Уже без скрипов, но всё ещё со смазкой

Звёзды на небе, наконец-то, сошлись в нужные Солнцу созвездия! А точнее, на следующий же день мастера забрали Луну на техосмотр. Мастера с вооружённой охраной. Это, конечно, насторожило Солнце, но он был оптимистом. Но по возвращении Луны вечером еле удержал себя от побега от детей в кладовку. А ночью знакомый сценарий повторился, но уже иначе. Теперь Солнцу приходилось догонять бегающего по всему комплексу Луну. Это оказалось невероятно сложным теперь, когда все суставы Луны были смазаны и не издавали ни звука. Луна выиграл, и поэтому пришлось терпеть ещё целый рабочий день и изводить себя нехорошими мыслями. Второй забег Луны окончился неожиданно и всего через полтора часа. Солнце, потеряв Луну из виду, присел под одной из детских горок-труб, чтобы оглядеться и продумать план, но Луна нашёлся сам. Он как раз скатывался с той самой злополучной горки и угодил задом прямо на острый луч Солнца. — Ай! Тёмная твоя башка! — запричитал Луна, падая на пол и хватаясь за ушибленное место. — Она светлая! — Солнце на всякий случай пощупал луч — тот на удивление не помялся, а после поскорее оседлал Луну и прижал его руки к полу, чтобы не посмел снова сбежать. — Почему ты от меня бегаешь?! — Не твоё дело! — огрызнулся Луна, стараясь выскользнуть из крепкой хватки. — А чьё тогда?! Ты же сам говорил, что у тебя никого больше нет! — Не «никого», а «ничего», — поправил он, после чего уставился в пустоту и заговорил глухим шёпотом: — И теперь у меня действительно нет ничего… — О чём ты? — заволновался Солнце. — Я ведь с тобой! Это ты так по скрипу скучаешь? Не знал, что он тебе так нравился… Ну, побегай так по ночам ещё с недельку, суставы снова износятся. — Да плевать мне на твой скрип! — Луна таки справился с Солнцем и поменялся с ним местами. — А что тогда тебя так беспокоит, что ты даже не хочешь меня видеть? — грустно спросил Солнце, даже не пытаясь вырваться. Луна замер на мгновение. — Чего ты опять выдумываешь?! Я хочу тебя видеть! Всегда хочу! — Ага, по твоим марафонским забегам оно и видно, — отхлестал он Луну своим редким сарказмом. Грусть в голосе Солнца показалось Луне преувеличенной, но присмотревшись, он заметил, что лучи вокруг его лица стали короче, словно поникли. Неужели, поведение Луны его настолько расстроило? — Я просто не хочу тебя огорчать. — А делаешь диаметрально противоположное. Луна прорычал — раньше бы это звучало более устрашающе со всеми хрипами и глюками, но мерзкие людишки даже голос его починили. — Хорошо! Ладно! Будь по-твоему! — Луна встал и какими-то резкими, рваными движениями совсем неаккуратно, зато быстро избавился сначала от пояса, порвав его в паре мест, а после и от штанов, забросив их на крышу комплекса. — Я теперь с двумя розетками и без единой вилки! Солнце, озадачившись, даже голову набок склонил. Ничего между ног Луны не свешивалось. А должно было. — Да ты полюбил метафоры. — Со считающими себя самыми умными людьми и не такое полюбишь! Вот только это, — он указал обоими указательными пальцами себе между ног, и даже присел от негодования, — я любить не собираюсь! — А что там? — Солнце перевернулся на четвереньки и подполз поближе, вглядываясь снизу. — Оу… Луна ударил того по лицу и отпрыгнул подальше. — Не приближайся! — завопил Луна и пополз вверх по комплексу за штанами. — Они так просто это сделали с тобой? Ты, что ли, тихо-мирно лежал на их разделочном столе?! — Ну, поскрипел, подёргался пару раз, ни без этого, — Луна пожал плечами. — От желания всех их там и придушить, конечно, провода искрились, но из-за ружей и отвёрток в их руках пришлось сдерживаться. Они ведь ещё и лицо моё тряпкой накрыли, чтобы я не понимал, чего они там вытворяют! — Правда? — Ну, они назвали это «чтобы не так страшно было», — передразнил он мерзким голоском, перепрыгивая на квадрат с сеточной лестницей. — Будто бы лицо в моей конструкции пугало их больше всего. Они ещё не видели, чего я вытворяю своими пальцами с теми, кто рискует зайти сюда ночью! — И чего ты так переживаешь?! — крикнул ему Солнце. — С этим можно работать! Я знаю как! Луна спрыгнул вниз, так и не добыв штанов, и склонился над Солнцем, оставляя между их лицами не больше пары сантиметров. Сейчас ему очень не хватало возможности подозрительно прищуриваться. — Откуда это? — Ну… — Солнце неловко почесал процессор на затылке. — В мастерской я иногда сталкивался с аниматрониками-девушками… Луна не знал, смеяться ему или злиться. — И работал с их вагинами? — спросил он бесцветно. — Что? — аж подпрыгнул от таких предположений Солнце. — Нет, конечно! Какого ты обо мне мнения?! Они просто обсуждали это между собой! — О-о-о… — начинал веселиться Луна. — А ты сидел и смущался? — Нет… ну… лежал я, — явно смущённо отвернулся Солнце. Луна же решил, что это стоит отметить громогласным смехом. И правда, как он мог усомниться в своём Солнце, которого он сам раскрепощал не один месяц?! И, возможно, зря. Солнце схватил Луну за щиколотки и потянул, уронив на спину. — Тут где-то есть… как они это назвали?.. такая кнопочка, — приговаривал Солнце, что-то тщательно высматривая в силиконовом новоприобретении Луны. — Нашёл! — и нажал на эту самую «кнопочку», вырвав из Луны неожиданно высокий писк. — Что это? — прохрипел он тихо. — Клир… глир… глит… клит… клитор! — радостно воскликнул Солнце, наконец вспомнив название. Всё же, знакомые ему девушки упоминали это достаточно часто, чтобы запомнить. Неожиданно пригодилось… Луна осторожно потянулся рукой к этому самому клитору, безуспешно ища его среди множества половых губ. — Где? — Да вот же прямо тут! — Солнце схватил его за палец и прижал к искомому месту, снова получая лунный писк. — Тебе нравится? — Как бы ни хотелось это отрицать, но да, — проворчал он. — Это всё, что ты узнал у своих аниматронесс? — снисходительно поинтересовался Луна. — Представь себе, не всё! Насколько я понял, это можно использовать так же, как наше отверстие под шуруп, — и, не мешкая, Солнце стал просовывать палец в дырочку, находящуюся чуть ниже клитора. — Стой-стой-стой! — зашипел Луна. — Ты царапаешься! — и он снова достал из своего колпака баночку смазки. Новую и полную. — Я зря времени в мастерской тоже не терял, — ответил он на удивление Солнца. Капнув на палец немного, Солнце отложил баночку в сторону и попробовал снова. Палец проскользнул легко. И, чего Солнце не ожидал, глубина, в отличие от уже известного им отверстия, оказалась длиннее его пальца. — Как оно? — поинтересовался он у притихшего Луны. — Неплохо, — чуть удивлённо сообщил Луна. — А если так? — Солнце смазал второй палец и проник внутрь уже двумя. Луна снова зашипел, но тон был не недовольным, а скорее наоборот. — Да, так хорошо, — признался он. — Двигайся. Солнце послушно, чуть согнув, вынул пальцы, оставив внутри лишь кончики, и ввёл обратно, разгибая. — Да-да-да, вот так, — кивал Луна, чуть постанывая, но Солнце оставил его без продолжения, отстранившись. — Эй! Я только втянулся! Но Солнце не оставлял его, он только быстро избавился от штанов (в отличие от Луны положив рядом, а не выбросив куда-то в никуда) и получше смазал свой уже не кажущийся таким разочарованием членик. Познакомившись с ним поближе, Солнце даже заметил, что прежний был тоньше. А, казалось, толщина Луну сейчас и интересовала. — Готов? — приставил он головку ко входу во влагалище. — Всегда готов! Почему ты у меня такой медлительный?! — проворчал Луна, за что тут же получил — Солнце одним махом проник вглубь на всю свою невпечатлительную длину. Но вот толщина Луну впечатлила, да настолько, что голос вновь стал выдавать глюки. — Хорошо-здорово-прекрасно-отлично! — прокричал он четыре слова одновременно. Солнце даже не понял, что именно хотел донести до него Луна, поэтому всё же поинтересовался: — Нормально? На что Луна выдал ту же непонятную мешанину, но воспользовался понятным языком жестов — толкнул Солнце пятками в спину. — Приму за положительный ответ, — он слабо кивнул и взял осторожный темп. Незаметно для себя самого вскоре Солнце начал ускоряться. — О, свет! Ты такой узкий, это так… так приятно, — он остановился, поднял одну ногу Луны под колено, расставил свои ноги пошире и прижался носом к носу Луны. — Ты не против, если мы ускоримся? — прошептал он. — Да-да-да! — был ему множественный ответ. Усмехнувшись, Солнце ускорился настолько, что не контролировал амплитуду движений, из-за чего каждый раз его член выходил наружу полностью, но всегда попадал обратно с идеальной меткостью. Они не разделяли двухголосые стоны на свои и чужие. Они не понимали, в чём процессоре первым послышался электрический треск. Не знали, чьи системы дали сбой первыми, но очнулись в объятиях друг друга они одновременно. — Ты, и правда, умеешь с этим работать, — хмыкнул Луна. — Когда я тебе врал? — задал Солнце риторический вопрос. Они так и лежали, не двигаясь и загружаясь несколько минут. — Кстати! — вдруг подскочил Солнце. — У меня же кое-что для тебя есть! — он резво убежал в сторону кладовки, оставляя Луну заинтересованно ждать на полу. И интерес был более чем оправдан. — Мой член?! — воскликнул Луна, поднимаясь на локти. Солнце держал в руке знакомо шатающийся силиконовый орган. — На самом деле я сначала подумал, что это мой, но теперь, узнав твою ситуацию, полагаю, что всё же твой, да, — Солнце присел перед Луной на колени, радостно заставляя член «кивать». — Откуда?! — Перед отключением света в тот вечер, когда тебя вернули механики, ко мне подошла знакомая девушка-аниматроник и вручила это со словами «Надеюсь, ты знаешь, что с этим делать». — Я недооценивал аниматронесс, — зачарованно следил за болтающейся головкой Луна. — Давай уже, меняй меня обратно! — он снова лёг, широко расставляя согнутые в коленях ноги. А Солнце опустил взгляд и завис. Капля смазки вырвалась из гладких оков влагалища и быстро перебежала в отверстие ниже. — Знаешь, у меня есть идея получше, — сглотнул он и, не отрывая взора, поставил член на пол и потянулся за смазкой. — Что может быть лучше возвращения моего чудесного члена?! — Луна снова поднялся на локтях, чтобы проследить за загадочным Солнцем. — Помнишь же, что твоей длины мне всегда хватало, чтобы упираться в чувствительный шуруп? — спросил Солнце, тщательно смазывая смирно стоящий орган. — Когда это я забывал свои успехи? — самодовольно ответил вопросом на вопрос Луна, откидывая голову на сложенные сзади руки. — Так вот, — и без подробных объяснений Солнце ввёл лунный член не резко, но метко по самые яйца. И, как и было сказано ранее, головка идеально проехалась по прямому шлицу. — О, ночь! — Луна выгнулся в спине и с грохотом упал обратно. — Приятно, правда? — как-то хитро заговорил Солнце, медленно подползая на коленях ближе. — А может ли быть ещё приятнее? Хм… — спрашивал он так, словно это уже было ответом. — Я чувствую, ты что-то задумал, — с подозрением озвучил Луна свои мысли. — Чем чувствуешь? — Эм… — вздрогнул Луна, действительно почувствовав. — Ты, правда, хочешь это услышать? — Очень-очень хочу это услышать, — закивал Солнце, чуть вытащив лунный член и вогнав его обратно с новой силой. — Ах! Чем я только не чувствую! — А точнее? — Да вставляй ты уже! — Чего куда? — Солнце повторил свой трюк, вынимая член и доводя Луну до неистовства. — Свой член в мою вагину, придурок! — Так точно, капитан! — и Солнце вогнал оба члена в оба отверстия резко и одновременно. Луна не то что застонал, он завопил. Как бы охрана не приняла это за сигнализацию. Хотя Солнце подозревал, что о ночных криках в их отделе тоже давно должны были ходить слухи. — А ведь ты можешь сделать себе ещё приятнее, — предложил Солнце, беря его за руку и кладя чуть ниже живота. Сам же он, натурально вдалбливаясь в Луну, занимал обе руки — одной приходилось придерживать Луну за талию, иначе они бы ездили по полу. Луна же, с каждым резвым толчком выгибал спину всё больше и больше. Он впервые не издавал в сексе ни звука — электрические сигналы взрывались в проводах раньше, чем достигали голосового устройства. Собственно, и предложение Солнца он осознал далеко не сразу. И, не тратя силы на обработку этой идеи, он с силой надавил на клитор, вырубаясь, казалось, без шансов на возвращение в мир живых. На самом-то деле Луна не был бы против умереть в этом моменте. — Эй, ну очнись же, мой лучик тьмы. Ещё минута и я раскроюсь перед людьми, забегая к ним в мастерскую с криками и тобой на руках! Вернись ко мне, — хныкал Солнце, шлёпая Луну по лицу. — Ты же в курсе, что если удары и помогают в починке компьютеров, то бить надо по процессору, м? — скрипуче поинтересовался Луна. — Ох, ты жив! — Солнце сгрёб его с пола и сжал в своих чрезмерно сильных объятиях. — Не убе-бей меня вновь, — выдал Луна глюк. — Эй, ты слышишь? Мой прекрасный голос вернулся ко мне! Им меня не сломать! — Не починить, — поправил Солнце, осторожно отстраняясь. — И то верно. Им меня не починить! — Луна даже поднял кулак в боевом кличе. — А вот я, похоже, тебя доломаю, — загрустил Солнце. — Да ладно тебе. В нашей коморке же лежит инструкция по эксплуатации, ты сможешь меня починить. — Точно! — Солнце ударил себя по лбу. — Я совсем о ней забыл! — И чуть не раскрыл нашу страшную тайну людям! — наиграно пугающе заскрежетал Луна. — Я испугался. — Не бойся. Я никогда не смогу тебя оставить, — Луна лёг на спину и протянул руку, приглашая Солнце лечь рядом. Солнце устроился лицом на груди Луны и ощутил на плечах такую знакомую тяжёлую руку. — Это был рекорд по скорости доведения до оргазма, — прервал Луна тишину. — Сколько прошло? Мне кажется, не больше минуты? — Минута и девять секунд, — глухо отчитался Солнце. — Что, теперь будешь доводить меня до тысяч оргазмов за одну ночь? — усмехнулся Луна. — Ну, вообще-то, — Солнце пошарил рукой по полу и поднял согласно «кивающий» на любые предложения член, — теперь мы можем в любой момент поменяться, — он поднял голову, глядя в счастливо улыбающееся лицо Луны. — У нас ведь есть инструкция.