Bring It Back

От Каса не было вестей больше недели. Дин злился, воображая себе всевозможные варианты: он отправился разыскивать Дафну — ту женщину, которая была женой несуществующего «Эммануэля» и которую Кас, вспомнив, кем был на самом деле, покинул без всяких объяснений, или… может, был кто-то еще? В конце концов, братья годами виделись с ангелом от случая к случаю, понятия не имея, чем он занимается и с кем общается, когда его помощь не нужна Винчестерам.  «Личное дело!» Он мутил с Кроули, предавая друзей, сражался с Рафаэлем, его держала под контролем Наоми… Это все, о чем знал Дин. А что насчет того, о чем он не знал?  Даже себе Винчестер не желал признаваться, что его мучают подозрения и ревность. И злость на себя: расслабился, привык считать Каса чуть ли не своей собственностью, а тот… У него, видите ли, есть «личные дела»! Которые Винчестеров не касаются! Мудак пернатый!  Дин пребывал в таком смятении чувств, что непрерывно срывался на окружающих. Больше всех доставалось Сайрусу, который продолжал жить в бункере и, кажется, всерьез проникся идеей стать охотником: Дин то и дело заставал его в библиотеке за изучением книг о монстрах, или в тире, где парнишка в своих толстых очках пытался стрелять по мишеням, по большей части попадая в «молоко».  — Сколько раз повторять: такая работа не для тебя! — кипел Дин, в очередной раз отбирая у юного Стайна пистолет и чуть ли не за шкирку вытаскивая его из тира. — Что за дурацкая идея: превратить свою жизнь в бардак? Я же объяснял тебе, что охота — это не забавное приключение.  — Я это понимаю, — упрямо пождал губы Сайрус. — И что? Будешь напоминать мне о неизбежных потерях? Я уже потерял всех, кто был мне дорог! Джейго и маму не вернуть, но окажись они сейчас здесь, полностью поддержали бы меня. Наша семья убила сотни невинных людей, разве плохо для разнообразия желать спасти хоть кого-то?  — Это не для тебя!  — Почему? — фыркнул Сайрус. — Потому что я Стайн, или потому, что мне только шестнадцать? Ты столько раз твердил, что не выбирал эту жизнь, а я — выбираю!  — Она приведет тебя к преждевременной смерти.  — Неужели волнуешься? — закатил глаза Сайрус. — После того, как держал под дулом пистолета, угрожая пристрелить только за то, что мне не повезло родиться сыном моего отца? Давай, ткни меня еще разок носом в свои боевые шрамы! Ты, хотя бы, можешь ими гордиться! Потому что получил их, спасая людей! И как по мне, лучше уж такие, чем те, которые украшали моих родственников!  — Ребенок прав, — вмешалась Чарли, невовремя появившаяся в библиотеке и, как обычно, смело вставшая между разозленным донельзя Винчестером и Сайрусом. — И если ты хоть на минуту разуешь глаза, то поймешь, что бесишься вовсе не из-за желания Сая стать охотником, а потому, что твой ангел свалил невесть куда.  — Заткнись! — прорычал Дин.  — Или что? — парировала она.  — Взгляни на него! — продолжал кипеть Дин. — Заморыш в очках, какой из него охотник на монстров? Допустим, я отдаю должное его храбрости, хотя в ней больше глупости и непонимания, в какое дерьмо он пытается влезть. Но какие у него шансы? Нафига ты поощряешь этот идиотизм, вместо того, чтобы реально оценить ситуацию?  — Так научи его! — фыркнула она. — Зрение можно исправить, тело — натренировать.  — Резонное замечание, — присоединился к спору Сэм. — Если подумать, Гарт тоже не слишком похож на мачо: тощий, нескладный, с плохой координацией. И все это не мешает ему охотиться.  — Сэмми, и ты туда же? — обреченно взвыл Дин. — Казалось бы, уж ты-то… Вечно спорил с отцом, говорил, что ненавидишь охоту, хочешь жить нормально! Так какого хрена… — А я когда-то мечтала замутить крутой стартап, заработать уйму денег и жениться на Скарлет Йоханссон, — закатила глаза Чарли. — Даже столкнувшись с Диком Романом и узнав о существовании монстров, я все еще надеялась забыть об этом и жить своей жизнью. Вот только это невозможно! Однажды попав в вашу орбиту, ребята, нельзя остаться в стороне.  — Я не хотел этим заниматься, ты прав, — примирительно проговорил Сэм. — Знаешь, Дин, когда ты забрал меня из школы, я сказал себе: одно последнее дело. А потом, когда потерял Джесс: ладно, еще одно последнее дело. И так каждый раз: всегда есть еще одно дело, и следующее, и следующее… И вначале я убеждал себя, что собираюсь вернуться к изучению закона, к своей собственной жизни… Но кажется потом я понял, что это и есть моя жизнь, и она мне нравится.  — Таков мой выбор, — тихо, но твёрдо повторил Сайрус. — Однажды ты упомянул, что в моих жилах течет проклятая кровь, а значит, рано или поздно я стану таким же монстром, как и мой отец. И это единственное, чего я боюсь! Но разве бездействие не хуже преступления? Теперь, когда я знаю, что все эти ужасные твари существуют и ежедневно убивают людей… не сделает ли меня монстром попытка отойти в сторону и просто жить нормальной жизнью?  — Для торжества зла достаточно лишь бездействия хороших людей, — тихим голосом процитировал Сэм.  — Ладно, — сдаваясь, пробурчал Дин. — Я займусь твоим обучением. Но с условием: не ныть! Услышу хоть одну жалобу — и мы немедленно все прекращаем.  — Согласен, — серьезно кивнул Сайрус.  — Тогда марш переодеваться, и жду тебя в спортзале. — Винчестер поморщился. — Начнем с того, чтобы нарастить немножко мышц на это худосочное тело.   ✯ ✯ ✯ Еще неделю спустя Дин вынужден был признать, что его надежды не оправдались. Он был уверен, что мальчишка сломается после парочки тренировок и откажется от безумной затеи, но Сайрус держался. Наверняка, после спаррингов с Винчестером у него болело все тело, а перетруженные мышцы скручивались узлами, наверняка он на рассвете с трудом поднимал себя с постели, но ни одной жалобы или просьбы притормозить, дать ему отдохнуть, Дин так и не услышал.  Утро они проводили в спортзале, потом несколько часов упражнялись в стрельбе, а во второй половине дня Дин учил Сайруса обращаться с холодным оружием. После ужина мальчишка устраивался в библиотеке с Чарли, которая с помощью своей базы данных данных бесконечно натаскивала его в теории: какие существуют виды монстров, как отличить одного от другого, в чем их слабые места и каким оружием их можно убить.  Положа руку на сердце, Винчестер и сам чувствовал себя измотанным; конечно, он никогда не пренебрегал тренировками, но ему давненько уже не приходилось упражняться так активно. Что же говорить о парнишке, который до шестнадцати лет не сталкивался ни с чем, сложнее школьных уроков физкультуры?  Известие о возможном деле в Монтане Дин воспринял почти как избавление. За завтраком Сэм разложил на столе распечатки газетных статей и сообщил:  — В парке развлечений Дир-Лоджа погибла полуторогодовалая девочка. Родители отвлеклись на минутку, и она зашла в искусственный ручей, оборудованный на территории парковой зоны отдыха. Совсем мелкий: взрослому человеку там едва по колено, но малышке хватило.  — И что? — пробурчал Дин, пробегая глазами заметку. — Тут сказано, что девчонка игрушку в воду уронила и полезла за ней. Ни разу не сверхъестественная смерть.  — Погоди, я тебе еще кое-что покажу, — заявил Сэм, открывая лаптоп. — Пара подростков выложили в своем блоге видео, даже не догадываясь, что сняли момент смерти ребенка. А когда сообразили, принялись кричать об этом на каждом углу в надежде на миллионы просмотров.  Он запустил ролик, и Дин увидел вызывающе накрашенную школьницу, которая, кривляясь и хихикая, сражалась с огромной порцией сахарной ваты, а ее бойфренд за кадром, — вероятно, именно он и снимал подружку на телефон, — сыпал комментариями, которые ему самому, надо полагать, казались невероятно остроумными.  — Ты не туда смотришь, — осек брата Сэм. — Вон, на заднем плане!  Чуть дальше, за спиной щебечущей девчонки, пухленькая малышка в пышном розовом платьице вперевалочку ковыляла вверх по ручью, вытянув перед собой маленькие ручки, которые никак не могли ухватить плывущего в шаге от нее уродливого резинового пупса. Потянувшись за игрушкой в очередной раз, она споткнулась и скрылась под водой, подняв вокруг себя тучу брызг. А подняться уже не смогла.  — А ведь там и вправду совсем мелко! — пробормотал Винчестер, расширившимися глазами глядя, как парусом всплывает над поверхностью ручья намокший подол цвета фуксии, как пытается вынырнуть на поверхность маленькая головка, облепленная потемневшими от воды светлыми кудряшками. — Она… Господи, это выглядит так, словно кто-то невидимый не дает ей встать!  — Это все, что ты заметил? — мрачно проговорил Сэм, останавливая видео.  — Этого мало? — огрызнулся Дин.  — Игрушка от нее уплывала! — подсказал Сэм.  — Точно! — выдохнул сидящий рядом Сайрус. — Я все думал, что эта кукла какая-то стремная… а оказывается, меня просто напрягло, что она плывет против течения!  — Что-то тянуло игрушку по воде, чтобы девочка шла за ней, пытаясь догнать, — подтвердил Сэм. — А когда малышка упала, это нечто удерживало ее голову под водой, пока она не захлебнулась.  — Призрак? — дрожащим голосом спросила Чарли.  — Такова рабочая версия, — подтвердил Сэм. — И это еще не всё. Мать девочки сказала полиции, что на пару минут отлучилась в уборную, оставив дочку в машине, пристегнутую к детскому креслу. А когда вернулась, дверь их «Ауди» была открыта, ремни безопасности расстегнуты, а малышка исчезла. Конечно, полиция ей не поверила: ребенок, которому едва исполнилось полтора года, никак не мог проделать такое самостоятельно. Они решили, что безалаберная мамаша попросту бросила дочь без присмотра, и та пошла погулять. Увидела в ручье уток, приблизилась — и уронила куклу. Мать будут судить за халатность, приведшую к несчастному случаю со смертельным исходом.  — А на самом деле призрак просто хотел убить ребенка — и убил, — с горечью резюмировала Чарли. — Но кому такая крошка могла помешать?  — Вот это нам и предстоит выяснить, — сквозь зубы проговорил Дин, собирая распечатки. Аппетит у него полностью пропал. — Сэмми, будь готов выехать через полчаса.  — А мы с Сайрусом? — кусая губы, уточнила Чарли.  — Он еще не готов к работе в поле, и я не хочу нести ответственность за его смерть! — отрезал Дин. — Ты останешься с ним и будешь следить, чтобы в мое отсутствие не забрасывал тренировки. Понял, мелкий? — он строго посмотрел на Сая. — Каждое утро кросс до Лебанона и обратно, потом отжимания и силовые упражнения. Чарли здорово обращается с мечом, можешь взять у нее пару уроков. У нас где-то были бамбуковые палки, используйте их.  — Мы могли бы помочь вам в Монтане! — упрямо возразила Брэдбери.  — Нет.  — Но ведь это всего лишь призрак! — фыркнула она. — Посолить и сжечь! Даже драться не придется!  — Ты так думаешь? — приподнял бровь Дин. — Спроси при случае у Каса, как его отделал дух Абрахама Бенсона. Или тебе про Гаррета Барлоу напомнить? Нам тогда всем пришел бы конец, если бы та девочка, Мелисса, его не заболтала.  — Ладно. — Чарли поежилась, очевидно, вспомнив, как одержимый жаждой мести дух прижал обоих Винчестеров к стене и едва не придушил, пока сама она дрожала от ужаса в кресле, вокруг которого Дин предусмотрительно разложил железную цепь. — Мы останемся. Но, между прочим, это я выяснила насчет Барлоу. Без моих хакерских навыков вы бы еще долго ломали голову, пытаясь понять, на кого охотитесь!  — Да, — примирительно сказал Сэм. — И в этот раз мы на твои умения тоже рассчитываем. Но для этого тебе не нужно ехать в Монтану, достаточно иметь доступ в интернет. Мы с Дином будем звонить и информировать тебя о ходе расследования.  Час спустя они уже во весь опор мчались по трассе, оставляя бункер Просвещенных все дальше позади. Дин сжимал ладонями теплую оплетку руля «Импалы» и мурлыкал себе под нос мелодию Stairway to Heaven, стараясь не думать ни о чем, кроме дороги и предстоящего дела.  — Кас тебе не звонил? — спросил вдруг Сэм и неуверенно добавил: — Ну, он же обещал поддерживать связь, и я подумал…  — Очевидно, ему не до нас. — Дин постарался, чтобы его ответ прозвучал максимально равнодушно.  — Как думаешь, чем он занят? — не унимался Сэм.  — Вообще не думал об этом, — солгал Дин. — Он сказал, что его дела нас не касаются, так что мне пофиг.  — А если он попал в беду? — закусив губу, предположил Сэм.  — Что ж, Кас знает мой номер, — холодно напомнил Дин. — И твой тоже. Если бы ему нужна была помощь, позвонил бы. — Ты тоже знаешь его номер, — фыркнул Сэм. — На мои звонки Кас не отвечает, но тебе наверняка ответил бы. Если бы ты только… — Не собираюсь лезть в его личные дела, — отрезал Дин и предупреждающим тоном добавил: — Закрыли тему, Сэмми. Лучше поройся в сети и накопай хоть что-то про погибшую девочку и ее семью.  — Да я уже… — вздохнул младший брат. — Супруги Даутвейт, Стивен и Сара. Муж руководит фирмой по производству электроники, жена — домохозяйка. Двое детей: сын Теодор девяти лет и дочь Шарлотта, ныне покойная. В парке развлечений были все вчетвером: отец водил сына покататься на каруселях, в то время как мать присматривала за дочкой. Обычная семья, понятия не имею, за что призрак мог на них ополчиться.  — Что насчет недавних смертей среди родственников?  — Мать Сары, Линда, живет с ними, — продолжил свой рассказ Сэм. — Овдовела пятнадцать лет назад, еще до замужества дочери. Родители Стивена оба живы, но с сыном и его семьей видятся только по праздникам: они проживают в Нью-Йорке. На первый взгляд, вообще ничего подозрительного.  — Согласно нашему опыту, на детях отыгрываются призраки умерших детей, — задумчиво проговорил Дин. — Помнишь то дело в 2005-м, когда дух парнишки, которого приятели утопили в озере, в свою очередь топил потомков своих обидчиков? И раз наш гипотетический призрак не тронул взрослых, а напал на ребенка… — То и мальчик тоже в опасности, — закончил его мысль Сэм. — Надо первым делом покопаться в прошлом Стивена и Сары. Вдруг кто-то из них в детстве был причастен к смерти одного из друзей? Вот только как это выяснить… напрямую же не спросишь.  — Пусть Чарли займется, она ведь рвалась помогать, — усмехнулся Дин. — Если ничего не найдет, то придется на месте поднимать архивы.  ✯ ✯ ✯ Кастиэль, хмурясь, крутил в руках маленький пакетик с кетчупом, не понимая, как реагировать на заявление своей юной спутницы, утверждающей, что это — овощ. «Надо при случае спросить у Дина», — решил он, откладывая пакетик и снова поднимая взгляд на Клэр Новак, за обе щеки уплетавшую картошку фри.  Маленькая белокурая девочка, однажды сказавшая ему «Да» в надежде спасти папу, выросла, превратившись в очаровательную девушку. У нее были голубые глаза Джимми и светлые волосы Амелии, но чем больше Кас на нее смотрел, тем меньше она напоминала ему своих родителей: тихую, добропорядочную мать и глубоко набожного отца. Клэр была бунтаркой и сорвиголовой: вызывающая одежда и макияж, нарочито грубая, изобилующая слэнгом речь… Но главное, в ней чувствовалась внутренняя сила, выделявшая ее из толпы и совершенно завораживающая. Если бы он вправе был судить, то сказал бы: Клэр — настоящий боец. Интересно, откуда это в ней? Ни Джимми, ни Амелия ничем подобным не отличались.  — А ты изменился, — с кривой усмешкой проговорила она, надкусывая еще один ломтик картошки. — Кастиэль, которого я помню, был дерьмом. Высокомерный козлина с палкой в заднице, которому так и хотелось двинуть по его надменной ангельской роже.  — Не думаю, что я был настолько плох, — мягко возразил Кас, подавляя невольную улыбку, вызванную мыслью, что точно в таких же выражениях ангелов характеризует и Дин.  — Еще хуже, на самом деле, — заверила Клэр. — А сейчас ты… не знаю, как описать… Мягче? Более милый? И, без обид, немного простоват.  — Что ж, — вздохнул Кастиэль. — Раньше я был самоуверен. Убежден, что мой путь праведен, а получаемые мною приказы исходят от Бога. Но позже я понял, что не существует праведного пути. И нужно просто стараться совершать хорошие поступки, хотя плохие совершать легче.   — Надо же… — она закатила глаза. — Как глубокомысленно! — Ага. — Кас скопировал ее выражение лица. — В особенности, для простачка. «Эй, Кастиэль, ты слушаешь? — ворвалась в его мысли молитва Сэма. — Мы с Дином на пути в Монтану. Там, похоже, призрак завелся. Было бы здорово, если бы ты позвонил, а то мы давно от тебя ничего не слышали и волнуемся».  Кас подавил вздох. Больше всего ему хотелось сейчас быть с ними рядом, ехать в «Импале» по бесконечной дороге, вдыхая запах бензина и кожи, прислушиваться к шутливой перепалке братьев, или к тому, как Дин слегка фальшиво подпевает одной из своих любимых песен. Хотелось помочь Винчестерам в охоте, защитить, если потребуется… Но сидящая напротив девочка: настороженная, ершистая, обиженная на весь мир, была его ответственностью. И, без сомнения, нуждалась в помощи гораздо больше, даже если отказывалась в этом признаваться.  — Эй, мужик, заснул, что ли? — Клэр пощелкала пальцами перед его лицом. —  Ты как будто не здесь. — Прости. — Кас потряс головой и снова перевел взгляд на нее. — Один из моих друзей только что обратился ко мне в молитве.  — Я тоже тебе молилась, — внезапно помрачнела она. — Сотни раз! Раньше… когда еще верила.  — Знаю, — виновато проговорил Кастиэль. — Я всегда слышал твои молитвы, Клэр. Каждую из них.  ✯ ✯ ✯ До Дир-Лоджа Винчестеры добрались за шестнадцать часов, сменяя друг друга за рулем.  — С чего начнем поиски? — широко зевая, спросил Дин, последнюю часть пути проспавший на пассажирском сиденьи.  — С полицейского участка, — деловито заявил Сэм. — Сара Даутвейт арестована, ее держат в камере предварительного заключения. Если повезет, сможем с ней поговорить. Или, в крайнем случае, хоть полицейских расспросим и почитаем материалы дела.  — Разумно, — согласился Дин. — Только давай перекусим сначала… я с голоду умираю!  — Тебе бы только пожрать! — закатил глаза Сэм, но, тем не менее, без споров припарковался у симпатичного кафе.  — Может, мы тут еще и сплетнями какими разживемся, — без особой надежды сказал Дин. — Дело-то громкое, небось, все местные только о нем и говорят.  Впрочем, кафе в этот час было почти пустым, так что надежда на информацию не оправдалась. Единственное, чем Дину удалось разжиться, — телефон хорошенькой рыжеволосой официантки, чьи соблазнительные формы он оценил сразу, едва она подошла к их столику. Девчонка выглядела горячей, как огонь, и так очевидно растаяла от обворожительной улыбки красивого незнакомца, что на протяжении завтрака то и дело оказывалась у их столика, заботливо подливая Дину кофе и многозначительно стреляя огромными карими глазами, обрамленными пушистыми светлыми ресницами.  — Не слишком молода для тебя? — проворчал Сэм, когда Дин, довольно ухмыляясь, сворачивал салфетку с аккуратно написанным номером и убирал ее в карман.  — В самый раз, — фыркнул старший Винчестер.  — Напоминаю: мы сюда не развлекаться приехали, — не сдавался Сэм.  — Одно другому обычно не мешает, — пожал плечами Дин. — Работа днем, а ночью можно и расслабиться.  Они сняли номер в дешевом мотеле, приняли душ, переоделись в свои костюмы «федералов» и неспешно направились пешком к полицейскому участку, располагавшемуся в паре кварталов от их временного жилища. Утро выдалось солнечным, так что Дин даже не стал спорить, когда Сэм предложил прогуляться, хотя обычно предпочитал даже на короткие расстояния передвигаться на машине.  Полицейский участок встретил их суетой, весьма смахивающей на панику. Шериф, которому Винчестеры предъявили свои фальшивые ксивы и доложили, что прибыли разбираться с гибелью Шарлоты Даутвейт, лишь отмахнулся.  — Ну и разбирайтесь, кто вам не дает, — фыркнул он, поспешно проверяя оружие в поясной кобуре и очевидно собираясь куда-то идти. — Спросите дежурного офицера, он покажет вам материалы дела.  — Что-то случилось? — напряженно уточнил Сэм.  — Двое наших парней убиты, — хмуро признался он. — Прямо в участке! Удушены телефонным шнуром. Так что без обид, парни, но мне сейчас не до бездельников из столицы, которым с какого-то хрена потребовалось расследовать явный несчастный случай.  — Ужасное происшествие. — Голос Сэма сделался сочувственным. — А нельзя ли нам взглянуть на тела, шериф Битти?  — С чего бы? — огрызнулся тот, недовольный, что его задерживают. — Вы приехали ради малышки Даутвейт, вот ей и занимайтесь.  — Раз уж мы здесь, то могли бы помочь, — включился в разговор Дин.  — Обойдемся! — фыркнул Битти, подталкивая Винчестеров к выходу. — Прошу меня извинить, агенты, я занят.  — Думаешь, тех бедолаг тоже убил… наш клиент? — тихо поинтересовался Дин, когда шериф запер дверь своего кабинета и умчался со всей возможной для его грузного, слегка оплывшего тела скоростью.  — Как часто в таких тихих, сонных местечках гибнут полицейские? — риторически вопросил Сэм. — И не в городе, во время рейда, а прямо здесь, да еще так, что никто из их коллег ничего не заметил.  — Логично, да… — признал Дин. — Но как они связаны с утонувшей девочкой? Призраки ведь не нападают на кого попало, а только на тех, кто им чем-то насолил. Так что связь должна быть.  — Должна… — пробормотал Сэм. — Будем разбираться.  Дело маленькой Шарлотты им отдали без проблем: на фоне случившегося в участке ЧП никого не волновало, что кому-то понадобились материалы по уже закрытому, сданному в архив расследованию. С точки зрения местных, там все было предельно ясно: в гибели ребенка виновата мать.  — А как звали тех парней, которых убили? — дружелюбно спросил Сэм у тощего парнишки, протиравшего форменные штаны за стойкой дежурного. Юнец, явно служивший в полиции всего неделю-другую — сразу после школы, принял важный вид.  — Вообще-то, я не вправе сообщать посторонним… — начал он, но Дин перебил его строгим голосом, который обычно использовал, включая «плохого копа».  — Послушай меня, сынок, — заявил он, нависая над мгновенно сжавшимся парнем. — Мы тут не посторонние, а специальные агенты из Вашингтона. Ты же не хочешь неприятностей? Если потребуется, я сейчас позвоню своему начальству и попрошу официально направить нас на это дело. И тогда твой отказ отвечать на вопросы будет рассматриваться, как препятствие расследованию. За такое тебя уж точно по головке не погладят.  — Я… — парень нервно сглотнул. — Простите, сэр. Имена погибших офицеров — Уоррен и Лэндри. Отличные полицейские, были здесь на хорошем счету! Много лет безупречной службы! Старику Лэндри полгода до пенсии оставалось. Конечно, для всех нас это шок.  — Ладно, — сменил гнев на милость Дин. — Возвращайся к службе. Если нам понадобится что-то еще, мы к тебе обратимся.  «Агенты» устроились за ближайшим пустующим столом и погрузились в изучение материалов дела; на них никто не обращал внимания, и это их полностью устраивало.  — Ух ты! — вдруг выдал Сэм, поспешно пробегавший глазами страницы. — А ведь связь действительно есть! Уоррен и Лэндри были теми офицерами, которые первыми выехали на вызов в парк и арестовали миссис Даутвейт, обвинив в преступной халатности.  — Хочешь сказать, призрак пытался защитить мать Шарлотты? — удивился Дин. — Странное дело… Нам нужно побыстрее допросить эту дамочку: вдруг дочка ей чем-то мешала? Капризничала, требовала слишком много внимания? Вот дух ее и убил.  — И хорошо бы все-таки взглянуть на тела задушенных полицейских, — добавил Сэм. — Исследовать их датчиком ЭМП, чтобы точно удостовериться, что их смерть — дело рук призрака. Вот только как это провернуть? Битти-то не зеленый пацан на ресепшен, он — матерый волк, его не возьмешь на понт мнимым предписанием из Вашингтона.  — И насколько серьезно, по-твоему, охраняется морг в такой дыре? — усмехнулся Дин. — Давай поговорим с горе-мамашей, а после постараемся туда пробраться.  ✯ ✯ ✯ Сара Даутвейт оказалась бледной, изможденной женщиной немного за тридцать. Ее бесцветные, чуть навыкате глаза покраснели от слез, а лицо выражало усталую безнадежность.  — Мне нечего вам сказать кроме того, что я уже поведала полиции, — дрожащим голосом проговорила она, когда «агенты» представились. — Я не бросала мою девочку без присмотра! Машина стояла в тени, была заперта — мы оборудовали ее дополнительными замками, блокирующими двери, чтобы дети случайно не могли открыть изнутри. И я дважды проверила ремни в детском кресле, они были надежно пристегнуты. Понятия не имею, как Шарлотта смогла выбраться! Меня не было всего пару минут! Сначала я решила, что дочку похитили, начала бегать и спрашивать всех, кто мог что-то видеть… а потом раздались крики со стороны ручья и… — Сара тихо заплакала. — Я никогда не бегала так быстро… но все равно не успела.  — Мы верим вам. — Сэм успокаивающе накрыл ее тонкие, бледные кисти своей огромной ладонью.  — Тогда вы — единственные! — истерически всхлипнула она. — Потому что никто не верит! Даже Стивен… Он приходил сюда только чтобы сказать, что разведется со мной и через суд запретит мне видеться с Тео. Он уверен, что это я виновна в гибели нашей девочки.  — Тео — это ваш старший сын? — спросил Дин, который прекрасно знал ответ, но хотел посмотреть на реакцию Сары.  — Да. — Она снова всхлипнула. — И он всегда был добрым мальчиком, но… очень сильно изменился после рождения Шарлотты. Стал замкнутым, даже немного агрессивным. Ревновал, я думаю… Наверное, ему казалось, что с появлением малышки я не уделяю ему достаточно внимания, но ведь это естественно… Младенцы отнимают столько сил… Да еще и… в общем, там, в парке, мы поругались. Тео кричал, что без Шарлотты ему было лучше, что он не просил нас рожать ему сестренку… и Стив влепил ему пощечину.  — Старшие дети действительно иногда ревнуют к младшим, — сочувственно проговорил Сэм. Дин наградил его тяжелым взглядом, мол, договоришься у меня. Ему-то и в голову не приходило, что он может злиться на новорожденного братишку. Напротив, тот был — и остается до сих пор, — самым дорогим человеком в его жизни.  — В итоге я забрала Шарлотту на детскую площадку, — утирая слезы, продолжила Сара. — А Стив повел Тео на аттракционы, чтобы тот успокоился и перестал дуться. А потом… Мне просто понадобилось в туалет. Было жарко, я выпила два стакана лимонада и… Но я же не знала! Даже вообразить не могла, что такая кроха сумеет выбраться из запертой машины! И, к тому же, как случилось, что в многолюдном парке ребенок просто зашел в ручей, и никто не обратил на это внимания? Вокруг было столько глаз, но все как будто разом ослепли!  «Призраки и не на такое способны, — скрипнув зубами, подумал Дин. — Отвести глаза окружающим для них — детский фокус».  — Мы верим вам, — мягко проговорил Сэм. — И постараемся доказать, что малышка погибла не по вашей вине.  — И как ты это сделаешь? — проворчал Дин, когда они покинули камеру. — Расскажешь копам про призрака? Мы-то знаем, что бедная мать ни в чем не виновата, но с их точки зрения все очевиднее некуда.  — Ну, можно попробовать натолкнуть их на мысль, что некий злоумышленник взломал машину и выпустил девочку, — пожал плечами Сэм. — Скажем, хотел украсть что-нибудь из салона, а ребенок начал кричать, вот он и отправил ее погулять. Нужно только добраться до этой «Ауди» и слегка поковыряться в замке, чтобы копы убедились, что его вскрывали. Родители были в шоке и могли не заметить легких царапин, а Уоррен и Лэндри уже не смогут рассказать, что когда осматривали машину, никаких царапин вовсе не было.  — Логично, — согласился Дин. — А что ты думаешь о малолетнем Тео?  — Совершенно очевидно, что призрак привязан к нему, а не к Саре, — уверенно сказал Сэм. — Он злился на сестренку за то, что она полностью завладела вниманием мамы — и сестренка умерла. Казалось бы, теперь все будет хорошо, но нет: двое полицейских арестовали маму. После чего тоже умерли.  — А теперь отец угрожает развестись с Сарой и навсегда запретить ему видеться с ней, — добавил Дин. — Как по мне, Стив Даутвейт серьезно рискует.  — А мы ни на шаг не приблизились к пониманию, чьи кости надо сжечь, — поморщился Сэм. — Однако, я все еще считаю, что искать надо умершего ребенка. Не слишком взрослые у этого призрака методы. Убийство копов не освободит мать Тео из заключения, оно похоже на бессильную злость мальчика, у которого отобрали игрушку.  — Школьный приятель? — предположил Дин. — Кто-то, с кем Тео играл во дворе?  — Поедем домой к Даутвейтам, — решительно проговорил Сэм. — Может, там что-то прояснится.  Стивен оказался дома, несмотря на то, что рабочий день был в самом разгаре. Едва взглянув на него, старший Винчестер почувствовал безотчетное раздражение. Холеный, даже какой-то прилизанный, самоуверенный хлыщ, считающий себя пупом земли только потому, что зарабатывает двести тысяч долларов в год, живет в красивом доме и ездит на новенькой «Ауди» последней модели. Дин всегда ненавидел таких типов, а тот еще и посмел наградить припаркованную на подъездной дорожке «Импалу» презрительным взглядом, чем разозлил Винчестера окончательно. — Мне не о чем с вами разговаривать, — холодно проговорил Стивен, внимательно изучив показанные ему удостоверения, но не спеша впускать «федералов» в дом. — Расследование закончено, преступница сидит за решеткой.  — Мы вовсе не уверены, что миссис Даутвейт виновата в смерти Шарлотты, — сообщил Сэм.  — Конечно, она виновата! — породистое лицо Даутвейта исказилось яростью. — Вертихвостка проклятая! Небось, строила мужикам глазки, вместо того, чтобы следить за малышкой! Мои родители с самого начала говорили, что я не должен жениться на этой дурище! Я-то получил образование и сделал отличную карьеру, а она всю жизнь работала на ферме. По уши в навозе была, когда я ее встретил! И полюбуйтесь на нее сейчас: жила как сыр в масле, не работала — всего-то и обязанностей, что хорошенько присматривать за моими детьми. Но и этого не смогла.  «Ну, ты и мудак!» — Дин стиснул кулаки, борясь с желанием хорошенько двинуть по его ухоженной роже.  — Расследование еще не закончено, — жестко проговорил Сэм, судя по выражению лица полностью разделявший мнение брата. — Сейчас вы впустите нас в дом и ответите на наши вопросы, а также позволите поговорить с вашим сыном и осмотреть машину, в которой миссис Даутвейт, по ее словам, оставила Шарлотту. А иначе будете арестованы за противодействие федеральным агентам.  — У меня дочь погибла! — прорычал Даутвейт. — И я не намерен снова ворошить эту историю… Для меня это серьезная травма, неужели до вас не доходит? Пожав плечами, Сэм извлек из кармана наручники и заметил:  — В таком случае, продолжим разговор в камере. Вам будет предоставлен один телефонный звонок, чтобы вы могли связаться с адвокатом.  Дин едва сдержался, чтобы не покачать головой. Братишка явно блефует, и если Даутвейт упрется, это может плохо кончиться. Впрочем, вид наручников оказал на надменного типа поистине магическое действие: он как-то сразу сдулся и проворчал:  — Ладно, проходите. Черт бы вас побрал…  — Осторожнее со словами, — бесстрастно проговорил Сэм. — Это изрядно смахивает на оскорбление представителей власти при исполнении. Если мы с коллегой напишем жалобу, то вам светит солидный штраф и триста часов общественных работ.  «Умница, мелкий! — мысленно восхитился Дин. — Не зря четыре года в Стэнфорде над книжками просидел!» — Прошу прощения, агент, — буркнул Стивен. — Я не хотел, но… должны же вы понимать: я понес тяжелую утрату и не контролирую себя от горя.  — Ваше горе понятно, — «смягчился» Сэм. — Проводите моего напарника в гараж, а после мы с вами побеседуем.  Ярко-красная «Ауди» сверкала безупречной полировкой. «Пижонская тачка!» — подумал Дин, протягивая руку за ключами, после чего многозначительно посмотрел на Сэма.  — Если позволите, я сам здесь все осмотрю, — равнодушно предложил он. — А мой коллега пока вас допросит. Не хотелось бы отнимать у вас лишнее время.  — Да делайте, что хотите! — раздраженно бросил Стивен, жестом предлагая младшему Винчестеру следовать за ним. Оставшись с «Ауди» наедине, Дин открыл дверцу ключами и заглянул в салон. Детское кресло все еще стояло на сиденьи — добротное и явно недешевое. Надо полагать, у скорбящего отца семейства пока не дошли руки его убрать. Крепления на ремнях безопасности выглядели надежнее некуда, но Дина интересовало не это.  Он достал датчик и включил его — остаточное электромагнитное поле в салоне было совсем слабым, но когда Винчестер поднес прибор к дверце машины, тот угрожающе запищал, красные лампочки вспыхнули, а стрелка решительно устремилась вправо. Точно так же датчик повел себя, соприкоснувшись с детским креслом.  — Ясно как день, — пробормотал Дин, выключая прибор и пряча его в карман. — Сара сказала правду о том, где оставила дочку. Что ж, попытаемся оправдать бедняжку…  Он снова закрыл дверь на ключ, щелкнул брелоком, активируя детские замки, и извлек из кармана набор отмычек. Пара манипуляций — и дверь распахнулась. Дин хмыкнул и рассмотрел едва заметные царапины сквозь сильную лупу: то, что надо! Невооруженным взглядом ни за что не заметишь, нетрудно будет убедить копов, что их коллеги при осмотре машины эти следы взлома просто пропустили.  — Ну, что же, пора остудить пыл папаши, — со злой улыбкой проговорил он. — Надеюсь, выйдя из камеры, Сара сама решит развестись с этим козлом. И отсудит у него половину имущества в качестве алиментов.  Винчестер прошел в гостиную, поймал взгляд Сэма и твёрдо кивнул.  — Все, как мы предполагали, — сообщил он. — Свидетель был прав, машину взламывали.  — Что?! — аж подпрыгнул Стивен. — Какой еще свидетель?  — Мы ведь поэтому и открыли дело заново, — принялся вдохновенно врать Дин. — Какой-то подросток видел, как возле вашей «Ауди» крутился подозрительный тип. Наверняка приметил дорогой автомобиль и решил, что в нем можно что-нибудь стянуть. Именно он и выпустил Шарлотту.  — Зачем? — тупо спросил Даутвейт.  — Она ведь скорее всего испугалась бы незнакомого мужчину, верно? — подсказал Сэм. — Подняла бы крик, привлекла к нему внимание… Моя версия такова: грабитель вытащил ее из кресла, сунул ей в руки куклу, чтобы не плакала, — и девочка пошла гулять.  — Но… я не видел на дверце следов взлома, — неуверенно пробормотал Стивен. — И полиция ничего такого не говорила…  — Вы были в шоке, — уверенно напомнил Дин. — А полиция… мне неловко это признавать, но… все ведь люди, всем свойственно ошибаться. Вина матери казалась им очевидной, и они просто не посмотрели как следует. — Он огорченно покачал головой. — Впрочем, в защиту этих ребят могу сказать, что я и сам бы ничего не заметил, если бы не искал следы взлома специально. Их почти не видно, только в лупу удалось рассмотреть.  — Значит, Сара не виновата… — пробормотал Даутвейт. — Просто какой-то гад хотел ограбить машину и убил мою дочь!  «Твою дочь! — раздраженно подумал Дин. — А что насчет того, что Шарлотта была и ее дочерью тоже?» — Сара совершенно точно не виновата, — заверил его Сэм и деловито уточнил: — Кстати, из «Ауди» что-нибудь пропало? Вы, конечно, пережили тяжелый стресс и могли сразу не заметить, но…  — Мы никогда не оставляем в машине ничего ценного, — поджал губы Даутвейт. — Я даже айпод вынимаю из разъема и забираю с собой. Жена, бывало, бросала на сиденьи сумочку или даже кошелек, но я быстро отучил ее от такой безалаберности!  «Ничего ценного, ага, — мысленно фыркнул Дин. — Ребенок, надо полагать не считается. Вот айпод — это да, дорогая вещь».  — Проверьте на всякий случай, — настоятельно посоветовал Сэм. — Не обязательно прямо сейчас, но если вор все-таки украл что-нибудь…  — Говорю же, нечего там было красть! — отрезал Стивен. — У вас есть еще вопросы?  — К вам — нет, — покачал головой старший Винчестер. — Но мы хотели бы также поговорить с Тео и его бабушкой. У нас ведь верно записано, что с вами живет мать Сары?  — Жила, — скривился тот. — Как только жену арестовали, я тут же дал старой карге под зад коленом. Мало того, что она десять лет сидела на моей шее, так еще и вечно настраивала свою дочку против меня. Мол, я грубый и плохо с ней обращаюсь. Конечно, плохо! В родном свинарнике с хрюшками ей, надо полагать, намного лучше было!  «Где угодно лучше, чем рядом с таким хряком, как ты», — подумал Дин, но вслух проговорил другое: — И где сейчас Линда? — Понятия не имею, — раздраженно фыркнул «хряк». — Убралась на свою ферму, надо полагать. Хотя не уверен, что за столько лет она не развалилась от старости. Впрочем, меня это не волнует. Был грабитель или нет, но именно Сара бросила мою дочь без присмотра, так что я все равно не хочу больше видеть в своем доме ни ее, ни ее полоумную мамашу.  ✯ ✯ ✯ Уйти от Даутвейта было облегчением: Дин все с большим трудом боролся с желанием врезать ему хорошенько. Встреть он подобного типа в баре или на улице, точно не удержался бы, но роль федерального агента однозначно не предполагала рукоприкладства.  — Не хотите присутствовать при нашем разговоре с Тео? — спросил Сэм, а Дин мысленно скрестил пальцы: «Пожалуйста, пусть он откажется!» — Мне некогда, — буркнул Стивен. — Из-за всех этих событий я вынужден был взять отпуск, но все равно приходится работать из дома, иначе моя фирма просто развалится. Так что беседуйте с парнем сами.  — По правилам, при допросе несовершеннолетних свидетелей должен присутствовать родитель или социальный работник, — деловым тоном напомнил Сэм. — Нам бы не хотелось, чтобы позже вы обвинили нас в нарушении протокола.  — Я не возражаю, — отмахнулся Даутвейт. — Можете отметить это в своих бумагах, я подпишу.  — Хорошо, — в голосе Сэма прозвучало нескрываемое облегчение, и Дин подавил улыбку: этот тип и мелкого достал до самой печёнки!  Винчестеры поднялись наверх, миновав несколько дверей, остановились у той, на которой было написано «Теодор», и постучались. Им открыл худенький темноволосый мальчик, ничем не напоминавший свою мать кроме печального, какого-то обреченного выражения лица. Покрасневшие глаза говорили о том, что совсем недавно ребенок плакал.  Переступив порог комнаты, Дин незаметно включил в кармане датчик ЭМП, но прибор молчал: если здесь и была призрачная энергия, то совсем слабая.  — Тео, — мягко проговорил Сэм. — Мы — агенты ФБР и хотим помочь твоей маме. Ты ответишь на наши вопросы?  — Мамочка ни в чем не виновата! — сдавленно проговорил мальчик, утирая вновь хлынувшие из глаз слезы. — Это я… я злился на Шарлотту! И поэтому она умерла… но я не хотел… чтобы так… Не желал ей смерти! Просто мама все время возилась с ней, а про меня как будто забыла.  — Твоей вины в смерти сестренки нет, — заверил его Сэм.  — Но я… — Тео громко всхлипнул. — Я сказал… что хотел бы, чтобы Шарлоты вообще не было. Что мне она не нужна!  — Можешь рассказать, что случилось в тот день в парке? — спросил Дин. — Твоя мама говорила, что вы поссорились.  — Там был клоун, — мальчик снова вытер глаза худеньким кулачком. — У входа… он давал всем детям леденцы на палочке. Такие красивые, разноцветные… Я даже не успел попробовать! Шарлотта уронила свой, и начала реветь, и тогда папа… он отобрал конфету у меня и отдал ей, чтобы она замолчала. Но это был мой леденец!  — Понимаю, ты расстроился! — сочувственно проговорил Сэм.  — Мамочка сказала, что купит мне другой, на я хотел именно тот! — на лице Тео появилось несчастное выражение. — Мне его клоун дал! Я ответил: лучше этой глупой малявке другой купите, но папа разозлился и ударил меня по лицу.  — Тео, а давно у тебя этот браслет? — вдруг спросил Сэм, настороженно рассматривая запястье ребенка. Дин проследил за его взглядом: руку мальчика украшала не слишком изящная цепочка, кое-где тронутая ржавчиной.  «Чистое железо, похоже, — подумал он. — Мальчишку кто-то пытался защитить от призрака!» Тео смутился и поспешно одернул задравшийся рукав, пряча браслет.  — Папа будет ругаться, если узнает, что я сохранил его, — пробормотал он. — Бабуля Линда мне дала это после смерти Шарлотты и заставила пообещать, что я никогда его не сниму. Папа так разозлился! Назвал бабулю тупой суеверной старухой и прогнал из дома, а потом сорвал с меня браслет и швырнул в мусор. Я ночью прокрался и забрал его, но папа об этом не знает.  — Можно мне посмотреть? — мягко попросил Сэм. Мальчишка протянул руку, снова задирая рукав.  — Твоя бабушка была права. — Сэм пробежался кончиками пальцев по звеньям цепочки и напряженно улыбнулся. — Это… хорошая вещь, и тебе нужно носить его.  — Нико он тоже не понравился, — поведал Тео. — Он сказал, это это — гадость, и если я не выкину его, то он больше не будет со мной дружить. Но я не хочу… Мне больше не нравится Нико, в последнее время он постоянно злится. Хорошо, что он ушел!  — Нико — это твой приятель? — небрежно уточнил Сэм. — Вы вместе играете?  — Он был моим лучшим другом, сколько я себя помню, — хмуро ответил мальчик. — Приходил всегда, когда мне было грустно, и говорил разные смешные вещи. С ним было весело!  А потом, когда родилась Шарлотта, Нико сделался таким гадким! Уговаривал меня делать плохие вещи: щипать малышку, когда мама не видит, чтобы она орала, предлагал украсть папины таблетки и насыпать ей в бутылочку! Я не хотел, и Нико называл меня слабаком и мямлей.  — Ты рассказывал об этом родителям? — спросил Дин. — Неужели они после такого позволяли тебе дружить с Нико?  — Мама с папой никогда его не видели, — насупился Тео. — Нико не приходил, если кто-то из них был рядом. И не велел мне говорить про него. Сказал, что если они узнают, то запретят нам играть вместе.  — А как выглядит Нико? — Сэм тщательно подбирал слова, опасаясь напугать мальчика. — Можешь его описать?  — Вот так. — Тео подошел к зеркалу и ткнул пальцем в стекло.  — Но… это же ты, — не понял Дин.  — Нико выглядит так! — твёрдо повторил мальчик. — Как я, только он все время бледный. Даже летом не загорает.  — Ладно… — Сэм явно пришел к каким-то выводам, и, судя по выражению его лица, выводы эти ему категорически не нравились. — Спасибо, что поговорил с нами. Не снимай браслет своей бабушки, что бы папа тебе ни говорил. И… скажи, ты можешь украсть на кухне соль, чтобы твой отец не заметил?  — Наверное. — Тео задумчиво сдвинул брови. — А зачем?  — Это такая игра, — натянуто улыбнулся Сэм. — Держи в кармане солонку, а если Нико снова придет и начнет предлагать тебе делать плохие вещи, кинь в него горсть соли. Его это напугает.  — Хорошо, — согласился мальчик. — Так и сделаю. — Он поколебался и с надеждой уточнил: — А мамочка скоро вернется домой?  — Скоро, — пообещал Сэм.  Они вышли из комнаты и старший Винчестер хмуро проговорил:  — Ты думаешь, что этот Нико — призрак.  — Ага, — подтвердил Сэм. — Но, кажется, все куда хуже, чем я предполагал. И у меня появился еще один вопрос к милейшему мистеру Даутвейту.  ✯ ✯ ✯ — Вы закончили? — мрачно спросил Стивен, когда Винчестеры снова спустились в гостиную. — Теперь, наконец, оставите нас в покое?  — Да. — Сэм в упор посмотрел на него. — После того, как вы ответите: у Тео был брат-близнец?  — Какое это имеет отношение к… — задохнулся от ярости Даутвейт. — Сколько можно лезть в нашу жизнь и бередить наши раны?  — Был или нет?  — Нет! — огрызнулся тот. — По факту, его никогда не было. Моя жена действительно носила близнецов, но второй мальчик незадолго до родов перестал развиваться. Врачи сказали, что плод мертв, и чтобы спасти живого, нужно немедленно делать кесарево. Тео тоже едва выжил. И мы никогда не говорили сыну про умершего брата… вообще никому! Не понимаю, как вы узнали.  — Неважно, — проговорил Сэм. — Спасибо за сотрудничество, мистер Даутвейт. Теперь мы вас оставим.  — Однояйцевые близнецы, — пробормотал Сэм, когда они покинули дом и забрались в салон «Импалы». — И один из них умер еще в утробе! С таким мы еще никогда не сталкивались.  — И что? — фыркнул Дин. — Надо просто выяснить, где они похоронили мертвого младенца, и сжечь кости.  — Не все так просто, я думаю… — нахмурился Сэм. — Уничтожить тело, скорее всего, недостаточно. Дух привязан не к нему, а к выжившему брату. Но не можем же мы сжечь живого мальчишку!  — Не можем, — согласился Дин. — Но почему ты решил, что… — Потому что призрак взрослеет! — напомнил Сэм. — По словам Тео, Нико выглядит так же, как и он. Точь-в-точь, только бледный. Находясь в материнской утробе однояйцевые близнецы фактически представляют собой единый организм. Душа нерожденного брата вселилась в выжившего и росла вместе с ним. До поры Нико был для Тео лучшим другом, но мы знаем, что с годами призраки теряют рассудок. Появление Шарлотты и явная обида Тео на родителей, которые стали уделять ему меньше внимания, завершило процесс: дух озлобился и сделался «гадким». Он очень опасен, и я совершенно не представляю, как его остановить.  — Может, железный браслет решил проблему? — с надеждой предположил Дин. — Ну, если призрак привязан к телу Тео, то… железо же изгонит его, верно?  — Полицейские в участке погибли уже после того, как Линда надела на внука цепочку, — напомнил Сэм. — Выходит, дух никуда не делся, просто не может больше приблизиться к брату. И от этого злится еще больше.  — Кстати, о полицейских. — Дин завел мотор и медленно выехал с подъездной дорожки перед домом Даутвейтов. — Давай все-таки заглянем в морг? Проверим тела датчиком ЭМП, вдруг их вовсе и не призрак убил. Мало ли, кому копы могли насолить. Какой-нибудь торчок, которого они арестовали… — И который умудрился пробраться в участок и придушить двух тренированных офицеров шнуром от телефона, да еще так, что остальные копы ничего не заметили? — приподнял брови Сэм. — Ты веришь, что такое возможно?  — Нам нужно попасть в морг, — упрямо проговорил Дин. — И убедиться.  — Ага, — согласился Сэм. — Но лучше сделать это ночью, а сейчас поедем разыщем Линду. Она пыталась защитить внука, значит, догадывается о чем-то. И по крайней мере скажет, что Даутвейты сделали с умершим младенцем. Отец, судя по всему, просто оставил бы его в больнице, как… отходы. Но мать могла захотеть похоронить мертвого сына. И даже дала ему имя… не сам же он назвал себя Нико. Сжечь кости в любом случае не помешает, если это и не убьет дух, то хотя бы немного ослабит.  — А тебе не кажется, что Даутвейт может стать следующей жертвой? — спросил Дин. — Он сказал, что собирается прогнать Сару, даже если ее оправдают, а значит призрак может ополчиться и на него тоже. Не то, чтобы мне было его жалко, но… — И что мы можем сделать? — развел руками Сэм. — Насыпать соль вокруг дома? Так он заметит и, чего доброго, полицию вызовет! Нет, единственный способ спасти этого типа — побыстрее разделаться с мстительным духом. — Он на мгновение задумался и вдруг спросил: — Кстати, о его жене. Нафиг ты ляпнул про свидетеля? Где мы его возьмем?  — Да брось! — пожал плечами Дин. — Сунем полтинник какому-нибудь подростку, и он подтвердит, что был в тот день в парке и видел как некий чувак подходил к «Ауди». Даст общее описание, которое может подойти к кому угодно… а дальше пусть копы ищут ветра в поле.  — Ладно, — согласился Сэм. — Так и поступим.  ✯ ✯ ✯ Отыскать старую ферму в пригороде Дир-Лоджа оказалось нелегко. В материалах дела не было адреса, и лишь долгие расспросы местных жителей наконец привели Винчестеров на порог ветхого дома, который выглядел совершенно непригодным для жизни.  При жизни отца Сары, Кайла Эпплтропа, ферма процветала, но с его смертью пятнадцать лет назад, стала стремительно приходить в упадок. Выйдя замуж за Даутвейта, Сара забрала к себе мать, и дом простоял заброшенным все последнее десятилетие. Когда-то добротные доски подгнили от сырости и были обильно тронуты плесенью, оконные стекла были давно разбиты местными хулиганами, — сейчас окна были кое-как загорожены фанерой и завешены старыми одеялами.  — Этот ублюдок выгнал старую женщину в такую дыру! — возмутился Дин, брезгливо рассматривая провалившиеся ступеньки и криво висящую на одной петле входную дверь. — Да его за такое убить мало!  — И не говори! — согласно кивнул Сэм. — Мерзавец редкостный!  Братья постучали, и через некоторое время за дверью раздались неуверенные шаркающие шаги. Открывшая дверь пожилая женщина куталась в видавший виды шерстяной плед, несмотря на то, что на улице было почти жарко, и испуганно смотрела на визитеров слезящимися, подслеповатыми глазами.  — Линда Эпплтроп? — вежливо спросил Сэм. — Мы — специальные агенты ФБР и хотим задать вам пару вопросов. Вы позволите зайти?  Женщина безнадежно кивнула и посторонилось. Из дома на Винчестеров пахнуло застарелой сыростью и запахом плесени.  — Смотрите под ноги, молодые люди, половицы местами сгнили, — тихо проговорила Линда и с горечью добавила: — Я не могу сама их починить, а на мастера нет денег. И на новые доски тоже… Уж простите, что приходится принимать вас в таком… сарае.  Миновав темный коридор, они оказались в гостиной — на удивление чистой, хотя все здесь буквально кричало о крайней нищете. Линда, похоже, приложила немало усилий, наводя здесь порядок: просушила половики и подушки на солнышке, вычистила скопившуюся за долгие десять лет грязь.  — Я поставлю чайник, — утвердительным тоном проговорила она. — Заварки, правда, нет, но на огороде сохранились кое-какие травы. Мята, чабрец, душица… Это вкусно!  — Спасибо, вы очень любезны! — улыбнулся Сэм. — Обожаю травяной чай!  — Как вы здесь живете? — не подумав, ляпнул Дин. — Это же… Щеки Линды вспыхнули от стыда, но она с достоинством проговорила:  — Я не жалуюсь. Пенсия у меня, конечно, небольшая, но дом, хоть и старый, все еще крепкий. Даже крыша почти не течет! И у меня есть огород! Я посадила кое-какие овощи — сделаю запасы на зиму, а излишки продам, и тогда мне хватит денег, чтобы вставить новые стекла и купить дров на зиму.  «Если дочь унаследовала силу духа матери, то как, во имя всего святого, она могла выйти замуж за такого скользкого урода, как Даутвейт?» — изумился про себя Дин, но вслух сказал: — Вы можете подать в суд на зятя и потребовать компенсацию. Десять лет вы ухаживали за его детьми, и имеете право…  — Мне ничего не нужно от Стивена, — поджала губы Линда. — Я только… беспокоюсь о Тео.  — Именно о нем мы и пришли поговорить, — вмешался Сэм, помогая женщине расставлять на шатком столе разномастные чашки и разливать в них душистый, исходящий паром травяной чай.  — С мальчиком все в порядке? — взволнованно спросила она.  — Да, — подтвердил Сэм и добавил: — Благодаря вам. Тео носит браслет, который вы ему подарили. И мы хотели спросить: вы ведь не случайно надели на внука цепочку из чистого железа? Что вы знаете?  — Вы не поверите, если я расскажу, — поморщилась Линда.  — Поверим, — твёрдо сказал Сэм. — Мы знаем, что железо защищает от призраков. Речь идет о близнеце Тео, да? Том, который умер в утробе?  — Николас… — она болезненно скривилась. — Бедный малыш… Сара так плакала, когда после УЗИ ей сообщили, что один из ее мальчиков… Что он уже… Пришлось пойти на преждевременные роды, чтобы спасти хотя бы Тео.  — А что вы сделали… с телом? — Дин отпил травяной отвар, даже не почувствовав вкуса.  — Похоронили, — дрожащим голосом призналась Линда. — Прямо здесь, под старым дубом, где Сара любила играть девочкой. Никто нам не препятствовал: юридически Николас никогда не был… живым. Никого не волновало, что будет с его… трупиком. Мы только от Стивена все скрыли, он бы не одобрил. Убедил себя, что второго ребенка вообще не было.  — А Тео когда-нибудь рассказывал вам, что умерший брат приходит к нему поиграть? — уточнил Сэм.  — Никогда, — созналась она. — Я… сама догадалась. Случайно услышала, как внук в своей комнате спорит с… кем-то. Сначала подумала, что он ругается сам с собой: второй голос был точь-в-точь как голос Тео, только… какой-то тихий. Почти потусторонний. Этот голос убеждал Тео, что маленькая Шарлота… что ее нужно…  — Убить? — подсказал Сэм.  — Да, — вздохнула Линда. — Взять из кроватки подушку и положить малышке на лицо. — А Тео кричал, что не будет этого делать, что ему жалко сестренку! Я тогда так испугалась… Думала, наш мальчик сходит с ума, что у него раздвоение личности — или как называют такие отклонения. И только когда кроха утонула, я поняла… Это не психическая болезнь, это — Николас!  — Простите, миссис Эпплтроп, но нам придется… выкопать тело вашего умершего внука, — виновато проговорил Сэм. — Чтобы защитить Тео, кости второго близнеца нужно сжечь.  — Я уже сделала это, — проговорила она. — Посыпала солью и подожгла!  — Откуда вы узнали? — удивился Дин.  — Когда я была ребенком, в нашей деревне жил один человек… не знаю его фамилии, все называли его просто Билли. Он был странный, часто уезжал куда-то на своем древнем пикапе, держал в доме разные непонятные вещи… Родители запрещали своим детям приближаться к его жилищу, но вы ведь знаете, каковы ребятишки… Как-то в отсутствие Билли мы влезли в его хижину… Там было так жутко! Стены изрисованы какими-то символами, с потолка свисали связки трав, на полках склянки с порошками и разнообразное оружие! А еще книги! Очень много книг! Я… заглянула в одну. В ней было написано про мстительных духов… Тогда я решила, что это просто страшилка. Но запомнила, что нужно делать, если… — Билли был охотником, — сообщил ей Сэм. — Есть такие люди, которые сражаются с разными… сверхъестественными монстрами. В том числе и с призраками.  — Вы ведь не из ФБР, да? — приподняв бровь, спросила она.  — Нет, — подтвердил Дин. — Мы тоже охотники. И приехали сюда, чтобы разобраться с духом, убившим вашу внучку. И, судя по всему, еще двоих человек. Но если вы уже сожгли тело…  — Кстати, когда вы это сделали? — включился в разговор Сэм. — До прошлой ночи или после?  — Сразу после гибели Шарлотты, — сообщила Линда. — Когда Стивен выгнал меня из дома.  — А Уоррен и Лэндри умерли уже после этого… — поморщился младший Винчестер. — Значит, я был прав. Призрак Николаса привязан не к останкам, а к своему живому брату.  — Мы еще не уверены, что полицейских задушил именно он, — напомнил Дин.  — Да брось, — отмахнулся Сэм. — Конечно, мы уверены. Просто ты не хочешь это признавать!  — Ладно, допустим, — поджал губы Дин. — Кости сожжены, а Тео защищен чистым железом, но призрак продолжает убивать. И как нам его упокоить?  — Лучшее, что приходит мне в голову — экзорцизм, — хмурясь, проговорил Сэм. — Не классический, конечно, мы же не с демоном имеем дело… Но нам следует каким-то образом отделить душу мертвого близнеца от его живого брата. Разрушить привязку, и тогда, возможно, призрак обретет покой.  — Ты знаешь, как это сделать?  — Нет. — Сэм поморщился. — Даже в записях Просвещенных не упоминается ничего подобного. Придется придумывать ритуал самим. С учетом всего, что мы знаем о мстительных духах.  — В такие моменты мне очень не хватает Бобби, — с горечью признался Дин. — Уж он бы нашел способ…  — Есть еще Кас, — неуверенно проговорил Сэм. — Что если его благодать способна очистить душу Тео? Конечно, для этого ему придется дотронуться до нее… и вряд ли Стивен позволит нам…  — Это же чертовски больно, Сэмми! — напомнил Дин. — И опасно! «И для ангела прикосновение к душе — нечто особенное, так что я не хотел бы…» — подумал он, но вслух добавил: — И Кас сейчас все равно занят.  — Да, — согласился Сэм. — Для начала попробуем другие варианты. Я позвоню Чарли и попрошу ее порыться в библиотеке, вдруг она найдет что-нибудь полезное.