Кукла

Мицуя с Харуки общаются уже больше двух недель, и парень никогда не чувствовал себя настолько свободным от всех обязательств. Такаши всё своё свободное время пытался проводить с Мезуми: составлял заново личное расписание, переносил встречи и дела. Мицуя встречал стрекозу у дома, катал на байке, где девушка весело поднимала одну из рук в воздух навстречу ветру, забирал с тренировок музыкальных групп и со спортивного зала, куда Мезуми ходит четыре раза в неделю для поддержания формы. С Харуки было свободно. Не нужно было думать об обязательствах, как успеть доделать все его незаконченные дела, лишний раз напрягаться и превозмогать свои силы. Мезуми словно пёрышко парила над людьми и заставляла летать вместе с ней. Всегда улыбчивая. Всегда вежливая. Всегда красивая. Такаши всё больше влюблялся в эту девушку. Сегодня Мицуя решил сделать первый шаг к их более серьёзным отношениям. Солнце пекло, желая сжечь бледную кожу японцев — самая подходящая пора для пляжа. Вооружившись солнцезащитным кремом, пледом и кое-каким перекусом, парень облокотился на байк и ждал выхода своей стрекозы у её дома. Харуки предупредила, что дядя не любит посторонних в квартире, лучше к ним не заходить и не стучаться, а писать ей лично. Бункё являлся благополучным районом Токио, но Мезуми жила на окраине, так что теперь Такаши всегда довозил её к подъезду в положенное время, чтобы она избежала опасных ситуаций — да и приносили ему удовольствие их совместные поездки. Харуки, выйдя из квартиры на третьем этаже, чуть обогнула перила и, заметив Мицую, снова лучезарно улыбнулась, махая рукой. Видя каждый раз Стрекозу, Такаши не мог оставаться сдержанным, губы сами растягивались в искренней улыбке. Девушка спешно спускалась к парню, придерживая подол короткого голубого платья на тонких лямках, под низом которого белая футболка. Вприпрыжку приблизившись к парню, Мезуми обняла его. — Так куда мы поедем? Ты мне так и не сказал ничего. — Оторвавшись от Такаши, мило надула губы Харуки. — Садись, скоро узнаешь. Это сюрприз. — Загадочно сказал Мицуя, предвкушая радостный огонёк в глазах стрекозы. Южный пляж Канагавы стоил сорокаминутной езды. В летний сезон там всегда собиралось много народа, но Такаши не переживал, ведь ещё три дня назад арендовал два шезлонга с зонтиками. Припарковав байк, Мицуя помог слезть, готовой завизжать от счастья, Мезуми и вытащил рюкзак из кофра. — Сюрприз. — Застенчиво улыбнулся парень. Девушка выкликнула от радости, притопывая ногами, и кинулась обнимать за шею Такаши. — Спасибо-спасибо-спасибо. — Умилительно благодарила Харуки Мицую. — Давно хотела на пляж, да всё никак не получалось. Этот вообще далеко от моего дома, так что я тут ещё не бывала. — Пошли. — Такаши взял стрекозу за руку и повёл на его давно распланированное место. Отовсюду слышался смех. Мицуя и Харуки, в любезно одолженной запасной футболке парня, брызгались водой, бегали по берегу, прятались от сжигающих лучей солнца под зонтиком и ели всякие охлаждённый десерты. Смотреть на Мезуми в его большой мокрой кофте, которая облегало ее идеальное тело — было одно удовольствие, оставалось только надеяться, что в будущем парень будет видеть эту девушку в его рубашке, попивающую утреннее кофе. Такаши давно заметил, что всякое раздражение от однотонной жизни ушло на нет, дни стали краше, веселее и счастливее — даже будить капризную Ману стало легче с появлением стрекозы. Парень не хотел от этого отказываться. Ему нравилось быть обычным подростком, а не спасательным кругом для людей, ведь до знакомства с Мезуми таковым он и являлся. Мицуя никогда не жаловался, однако с этой девушкой стиралось напрочь слово «расписание» и эту пору заканчивать не хотелось. Пара и заметить не смогли, как уже потемнело и людей стало намного меньше. Море начало отражать в себе яркую луну и тысячу звёзд, переливаясь на свету. Мезуми и Такаши молча прогуливались по берегу, давая волнам обгладить их ступни, тишина не была неловкая, а наоборот — чарующая. Парень и девушка до сих пор не переоделись, находясь в сырых вещах, но никто не ёжился от лёгкого ветра. Стрекоза выглядела как лунная принцесса из сказок, которые так любили сестры Мицуи. Мокрый подол футболки облепил её стройные ноги, а короткие пряди волос у лица, выпавшие из низкого тугого — и удивительно пушистого — пучка вились от влажности. Лёгкая и чуть уставшая улыбка украшала её уста лучше всякий драгоценных камней. Харуки задумчиво смотрела на свои пальцы ног с красивым розовым педикюром, неожиданно тихо произнеся: — Надеюсь, Одзи-сан не будет ругаться. — А? — чуть удивленно спросил парень, на что стрекоза только вручила свои босоножки ему в руки, чуть отбежав вперёд. Мицуя остановился, озадаченно смотря на девушку, что в пару метров от него встала, поставив одну ногу впереди другой, плотно распределив друг к другу. Дальше он просто задержал дыхание, боясь спугнуть приставшее зрелище перед ним. Движения Мезуми сменялись быстро одновременно нежно и трепетно, а музыку заменяли для неё звуки морской волны. Стоя на кончиках пальцев, босиком на песке, Харуки неидеально исполняла быстрое вращение на одном месте, а после прыжок с одной ноги на другую, принимая в воздухе «шпагат» — но для Такаши это означало забыть, как дышать. Вертикальный шпагат стоя, прыжок со скрещением ног — всё смешалось в голове парня, смотря на изгибы тела девушки под влиянием луны. Он никогда не забудет танец стрекозы. У Харуки был именно талант выворачивать своими танцами душу. Она не просто танцевала — девушка чувствовала и передавала весь спектр эмоций зрителю, заставляя смотреть на неё не отводя взгляд, и даже плакать от предоставленной возможности лицезреть это искусство Мезуми. Закончив своё маленькое представление, девушка постояла несколько секунд в завершающей позиции и медленно подошла к парню: — Это называется — Вариация. Небольшой танец в балете. — Совсем тихо сказала стрекоза с чуть грустной и нежной улыбкой, будто боясь, что их кто-нибудь подслушает, смотря на свой чуть потрескавшийся педикюр из-за балета. — Это было потрясающе. — Также тихо произнёс Такаши, опасаясь спугнуть атмосферу и сияющий огонёк в голубых глазах Харуки, замечая, что девушка оказывается носит линзы. Выпустив вещи из рук, Такаши аккуратно приподнял подбородок Мезуми, заглядывая в глубокий голубой омут, в после обнял её лицо ладонями, нежно соприкоснувшись губами. Чувствуя, что его не отталкивают, углубился в поцелуй. Девушка начала отвечать, притянув к себе за шею. Пара целовалась аккуратно, без капли страсти, пытаясь передать все свои чувства друг другу. Для Мицуи это был словно первый поцелуй, сердце залилось кровью и необъяснимым ощущением, которое появлялось каждый раз, видя на горизонте стрекозу, думая о ней, чувствуя её. Их момент разделали только луна, звёзды и море. Такаши никогда ещё не чувствовал себя так свободно.