Кукла

В школе Такаши был на хорошем счету у учеников и учителей, несмотря на принадлежность к байкерам и бандам. Многие без страха могли подойти попросить помощи и совета — в тех или иных вещах, в который Мицуя разбирался. И парню всегда отвечали взаимностью.   Такаши кое-как выпросил цифровой фотоаппарат у одноклассника, который ходит в фотографический кружок, на два дня, обещая, что вернет вещь в целости и в сохранности. Одноклассник сначала не хотел поддаваться уговорам и думал отказать, всё-таки фотоаппарат — предмет не из дешевых, но в течение этих дней не планировались какие-либо мероприятия, так что камера ему не понадобиться, и дал добро.  С этого момента план мести Мицуи начал свое воплощение.  Встав рано утром, когда солнце ещё не до конца взошло на небо, Такаши приготовил завтрак и, накрыв его на столе, написал Доракену, чтобы он приезжал в течение двадцати минут. Кен и вправду появился вовремя, помятый и сонный, но возмущаться не стал. Мицуя объяснил, что и как собрать девочек в сад, а сам отправился к дому Мезуми, взяв с собой камеру.  Удивительно пустая и мокрая трасса встретила Импульс, однако даже без пятнадцати минут шестого можно было встретить проезжающие машины. Дождь и не думал останавливаться и переставать тарабанить по шлему. Упорные и холодные капли не брезговали попадать за шиворот и мочить одежду. Сегодня наверняка будет какая-то авария.  Такаши припарковал неподалеку байк от многоэтажки Мезуми и скрылся в одном из переулков, где видно квартиру девушки. Мицуя не знал, когда и во сколько дядя Харуки собирается на работу, и даже не предполагал, в какой компании и какую должность занимает мужчина. Однако для Такаши это было не так важно — главное узнать, само место работы этого Одзи-сана и чем он может заниматься в свободное время. Сегодняшний день будет уделен этому, даже прогул занятий в школе кажется не значительный.  Ждать пришлось долго, только через час знакомый мужчина вышел из квартиры, садясь в серый внедорожник. Такаши выбрался за ним, держа значительную дистанцию, чтобы его не заметили. Скрываясь в уже оживленной трассе, Мицуя следовал за дядей Харуки в сторону района Сэтагая-ку. Такаши редко бывал в этом районе, но там был восхитительный парк, куда бы Мицуя обязательно сводил Мезуми, если бы не эта вся заварушка.  Г-н Харуки остановился в многолюдной улице у высотного здания, который принадлежал компании «Beauty on the screen». Это агентство было лидирующим — если Такаши не ошибается — на рынке Японии среди других модельных и актерских компаний. «Beauty on the screen» могло похвастаться отличными проектами — как кино, так и модными журналами, — которые всегда набирали большие рейтинги. Знаменитые и талантливые модельеры, продюсеры и фотографы только повышали оценку и качество работы.  Мицуя не удивился, что дядя Мезуми работал в таком агентстве, ведь бюджету их семьи можно было позавидовать. После того как мужчина зашёл в здание, можно было спокойно уезжать, ведь навряд ли Такаши узнал что-либо еще, но парень решил — так сказать, — провести весть день «в компании» господина. Мицуя понимал, что спешить в этом деле нельзя, нужно больше времени, больше информации для поимки с поличным г-на Харуки, но ничего из этого не было. Мезуми до сих пор с тем монстром под одной крышей, и только Ками-сан знает, что с ней сейчас творится и будет твориться, пока Мицуя пытается сделать хоть что-то.  Чувствуя, как тяжелые капли стекают по лицу, Такаши уже твердо осознавал, что завтрашней ночью всё решится. А на утро все узнают, кем на самом деле является г-н Харуки. Время перевалило уже за десять часов вечера. Телефон давно выключился из-за севшего заряда, а мелкая дрожь била Мицую с подачи холода. За весь день Такаши только один раз отлучался за небольшим перекусом. Доракен забрал сестер и позаботился о них, так что парень не беспокоился за зря.  Ничего удивительно и подозрительного не происходило, и Мицуя отчаялся. Оставалось только молиться, чтобы тех крупиц доказательств, которые он собрал, хватило для правосудия. Нужно убедить всех, что урод опасен для общества, тогда подонку не поможет ни один залог. Отчасти парень понимал, что ничего сверхъестественно он не сможет сделать в свои неполные шестнадцать лет. Такаши не тягаться со взрослым обеспеченным мужчиной. Оставалось надеяться, что хоть общество встанет на защиту Мезуми.  Одзи-сан Харуки показался из здания и пошёл в сторону своей машины. Такаши завел байк и, надев шлем, отправился за ним. Как ранее и предполагал Мицуя, они попали в пробку из-за аварии, случившуюся за километром пять от них. Дождь и не думал прекращаться, даже несмотря, что лил уже четвертый день. Парень — быть честным — ужасно устал, хотелось уже побыстрей отправиться домой и лечь в мягкую теплую, а главное сухую кровать. Он бы с легкостью объехал все эти столпившиеся машины и развернулся в сторону дома, но не мог поступить так с Мезуми. Если принялся помогать — помогай.   Кажется прошло не меньше двух часов, как автомобили сдвинулись с места, а Г-н Харуки наконец отправился домой. Похоже мужчина решил заехать в магазин и припарковался рядом. Мицуя тоже подумал забежать за какой-нибудь сладостью сестрам. Всё равно мужчина никогда не видел его даже с далека, но на всякий случай парень натянул капюшон.  Дядя Мезуми — аналогично Такаши — выглядел утомившимся, идя в сторону алкогольного отдела. Мицуя краем глаза наблюдал за господином, который пристроился рядом с невысокой брюнеткой, набиравшей себе несколько банок пива.  Брови Мицуи взметнулись вверх, когда Такаши заметил, как г-н Харуки, достал телефон и начал незаметно для девушки делать снимки её ног и даже не побрезговал сфотографировать под юбкой. Мицуя, не теряя времени, достал свой фотоаппарат из под куртки и заснял этакую картину. Ну теперь доказательств точно хватит, остальное не его работа и не в его силах.  Губы Такаши непроизвольно растянулись в ухмылке, даже не контролируя это. Похоже его молитвы были услышаны, и правосудие всё-таки придёт за виновными.   Брюнетка пошла к кассе, так и не заметив, что стала жертвой извращенца. Мицуя приблизился к ней со спины, заставив вздрогнуть от неожиданности, и сказал, что сделал г-н Харуки стоявший рядом с ней. Пока девушка возвращалась к алкогольному отделу, чтобы разобраться, Такаши оплатил шоколад для сестер и направился на выход. Тут точно разберутся без него, всё-таки есть еще молодой продавец за прилавком и охрана, а Такаши ждёт мягкая кровать и Мана с Луной. ***  Переступив порог квартиры, Мицую встретил только тёмный порог. Он включил свет, и чтобы не разбудить сестер, тихо разулся, сняв мокрую куртку.  — Доракен. — Шепотом отозвался Такаши, но на встречу вышла только очень разгневанная мать, которая должна быть на ночной смене. — Ты где шляешься, Такаши? — Так же тихо начала кричать женщина. — Мне значит звонят со школы, сообщая, что оказывается мой сын плохо чувствует, я как хорошая мать, знающая всё(!) о своих детях — соглашаюсь. Приезжаю домой пораньше, а тут вместо тебя, сидящего с сестрами — твой друг! С твоей стороны полное игнорирование, на звонки не отвечаешь и никто не знает где ты находишься! Как это понимать!? — Чуть повысив тон, спрашивает Мицуя-сан и, замечая, что Такаши либо не слушает её, либо ему очень «весело», судя по радостно растянутым губам, начинает злиться больше. Приперся тут среди ночи: мокрый, дрожащий и с улыбкой до ушей.  — Что смешного я говорю?! — Мама, — Парень только сейчас замечает, что скорей всего с самого выхода магазина, живая и довольная улыбка не покидала с его лица. — я помог одной девушке. — Гневный взгляд матери становиться недоуменным, на что Такаши чешет макушку и смущенно дополняет. — Ну почти помог. Она неплохая, и нехорошая,  — Растерянно пробормотал Мицуя. —  но ей точно нужна моя помощь. — Уверено завершает он. — Послезавтра её кошмары закончиться, и я спокойной выдохну. — Вместо него, обреченно выдохнула Мицуя-сан.  — Ками-сан, не пойми, что творить у вас в головах. Ладно, иди в свою комнату, завтра в школу пойдёшь. Но сначала в душ и горячий чай! На улице льет как из ведра, а ты разгуливаешь! Даже не думай заболеть! — Строго дает нотации мать, Такаши остается только согласно мотать головой как болванчик и со счастливой улыбкой умотать в душ. Женщина снова тяжело вздыхает. — Ну что за подростки пошли? — Пробубнила себе под нос женщина.  Мицуя улегся после душа в мягкую и теплую кровать, закинув руки за голову. Довольная улыбка не сходила с его лица. Такаши не был стратегом или гением, но этот план парень продумал по секундно, и завтра ему ничего не помешает, даже само божество.  ***  Одноклассник, который одолжил камеру Мицуи, удовлетворенно рассмотрел — целый, без единой царапины — фотоаппарат и помог с неё перекинуть нужные фотографии на флешку. Странно поглядывая на довольного Такаши, одноклассник перекидывал нужные — не менее странные — снимки.  Мицуя после школы забежал в канцелярский магазин, купив три больших ватмана, яркие маркеры он благополучно одолжил у сестер. Даже погода решила помочь Такаши в исполнение рокового правосудия, ведь дождь — ливший почти пять дней подряд — закончился.  Возле дома Хаяшиды, где они договорились встретиться, потому что у него есть принтер, Такаши уже ждал Доракен, Майки, Па-Чин и Пе-Ян, позже должны еще подойти Хаккай, Баджи и Чифую. Мицуя не хотел, чтобы было задействовано столько народа, однако другой план за столь короткий период он бы не придумал.  Поздоровавшись, парни толпой зашли в квартиру. Такаши понимал, что сейчас нужно будет рассказать всем, как поступила Мезуми, и что с ней делали с самого детства — если таково было. Его одаривал не стыд, а обида и неуверенность за Харуки. Правильно ли он делает? Это не его секрет, а Мицуя сделает так, что извращение над Мезуми будет известно не только верхушке Свастонов, но и многим жителям Токио. Будто почувствовав колебания Такаши, Доракен положил руку на плече другу и решительно кивнул. Мицуи этого хватило, чтобы оставить все сомнения позади.  Дождавшись запоздалых Баджи, Чифую и Хаккая, парни расселись в комнате у Па-чина. Мицуя дал свой телефон и флешку со всеми нужными снимками Хаяшиде, сказав распечатать их большой стопкой, но замазать лицо Мезуми. Самих фотографий было где-то одиннадцать, но если напечатать множество — даже повторяющих — визуально для других их станет больше. Такаши разложил три ватмана на полу и, начав писать на нём большие и яркие иероглифы, принялся рассказывать, несмотря на слушателей, свой план и ту историю Мезуми, которую знает он.  Мицуя рассказал про измену Мезуми с Кё — парнем состоящим в одной музыкальной группе, в которой она раньше работала. Хаккай только нахмурился, но никто перебивать не стал. Сказал, как Баджи и Мацуно нашли избитую девушку в разменной, на что парни только покивали в согласие. Выложил про сайт «Кукла», который отыскали Па-Чин и Пе-Ян в интернете еще до создания группировки. И рассказал, что на этом сайте можно найти её в возрасте даже семи лет. На этих словах Доракен тяжело выдохнул и начал рассматривать пол. Кен понимал, что обвинил Жену Мицуи в распутстве и, решив самостоятельно во всем разобраться, облажался, ведь ничего не выяснил, а просто поддался эмоциям и кинул бесполезные угрозы. Стыд и совесть потихоньку начали поедать изнутри. Ну и заключительное предложение Такаши было в том, что тем извращенцем насилующий и снимающий на камеру Харуки был её Одзи-сан. Кажется все перестали дышать на этой фразе, кроме Рёхея, Хаяшиды и Мицуи, которые продолжали заниматься своими обязанностями, поручившие им Такаши.  — Это… — Первый прервал тишину Рюгуджи. — То есть, её правда избили из-за меня? — Неуверенно проговорил парень, желая, чтобы Мицуя опроверг эти слова. Доракен Не готов был услышать, что беззащитную и хрупкую девушку избили по его вине. Мезуми ведь предупреждала, что её дядя не любит гостей, все эти странные фразочки, которые Харуки говорила при встречах. Почему он не послушал их? Кен человек, который всегда сначала думает, а потом делает, и впервые поддавшись эмоциям, это стало чревато уж большими последствиями.  Мицуя оторвался от плаката и безмолвно посмотрел на Рюгуджи. Парень не собирался отрицать или соглашаться со словами Доракена, ведь частица правды в них всё-таки была, однако не сделав этого Кен, Такаши наверное еще долгое время оставался в неведении — если не всегда. И только черт знает, что творилось бы за закрытыми дверьми квартиры Мезуми.  — Мы оба виноваты. — Кивнул Такаши. — Сейчас я хочу это исправить. И хотел бы попросить вашу помощь.  Парни бурно отреагировали, и грубо сказали, что Мицуя мог бы и не просить их помощи. Такаши скажет, они сделают.  Мицуя распределил роли и сказал, кто и где должен находиться сегодня вечером. Баджи предложил просто избить дядю Мезуми в переулке, а Такаши дополнил, что сидеть в колонии для несовершеннолетних толпой будет не так уж и скучно, на этом ярые споры Кейске подошли к концу. Но что греха таить, Мицуя сам думал подловить мужчину, но на одном избиение дело не закончится, а решать это надо здесь, сейчас и навсегда. О г-не Харуки было слишком мало известно, даже имени никто не знал, но для плана, который пойдет в действие уже через несколько часов, его имя не нужно. Па-Чин распечатал большие три стопки фотографий, одну из которых наклеили на плакаты, а остальные снимки разделили на самых быстрых: Манджиро, Рёхей и Баджи. Такаши собрал конверт с небольшими доказательствами о преступление г-на Харуки, куда положили несколько фоток частично и полностью обглаженной Мезуми еще в малом возрасте, лицо мужчины в крупном плане, письмо, где написано место работы, проживание этого мужлана, имя жертвы и информацию про их родственную связь. Завершающей была флешка, в которой находились почти все фотки с порносайта. Отдав этот конверт Доракену, Мицуя помог парням аккуратно сложить в рюкзак распечатки и торчащий плакат, сказав им всем идти переодеваться в чёрные вещи с капюшоном. Никто сегодня не должен видеть их лица.  — Хаккай, для тебя сегодня самое трудное задание. — Младший Шиба с надеждой и предвкушением посмотрел на Такаши, который за весь план не упомянул его. — Ты должен забрать моих сестер с садика, отвести их домой и покормить. — Парни разразились смехом, а Шиба, которого подбадривающе хлопали по плечу, уж чересчур печальным стал, но спорить не начал, всё-таки девочек кому нужно забирать. А Мицуя подумал, что будет неподходящим говорить, что реально такое ответственное дело он бы никому не доверил, кроме Хаккая и Доракена.  К семи часам все парни, кроме Шибы, собрались снова у дома Па-Чина. Все в чёрных толстовках и куртках, где не видна хоть какая-то достоверность их личности. Мицуя посмотрел на стоящих рядом со своими байками Манджиро, Баджи и Пе-Яна, за спинами которых массивные портфели с распечатками и плакатами, и удовлетворенно кивнул. Рюгуджи тоже стоял с рюкзаком, в котором был конверт с доказательствами.  — Доракен, главное — прикрывайся капюшоном, не попадись на камеры. — Предупредил, на всякий случай, его Такаши.  — Да не кипишуй, Мицуя. — Садясь на байк, сказал Кен. — Нормально всё будет.  Остальные тоже уселись за байки и разъехались в разные стороны. Такаши с Майки, Кейске и Рёхеем поехали в сторону работы дяди Мезуми. Парни припарковали свои байки за несколько кварталов, когда Мицуя поехал прямиком до здания, останавливаясь за углом. Позже подошли мальчики, хмуро смотря по сторонам.  Главное — не попасться охране. Никто не хотел сидеть трое суток за хулиганство в обезьяннике, а потом в комнате для допросов как свидетель, когда на носу предновогодние экзамены. Мицуя бы сходил в суд, да толку от него ноль, ничего он не знает. А в обезьяннике холодно, по словам Баджи, который полтора года назад просиживал там за драку в игровом кафе, еще и дерьмово кормят. Кейске то время вообще забыть хочет, мама тогда с ним четыре последующих дня не разговаривала, только прожигающее смотрела. До сих пор дрожь берет. С тех времен Баджи не дерется в игровых кафе и не попадается копам.   Такаши не знал точное расписание работы г-на Харуки, из-за этого с парнями приехал пораньше. На улице было оживленно, и люди прогуливались за те дни, когда не могли выйти из-за дождей. Мицуи это было на руку. На удивление, мужчина вышел намного раньше вчерашнего. В восемь часов Одзи-сан Мезуми сел в машину. Такаши завел байк и отправился за ним, кинув напоследок, чтобы написали Доракену, а сами ждали сообщение.  Кен, получив SMS от Майки, что — пора начинать, размеренным шагом вышел из переулка, получше натягивая капюшон. По дороге вытаскивая конверт, где большими иероглифами написано — "Мезуми Харуки", Рюгуджи направлялся к полицейскому участку в Бункё. Несмотря на внушительные габариты, Доракен, не привлекая чужого внимания, положил конверт в анонимный ящик для доноса и доказательств и незаметно легким шагом скрылся среди домов.  Дядя Мезуми в этот раз отправился не домой, а в Роппонги, похоже решив отдохнуть перед выходными. Машина остановилась у одного хорошего бара, и мужчина направился к входу, спокойно проходя впереди гневающуюся очереди. Судя, как спокойно охранники его пропустили, г-н Харуки тут частый гость. Мицуя заглушил байк и стал ждать, когда одзи-сан Мезуми либо выйдет подышать воздухом или поедет домой. В планах Такаши было, чтобы мужчина сразу отправлялся в Бункё, но не всегда же идет, как ты хочешь.  Г-н Харуки вышел через час, время близилось к десятому часу, что чуть портило всю задумку, но Такаши надеялся, что всё получится. Солнце уже село и небо полностью покрылось тёмной пеленой вместе со звездами, которых перекрывают искусственные огни Роппонги. Мужчина направился в сторону ближайшего переулка, попутно закуривая сигарету. Мицуя написал Манджиро, что их часть начинается, и  направился за дядей Мезуми.  Сано отозвался на звон сообщения, вытаскивая мобильник. Прочитав, что Такаши написал им приступать , парни переглянулись. Рассмотрев улицу, Майки удовлетворенно кивнул, замечая вокруг множество людей — то что нужно. Все достали плакаты и скотч, а рюкзаки надели спереди, чтобы фотографии было легче доставать. Поглубже вдохнув, мальчики натянули капюшоны и побежали к зданию компании «Beauty on the screen». Начав срывать со стен рекламу агентства, парни привлекли к себе уже внимание нескольких людей. Рёхей, Баджи и Манджиро помогали друг другу наклеить плакаты, чтобы прохожим было лучше видно.  — Люди! — Майки, как крикнул, что кажется услышал весь Сетагая-ку. Всё больше прохожих останавливаясь, смотря на фотографии и плакаты, развешанные парнями. — В известной компании работает извращенец, который насилует и заставляет сниматься на камеру маленькую девочку! — Гул негодования прошел по толпе собравшееся вокруг них, остановилось даже несколько машин, чтобы посмотреть, что происходит. Кейске и Хаяши довольно усмехнулись, продолжая клеить фотки. Не зря у Манджиро лидерские способности.  Народ начал рассматривать плакаты, где крупными и яркими иероглифами написано, что г-н Харуки извращенец и педофил, скрытно снимающий не только обычных прохожих девушек, но и используя пятнадцатилетнюю девочку с малых лет. Снимки, где видно, как мужчина снимает какую-то брюнетку в магазине и фотки маленькой девочки с замазанным лицом в коротких юбках и белье завлекли публику. Лицо Одзи-сана Мезуми теперь точно не забудется.  — Этот мужчина ходит на свободе и занимает престижную должность, когда уже более десяти лет — а может быть больше! — издевается над слабыми! — Продолжал завлекать всё больше людей Сано, расклеивая фотки. — Он просто заплатит полиции денег и останется на свободе! Разве мы можем такое допустить?! — Толпа отрицающее загудела. Пару человек достали телефон, чтобы начать снимать. — А если следующей жертвой будете вы, ваша сестра или дочь?! — Рёхей переглянулся с Баджи, теперь с опаской смотря на публику, которая готова рвать и метать. Похоже Манджиро пробудил в них зверя. — Не дадим преступнику разгуливать на свободе! — Гам народа стал еще громче. — Таким место в тюрьме! — Восклицательные возгласы людей стали закладывать уши. И как Сано получается их перекричать? — Правосудие для извращенца! — Кажется у Майки охрипнет горло после таких заходов, а мальчики оглохнут на сутки точно. Из толпы окружившей их, начали виднеться охранники, а в руках парней оставались еще достаточно распечаток, но наклеит времени не было. Манджиро на секунду растерялся, но быстро взял себя в руки и подкинул фотографии в верх, заставив их разлететься над народом, а после принялся бежать, попутно возвращая рюкзак за спину. Баджи и Пе-Ян ошарашено переглянулись и повторили за Майки, расталкивая публику.  — Не забывайте! — Громкий бас Кейске прошел по всем. — Там работает ублюдок, а ублюдки должны быть в тюрьме! Поможем правосудию свершиться! — Парень развернулся и, перевернув портфель обратно за спину, принялся догонять Сано и Хаяши.  Люди случайно — а может быть и нет — задержали охрану, давая мальчикам убежать. Многие поднимали фотографии с асфальта и громко удивлённо ахали, а кто-то не брезговал ругательствами и требовал, чтобы г-на Харуки уволили прямо сейчас. За семь минут Манджиро, Кейске и Рёхей устроили настоящий переворот.  Парни, добежав до байков, завели их и быстро принялись уезжать из района по переулкам, чтобы не попасться полицейским машинам, которых наверняка вызвали уже охранники. Когда мальчики почувствовали безопасность и остановились у одного круглосуточного, у Баджи вырвался смешок, а после вообще прорвало на смех, как и остальных.  — Блять, да это шикарно! — Смеялся Кейске. — Никогда такого не испытывал!  — Когда Мицуя сказал привлечь побольше внимания, я не думал, что настолько! — схватился за живот Хаяши, пытаясь остановить неконтролируемый смех.  — Да я сам не ожидал такого! — Хохотал Манджиро снимая капюшон.  Такаши зашел в переулок, перекрывая собой выход. Г-н Харуки облокотился на стену, затягивая в себя никотин. Роппонги является самым ярким районом Токио, пока не зайдешь за угол, где валяются пьяницы, наркоманы и мертвые бездомные кошки, с обшарпанными серыми стенами. Мужчина явно возвышался над Мицуей, но его это не волновало. Дядя Мезуми даже не обратил внимание на парня, пока не заметил его краем глаза.  — Ей. — Басистый и глубокий голос разразил переулок, отдавая эхом в стенах. — Ты кто? — Спросил мужчина.  — Не знаешь? — Медленно задал вопрос Такаши, а после стянул с себя капюшон. В глазах г-на Харуки отразилось недопонимание, а потом расширились в осознании. Похоже дядя Мезуми по правде когда-то видел Мицую, но сейчас это уже не важно. — А я тебя знаю. И, мудак, тебе в этом не повезло. Пизда тебе. — Парень сжал кулаки и, резко приблизившись, ударил мужчину в скулу. Харуки свалился на землю и, роняя сигарету, притронулся к лопнувшей губе. Посмотрев на пальцы в собственной крови, мужчина злобно уставился на Такаши.  — Ах, ты мелкий ублюдок. — Харуки с ноги зарядил Мицуи в солнечное плетение, но удар вышел не настолько сильным из-за неустойчивого положения.  Началась потасовка. Такаши быстро пришел в себя после удара и, усевшись на торсе мужчины, принялся бить по лицу. Харуки был взрослым мужчиной, а не вечно дерущимся гопников — где у Мицуи было преимущество, — но благодаря своим габаритам тоже мог дать отпор. Перевернув Мицую на спину, дядя Мезуми не стал долго ждать и впечатал кулак в височную сторону и в нос, разбивая его. У Такаши резко закружилась голова, а тошнота дала о себе знать, однако адреналин не дал вырубиться. Парень скинул с себя мужчину, и руки уже били хаотично, не разбирая мест. Шея, голова, лицо. Харуки нашел подле себя какой-то булыжник и хотел защититься им, но Мицуя выбил его, прерывая все пути отступления. В ход пошли ноги. Тяжелые ботинки Такаши впечатывались в живот и лицо мужчины, делая из него отбивную.  Кажется Мицуя что-то кричал и объяснял мужчине. Что-то про Мезуми, про месть и про то, какой же он животное, поступая так с девушкой, которая любит его от всего сердца. Однозначно было что-то еще, но парню уж точно не вспомнить. Мысли Такаши смешали все в воедино, и весь скопившийся гнев после расставания со стрекозой, он выместил на её дяде.  Мицуя впервые использовал силу не для защиты, а для мести. И он не жалеет. Чувствуя, как ботинки проходились градом по телу г-на Харуки, и чужая кровь размазалась по лицу и асфальту — на душу приходило только облегчение. Больше никто не посмеет обидеть Мезуми. Больше девушка не будет терпеть издевательства.  Последний раз тяжелая подошва впечаталась в нос мужчины окончательно ломая его. Кажется Такаши сломал ему руку, скулу и нос, но совесть не поедала с чайной ложечки, а сожаление не пришло.  — Можете полиции ничего не говорить. Бесполезно. — Такаши достал платок, принявшись оттирать от крови разбитые костяшки. Мужчина находился всё еще в сознание. — Камер тут нет, а я сегодня был целый день с друзьями. Они подтвердят. Мы хорошо провели время, играя приставку. — Улыбнулся Мицуя. Кажется такой жестокости парень еще не проявлял никогда в своей жизни, хотя какое-то время даже подумывал, что такова ему не присуща. Видимо ошибался. Присев на корточки, парень полушепотом сказал то, что дядя Мезуми хотел бы лучше не слышать. — Поверьте, господин Харуки, то что сейчас произошло, только начало.  Поднявшись в полный рост, Такаши написал Чифую и Па-Чину, что время пришло для последнего шага в завершения плана и, сообщив, где находится, отправился на выход переулка, снова натягивая капюшон и оставляя потерявшего сознание мужчину на асфальте. Хаяшида, сидя на скамейки возле настенного телефона в Канда, доедал Якитори, когда ему пришло сообщение от Такаши. Неспешно вытерев губы от шашлычного соуса рукавом толстовки, Па-Чин приблизился к телефону, набирая нужный номер.  — Это полиция Токио. Слушаем вас. — Женский и нежный голос оператора прервал жевание Па-Чина последнего кусочка курочки, заставив его кое-как проглотить в сухомятку.  — В анонимном ящике северо-восточного полицейского участка в Бункё лежат доказательства о преступление господина Харуки, которого сегодня обвиняли в педофилии и извращение у агентства «Beauty on the screen». Проверьте его и накажите.  — Подождите, представьтесь, пожалуйста. — Женщина поняла, что вызов хотят сбросить, но попыталась остановить это. — Откуда вы это знаете? Вы положили доказательства? — На многочисленные вопросы ответа не было, Хаяшида положил трубку. Парню вообще странно произносить фамилию Мезуми, будто сам себя обвиняет. Жуть какая.  Мацуно, стоя подле телефонной будки в Асакуса, получил SMS с адресом. Зайдя в нее, он набрал нужный номер на номеронабирателе.  — Это скорая помощь Токио. Мы вас слушаем. — Оператор моментально ответил на вызов.  — Здравствуйте, в Роппонги за углом бара «Bar Boss» избили какого мужчину, кажется он без сознания. Пришлите, пожалуйста, медиков скорее. — Сделав взволнованный голос, сообщил Чифуя.  — Мужчина истекает кровью? Вы можете померить пульс?  — Да, истекает. Пульс не могу померить. Я боюсь. Приезжайте, пожалуйста, скорее. — Жалобно попросил парень, давя на совесть сотруднику.  — Ожидайте. В течение пятнадцати минут прибудут медики. Но почему вы звоните с Асакуса, когда, по вашим словам, пострадавший в Роппонги? — Похоже сотрудник отследил местоположение Мацуно. Использовать телефонную будку было хорошим решением.  — Ой, спасибо вам за помощь. — Паникуя, протараторил Чифуя. — Но вы врачей не отзываете, там реально избитый мужчина. До свидания. — Повесив трубку, Мацуно тяжело выдохнул и вышел на улицу. Теперь можно наконец домой.  Такаши встретил темный порог и снова разгневанная мать.  — Ну и что это такое, Такаши? — Женщина приподняла разбитые костяшки сына. — Шляешься не пойми где, приходишь с опухшим носом и руками в кровь. Ты бы запястья пожалел, модельером хочешь же стать же. — Тяжело выдохнула Мицуя-сан. Ругаться сил не было. — Пришел весь в черном, как бандит какой-то. Неужели твои драки важнее мечты? — Помассировала свои виски женщина. — А завтра что? Мне придут и скажут, что ты какого-то убил — или того хуже, — тебя убили? Мать довести хочешь? Меня не жалеешь, сестер хоть  пожалей. — Обречено выдохнула она. Мицуя-сан тоже очень устала, и не только от работы, а от всего.  — Мама. — Начал Такаши. — Сегодня я точно помог Мезуми.  — Это кто? — Непонимающе спросила мать. — Моя бывшая девушка. — Парень чуть отвел глаза. — С ней делают ужасные вещи. Однако теперь надеюсь, что ей помогут и другие, потому что сам сделал всё, что мог. — Мицуя заглянул в — аналогичные ему — глаза матери и был рад, что сейчас она дома. Подойдя к женщине, Такаши крепко обнял её, возвышаясь на целую голову. — Спасибо, мама. — Он правда был благодарен. Благодарен за всё. Может история Мезуми показала, что нужно ценить от всего сердца.  — Ох, горе моё. Иди обработай руки и спать. — Погладила Мицуя-сан сына по голове. — Завтра у меня выходной, так что испечем яблочный пирог, и как раз расскажешь мне всё. — Подмигнула она, чуть отстранившись. Такаши со всей любовью глядел на женщину, которая с нежностью погладила припухшую щеку парня.  — Да, яблочный пирог был бы неплох.