Город в ожидании тебя

Рабочий день в поликлинике закончился в 17:30. Сюй Цинь еще оставалась в офисе и читала. Новая врач-стажер, проходя мимо открытой двери, заглянула внутрь. — Доктор Сюй, вы еще не закончили работу? — Мгм, еще немного. Доктор Дун из того же отделения, идя мимо, с улыбкой сказала: — У нее есть парень, который ее заберет. — О, это так романтично… — Точно. Он высокий, красивый и любит ее баловать. Сюй Цинь поджала губы и улыбнулась. — Доктор Сюй, я ухожу! — До свидания! Шаги вскоре стихли в конце коридора, и Сюй Цинь спокойно продолжала читать. Десять минут спустя она закрыла книгу, взяла сумку, заперла дверь кабинета и спустилась вниз. Задержавшись на десять минут, она пропустила пиковый период ухода сотрудников больницы с работы. Она шла по тихому больничному зданию одна, в сопровождении редких задержавшихся, как и она, медиков, с необыкновенным чувством спокойствия. Небо за дверями больницы было высоким и безбрежным. После новогодних праздников погода в Дичэне становилась лучше с каждым днем. Небо оставалось голубым, а воздух был свежим. Легкий ветерок больше не казался холодным, а приносил приятную прохладу. Зима действительно закончилась. Стояла хорошая погода, и у окружающих было хорошее настроение. Сюй Цинь неосознанно улыбнулась, спускаясь по ступенькам, быстро подошла к воротам больницы, и не прошло минуты, как увидела подъезжающую белую машину. Через лобовое стекло мужчина на водительском сиденье смотрел на нее с широкой улыбкой на лице. Машина замедлила ход и остановилась рядом с ней. Она открыла дверцу машины, села на пассажирское сиденье, наклонилась и чмокнула Сун Яня в щеку. Сегодня был выходной, на дороге большое движение и пробки. Сун Янь замедлил скорость, неторопливо протянул руку и нежно погладил ее по руке. Как только он увидел ее, он не мог не приблизиться к ней, не прикоснуться. Это было трудно объяснить. — Устала сегодня на работе? — Не устала. По сравнению с той загрузкой, какая была в отделении скорой помощи, это пустяки. А ты? — Все тоже довольно легко. Сюй Цинь медленно обхватила его пальцы и внезапно спросила: — Теперь тебе больше не нужно заниматься физической подготовкой? — Очевидно. Машина впереди двинулась. Сун Янь коснулся большим пальцем тыльной стороны ее ладони, затем убрал руку и медленно проехал через перекресток Шиюй. Подумав о чем-то, он повернулся и посмотрел на нее: — В чем дело? Ты как будто о чем-то сожалеешь? — Что, если ты потеряешь мышцы живота? — чуть смутившись, спросила Сюй Цинь. Сун Янь не сразу среагировал, а потом рассмеялся: — А, так тебе нравится мой пресс? — Еще как! — Ну, это просто. Я могу делать пару сотен отжиманий с тобой на спине каждый день дома, и пару сотен приседаний с тобой на руках. Будет примерно тот же эффект. Сюй Цинь подумала об этой сцене, нашла ее довольно привлекательной и кивнула с сияющими глазами. Сделав покупки и вернувшись домой, они обогнули защитную стену и пошли по коридору. Во дворе цвел зимний жасмин, его цветы были ярко-желтыми и очаровательными. А еще на том большом дереве распустились крупные розово-белые цветы. Сюй Цинь подняла глаза и сказала: — Так это магнолия. — Она росла здесь уже много лет. — Когда Сун Янь купил этот дом, дерево уже росло здесь, цветы на нем распускались и увядали, как обычно. Глядя на рассекающие голубое небо ветви магнолии, он сказал: — Если тебе нравятся еще какие-нибудь цветы или растения, мы можем все их посадить в нашем дворике. — Я мало что знаю об этом, — призналась Сюй Цинь. — Ничего, не торопись, — сказал он, — в следующий раз я принесу несколько фотографий, и ты сможешь выбрать, что тебе нравится. — Ты будешь ответственным за посадку? — спросила она. — А как иначе? — улыбнулся Сун Янь. В коридоре позванивали музыкальные подвески; болтая о цветах и растениях, они прошли с купленными продуктами на кухню. Сюй Цинь не умела готовить, но была рада помочь Сун Яню. Правда, Сун Янь в лучшем случае позволял ей мыть овощи и ни в коем случае не давал прикасаться к ножу, говоря, что ее руки предназначены для скальпеля, и он не может подвергать ее опасности случайно порезаться. Сюй Цинь не настаивала, ходила вокруг него, пока он готовил, болтала с ним, помогала собирать посуду и накрывать на стол, подавала рис и так далее, получая массу удовольствия. Блюдо с жареной рыбой с зеленым перцем, блюдо с жареными овощами, миска огуречного супа. Достаточно, чтобы накормить двух человек. После ужина они сидели на террасе, она свернулась в его объятиях, наслаждаясь ночным ветерком, и смотрела на звездное небо, широкое прямоугольное пространство, похожее на картину, вставленную в раму из карнизов. Звездное небо было похоже на темно-синий бархат, усыпанный бриллиантами. Бесконечно и вечно. В уголке шумного города притаился тихий дворик, принадлежавший двум людям. Как чудесно было бы провести так остаток жизни! Ветер тихо позванивал музыкальными подвесками и заставлял шелестеть листья. Сюй Цинь лежала в объятии его рук, накрытая тонким одеялом, и не могла не вспоминать времена, когда они встречались в старшей школе, не могла не вспомнить то время, когда она приходила с Сун Янем в дом его дяди. Когда она была подростком, сидела на ступеньках вместе с Сун Янем и смотрела на звездное небо. В то время она даже не предполагала, что в будущем наступит такой день. Они были молоды, простодушны и полны энтузиазма. Она помнила, как они держались вместе каждый день. Даже когда он перекидывался шутками или играл со своей группой друзей, он находил время, чтобы внезапно развернуться, притянуть ее к себе, опустить голову и поцеловать ее. Публика была большая, но его спина всегда закрывала всем обзор, заставляя ее краснеть. Были и более смелые времена. Какое-то время в старшей школе он постоянно прогуливал уроки, и учителя перестали о нем заботиться. Но он всегда скучал по ней и приходил, чтобы увидеть ее. Однажды он пришел в школу на перемене, но учитель продлил время урока из-за контрольной, все сидели и решали задачи. Сун Янь некоторое время смотрел на Сюй Цинь за-за пределов класса, наконец не выдержал и вошел в класс. — Что ты делаешь? — спросил его учитель. — Мне нужно кое-что передать Мэн Цинь, — сказал он. Сюй Цинь писала контрольную и при этих словах удивленно вскинула голову. С улыбкой на губах он нахально прошел к ее столу, оперся на него обеими руками, наклонился и оставил легкий поцелуй между ее бровей. Сюй Цинь была застигнута врасплох. Его спина загораживала вид учителю, но ученики в задних рядах все видели. — Вау! — закричали они, шумя и свистя. — Что вы расшумелись? — в недоумении спросил учитель. Сюй Цинь покраснела и уставилась на него, а он улыбнулся: — Буду ждать тебя у ворот после школы. И ушел. В то время им всегда нравилось быть вместе, как и сейчас, они были счастливы, что бы ни делали вместе. Она с удовольствием мыла овощи и наблюдала за звездами. Сидя в центральной зоне гостиной, он читал свою книгу, она — свою, не разговаривая друг с другом, и они были счастливы; время от времени поднимая взгляды от книги, они были рады видеть его/ее компанию в теплом уютном доме. Между ними всегда царило молчаливое понимание. Например, когда она, читая свою медицинскую книгу, начала вслепую шарить по столу рукой, он, тоже читая, быстро нашел взглядом закатившуюся в щель на столе ручку, поднял и протянул ей. Она взяла ее, не глядя, и начала писать, а он опустил голову и продолжил чтение. Как только он потянулся и собирался встать, чтобы идти смотреть фильм, она тут же отложила книгу, тихо шагнула вперед, чтобы взять его за руку, и вместе с ним вернулась в комнату. Устроившись на своей большой кровати, они смотрели фильмы, слушали музыку и целовались в своем собственном мире. Все остальное освещение было выключено, за исключением тусклых встроенных светильников над большой кроватью, излучающих мягкое сияние. Царила теплая и неоднозначная атмосфера. Ее кожа белая как снег, она дремала на лавандовой постели, будто ребенок, уткнувшись в него носом. Его большие ладони бессовестно заскользили по ее телу, нежно массируя его. Прошло несколько мгновений, и ее щеки покраснели, ей стало не хватать воздуха. Он осыпал поцелуями все ее тело, вернулся к ее губам, перевернулся и прижал ее своим телом к постели. Она обвила его шею руками, поёрзала в его руках, потерлась головой о его грудь, о чем-то подумала и вдруг спросила: — Ты собрал документы? — Да, они все готовы. А ты? Отпросилась на завтра? — Конечно. Сун Янь погладил ее бедро и с улыбкой спросил: — Что ты сказала, когда отпрашивалась? — Что я могла сказать? Сказала, что мне нужно получить свидетельство о браке, — усмехнулась Сюй Цинь и в свою очередь спросила: — А ты? Что ты сказал? — Что схожу за женой. Она рассмеялась, уткнувшись ему в грудь, ее плечи задрожали от смеха. Но он немного посерьезнел и спросил: — Сюй Цинь? — Хм? — Говорят, брак — это как город в осаде. Ты действительно хочешь войти в этот город? Он смотрел на нее с совершенно серьезным видом. Сюй Цинь посмотрела на Сун Яня так же серьезно. — Я просто хочу быть с тобой. Я готова быть запертой с тобой в этом городе на всю оставшуюся жизнь. Он улыбнулся, наклонил голову, чтобы поцеловать ее, и энергично раздвинул ей ноги. Она слегка ахнула, подаваясь ему навстречу. За окном лунный свет был прекрасен. Пришла весна, и из окна доносился свежий запах листьев. Она медленно опускалась под ним, теряя сознание, и в тот момент, когда он вошел в ее тело, ее сердце и тело снова наполнились до краев. Она смутно подумала, что в этом мире не найдется другого человека, который понимал и знал бы ее лучше, чем он. И еще подумала, что если у нее родится ребенок, она назовет его Сун Чжисюй.