Умри или убей...

Резко подскочив на постели, я начала осматриваться по сторонам. Сердце предательски стучало в горле, а я натужно дышала и старалась угомонить вопящий об опасности разум. Вот ведь кретин! Он прекрасно знал, что его собираются обвинить по ложным доносам и всё равно предпочёл красиво сдохнуть, нежели поговорить со мной. Пусть он и говорил, что это ради любви ко мне, но такие жертвы были выше моих сил. Тошнота подкатила к горлу и душа закровоточила. Он поступил так же, как и Дамблдор. Чтобы никого не обвинили в его смерти, он сам приказал мне убить его. Разве в этом мире возможно такое наплевательское отношение к себе любимому? И от кого? От заносчивого засранца, который на первое место ставил собственную выгоду и комфорт, а уже затем думал о побочных вещах. В самом деле: Малфой и самопожертвование в одном предложении не стояли. От слова совершенно! И я не утрировала, это реально так и было. Просто, по какой-то необъяснимой причине, у меня не было даже крошечного шанса разобраться во всем и решить проблемы менее радикальным способом. Драко промолчал, а я не провидица, чтобы знать всё наперёд. Теперь же, когда моя память постепенно возвращалась и я начала вспоминать события прошлого, я смогу более чётко сформировать свой план действий. Нет на свете таких проблем, которые невозможно было бы решить небольшим количеством труда и старания. Всё же, не просто так меня считали самой лучшей выпускницей за последнюю сотню лет. То, что хранится у меня в голове, могло сравниться по ценности с научными трудами. Потому, в первую очередь, следовало вставить Малфою мозги на место. Чтобы больше не смел таким образом рисковать собственной шкурой, ради моего спасения. Тряхнув головой и сверкнув глазами, я попыталась изменить собственное отношение к приснившемуся будущему, которого ещё не произошло. Но злость на себя, на Драко, на Гарри, и на глупые предрассудки оказалась сильнее. У меня в грудной клетке трепыхалось сердечко, колотясь о костяной каркас, как пойманный в силки заложник. Как вообще можно было найти в себе силы и так спокойно ко всему относится? Разве у него ничего не ёкало в груди, в тот момент, когда отдавал приказ убить себя, как только для этого придёт время? Неужели он на самом деле любил меня до такой степени, что готов был собой пожертвовать? Нет, я много раз слышала, что влюблённый человек готов совершать самые идиотские поступки, но, чтобы до такой степени? Это явно превышало любую шкалу адекватности. Ладно, самое главное, что этого ещё не случилось. Драко спокойно спал в своей постели, а впереди было целых два года учёбы. Поэтому, можно было выдохнуть и не переживать ни о чём. Это просто дурной сон, навеянный моими воспоминаниями, которые подавлялись чарами вейлы, а теперь смогли раскрыться в полной мере. Не следует скидывать со счетов и банальное внушение. Но для него слишком реально и связно происходило действо. Всё же, я склонялась к версии с воспоминаниями заблокированным глубоко в подсознании. Мелкие мурашки пробежали по спине, но я предпочла проигнорировать их и начать новый день с чистого листа. Событий моего прошлого попросту не существовало. Книга, которую я держала в руках, была совершенно пуста и не требовалось прилагать кучу усилий, чтобы прочесть её. Все верно, от меня требовалось лишь одно – продолжать двигаться вперёд и ни о чём, столь роковом, не думать. Потому что каждый совершённый шаг выстраивал новую, абсолютно неизведанную реальность. Я не собиралась повторять собственных ошибок. Теперь я пойду дорогой, которую изберу сама! Пока у меня существовал выбор, всё будет хорошо! Скинув одеяло на другую половину постели, я поднялась и решила, что душ в такой ситуации будет не самым дурным решением. Он поможет остудить голову и даст тот нужный заряд силы и бодрости, который так необходим, чтобы не свихнуться в череде бесцельно прожитых дней, за которыми я никак не могла угнаться. Даже если будет больно и тошно, следовало терпеть и помнить, что у меня нет права на ошибку. Теперь на карте стояло слишком много всего, а я наивно полагала, что вторая попытка окажется легче первой. Наивная… Шанс, подаренный мне судьбой, оказался до неприличия тяжёлым. Он давил на плечи грузом неразрешимых проблем, которые нельзя миновать, как бы мне не хотелось. Даже если завтра мир перестанет существовать, я должна была продолжать движение в правильном направлении. По крайней мере, именно так, я бы доказала самой себе, что заслужила это послабление от судьбы и магии. А то выходило, пока, не очень радужно и даже как-то кисло! Словно я целиком сожрала лимон и пыталась остановить слезы, чтобы выиграть десятку, поставленную на кон в этом идиотском споре. Но не успела я скользнуть в ванную, как услышала взрывы смеха из гостиной и собственное имя, которое из чьих-то уст звучало, как фирменное оскорбление. Накинув на себя отвлекающие чары, я медленно подошла к перилам и начала прислушиваться. После нескольких фраз, сказанных собравшейся внизу компанией, я с ужасом поняла, что каким-то неведомым образом, они наблюдали за моим сном. Благо им в голову не могло прийти, что это был не сон, а мои воспоминания. Люди просто ржали над тем, что заучке даже порнуха не снится, одна мыльная опера с драмой. В желудке все застыло паникой и растерянностью. Как они вообще смогли проникнуть в мой сон? Это же очень древнее и сложное искусство, которое не дано понять кому попало. За две свои жизни, я слышала о таких волшебниках всего пару раз. И то там нужно было соблюдать особые условия, чтобы всё сработало. А тут они как кони ржут и у меня складывалось ощущение, что за воспоминаниями подглядывала целая толпа, которая теперь и веселилась за мой счёт, выставляя мою персону, главной дурой факультета. — Герм, не стоит их слушать, они идиоты, — Гарри потянул меня за руку в противоположную от гостиной сторону, — пошли, а то совсем озябнешь, в коридорах не топится. — Как они смогли узнать всё это? — едва отцепив пальцы от перил, я позволила парню уволочь себя прочь. — Это же магия наивысшего порядка, такая не подвластна кому попало. — Я не особо понял, но кажется, тебе что-то подлили в успокоительный бальзам, что позволило Джини наколдовать проекцию твоего сна, — тихо бормотал Гарри, — вот только мне кажется, что это был не сон. Я даже сам сперва не понял, а потом, когда Рон начал смеяться над тем, что ты даже во сне, не можешь сделать что-нибудь необычное, обрядив меня в аврорскую форму, до меня дошло, что ни ты, ни я никогда её не видели. Следовательно, это не могло быть простым сном. Герм, что у тебя в голове происходило? — Но изготовление зелья «Тайный глаз», запрещено законом уже несколько тысячелетий, — помотала я головой, немного успокоившись, — и почему ты их не остановил? — Я попытался не дать им распустить грязные слухи, — отведя глаза в сторону сказал Гарри, — но все мои уговоры оказались бесполезными, а потом твой сон пошёл по каким-то совершенно непонятным мне рельсам, и я сам подвис. Каюсь, грешен, мне стало любопытно, что же происходило дальше. Но та сцена, в самом конце, почему ты послушалась Малфоя. Я думал, пережив всё это, ты как минимум должна была бороться за своё счастье всеми силами. — Это та самая причина, почему я так безоговорочно верю Драко и в его чувства ко мне, — поёжившись, я опустила голову, — потому что он умер ради меня. Пытаясь сохранить жизнь мне и ребёнку, он принял решение, что готов склонить голову. Не потому, что он какой-то великий злодей, а из-за того, насколько сильно меня любил. А я… Дура! Отказалась от всего и страдала до конца своей жизни, пока по воле случая и твоей жены, не стала частью ритуала. Мы оба придурки, Гарри. И увы, вряд ли хоть когда-нибудь сможем искупить свои грехи. — Погоди, ты хочешь сказать, что это на самом деле был не твой сон? — затряс головой брюнет, пытаясь подобрать правильный вариант. — Нет, это не сон и даже не моя фантазия, — с тяжёлым стоном я опустилась на постель парня, — это мои заблокированные воспоминания, которые постепенно начали ко мне возвращаться, после приказа Драко. Я вспоминаю те события, которые произошли не по моей вине. Точнее, я просто не могла их знать, ведь таким был приказ. Абсолютный контроль разума, который сильнее непростительного и держится даже после смерти отдавшего его. Я сперва не верила, а потом поняла одну страшную истину: если бы Малфои были на стороне Тёмного лорда, никто из нас не пережил бы войну на седьмом курсе. Одного Драко достаточно, чтобы профессора сдали замок без сопротивления и верили в то, что поступили правильно. Мы слишком мало знаем о волшебном мире, чтобы так ужасно отзываться о других людях. — Погоди, какие воспоминания, какая война? — парень приложил ладонь к моему лбу. — Может это побочные последствия от принятого тобой зелья? Пошли в медпункт, тебе надо проверится. Герм, шутки с головой опасны. — Гарри, это не шутки, — покачала я головой, — я Гермиона Грейнджер, самый молодой Министр магии в истории. За два месяца до наступления сорокалетия, меня убила Джини Поттер, перед этим перерезав своему мужу горло, прямо за праздничным столом, когда мы отмечали твой день рождения. Мне сорок лет, Гарри, по крайней мере, моей памяти. А телу – шестнадцать. И это моя вторая жизнь… А то, что ты видел в воспоминаниях, события, развернувшиеся незадолго до моей и твоей смерти. — Постой, это звучит настолько фантастически, что мне начинает казаться, что таким образом ты пытаешься накалить атмосферу, — потряс головой собеседник. — Тяжело принять подобный вариант развития событий. Чтобы Джини убила меня и тебя… Провела какой-то ритуал и всё это самостоятельно? У неё в голове столько мозгов нет, чтобы придумывать столь грандиозные планы. Я бы поверил, что такое ты спланировала, а не она. — Гарри, она только что использовала на мне зелье, которое запрещено законом настолько давно, что о нем никто не должен помнить, — пока мы тут с тобой размышляем о том, чего не было и что было, события будущего уже произошли и ты их видел в моих воспоминаниях. Но да, я понимаю, что это тяжело принять, ибо верится в данные суждения с трудом. Но поверь мне на слово Гарри, они не такие простые люди, которым можно доверять свои секреты. Второй раз совершить такую ошибку я не позволю ни себе, ни тебе. Потому прости за то, что пыталась действовать у тебя за спиной. Но по-другому быть не могло, вряд ли ты согласишься, что можно легко и просто изменить течение времени и перевернуть правила игры. — Ты могла хотя бы попытаться со мной поговорить и рассказать обо всем, что с тобой приключилось, — с сожалением пробормотал Поттер, — мне горько осознавать, что ты мне не доверяешь и решила действовать в одиночку. Мы же друзья… — Ты бы мне не поверил в то, что Дамблдор не так прост, как могло показаться на первый взгляд, — горько усмехнувшись, я подпёрла голову рукой, — он промывал тебе мозги, пичкал нас зельями и всё ради того, чтобы пойти по правильному пути. Той самой исторической хронологии, которую он избрал для нас. При помощи леди Малфой, мы успели за полгода снизить концентрацию зелий у тебя в крови, но этого недостаточно, чтобы прочистить тебе мозги. Потому я решила начать с того, что могу сделать прямо здесь и сейчас. Нежели биться головой о стену и пытаться достучаться до сознания, затуманенного зельями и чарами. — Погоди, но как ты могла давать мне что-то для… — его глаза расширились от удивления, — но я не заметил, чтобы в выпечке были хоть какие-то привкусы или отличия. Да и после пирожков с почками вообще наступало блаженство. Но я и подумать не мог, что у Малфоев кто-то может так чудесно печь. Слуги явно постарались. — Это не слуги, это сама Нарцисса печёт, — потрясла я головой, — но тут проблема в другом Гарри. Мы бессильны в выборе нами путей для саморазвития. За нас долгие годы решали все задачки и подталкивали к готовым вариантам развития событий. Думать головой нам не приходилось. Вспомни прошлое и рассмотри все варианты. Так словно не мы проходили через всё это. А посторонний человек. И вот это мы никогда не могли преодолеть. Ниточки, дёргающие нас и заставляющие плясать под чужую дудку. Путь, который мы никогда не избирали, стал частью реальности, от которой нельзя отмахнуться или переписать. — Я понял, что опять слишком отстаю от тебя в развитии, — усмехнулся Гарри, — но я склонен тебе верить. Ведь в твоих воспоминаниях мы спали? Ну, ты поняла в каком смысле. Когда я прикасался к тебе в спальне, не казалось, что тебе противно или неудобно. Напротив, словно ты допускала мысль о том, что та игра могла зайти намного дальше. — Нет, мы никогда с тобой не спали в этом смысле, — покачала я головой, — но между нами всегда были тёплые отношения. Флирт или прикосновения не являлись табу. Пару раз целовались. Один раз даже дошли до взаимного удовлетворения, но на этом поставили точку. Позволяя себе быть разнузданными и свободными в присутствие друг друга. До той ночи, я вообще не помнила, чтобы ты меня полноценно хотел. Всегда говорил про жену и верность семье. Даже когда мы напились и едва не переспали, ты вспомнил именно о них и остановился. Гарри, ты хороший человек и мне не хотелось бы, чтобы ты умирал из-за этих отвратительных тварей, перекроивших всю историю под себя. Прости, что сразу не поговорила, а решила действовать исподтишка, чтобы минимизировать потери и добиться хотя бы чего-то. — Нет, я верю тебе, ты бы не предала меня, — тут же затряс головой парень, — прости меня, что я так пренебрежительно относился к твоим словам. Честное слово, я не думал, что ситуация обострилась и приняла столь печальный оборот. Я буду всегда твоим самым верным другом и не позволю никому издеваться над тобой. — Спасибо Гарри, я очень ценю твою заботу обо мне, — кивнула и немного расслабилась. — Но сейчас я бы хотела переварить информацию. Не каждый день узнаешь, что и твой любовник решил убить сам себя, ещё и твоей же рукой. Меня немного из колеи выбило такими известиями. Поэтому, не обижайся, но начало года выдалось не самым простым. Я бы сказала слишком отвратительным. С учётом того, что мы заперты тут ещё на два с половиной года, ни к чему хорошему попытка взбунтоваться не приведёт. А сегодня мы едва не потеряли единственный шанс стать ближе к друг другу. Голова просто раскалывается, наверное, после применения зелья. Так что я хочу отдохнуть и подумать. Прости меня… За всё прости. — Конечно, мы можем поговорить после того, как ты придёшь в себя, — тут же согласился Гарри, — но просто знай, что я с тобой и поддержу любое принятое решение. — Я безумно рада, что у меня есть такой человек, как ты, — погладила его по щеке и поцеловала в лёгком, ничего не значащем прикосновении. — И я буду рядом с тобой. Можешь говорить со мной на любые темы, какие только захочешь. Выслушаю и попробую помочь. В этом мире у нас не осталось никого. — Ладно, думаю, все произошло, потому что, нам стоило дать друг другу понять, что мы сможем спасти себя от бед, — качнул головой Гарри, — наверное, ты мой лучший шанс на спасение. — Я рядом, — тихо сказала ему и прижалась к собеседнику. — И всегда буду. — Спасибо, — выдохнул Поттер, поглаживая меня по спине. — Я пойду, нам надо обоим подумать над всем случившимся, — медленно прошептала ему в шею и отошла к двери. — До завтрака.