неслышно ступая босыми ногами двигается к двери соединяющую ее спальню с комнатой Тэхена, та, практически тут же тихо распахивается. В лицо ей направлено дуло Glock 19 с глушителем, а из темноты выглядывает сосредоточенное, напряженное лицо мужчины. Быстро пробежав глазами друг по другу и убедившись, что оба целы, молча кивнули, и двинулись к двери, выходящей из спальни. Мирэ открыла дверь, Тэхен с оружием наготове осмотрел коридор. Чисто. Подав знак рукой, что выходит, двинулся дальше к гостиной, прижимаясь и сливаясь в темноте со стеной. Девушка молча двинулась следом, прикрывая парню спину. Было ясно- пришли за Мирэ. Никто не сомневался, что Марио отдаст приказ своим шавкам найти ее и убрать, именно поэтому девушку спрятали здесь, выставив кордон охраны. Вот только пришедшие люди не были простыми шестерками, они были профессионалами, гораздо выше по уровню, ведь быстро и достаточно тихо разобрались с такими же подготовленными бойцами, да так, что никто из них даже не успел нажать на тревожную кнопку. Если бы на секунду можно было представить, что в доме находятся обычная семейная пара – то эти люди уже со стопроцентной вероятностью были бы мертвы. Агентам повезло, что их годами тренированная чуйка сработала даже во сне, а чувство опасности заставило действовать быстро, четко, слажено. У входа в гостиную Тэхен остановился, выглянул из-за угла, и быстрым точным взглядом осмотрел помещение. Мелькнула тень, проскочившая от порога входной двери к кухне. Один попался! Подав Мирэ знак разделится, капитан бесшумно двинулся на кухню, а лейтенант в сторону гостевой спальни. Сообразив, что в белой футболке он как ходячая мишень, Тэ быстро схватил с вешалки коридора черную толстовку и ловкими движениями натянул ее на себя, ни на секунду, не выпуская из рук оружие и сканируя глазами помещение. «Зря я отпустил от себя Мирэ! – вдруг подумал он. «Со мной ей было бы безопаснее, совсем непонятно сколько их тут» Но решение уже принято, осталось лишь действовать по ситуации. Заметив тень прошмыгнувшую вдоль окна кухни, Тэ прицелился, и прикрыв глаза задержал дыхание. Чуйка его не подвела. Даже с закрытыми глазами, в темноте, доверившись шестому чувству, он безошибочно понял куда стрелять. Пара коротких глухих выстрелов, и человек в темноте падает, так и не добравшись до дверей кухни. Тут же слышится отдаленный звук разбитого стекла, и сердце Тэхена пропускает удар. Мирэ! Лейтенант тихо двигается вдоль стены, в гостиной пусто, но интуиция четко подсказывает- она здесь не одна. Стараясь лишний раз не дышать, девушка двигается в гостевую комнату, аккуратно приоткрывает дверь, входит и тихо, внимательно осматривается. Пусто. Не спеша, возвращается по коридору в гостиную, и именно здесь все ее внутренности поджимаются, и начинают кричать об опасности. Хватая краем глазами быстрые, и короткие огневые вспышки, сопровождающие глухими щелчками, Мире не сразу понимает откуда взялся этот человек, и лишь чувствуя острую кратковременную боль, скользнувшую по предплечью, а затем понимая, что кто-то сбивает ее с ног – в падении, несколько раз стреляет из Glock-а в ответ. Стрелявший человек падает, и все звуки замирают. Откинув голову на пол, девушка отдышалась, затем аккуратно сдвинула с себя обмякшее тело, которое придавило ее к полу, и попыталась в темноте разглядеть лицо человека, спасшего ей жизнь. Кровь лейтенанта замирает в жилах, а сердце пропускает удар за ударом. В темной гостиной, освещаемой лишь бликами дворовых фонарей, Мирэ узнает в сбившем ее мужчине Тэхена. А подняв ближе к лицу свои руки понимает, что те полностью в крови. В крови капитана… - Господи, Тэ! – горло сжимается тисками страха, девушка быстро ощупывает тело парня, и с ужасом обнаруживает два пулевых ранения на спине. Кровь пульсирующими толчками вытекает из ран, а вместе с ней, кажется и жизнь Тэхена. - Тэ! Очнись, слышишь? – Мирэ хлопает капитана по щекам, и тот начинает немного приходить в себя. Тихо мычит от боли, и пытается пошевелится. Получается плохо. Девушка осторожно перекладывает капитана на пол, и оглядывает в темноте комнату, в поисках того, чем можно зажать раны. «Тревожная кнопка!»- вспоминает она. Подскакивает на ноги, и бежит в коридор, где расположена кнопка тревоги. С силой лупит по ней, слышит, как срабатывает сирена, и несется обратно к Тэхену, попутно стаскивая с дивана плед, и скручивая из него рулон. Материал достаточно плотный, и подходит для того, чтобы попробовать остановить кровотечение. Лейтенант опустилась на колени, перед лежащим на полу мужчиной, и аккуратно, стараясь на задеть раны, приподняла его, и тихо перевернула на живот. Повернула голову Тэхена на бок, и только тогда старательно зажала раны пледом. Капитан болезненно простонал, но глаза так и не открыл. Дыхание стало прерывистым и тяжелым. Девушка молча молилась про себя, чтобы те, кто должен был оперативно прийти им на помощь, были уже в пути. Капитан зашевелился, попытался привстать, но Мирэ не позволила ему этого сделать: - Тссс, лежи, не вставай, у тебя на спине две раны! - Мирэ?.. - закашлявшись прошептал Тэхен, - Ты в порядке? - Да-да. Все хорошо, Тэ! – закивала головой девушка, и слегла развернула корпус, чтобы мужчина не увидел ее раненую руку. - Ты… Ты не увидела его… Я так рад, что успел… - голос тихий, прерывающийся. Судорожно зажимая раны, из которых по-прежнему текла кровь, Мирэ вслушивалась в прерывистое дыхание капитана, и изо всех сил сдерживала слезы. Спецгруппы все еще не было, и скорой тоже, хотя с момента как лейтенант нажала на кнопку, прошло более 10-ти минут. Паника тихо тянула свои щупальца к горлу Мирэ, и той становилось тяжелее держать себя в руках. Тэхен не должен видеть, что она раскисает, он должен быть уверен, что все будет хорошо. - Говори со мной. – тихо просит она, - Не отключайся! Скорая уже едет, госпиталь не так далеко отсюда, мы быстро доедем…Только потерпи чуть-чуть… - Мирэ… Я так жалею о потерянном времени… - капитан снова кашляет, - Ты не представляешь, сколько раз я хотел вернуться в то время, и принять другое решение… - кашель усиливается, с уголка губ, на пол, начинает течь тонкая струйка крови. «Господи, у него внутреннее кровотечение! Где же скорая???» - паника сжимает ледяными тисками сердце девушки, и вот наконец-то, где-то рядом слышна сирена. Через буквально минуту, показавшейся Мирэ вечностью, в дом, прикрывая друг -друга ворвался спецназ. Рассыпавшись по дому как горох, они быстро проверили весь дом. Не обнаружив опасности, главный буркнул в гарнитуру «чисто», и команда принялась к осмотру убитых боевиков. В дом быстрым шагом вошла команда медиков, таща с собой каталку для перевозки. Мирэ молча, и аккуратно отодвинули от Тэхена, и начали слушать пульс и осматривать раны. Один из медиков оперативно нащупал вену на руке капитана, и быстрым четким движением подключил капельницу. Затем врач махнул рукой, и на призыв подошли двое крепких парней из группы быстрого реагирования, без особых усилий уложив Тэхена на каталку. - Мирэ… - капитан слабеющей рукой ухватил девушку за холодные пальцы. Изо рта с булькающим звуком вырвалась кровь. - Быстрее! Не задерживаемся! – скомандовал врач, и каталку бегом покатили к машине. Лейтенант бежала рядом. Босиком. Каталку загрузили в машину, врач и санитар уселись рядом с капитаном, и принялись подключать Тэхена, уже находящегося без сознания, к реанимационной аппаратуре. Мирэ поставила ногу на ступеньку машины, готовая сесть на скамейку рядом с Тэ, но врач ее остановил: - Девушка, кем вы приходитесь молодому человеку? - Я… Я коллега… - растерялась Мирэ. - Тогда вы не можете поехать с нами, так не положено! Оденьтесь, и езжайте следом на машине. Двери скорой бесцеремонно захлопнулись перед самым носом девушки, машина, врубив сигнал рванула с места, оставив Мирэ одиноко стоять в прохладе ночи.