Лучшая талия

      Одним летним вечером, когда за окном было ещё светло, Хван Хёнджину в голову ударило вдохновение. Он, как человек творческой натуры, поспешил воплотить свою задумку в жизнь.       На составление эскиза и придумывание деталей у него ушла вся ночь. Дело в том, что ему постоянно что-то, да не нравилось: то элемент не тот, то материал закончился, и приходилось подбирать замену, при этом, чтобы и выглядел он так, как хотелось.       Уже под утро Хван всё закончил и можно было приступать к работе. Он подготовил материалы, принадлежности и место… Но случилась непредвиденная ситуация. Его любимый манекен, который прожил с ним столько времени, попросту отвалился от ножки, держащей его. У Хёнджина не было ни времени, ни средств, чтобы купить новый. Ехать за ним нужно далеко, ведь в месте, где он живёт их либо нет, либо они были из говна и палок.

***

      В соседней комнате спал парень Хёнджина — Ли Феликс или, как его любит называть старший, Ликс.       Он мирно посапывал, пока лучи солнца пробивались через щельки плотных штор в их комнате.       Перед сном Хван предупредил, что будет работать над новым дизайном, поэтому Ликс просто чмокнул его в губы и, пожелав спокойной ночи, побрёл в кровать.       Они встречались уже 2 года, и за это время младший привык иногда ложится спать один, но были и моменты, когда Джина приходилось буквально тащить в постель из-за того, что тот слишком много засиживался за идеями. Феликс на него не обижался, ведь за это и полюбил старшего. А именно — страсть к своему делу. Эту черту он точно любил в нём так же, как и все остальные.       Ликс как всегда встаёт рано. Он был жаворонком в отличие от своего парня, тот был самой настоящей совой. Младший поднялся с кровати и, потянувшись, направился на кухню для того, чтобы приготовить завтрак себе и Хвану. Поправив свисающий ворот футболки, которую он спёр у старшего, повязал фартук и принялся за готовку. Этой бытовой обязанностью занимался именно он, потому что Хёнджин не умел готовить от слова совсем. Один раз даже чуть не поджарил всю кухню.       Хван осторожно открыл дверь, дабы не разбудить младшего, но когда услышал звуки с кухни, то понял, что тот уже встал. Он вылез из комнаты, которую они вместе с Феликсом обустроили специально для его работ. Ступая на цыпочках, Хёнджин прокрался на кухню. Он остановился в дверном проёме, чтобы немного полюбоваться такой домашней и родной картиной хозяйственного Ли. Постояв так немного, старший подошёл уже в плотную к нему и устроил свои руки у него на талии, положив подбородок на плечо. Феликс от такого неожиданного действия вздрогнул, чуть было не выронив лопатку.       — Доброе утро, Ликси, — прямо в ухо сказал Хёнджин, — что сегодня на завтрак?       — Боже, Джинни, ты меня напугал! Я же просил так не делать… — а ведь он действительно просил его так не подкрадываться. — На завтрак у нас блинчики.       — Обожаю, когда ты делаешь блинчики, — Джин засиял от радости.       — Ты опять всю ночь сидел за эскизами? — Ли свободной рукой погладил его по мягким волосам.       — Да, но зато осталось лишь приступить к делу, потому что я сразу продумал все детали, — старший потёрся кончиком носа о чужую шею, ластясь под маленькую ладошку.       — Молодец, — Феликс наградил Джина яркой улыбкой, которая даже в самый хмурый и пасмурный день, могла разогнать все тучи. Этот паренёк заменил Хвану солнце.       — Но в этот раз мне понадобится твоя помощь.       — И какая же?       — Мерки.       — Что?       — Снять мерки. Мне нужно, чтобы ты побыл в роли манекена, — после Хёнджин объяснил всю ситуацию про сломанный манекен.       — Хорошо, только давай сначала поедим.

***

      После завтрака парни убрались со стола. Мыть посуду встал Хёнджин, под предлогом, если он не сделает этого, то Феликс не будет ему помогать. Старший совсем был не против, ведь любит Ликса и всё равно бы помыл за него.       Они направились в комнату, там Хван ходил то к одному углу, то к другому, пытаясь найти всё, что ему могло бы понадобится для дальнейшей работы. Самым долгим оказались поиски мерной ленты.       Взяв младшего, который мялся у двери, за плечи, повёл его на середину комнаты, чтобы было удобнее.       — Ликси, главное не шевелись, чтобы я измерил всё верно, — он начал измерять его плечи. — После этого тебе придётся ещё побыть манекеном, но уже для создания самого наряда, ты не против? — на что получил отрицательный кивок.       — А говорить-то я могу? — шутливо сказал младший и хихикнул.       — Так уж и быть, можешь, — в такой же манере ответил Хён.       Измеряя плечи, Хёнджин полез целоваться. Феликс так и знал, что так будет.       — Джинни, нет, — сказал, как отрезал. — Сначала дело, а потом всё остальное, — по лицу Джина было видно, что он немного расстроился, но продолжил с тем же энтузиазмом своё дело.       Ещё около пяти минут парень измерял всё остальное, пока не дошёл до талии… Он в это время сидел на корточках, и его лицо было прямо на уровне живота Феликса. Хёнджин знал, что талия у Ли аккуратная и маленькая, которая так хорошо всегда умещалась у него в руках.       Хван завёл ленту за спину и притянул с помощью неё младшего ближе. Тот дёрнулся вперёд и упёрся ладошками ему в плечи.       — Ты чего? — сверху послышался голос парня.       — Да так… — Ли почувствовал дыхание на своём животе. Отложив ленту на пол, Джин положил на его талию руки и потихоньку начал водить ими. — У тебя чудесная талия, так бы и сжимал её вечно, не отпуская. Я и до этого считал её идеалом, но сейчас, когда увидел цифры, понял, что она меньше, чем кажется на самом деле. — старший прислонился головой к животу Ликса, щекоча его своими мягкими тёмными волосами, как вдруг ощутил, что его гладят. В этот момент он был готов мурлыкать от удовольствия, которое ощущал, находясь так близко к любимому телу.       Задрав футболку Феликса повыше, парень припал губами к плоскому животику и стал оставлять совсем невесомые поцелуи на нём. Хёнджин продолжил дорожку поцелуев вверх, но не забираясь слишком уж высоко.       — Джинни, я же сказал тебе, что сначала ты должен закончить, — Ликс всё так же поглаживал его по голове.       — Извини, просто не удержался, — Хён встал в полный рост. Он полностью обхватил талию младшего в кольцо рук и немного сжал. — Слушай, Ликси, любимый мой, а ты не хочешь стать моделью? С твоими-то параметрами…       — Хёнджин, замолчи ради Бога, — парень закрыл лицо ладонями от смущения.       — Ты ведь такой красивый у меня, — он чмокнул его в лоб, — такой милый, — ещё один чмок, но уже в нос, — самый-самый, — ключевой поцелуй пришёлся на губы, лёгкий, воздушный и наполненый любовью.       Секунда и Феликса подхватили на руки. Он по инерции обхватил чужое тело ногами.       — Ну и что это значит, Джинни?       — То, что мы сегодня не закончим, а займёмся другим не менее важным делом, — бровь младшего изогнулась в немом вопросе. — Буду изучать каждый сантиметр твоей замечательной талии, — новый поцелуй стал жарче и парочка в таком положении направилась в спальню.       Этой ночью Хёнджин будет ночевать в общей комнате, но уж точно не спать, а наблюдать за тем, как прогибается спина его малыша, ведь у него лучшая талия.