Растаял снег и треснул лёд

Помимо того, что я все ещё бегала и набирала группу поддержки, я собиралась сделать ребятам амулеты на удачу в предстоящих играх. И первые три — для Соу, Кая и Тецу, — получились очень даже миленькие, правда кровавые, потому что пока набивала руку, исколола себе все пальцы иглой. И оставалось надеятся, что если я закину их в стиральную машинку, то вся магия из них не пропадёт. Легче было бы купить готовые в храме или на крайний случай наборы для изготовления, но когда я искала лёгких путей? И, как правило, в последствии всегда жалею, что не сделала этого… Но да ладно. Все же подарок своими руками — это вдвойне приятнее. И в каждый омамори я вкладывала свои искренние чувства и пожелания. По мере приближения отборочных, каждый старался выложиться на полную и парни делали большие успехи. А Льва не то, чтобы попросили, скорее обязали без шанса отказаться, присутствовать на утренних тренировках. Что удивительно, он сранья самого пестрел энтузиазмом и нескончаемым самодовольством, и смог припахать меня к общему делу. А вышло это очень просто. Обычно на утренних тренировках я отсиживаюсь на скамье и изучаю языки, не в редких случаях вообще выполняю домашнюю работу. Схема проста: у Льва шило в жопе и он активно тренирует подачи; Лев — естественный враг Инуоки; Соу, в плане гиперактивности никому не переплюнуть; из-за того что эти чумные больны волейболом головного мозга, каждый из них старается не уступать заклятому сопернику. А ведь помимо этих двоих на тренировках присутствуют и другие ребята! Из всего этого следует, что парни тратят втрое больше мячей, чем могут убрать, и мне приходится им помогать расчищать поле. А ещё они до сих пор не теряют надежду, что я когда-нибудь начну им подавать, будто мне заняться нечем! Пусть спасибо скажут уже за то, что удостоены чести лицезреть мой светлый лик по утрам. Погода на начало октября выдалась хорошей. Школьную крышу так и не закрыли после лета, так что на большой перемене мы тусовались там. Во время обеда над нашей бандой повис дамоклов меч. В лице Льва. Он был непривычно угрюм и отстранен ото всех, когда мы все четверо пытались вести непринужденную беседу и как-то его разговорить. Лев долго ковырял свое бенто и на все настоятельные советы скорее набить желудок, пока кое-кто не сделал это за него, лишь отмахивался. Все началось с того, когда он застал нас с Соу в подсобке. Мы ничего такого не делали, просто как обычно ворковали друг с другом, но он неожиданно вспылил, и ушел раньше всех. На переменах он из класса не выходил, а на обед с нами пошел с явной неохотой. Мне не хотелось с ним ничего выяснять, пока он в таком состоянии, потому что он и при хорошем-то настроении может наговорить гадостей с лихвой, поэтому выжидала подходящий момент. — Вы двое, — Хайба подглядывал за очередным приступом нежности между мной и моим парнем, и совсем глухо выдал: — встречаетесь? — Ну… — замялась я, так как не планировала распространяться по этому поводу, но Инуока решил ответить за нас двоих: — Да, — я недовольно на него покосилась. Но если бы он ответил «нет», то я бы смертельно обиделась. Мой парень лишь невинно улыбнулся. — А кто вам разрешил?! — Лев вытянул голову и тут же получил по ней от меня. Благословение от капитана, думаю нам вполне достаточно. — А кто тебя спрашивать будет?! — он обижено насупился и потер ушиб. — И вы знали? — Лев отложил палочки и исподлобья глянул на парней. — Я — да, — не стал скрывать Юки и тяжело выдохнул. Соу неловко потер шею с глупой улыбкой, и виновато посмотрел на лучшего друга. Юки, по его словам, с самого начала понял, что я нравлюсь Соу, но тот делал вид, что ничего не понимает, когда заходила об этом речь. Что ни разу не удивительно. Инуока в любой ситуации ведёт себя как «моя хата с краю» и пока к стенке не припрешь, ни в чем не признается. Такого партизана ещё поискать надо! Ох, и намучился же Шиба с ним! Но, признаться честно, я от этого испытываю мрачное удовольствие. — Догадывался, — высказался Теширо, когда Хайба стал испепелять его взглядом. Я на ответ Тамахико неловко прокашлялась. Видимо, наши отношения реально настолько очевидны, что только слепой не увидит этого. — То есть я один ничего не знал? — он с таким обжигающим холодом заглянул мне в глаза, что по спине пошли мурашки. Не думала, что это его настолько сильно заденет. Не то, чтобы мы с Хайбой делились всеми секретами, да и сплетник из него никакой, но иногда и мы можем поговорить по душам. — Ну будет тебе, — выдохнула я, стреляя глазками в парней, чтобы те мне помогли отмазаться, но они как воды в рот набрали. — Я не думала, что тебе это будет интересно, — он ведь только и орет направо-налево, что станет лучшим доигровщиком Нэкомы, будто в мире нет ничего важнее. Я хотела погладить его по спинке, чтобы задобрить. — Не трогай меня, — шарахнулся, как от прокаженной. Он пожевал губами, поднялся на ноги и грозно ушел. Даже свое бенто не собрал — так быстро пытался свалить. — Подожди! — крикнула ему в спину, но он не обернулся. — Это что за выступление? — ахнула, оглядывая притихших парней. Они что-то мялись, пытались объяснить, но все равно говорили меньше, чем знали. — Я с ним поговорю, — воинственно поднялась на ноги, попутно запихивая в себя остатки лапши. — Может, ему лучше пока побыть одному? — осторожно предложил Юки. — С чего бы? — тяжело проглотила и запила зеленым чаем, заботливо подавшим Соу. — Ну, знаешь, — неловко почесал щеку, — переварить информацию, — я только махнула рукой и попросила Ину забрать наши контейнеры. — И ты ее не остановишь?! — обратился к другу. Соу миленько улыбнулся. — Думаю, Боми единственная, кто может его успокоить, и кого он послушает, — потому что это так и есть. И поддержка придала мне сил. Я побежала до класса Левчика и заодно трезвонила на его телефон, но он не поднимал трубку. В кабинете его не оказалось и мне сказали, что он ещё не приходил. Караулить у туалетов как бы и стремно и не тактично, поэтому вариант оставался один: «ответственный волейболист» прячется в спортзале. До звонка оставалось всего ничего, поэтому я как можно скорее поспешила туда. Из-за волнения в голове, как назло, всплыли слова главного интригана в моей жизни, то бишь Куроо Тецуро. Когда мы были в аркадном центре, он просил не говорить Льву, потому что якобы тот бросит из-за этого волейбол. Я тогда не придала значения его словам, и задумалась о них только сейчас. Не знаю, с чего у капитана появились такие мысли, но явно не просто так. Как бы мне не хотелось этого признавать, но Тецу — человек проницательный и наблюдательный. Но и с тем хитрый. Он вполне мог сказать правду, и преподнести это так, чтобы вывести меня из себя. Ни для никого не секрет, что Лев пришел в клуб из-за меня. Я, буквально, познакомилась с ним, чтобы его туда затащить. Но вот только остался-то он из-за себя! Ему реально нравится волейбол и он им горит, хоть до сих пор не в курсе, что это командная игра… Ни за что не поверю, что Лев может бросить волейбол, даже если мы с ним рассоримся в пух и прах. Да и было бы из-за чего ссориться, в конце концов! Когда я подбежала к спортзалу, от туда раздавались характерные хлопки, дверь была открыта, а рядышком стояли его школьные ботинки. Ну хоть обувь для приличия снял, молодец. Я отдышалась, а затем осторожно заглянула внутрь. Казалось воздух вокруг него весь сжался — настолько напряжена была его спина. Он, засучив рукава рубашки, пока форменные жилетка и галстук валялись рядом на полу, отбивал мячи в другой конец зала. Он делал большие успехи, хоть иногда и мог ошибиться, но я им все равно гордилась. Я оставила свою обувь и собиралась незаметно подкрасться к нему сзади. — И что, — из-за эффекта неожиданности (или потому что у него руки-крюки), Лев вздрогнул и подкинутый мяч приземлился ему на макушку, и громче спросила: — вздумал урок прогулять? — он испуганно обернулся. — Тебе какое дело? — злостно шипит в мою сторону, поднимая мячик. — Я — тебя должен волновать в последнюю очередь! Иди к себе в класс, — он делал вид, что меня не существует, даже когда обращался ко мне на прямую. — А вот я, может, тоже прогулять хочу? — хмыкнула и подошла к корзинке. Взяла от туда снаряд и пару раз отбила от рук. Давненько я этим не занималась. Да и желания, честно говоря, никакого. — И с чего ты решил, что я могу за тебя не волноваться? Я думала мы друзья. Или я ошибалась? — Я тоже так думал, — я пульнула мяч ему прямо в голову. — Эй, какого черта? — Лев всегда пялится на меня, и даже порой хуже чем Фукунага, но сейчас упрямо не смотрел в мою сторону. — Долго ещё дуться будешь? — решила поинтересоваться, когда он продолжил отрабатывать подачи. — Я пришла договориться. — Почему ты мне не сказала? — Не посчитала нужным, — он фыркнул. — Просто я не думала, что тебе это важно, — он недовольно обернулся через плечо, но всего лишь на секунду. — Об этом знают-то… вернее — знали, — благодаря некоторым, — всего пять человек! — И что? Я, значит, пустое место, раз ты не считаешь меня кем-то важным для себя? — я подавилась воздухом от предъявы. В ином случае я бы восхитилась тому, как он это все вывернул, но ни тогда, когда это действует против меня! Что на этого козлика вообще нашло?! — Что за глупости? — не нашлась с ответом. — Конечно, ты мне важен, — немного смущает такое говорить, но Такада Боми не боится говорить о своих чувствах. Больше нет. — Слушай, Львенок, — я не побрезговала применить запрещенный прием, так как знаю, что ему это ужасно нравится. И вот он уже встал ко мне в пол оборота. — Я не рассказывала, не потому что хотела что-то скрыть от Тебя, а потому что это только наши с ним отношения. Слышал когда-нибудь фразу «счастье любит тишину»? — он в задумчивости нахмурил брови. — Ну все, не злись, не то морщины появятся, — я погладила его плечу и он даже не отшатнулся. Это уже можно считать за победу. Может, ему не понравился сам факт того, что мы встречаемся? — Да, мы с Ину теперь вместе, но между тобой и мной все по прежнему. Ничего не изменилось. — И можно… — пускай он и запнулся в самом начале, но свой вопрос он спросил с привычной дерзостью: — можно будет тебя обнимать? — Конечно. — А Инуока? — он что, боится, что может задеть его нежные чувства? У Соу нет проблем с доверием, но даже у него поначалу дергалась бровь от того, что Лев вечно ко мне лезет. Тем не менее, как только мы стали официально встречаться, он смирился и принял тот факт, что я магнит для прилипчивых личностей. Ещё до отношений все сцены ревности я прерывала на корню, и сейчас они абсолютно сошли на нет. Эх, аж слезы на глаза наворачиваются от того, какой он у меня невинный и хороший мальчик! — Его тоже можно обнимать, — криво улыбнулась. — Фу! Ни за что! — его так скрючило, будто он съел целый мешок лимонов. Я весело рассмеялась. — Давай собираться, — опомнилась, когда прозвенел звонок, и мы стали в панике подбирать разбросанные мячи. Много же он набросал… так сильно переживал, что теперь не сможет вымещать на мне свои приступы тактильности? — Ты же не бросишь волейбол, да? — спросила осторожно. — Тебе ведь не понравилось, что Я, — сделал акцент, — занял место Инуоки? — и какого черта он такой проницательный, когда от него этого не требуется?! — Дело было вовсе не в тебе, — хотя от части это не правда. — И это уже давно в прошлом, — почувствовала, как покраснели уши. Мне все еще неловко вспоминать этот момент. — Я отреагировала ужасно и мне стыдно за это. — Я не брошу волейбол, — он засунул руки в карманы и посмотрел в стену. Щеки его зарделись. — Пока ты не уйдешь, — я засмущалась, но улыбка сама расцветала на лице. В груди разлилось тепло. Приятно знать, что хамоватый козленок способен на такие откровенные милости. — Ты что, втюрился в меня? — решила подшутить, но в следующий миг мне уже было не до смеха. — Да ты! — он покраснел так сильно, что красными пятнами покрылась вся видимая часть шеи и даже руки. — Ты слишком мелкая для меня! — я прикусила язык, чтобы не съязвить. Вообще-то моя маленькость — это то, что его привлекает. И, временами, даже слишком сильно. — И ноги у тебя кривые! — В каком месте, каланча драная?! — такое оскорбление я уже не могла стерпеть и накинулась на него. Не с кулаками, конечно, но пару оплеух он определено заслужил. Он только закрывался руками, чтобы защититься. — Ещё раз такое скажешь, я с тобой в жизни не заговорю больше! — Что?! — на секунду испугался. И вместо того, чтобы извиниться он решил мне пригрозить: — тогда я точно уйду из клуба! — Наивный! — я саркастично прыснула. — Да кто тебя отпустит?! — Даже спрашивать не стану! — мы продолжали переругиваться, а между делом собирали оставшиеся мячи. — Дура! — как пятиклассник, ей-богу. Но до чего же милый! — Сам дурак! Если ты уйдешь, я пожалуюсь на тебя Алисе! И мы вместе съедим твой мозг на обед! — Да мне все равно! Сестра мне ничего не сделает, — он повез корзинку в подсобку, а после мы пошли на выход. — Как же «не сделает»! Я скажу, что ты меня оскорбил, довёл до слез и она лишит тебя карманных. — Вот ты… злобная мелочь! — обижено прошипел в мою сторону, когда мы обувались. Мы закусились плечами и он чуть не столкнул меня с лестницы. До школы мы добирались быстрым шагом. Точнее я бежала, а Лев спокойненько шёл рядом. В коридорах, понятное дело, никого не было. Мы продолжали толкаться, пока шли до кабинетов и в пол голоса переругивались между собой, чтобы нас не застали за прогулом. Назвать руганью наш разговор получалось с трудом: мы обменивались любезностями и иногда реально делали друг другу неожиданные комплименты. Таким образом я узнала, что я, оказывается, умею строить милые глазки и руки у меня нежные и приятные наощупь. — Извинись за то, что сказал про мои ноги, — с важным видом выпрямилась и задрала голову, когда мы остановились на лестничном пролете. — А ты извинись, что назвала меня жутким сморчком! — я чуть не заржала в голос, но вернула свое хладнокровие. — Ты первый начал, — стою на своем. — Первым и извиняйся, — он пару секунд топтался на месте и чуть ли потом не обливался от накрывшего его стыда — просить прощение вообще не в его стиле. — Не хочешь, тогда я пойду. Мне пора на урок, — я сделала вид, что ухожу и он остановил меня за руку. — Прости, — он весь сгорбился, и выдал совсем тихо и пристыжено. Боже, это надо запечатлеть на камеру, иначе мне никто не поверит! — Что ты делаешь? — Стой смирно. Сейчас вылетит птичка! — Не смей! Мы стали усердно драться за мой телефон: пока я убегала, Лев не побрезговал хватать меня за руки и волосы, за что я пинала его по ногам и наступала на ступни. При этом мы поднялись наверх и дошли до его класса. Удивительно, но все же криво-косо, я каким-то образом сумела его сфоткать. Ну что могу сказать? У меня талант к фотографии от Бога. Я восхитилась тому, что даже на, казалось бы, неудачных ракурсах, он вышел очень хорошо и пошутила, что он как настоящая модель. Лев заглянул в мой телефон, скептически хмыкнул, но остался доволен моими словами. А самое интересное в этой всей ситуации то, что меня отправили в учительскую за прогул, а Льву все сошло с рук…