Bring It Back

— Так что, Кас в последние недели спал в твоей комнате? — невинно улыбаясь, поинтересовался Сэм.  — Ну, тут такое дело… — Дин преувеличенно небрежно пожал плечами. — Чувак ведь снова лишился своих сил, а ты сам знаешь, насколько это болезненно для него. Вот я и подумал: лучше уж присмотреть за ним, чтобы не впадал в отчаяние.  Он совершенно не хотел рассказывать брату про слова Гадриэла и то, что тот разглядел какие-то там нити, связывающие его душу с благодатью Каса, — а не то сучка-переросток будет подкалывать его остаток жизни. — Присмотреть… — закатил глаза Сэм. — Ну, разумеется.  — Мы не спали вместе, если ты об этом, — огрызнулся Дин. — Я притащил для него пару матрасов. И вообще, мне в тот момент было не до… всяких глупостей: ты в отключке, Кас без благодати, да еще и Стайн этот… Я просто запер его в первой попавшейся спальне, и лишь потом сообразил, что это — комната Каса. Ну, вот и… — Конечно-конечно. — Засранец кивнул с самым серьезным видом. — Я все понимаю, нет нужды оправдываться. И, заметь, я даже не спрашиваю, отчего твоя комната полностью разрушена. И коридор рядом с ней. Очевидно же — это произошло потому, что ты за ним просто присматривал.  Он удалился к себе, ухмыляясь во весь рот, а Дин, матерясь сквозь зубы, поплелся в пещеру. Кас попросил его не рассказывать Сэму про перо и особенно про то, что после ритуала, как он сам выразился, «проявил слабость». Он выглядел таким смущенным, что Винчестер немедленно пообещал, хотя идея скрывать правду от брата и казалась ему неправильной. Пусть бы узнал, чем пожертвовал ангел ради его спасения! Но Кас, очевидно, все еще испытывал стыд от потери пера, и Дин не чувствовал себя вправе отказать в его просьбе.  Чарли тоже ничего не знала: добровольно взяв на себя опеку над Сайрусом, она как раз в это время утащила его в Хестингс, на встречу с каким-то «давним знакомым», который обещал обеспечить парнишку новыми документами, поэтому оба они пропустили разыгравшуюся в бункере драму.  Всю правду знал только Кроули, но Дин почему-то не сомневался, что он будет молчать. Во время ритуала демон смотрел на Каса так, словно видел его впервые, но, вопреки своему обыкновению, удержался от ехидных комментариев, за что Дин был ему очень благодарен. А когда все закончилось, прихватил Ровену и свалил, на прощанье напомнив, чтобы Винчестеры поскорее избавились от Книги Проклятых.  Вот только разруху, учиненную Касом в спальне Дина, скрыть было невозможно. Конечно, и Сэм, и Чарли ее заметили — и поняли по своему. Подруга весь ужин бросала на них двоих такие многозначительные взгляды, что впору было провалиться сквозь землю. А теперь и братец принялся подкалывать.  «Они что, всерьез думают, что мы тут трахались, да так активно, что разломали все вокруг? — раздраженно думал Дин. — Придурки!» В пещере Винчестер застал Каса, который уже притащил туда подушку и одеяло, застелил диван постельным бельем, и направлялся к выходу.  — Эй, ты куда собрался? — возмутился Дин.  — Я снова не нуждаюсь в сне, так что нет никаких причин продолжать нарушать твое личное пространство, — бесстрастно отозвался ангел.  «Он хотел сказать, что его благодать восстановилась, и мое общество больше не нужно, чтобы ее поддерживать, — подумал Дин, едва скрыв болезненную гримасу. — Но отпустить его… после сегодняшнего… Просто — нет!» — Но… Кас, погоди! — Дин встал в дверях, не позволяя ему выйти. — Останься со мной еще на одну ночь, ладно? Только сегодня! Завтра я первым делом переселю Сайруса куда-нибудь, и ты сможешь вернуться к себе.  — Не стоит беспокоить мальчика, — заметил ангел. — Я могу проводить ночи в библиотеке, за чтением. Мне же не нужна кровать.  — Может, и не нужна, — насупился Дин. — Но здесь твой дом, и значит, у тебя должна быть своя комната. Так положено, понимаешь?  — Ладно. — Кас пождал губы. — Ты поэтому просишь, чтобы я остался? Потому что моя спальня занята?  — Ну, не только… — неохотно признался Винчестер. — Я… ты очень напугал меня сегодня, чувак. И мне бы не хотелось, чтобы ты оставался один.  — Я дал тебе слово, — напомнил Кастиэль. — Это… была минутная слабость. Она не повторится.  — Хорошо. — Дин взял его за плечи и твёрдо посмотрел в глаза. — Но… приятель, я уснуть не смогу, если ты будешь… где-то там. Не потому, что не верю твоему слову, просто… такое свойственно людям, понимаешь? После сильного стресса нелегко сразу… перестать беспокоиться. Даже если для этого нет причин. Я буду паниковать и вскакивать каждые пятнадцать минут, чтобы убедиться, что ты в порядке. Так что окажи мне услугу: побудь здесь сегодня ночью, ладно?  — Ну, если так, то конечно, я останусь, — улыбнулся Кас. — Присмотрю за тобой, пока ты будешь спать.  — Я говорил тебе, что это… в некотором роде жутко? — не скрывая облегчения, ухмыльнулся Дин. — Когда ты пялишься на меня спящего. — Говорил. — Кастиэль скопировал его ухмылку. — Ложись спать, Дин.  Он уселся на пол, вытянув ноги и прислонившись к дивану спиной. А Винчестер наощупь нашел его руку и сжал: именно так он засыпал все последни дни, и совершенно не желал от этого отказываться.  ✯ ✯ ✯ Дин бежал изо всех сил. Легкие горели от недостатка кислорода, пот застилал глаза, но расстояние между ним и Касом, сидящим на бревне в роще, не сокращалось. Тропинка словно удлинялась, не давая Винчестеру приблизиться, его отчаянные крики относил в сторону ветер, а Кас… Он не замечал Дина. Все его внимание было сосредоточенно на сверкающем стальным блеском лезвии клинка.  Будто в замедленной съемке Винчестер наблюдал, как ангел поднял его и с силой вонзил в собственную грудь.  — Не смей, Кас! Нет!!! — заорал он, но даже сам не услышал собственного вопля: его заглушил шум крови в ушах.  Ослепительный свет хлынул из раны, а также из глаз и распахнутого в крике рта Кастиэля. Тот рухнул на землю — и в этот момент проявились крылья. Огромные, белоснежные, излучающие неземное сияние; они бились в агонии, пачкаясь в грязи и поднимая вокруг себя вихрь из листвы и мелких веточек. А несколько секунд спустя безжизненно замерли и начали обугливаться. Исчезать на глазах, превращаясь в бесплотные, пепельные следы на земле.  Тропинка наконец перестала удлиняться и бегущий Дин почти врезался в мертвого ангела, падая перед ним на колени и захлебываясь от рыданий.  — Нет… — всхлипывал он, тряся опустевший сосуд за плечи. — Не может быть… Нет!  — Дин, — вдруг позвал его знакомый хриплый голос, хотя застывшие губы сосуда не двигались. — Все хорошо, Дин. Проснись!  Винчестер распахнул глаза, и сквозь дымку застилавших их слез увидел склонившегося над ним Кастиэля — живого и здорового.  — Тебе снился кошмар, — словно извиняясь, констатировал ангел. — Я решил, что лучше тебя разбудить.  — Кошмар, ага… — голос Дина звучал надломленно, словно он и в самом деле сорвал его в крике. — Я… орал или что?  — Нет, только метался во сне и всхлипывал, — ответил Кас. — Не хочешь рассказать, что ты видел?  — Нет, — огрызнулся Дин.  «О, знаешь, ангел, мне просто в очередной раз, уже как минимум сотый за последние месяцы, приснилась твоя смерть. С тех пор, как я встретил будущего себя на той самой тропинке, я переживаю ее почти каждую ночь. Ты все время умираешь самыми разными способами, а я не могу это предотвратить!» — Я хотел бы тебе помочь, — неуверенно проговорил Кастиэль. — Говорят, что если рассказать о своем кошмаре…  — Сказал же: я в порядке! — перебил его Дин. — И в мозгоправе не нуждаюсь! Тем более, что из тебя он — так себе.  — Хорошо, — согласился ангел и опять уселся на пол, отвернувшись от Винчестера.  Примерно через час, в течение которого Дин безуспешно пытался снова заснуть, он не выдержал и тихо спросил:  — Эй, Кас… Ты ведь говорил, что после смерти я попаду в Рай?  — Несомненно, — отозвался ангел таким спокойным тоном, словно Винчестер не нахамил ему совсем недавно. — И ты, и Сэм. Ваши души помечены Небесами, тебе даже Кроули об этом сказал.  — Значит, в Рай… — задумчиво проговорил Дин.  — А тебе снова снилось, что ты в Аду? — мягко спросил Кас.  — Нет. — Винчестер поморщился. Кошмары про Ад действительно прекратились несколько месяцев назад, и даже воспоминания о них потускнели и больше не причиняли боли. — Не в Аду. Просто… Я хотел бы знать…  — Что именно?  — Кроули говорил про Пустоту, — неуверенно сознался Дин. — Что все, у кого нет души, попадают туда.  — Пустота тебе точно не грозит. — В голосе Каса прозвучало искреннее удивление. — Неужели ты об этом беспокоишься? Но почему? Туда попадают только ангелы, никогда не имевшие души, и демоны, чьи души сгорели в Аду, и от них остался только дым. Но не люди.  — А какая она, эта Пустота? — тихо спросил Дин. — Ты знаешь? — Никто точно не знает, — в темноте Винчестер едва различил, как Кастиэль пожал плечами. — Но, думаю, название говорит само за себя: там пусто. Ничего нет! Ни пространства, ни времени, ни памяти… ни тени растворенных там сущностей. Очевидно, они просто перестают существовать. Во всех смыслах.  — Значит, никакой жизни после жизни? — голос Дина дрогнул. — Вообще?  — Жизнь ангелов и так невероятно долгая, — ровным голосом ответил Кас. — И то, что в конце их ждет покой… не так уж плохо.  — Покой? — разозлился Дин. — Разве это покой?! Лично я не хотел бы лишиться памяти о тех, кто был мне дорог, обо всем, что считал важным — даже о собственной личности. В Раю люди хотя бы могут общаться с теми, кого любили при жизни…  — Нет, не могут, — проговорил Кас. — Прости, Дин, но Небеса тоже несовершенны. Каждая душа помещается в индивидуальный участок Рая, который сама же и создает в соотвествии со своими представлениями о счастье. И, конечно, человека там окружают люди, которых он любил при жизни. Но это не они сами, то есть не их души, — а лишь память умершего о них. — Ага, я в курсе, — усмехнулся Дин. — Почему-то ангелы не стерли наши с Сэмом воспоминания о последнем посещении Рая, так что я примерно представляю, как там все устроено. Но… чувак, ты не знаком с Эшем.  — Кто такой Эш?  — Гений. — Дин тепло улыбнулся. — Демоны убили его, когда он помогал нам разыскать Азазеля и других детей, которых тот отравил своей кровью. Так вот, парень неплохо устроился в Раю: выяснил механику перемещений между этими вашими индивидуальными «клетками», ходит в гости к друзьям и помогает им общаться между собой. А когда узнал, что мы с Сэмом попали на Небеса, — Эш сказал тогда: «снова», — он тут же пошел нам навстречу и даже спрятал от Захарии.  — Когда это было, Дин? — уточнил Кас.  — В тот раз, когда ты попросил нас добраться до Сада и поговорить с Джошуа о Боге, — напомнил Дин. — И вот что, приятель: когда снова окажешься на Небесах, не смей пытаться найти Эша или как-то помешать ему. Во-первых, он все равно придумает, как обойти все запреты, а во-вторых… ты ведь сам говорил, что соблюдение правил не привело ангелов ни к чему хорошему. Так что с того, что кто-то в Раю нашел способ их нарушить?  — Мне бы и в голову не пришло обидеть твоего друга, — заверил Кастиэль. — Но я хотел бы познакомиться с ним. Быть может, этот Эш помог бы мне… изменить Рай, чтобы души людей были там по-настоящему счастливы, а не жили среди воспоминаний.  — Чувак, ты — лучший! — с чувством проговорил Дин. — Но это возвращает нас к вопросу о Пустоте. Когда я окажусь в Раю, то хочу встретить там настоящего тебя, а не воспоминание о тебе. Ты должен жить, чтобы найти меня там после моей смерти, понимаешь?  — Дин, но… — голос Каса охрип от волнения. — Ты… правда этого хочешь?  — Ангел, не тупи. — Винчестер слегка сдвинулся к краю дивана, чтобы уткнуться лбом в его спину. — Какой Рай без тебя?  ✯ ✯ ✯ Кастиэль мягко прикоснулся благодатью к сознанию Дина, погружая его в глубокий сон без сновидений, и сморгнул выступившие на глазах слезы. Эмоции переполняли его, грозя перерасти в бурные рыдания, волной подступившие к горлу и сдавившие его так сильно, что Кас не смог выжать из себя ни слова в ответ на последнее замечание Винчестера.  «Какой Рай без тебя?» Означало ли это, что Дин хочет видеть его рядом до конца вечности? Чтобы Кас был частью его посмертия вместе с теми, кого он любил при жизни?  С другой стороны, а что еще это могло означать?  Ангел все еще испытывал невообразимый стыд, при каждом движении крыльев ощущая прореху на месте вырванного пера. Дина это не волнует, он назвал дефект в крыльях Кастиэля знаком почета, но он — человек, и не понимает до конца… А другие ангелы, они…  Ишим ничего не заметил, но, скорее всего потому, что был в ярости, и по этой причине неправильно истолковал очевидный стыд собрата: решил, что тот чувствует себя опозоренным, поскольку его уличили в неподобающей связи с человеком. Разве стал бы Кас этого стыдиться? Он любил Дина и готов был с признать эту любовь перед всеми братьями. А если бы Винчестер ответил на его чувства, то Кастиэль испытывал бы только радость и гордость. И порицание ангелов не имело бы значения.  Но ведь и частью своей сущности он пожертвовал ради этой любви. Тогда почему его волнует, что братья осудят этот поступок?  «Спасти друга — это не позор, а подвиг, — сказал Дин. — Ты поступил так, как могут поступить лишь лучшие из лучших».  Разве он неправ? И разве слова, произнесенные Винчестером несколько минут назад, не искупали любую жертву? «Какой Рай без тебя?» Дин хочет, чтобы Кастиэль нашел его на Небесах. И ради этого он будет жить, даже если все братья решат от него отвернуться!  Он не утирал струящиеся по щекам слезы, бесстыдно наслаждаясь крепкой хваткой Винчестера на своих пальцах и теплым прикосновением его лба, прижатого к спине.  ✯ ✯ ✯ — Итак, нам нужно приготовить ингредиенты для вызова Смерти, — деловито заявил Сэм следующим утром. — Но… Вы точно уверены, что от Книги надо избавиться? Ведь если бы не она, я бы сейчас не сидел тут с вами.  — Если бы не она, ты вообще не попал бы под то проклятие, — жестко проговорил Кастиэль.  — Сэмми, вопрос закрыт, — поддержал его Дин. — Кроули тоже требовал отправить эту дрянь подальше. Сам подумай: часто ли ангелы и демоны соглашаются между собой в чем-то? И раз уж такое случилось, то нам надо как минимум прислушаться к их мнению.  — Да я не то, чтобы против… — смутился Сэм. — Просто…  — Я сказал: вопрос закрыт! — отрезал Дин. — Мы призовем Смерть и отдадим ему Книгу, чтобы она больше никогда не попала ни в чьи руки.  — Ладно, но где мы возьмем фульгурит? — нахмурился тот. — Помнится, в прошлый раз ради этого пришлось вломиться к коллекционеру редкостей.  — Доверься мне, я найду вам все, что нужно, — вмешалась Чарли, доставая из сумки планшет. — Ну, может и придется что-то из этого украсть, но ведь это ради благого дела.  — Тогда ищи, а я пока смотаюсь по магазинам, — хмыкнул Дин. — Думаю прикупить кое-что для ремонта, не вечно же мне в пещере ночевать. Кас, поедешь со мной?  — Конечно, если ты этого хочешь, — согласился ангел. Дин предпочел не заметить довольных улыбок, которыми обменялись Сэм и Чарли.  Почти все утро Винчестер потратил на уборку своей, превращенной в руины комнаты. Сгребал мусор в мешки и перетаскивал их в гараж, чтобы потом вывезти на свалку. Спасти удалось немногое: вопль боли ангела в истинной форме буквально разнес все вокруг, уничтожив оружие, развешанное по стенам, в клочья изорвав одежду в шкафу… счастье еще, что маленький снимок мамы уцелел: Дин выкопал его из-под груды обломков, отряхнул от пыли и бережно убрал в бумажник.  — Выходит, что мне нужно купить… ну, всё, — заметил он, вытаскивая последний мешок и окидывая взглядом пустое помещение. — Но сначала заделать трещины в стенах. Хорошо еще, что Просвещенные строили свой бункер на совесть, обычный дом просто рухнул бы… от такого.   — Извини, Дин, — печально проговорил Кас. — Мне жаль, что я причинил тебе… весь этот ущерб.  — Подумаешь, ущерб: просто мебель и тряпки, — отмахнулся Дин. — Мелочи! Коллекцию винила жалко, конечно, но я попрошу Чарли, и она добудет мне новые пластинки. Ничего эксклюзивного там все равно не было, на eBay наверняка все продается.  — Но тебе придется потратить много денег.  — Разорю одну из левых кредиток, — пожал плечами Дин и улыбнулся понуро стоящему в коридоре Кастиэлю: — Ну что, дружок, погнали за стройматериалами? Я научу тебя штукатурить стены! Уверен, ни одному ангелу не приходилось делать ничего подобного.  Поездка в магазин Касу понравилась. Винчестер деловито нагружал в тележку все новые материалы, и даже позволил Кастиэлю самому выбрать цвет краски, лишь усмехнувшись, когда тот остановился на небесно-голубом.  — Хочешь, у тебя тоже стены перекрасим? — подмигнул Дин. — Сделаем твою комнату такой, чтобы тебе было приятно там находиться.  — Хочу, — мягко улыбнулся ангел, добавляя в тележку еще пару банок краски. — Я нарисую на стенах облака. — Мы можем просто купить тебе фотообои с изображением неба, — предложил Дин.  — Нет, я… лучше сам. — Кас виновато пожал плечами и пояснил: — Люди… видят облака иначе, чем ангелы. Ни рисунок, ни фото не передадут их так, как хотелось бы мне. — Что ж, чувак, это твоя комната, — закатил глаза Дин. — Оформляй ее как угодно. Лишь бы тебе нравилось.  Ремонт затянулся до поздней ночи. Кастиэль оказался прилежным учеником, он внимательно выслушивал объяснения и очень тщательно выполнял любое задание, которое поручал ему Дин. И все же за день они сделали только половину работы.  — Надо съесть что-нибудь — и спать! — наконец скомандовал Дин, широко зевнув. — Я уже с ног валюсь.  — Я мог бы продолжить один, если хочешь, — предложил Кастиэль.  — Ангелам тоже надо отдыхать! — назидательно проговорил Винчестер.  — На самом деле, не надо. — Кас с усмешкой пожал плечами. — И ты это отлично знаешь.  — Доделаем завтра! — отрезал Дин.  Они спустились на кухню, где застали Чарли с кружкой кофе и лаптопом.  — Я отыскала вам отличный экземпляр фульгурита, — радостно сообщила она. — Просто огромный! Но везунчик, который наткнулся на него на пляже во Флориде, хочет выставить свою находку на аукцион. И вряд ли у нас хватит денег, чтобы ее купить. — Я тебя понял, — ухмыльнулся Дин. — Придется красть. Или, может, Кроули к нему отправить? Пусть исполнит какое-нибудь желание чувака в обмен на фульгурит.  — И заодно заключит контракт на его душу? — прищурился Кас. — Ну уж нет! Я сам… договорюсь. Может, этот человек попросит что-то, что в моих силах выполнить.  — Ага, — усмехнулась Чарли и невиннейшим тоном добавила: — Кстати, Сайрус перебрался в комнату рядом с моей. Мы с ним вдвоем навели порядок в спальне Каса и сменили белье на постели. Так что вам, ребята, больше не придется ютиться на диване.  Винчестер в ответ лишь закатил глаза, а Кастиэль очень серьезно проговорил:  — Дину, пожалуй, будет гораздо удобнее в кровати. А я в сне не нуждаюсь.  — Да как скажешь, — она подмигнула и покинула кухню, отсалютовав обоим на прощание вулканским жестом.  ✯ ✯ ✯ — Дин, наверное, будет лучше, если я отправлюсь за фульгуритом прямо сейчас, — предложил Кастиэль, глядя на зевающего во весь рот Винчестера.  — Ночь на дворе, — пробурчал Дин. — Во Флориде, конечно, на час меньше, но все равно уже поздно. — Для меня это не проблема, — улыбнулся ангел, взял со стола листок с адресом, записанным Чарли и прочитал вслух: — Ронни Уайт, 17, Уилсон Плэйс, Мельбурн. Я поговорю с ним немедленно!  Секунду спустя он был во Флориде, в маленькой запущенной квартирке, которую, кажется, не убирали годами. Все горизонтальные поверхности были завалены грязной одеждой, коробками из-под фастфуда, немытой посудой — и Кастиэль брезгливо скривился, радуясь, что ему необязательно дышать: запах в комнате стоял такой, что любого человека от него немедленно начало бы тошнить.  Хозяин квартиры — рыхлый, неопрятный парень лет тридцати, в ужасе жался к стене и выглядел изрядно напуганным. Ангел запоздало подумал, что, наверное, не следовало появляться прямо посреди комнаты, а постучать в дверь, как обычно поступают люди. Но тут же вспомнил, что явился не в гости,  а по важному делу, ради которого можно пренебречь человеческими правилами.  — Ты — Ронни Уайт? — сурово спросил он.  — Д-да, — заикаясь, проговорил парень. — А ты кто такой? И как здесь оказался?  — На днях ты нашел на пляже кристаллизованное проявление Божественной силы, — заявил Кастиэль, игнорируя его вопрос. — Вы, люди, зовете его фульгуритом. Я пришел, чтобы забрать его у тебя.  — Еще чего! — дряблые щеки Ронни задрожали. — Мне он самому нужен! Знаешь, сколько такая штука стоит?  — У меня нет денег, — признался ангел. — Ты отдашь мне фульгурит просто так. С помощью твоей находки мы с друзьями собираемся спасти мир.  Кастиэлю казалось, что любой человек должен мгновенно согласиться, услышав подобный аргумент. Ведь разве может быть что-то важнее? Должен же этот жалкий мужчина понимать, что…  — Мир? — взревел Ронни, стискивая кулаки. — В гробу я видал твой мир! Мне деньги нужны! Люси умирает, а мне нечем заплатить за операцию. Врачи сказали, что у нее остались считанные дни! Так что если хочешь получить то, за чем пришел — гони бабки! В противном случае, я предпочту спасти свою сестру.  — Чем она больна?  — Саркома, — заплывшие жиром глазки Ронни наполнились слезами. — Шансов мало, но… Я не брошу ее, чувак! У меня нет никого, кроме Люси… после смерти родителей она заботилась обо мне, работала круглыми сутками, чтобы я был сыт и одет. И теперь…  Кастиэль слушал его, а видел перед собой Сэма Винчестера. На что пошел бы тот, если бы Дина сразила смертельная болезнь? Разве согласился бы он отказаться от последнего шанса даже ради спасения мира?  — Ты прав, — мягко проговорил Кастиэль. — Твоя сестра не должна умереть. Отведи меня к ней.  — Зачем? — подозрительно спросил Ронни.  — Чтобы вылечить ее, — пожал плечами Кас. — Я — ангел, и могу это сделать.  — Так я тебе и поверил!  — Вечная проблема с вами, людьми, — закатил глаза Кастиэль. — Отсутствие веры. Давай договоримся так: если твоя сестра полностью поправится, ты отдашь мне фульгурит. Если нет — оставишь себе, чтобы получить деньги и заплатить за операцию. Что ты теряешь?  — Хорошо… — дрожащим голосом согласился Ронни. — Но… кто нас пустит в больницу среди ночи?  — Это не проблема, — заверил его Кас и положил руку на обтянутое грязной футболкой плечо. — Подумай о сестре и о том месте, где она находится.  Ухватившись за мысль человека, он распахнул крылья и перенес их обоих в палату госпиталя Палм Бэй, где на узкой, казенной постели лежала худенькая женщина средних лет. Одного взгляда на больную хватило ангелу, чтобы понять — Ронни цепляется за соломинку. Ни за какие деньги врачи не способны вылечить эту несчастную, уже почти шагнувшую за грань. Болезнь разрушила ее тело, операция лишь продлит ее страдания. Спасти Люси Уайт может только чудо.  — Ты хороший брат. — Кастиэль улыбнулся трясущемуся мужчине, взирающему на него с суеверным ужасом. — Я помог бы тебе и просто так, но, к сожалению, мне действительно нужен фульгурит.  С этими словами он положил руку на лоб умирающей и направил в ее тело поток благодати. Ронни тихо охнул, увидев, как засветились его пальцы.  — Отдам тебе всё, чувак! — выдохнул он. — Всё, что у меня есть! Лишь бы она…  — Всё не нужно, — перебил его Кас. Под действием его благодати метастазы, поразившие органы больной, рассасывались и исчезали. Ангел исцелил также застарелый, неправильно сросшийся перелом, из-за которого женщина не могла полноценно пользоваться рукой, давнюю болезнь желудка и намечавшуюся грыжу в пояснице.  Когда он закончил, Люси Уайт уже не выглядела умирающей. На ее щеки вернулся здоровый румянец, дряблая кожа разгладилась, даже тусклые, свалявшиеся волосы сделались гладкими и блестящими, и красиво обрамляли враз помолодевшее лицо.  — Твоя сестра больше не больна, — констатировал Кастиэль. — Завтра, когда она проснется, ты сможешь забрать ее домой.  Ронни, заливаясь слезами, беззвучно рухнул на колени и судорожно вцепился в плащ Каса.  — Ты и вправду ангел, да? — всхлипывая пробормотал он. — Но как… почему? Я ведь даже в Бога никогда не верил… — Как я и сказал: мне нужна твоя находка, — напомнил Кастиэль, ухватив его за плечо и снова перенося в захламленную квартирку. — Веришь ты или нет, но Бог не желал смерти твоей сестры. Именно поэтому ты и нашел фульгурит на пляже. Чтобы я пришел за ним и помог вам.  Он знал, что это неправда, что Богу нет и никогда не было дела до этого отчаявшегося человека и его сестры. Но все равно сказал это: немного веры Ронни не навредит.  Он даже не стал стирать его память: пусть рассказывает всем, что Люси спас ангел. Люди все равно ему не поверят.  — Возьми! — Ронни распахнул покосившуюся дверцу шкафа, выкинул на пол какие-то тряпки и извлек фульгурит, завернутый в дырявый свитер. — Только… можешь сказать мне свое имя?  — Иерахмиэль. — Кас и сам не понимал, почему вспомнил ангела, убитого Ишимом, чья смерть до сих пор тяжелым грузом лежала на его сердце. — Серафим шестого ранга.  Кастиэль легко коснулся лба Ронни, попутно истратив капельку силы, чтобы вселить в него желание улучшить свою жизнь, и вернулся в бункер. Этот опустившийся, жалкий человечек больше не вызывал у него презрения: сердце Ронни Уайта было полно любви, и ангел искренне радовался, что сумел ему помочь.  «Разве истинная святость в том, чтобы, сидя на облаке, бесконечно гордиться собой?» Дин, обычный человек, не щадит себя, спасая других. Так почему же ангелы, обладая данной Богом силой, ничего не делают? Исцеление Люси едва ли потребовало от него значительных усилий, но теперь и она, и ее брат продолжат жить с новой надеждой. Тогда почему он не делает подобное чаще? Почему отворачивается от страданий, если ему по силам избавить от них хотя бы некоторых?  Ронни никогда не верил в Бога, но Джимми Новак верил. Верил так искренне, что позволил ангелу забрать свое тело, свою жизнь — ради непонятных ему Небесных планов. И чем Кастиэль отплатил ему за эту жертву? Увел его от жены и дочери, оставил маленькую девочку без отца и даже не задумался: как она будет жить?  Где сейчас эта девочка? Почему он никогда не вспоминал о ней? Джимми ведь просил только об одном: позаботиться о его семье. И Кас пообещал, но, занятый своими важными ангельскими делами, забыл о данном слове.  Клэр Новак молилась ему много раз, просила сохранить ее папу, отыскать маму — а он игнорировал молитвы, потому что каждый раз находил дела поважнее. Для Джимми он все равно уже ничего не мог сделать, его душа давно покинула тело и обрела пристанище в Раю, но его близкие… Может быть, Кастиэль все еще способен помочь им? Чтобы выплатить долг человеку, пожертвовавшему собой ради спасения мира.  «Как только избавимся от Книги Проклятых, я тут же отправлюсь на поиски, — пообещал он себе. — Амелия и Клэр Новак — моя ответственность, я не вправе был забывать о них!»  ✯ ✯ ✯ Дин старательно начертил на разложенной поверх стола черной ткани символ и расставил по углам его толстые белые свечи. Медная чаша с приготовленной смесью ингредиентов стояла прямо перед ним, оставалось лишь окропить ее свежей кровью и прочитать заклинание.  Сэм с недовольным видом подпирал стену; всего несколько минут назад они до хрипоты спорили о том, кому следует проводить ритуал вызова. — Ты только вчера с постели встал, — возмущенно напомнил Дин. — Больше двух недель в коме провалялся!  — И что? — раздраженно парировал Сэм. — Я лучше тебя в таких вещах, сам знаешь! Любые заклинания всегда давались мне легче, чем тебе!  — Я способен без ошибок произнести десяток слов на латыни! — огрызнулся старший Винчестер. — И к тому же, я имел дело со Смертью чаще, чем ты. Кто забрал у него кольцо, чтобы запереть Люцифера? Кто договаривался насчет твоей души? Чувак знает меня, у меня больше шансов расположить его к себе!  Он не был в этом настолько уверен, как пытался показать. Но и уступать Сэму не собирался: если Смерть решит исполнить свою угрозу и забрать дерзкого человека, отважившегося снова его побеспокоить, то пусть это будет он, а не Сэм. В итоге мелкий нехотя согласился.  — Кас, присмотри за ним, — едва слышно прошептал Дин. — И будь с ним рядом. Если что-то пойдет не так, немедленно перенеси Сэма подальше отсюда!  На ангела он не смотрел, а его тихая просьба полностью заглушились треском фульгурита, который Винчестер толок в чаше, но он знал, что Кас его все равно услышал. Он не ответил Дину, но занял место в шаге от Сэма, без слов давая понять, что исполнит то, о чем тот попросил.  Кроули тоже изъявил желание присутствовать, и зачем-то притащил с собой Ровену. Дин мысленно усмехнулся: должно быть, он хочет, чтобы ведьма своими глазами увидела, что Книга Проклятых больше недоступна, и оставила всякую надежду ей завладеть.  В последний раз обведя взглядом библиотеку и удостоверившись, что все готово, Дин резко провел ножом по ладони и хриплым от волнения голосом проговорил:  — Те нунк инвоко Мортем… В комнате поднялся ветер, свечи заискрили, а забытая кем-то на одном из столов чашка из-под кофе с треском взорвалась.  — Те ин меа потестате дефикси…  Теперь и плафоны винтажных настольных ламп разлетелись на кусочки, осыпая пол мелкими осколками. С полок попадали книги, и Дин мысленно поморщился: Кас много часов убил, расставляя их по местам.  — Нунк эт ин этернум! — громко завершил вызов Винчестер, обматывая порезанную ладонь носовым платком, чтобы остановить кровь. Свечи, яростно вспыхнув в последний раз, одновременно погасли, ветер утих, в библиотеке установилась звенящая тишина.  — Неужели это кесо? — раздался за спиной Дина негромкий, слегка скрипучий голос. Как всегда при его звуках Винчестер ощутил, как по позвоночнику прокатился холодок ужаса.  — Кесо, — дрогнувшим голосом подтвердил он, разворачиваясь и выставляя перед собой поднос с угощением, словно щит. — А еще такитос, тамалес… Все приготовлено собственноручно, специально для вас. Горячее, жирное… Считайте это подношением.  — В честь чего? — на худом, словно высохшем лице Смерти, появилась легкая усмешка.  — Мне… нужна от вас одна услуга, — выдавил из себя Винчестер, с трудом ворочая языком. — Я хотел сказать: со всем моим уважением… — Что мне действительно нравится в тебе, Дин… — проговорил Смерть, обмакнув кусочек кукурузного хлеба в соус и отправляя в рот, после чего небрежно заметил: — О, это и правда вкусно! Так вот: мы оба знаем, что я и раньше обжигался на вас, Винчестерах. И тем не менее, ты снова меня вызываешь.  — В этот раз никаких игр, — заверил его Дин и открыл защитный ящик, позволяя Смерти увидеть Книгу Проклятых. — Я думаю, вы знаете, что это такое. И знаете, как она опасна.  — Невероятно, — закатил глаза тот, потянувшись за следующим куском. — Винчестеры в глупости превзошли сами себя!  — Ее нельзя уничтожить! — горячо проговорил Дин. — Мы думали, что в этом ящике Книга никому не причинит вреда, но она сильнее защитных заклинаний. И уже один раз вынудила нас использовать ее. И вынудит снова! Так что у нас не осталось вариантов — кроме вас.  — И что, по-твоему, я должен с ней сделать?  — Забрать ее и перенести куда-нибудь подальше от людей. — Дин нервно сглотнул. — Вы это можете!  — Могу, — согласился Смерть.  — Эта Книга не должна попасть ни в чьи руки! — От напряжения у Дина по спине катились капли холодного пота. — Ей не место на земле! Может, где-нибудь за пределами нашей Галактики…  — Неужели я впервые слышу от Винчестера разумную речь? — приподнял бровь Смерть. — Удивительно.  — Вы исполните мою просьбу? — поджал губы Дин.  — Да, — согласился Смерть. — Но вначале я хочу, чтобы ты кое-что узнал.  — Еще одно испытание? — пробурчал Винчестер. — Как тогда, когда вы заставили меня занять ваше место?  — Нет, — сухо проговорил тот и взмахнул рукой. На стене появился светящийся контур, очерчивая дверь, которой секунду назад там и в помине не было. — Следуй за мной, — скомандовал Смерть. — Один! И захвати с собой эту Книгу.  Дин захлопнул защитный ящик, взял его в руки и на подгибающихся ногах двинулся за высокой, худой фигурой, мысленно прощаясь с Сэмми, Касом… даже с Кроули. Увидит ли он их еще когда-нибудь?  Шагнув в дверь, Дин зажмурился: по глазам резанул яркий белый свет, особенно ослепительный после полумрака бункера. Когда он наконец заставил себя осмотреться, то очень удивился: Смерть привел его не в какое-то мистическое место, вроде Рая, не на Солнце, которое должно сжечь его живьем, а всего лишь в обычную комнату, — правда, такую огромную, что ее стены терялись где-то в немыслимом далеке. А все пространство, насколько видел глаз, было заполнено стеллажами, на которых рядами стояли совершенно одинаковые на вид книги. Подняв взгляд, Дин заметил, что все ближайшие к нему стеллажи помечены заглавной буквой W.  — Это моя библиотека, — спокойно пояснил Смерть, когда Винчестер закончил панически осматриваться. — В каждой книге описана человеческая жизнь: от рождения и до смерти. Эта полка, — он небрежно махнул рукой в сторону ближайшего к Винчестеру стеллажа, — твоя.  — Вся полка? — удивился Дин. — Но тут же… сотни книг!  — Если точнее, то три тысячи шестьсот двадцать четыре, — бесстрастно поправил его Смерть. — Раньше было больше. Здесь описаны всевозможные варианты окончания твоей жизни. Например… — он взял с полки одну из книг и раскрыл ее на последней странице: — Убит вампиром в возрасте тридцати семи лет. Или… — он взял следующую: — Погиб в сражении с ангелами. Или… — Довольно, — запротестовал Дин, когда Смерть потянулся к третьей книге. — Не хочу знать!  — Ты и не узнаешь, — одними губами усмехнулся Смерть. — Даже я пока не знаю. Столько вариантов… но какой из них верный? Твой конец, Дин, зависит от множества факторов, от выборов, которые ты делаешь каждый день. Но то, что я действительно хотел тебе показать…  Он прошел вдоль полки, небрежно прикасаясь кончиками длинных, похожих на костяшки скелета пальцев к гладким корешкам, и выбрал один из них. — Вот она. — Он раскрыл очередной том и прочитал: — «Попал под влияние Книги Проклятых, сделался демоном при жизни и принес на землю неисчислимые страдания». Если бы версия твоей судьбы, описанная здесь, осуществилась, твоя смерть наступила бы через несколько столетий — вместе с разрушением всего мира и гибелью человечества.  — Тогда… — охрипшим голосом проговорил Дин. — Я был прав, прося вас отправить эту жуткую штуку подальше!  — Прав, — согласился Смерть. — И я исполню твою просьбу. А после эта книга… — Он захлопнул черный переплет и поставил том на место, — исчезнет с моей полки. Как я и сказал: судьба еще не определена и зависит от выборов, которые ты делаешь каждый день.  — Спасибо… — пробормотал Дин, чувствуя, как запекло под веками. — Вы только что дали мне ответ на вопрос, который мучает меня уже очень давно.  — Могу я полюбопытствовать, какой именно? — усмехнулся Смерть.  — Насчет судьбы, — признался Дин. — Кас… я хочу сказать, ангел Кастиэль однажды сказал, что ее нельзя изменить. И Майкл, Архангел, тоже говорил мне, что она определена раз и навсегда. Что свобода выбора — иллюзия, и какие бы пути мы ни избирали, как бы ни рыпались, они всегда приведут в одну, заранее обозначенную точку. Но видя все эти… возможные варианты…  — Твои крылатые друзья… — Смерть выглядел откровенно позабавленным. — Считают себя вершителями судеб! Но на самом деле, они такие же… бактерии, как и ты сам. Мелкие, суетливые… Существу, вроде меня, просто смешно смотреть, как они пыжатся, ошибочно полагая себя властелинами Вселенной. Только потому, что их жизни чуть длиннее, чем у людей… — Чуть? — хмыкнул Дин. — Ну, это смотря с чьей точки зрения. И, кстати, Майкл мне никаким боком не друг.  — В масштабах Вселенной, Дин, ангелы, и даже Архангелы, — всего лишь создания, чья жизнь имеет начало и конец. А я появился задолго до сотворения того, что вы зовете «миром», так давно, что я и сам не помню… кажется, я был всегда. До животворящего Света, до Бога…  — Ага, вы говорили, что однажды пожнете и самого Бога, — вспомнил Дин. — Но вот, что мне интересно… Только не сочтите мой вопрос неуважением, ладно? Разве вы сами не способны умереть? Ну, во время Апокалипсиса мы убили троих Всадников, но Вы… опять же, со всем уважением… Хотя бы теоретически… это возможно? И если да, то что будет со всеми, чья жизнь подошла к концу? Кто будет их… забирать?  — Теоретически все возможно, — пожал плечами Смерть. — Но естественный порядок сохранится, даже если меня не будет. Говорю тебе это специально, на случай, если в твоей суматошной голове возникнут какие-то безумные планы насчет того, чтобы спасти всех людей, уничтожив Смерть. Один из риперов займет мое место, только и всего. И люди продолжат умирать.  Он растянул губы в улыбке, похожей на оскал черепа, и добавил:  — Если вопросов больше нет, возвращайся к своим друзьям. А Книгу Проклятых оставь здесь; я позабочусь, чтобы она никогда больше не появилась на земле. — А она… ее и вправду надиктовала сестра Бога? — поспешно спросил Дин.  — Ты знаешь о ней? — приподнял бровь Смерть. — Удивительно. Бог так старался, чтобы о Его сестре все забыли. Ее имя — Амара. История творения гласит, что вначале был Свет, а до него не было ничего. Но это — Его версия. На самом же деле, до первого проблеска Света была Тьма. Бог приложил много усилий, чтобы запереть Амару, и еще больше, чтобы вытравить из сознания своих творений даже память о ней. Как же ты узнал?  — Долгая история, — поморщился Дин. — Я в курсе, что у Бога есть сестра и что она под замком от начала времен. Но что насчет Книги?  — Ты правильно понял, — подтвердил Смерть. — Древние космические сущности, вроде Амары, можно запереть, но нельзя полностью изолировать. Ей потребовались миллиарды лет, чтобы найти лазейку и создать эту Книгу, дабы принести свое влияние в созданный братом мир. Возможно, еще через несколько миллиардов лет она сумеет повторить попытку, но это будет проблемой далеких потомков ныне живущих. Тебе не следует об этом беспокоиться.  — Не то, чтобы я беспокоился, — покривил душой Дин. — Просто… она точно не может вырваться на свободу?  — Нет, пока цел замок, — бесстрастно сообщил Смерть.  — Метка Каина, да? — Ты и об этом знаешь?  — Ага, — сообщил Дин, внутренне поежившись. Черт возьми! Кас действительно спас его задницу от больших неприятностей, буквально силой вытащив из дома Каина. Страшно подумать, что случилось бы, прими он по дурости эту Метку.  — Прощай, Дин Винчестер. — Смерть снова взмахнул рукой, открывая дверь, за которой просматривались стены библиотеки бункера. — Надеюсь, мы больше не встретимся до тех пор, пока на этой полке не останется только одна, последняя книга, с окончательным вариантом твоей судьбы.  — Хорошо бы, — пробормотал Дин, устремляясь к двери. — То есть… я не пытаюсь быть невежливым… и вы мне правда нравитесь, но…  Дверь захлопнулась за его спиной, и Винчестер тут же оказался в медвежьих объятиях Сэма.  — Чувак, ты… — выдохнул тот, хлопнув брата по плечу и отстраняя, чтобы придирчиво осмотреть. — Он… тебе ничего не сделал? Мы тут с ума сходили!  — Брось, Сэмми, меня не было всего пять минут, — фыркнул Дин.  — Больше похоже на пять часов, — напряженно доложил Сэм и голос его дрогнул. — Мы уже думали… самое плохое.  — Ну, я в порядке, — пожал плечами Дин. — Мы… просто поговорили. О судьбе и свободе выбора.  Найдя глазами Каса, Дин натянуто улыбнулся.  — Смерть в своем репертуаре, — сообщил он. — Говорит, что по его меркам ангелы — такие же бактерии, как люди. Только живут чуть-чуть подольше. Прикинь?  — Что еще он тебе сказал? — поинтересовался Кастиэль.  — Много чего, — признался Дин. — Я… после расскажу, ладно? Когда сам все осмыслю.  — Хорошо, — согласился Кас.  — Но главное: Книгу Проклятых действительно надиктовала сама Тьма, Смерть это подтвердил, — твёрдо добавил Дин. — Если верить ему, мы очень вовремя от нее избавились.  — Я в этом и не сомневался, — вставил Кроули и поморщился. — Ладно, раз все живы и никого не надо спасать, я вас, пожалуй, оставлю. У меня в Аду дел полно.  — Он что, все время торчал тут с вами? — удивленно спросил Дин, когда Кроули испарился.  — Только отвел в Ад Ровену, и тут же возвратился, — хмыкнул Сэм. — Волновался, похоже. Удивительное дело…  — Ему просто надо было убедиться, что мы гарантировано избавились от Книги, — проворчал Кас. — И ты не притащишь ее с собой обратно.  — И поэтому он активно участвовал в обсуждении наших планов на случай, если Дин не вернется? — подковырнул Сэм.  — Не могу поверить, что теперь и ты доверяешь этому демону! — возмущенно заметил Кастиэль. — У Сэмми и раньше не было проблем с тем, чтобы довериться демону, — ухмыльнулся Винчестер, подмигнув враз помрачневшему брату. — А Кроули, в отличие от Руби, действительно на нашей стороне. — Уверен? — закатил глаза Сэм. — Просто Дин во всех окружающих старается видеть только лучшее, — припечатал Кастиэль. Винчестер без удовольствия представил, что сказал бы отец, услышь он подобную оценку своего старшего сына. Того самого, которому с детства внушал, что доверять можно только семье. — Ну, в Ишиме я точно ничего хорошего не заметил, — огрызнулся он. — Кстати, не проведать ли нам его?  — Нет, — сухо отрезал Кас. — Я уже сообщил Гадриэлу и Ханне, что ты пленил Ишима. Они сами займутся его сторонниками. А у меня сейчас есть другие дела.  — Какие? — нахмурился Дин. — Ну, если мы собираемся во что-то ввязаться, то неплохо было бы рассказать нам об этом, чувак.  — Вы ни во что не собираетесь ввязываться, — голос ангела еще больше похолодел. — Это мое дело.  — Кас, я же тебе сказал: мы с Сэмом поможем навести порядок на Небесах! — вспылил Винчестер. — Вместе придумаем план, как это сделать, чтобы ты в очередной раз не попал в неприятности.  — То, чем я намерен заняться, не связано с Небесами, — сообщил Кастиэль. — И это личное дело. Я должен разобраться с ним сам. Буду на связи.  С этими словами он исчез. Обалдевший Дин тихо выругался.  — Личное… — прорычал он. — Ты слышал, Сэмми? Личное! Во что этот пернатый придурок опять собрался влипнуть?  — Думаю, тебе следует доверять Касу, — неуверенно проговорил Сэм. — Наверняка он знает, что делает.  — Знает?! — продолжал кипеть Дин. — Точно?!  Во рту его появился противный кисловатый приступ, словно его вот-вот стошнит. Личное… и это после того, как Дин неделями твердил ему, что они — семья, что всегда будут вместе… И вот, посмотрите на него! Расправил крылышки и улетел, бросив на прощание: «Не ваше дело». И Дин должен просто так с этим смириться?