Bring It Back

Сэмми притащил старую пожелтевшую газету. Дин только руками развел: тоже мне, ингредиент для заклинания! На что младшенький, скорчив свою самую сучью из своих гримас, снисходительно ткнул пальцем в дату: 8 июня 1978 года. А потом развернул хрупкие от времени страницы и показал небольшую заметку, озаглавленную: «Убийца из автомастерской до сих пор не найден».  — И что? — скептически уточнил Дин.  — А то, — тоном величайшего превосходства сообщил Сэм, — что речь идет о Вудсоне, бывшем боссе Джона. Помнишь, Анна заманила отца в мастерскую телефонным звонком от имени этого самого босса, которого к тому моменту уже пустила в расход? Вудсона позже нашли, но полиция, разумеется, в полном тупике. Они даже не понимают, каким способом беднягу убили.  — Еще бы, — усмехнулся Дин. — Это сейчас трупы с выжженными глазами уже никого не удивляют. Но к чему ты мне это рассказываешь?  — К тому, что здесь пишут: с момента убийства прошло две недели. — Сэм снова ткнул пальцем в газету. — А еще молодого Джона именно в этот день вызовут на повторный допрос, хотя после первого пришли к выводу, что он невиновен. В статье сказано: полиция собирается задать ему уточняющие вопросы. Понимаешь?  — Нет.  — Это удобный момент, чтобы застать отца одного, без мамы! — раздраженно пояснил Сэм. — Заклинание же приведет меня прямо к нему, верно? Вот представь, я вывалюсь из шкафа у них дома, а они меня даже не помнят. Мама все-таки охотница, она может пристрелить меня прежде, чем я успею рот открыть.  — Конечно, гораздо лучше вывалиться из шкафа в полицейском участке, — закатил глаза Дин, а после нахмурился. — Погоди, а почему ты? А не я или мы вместе? Меня-то мама еще в семьдесят втором видела, и наверняка узнает.  — Потому что Килэтиэн нацелен на твою душу, — сказал вошедший в библиотеку Кас. — И, как и ангелы, он умеет путешествовать сквозь время. Ты правда хочешь притащить его за собой к своим родителям? И дать ему возможность забрать и тебя — и другого тебя, который еще не родился. Он вполне способен почувствовать душу младенца в утробе Мэри и узнать ее.  — Может, он не успеет сообразить, — возразил Дин. — Если мы провернем все быстро. Прибудем, заберем отца — и сразу назад.  — Помнишь, что говорил Генри? — вздохнул Сэм. — Заклинание использует силу души, и после его применения ей требуется минимум неделя на перезарядку. Так что «быстренько» не получится.  Эти слова что-то всколыхнули в мозгу Дина, и он словно выпал из реальности. «Использует силу души»…  «У меня больше не было собственного ангела, так что оставалось лишь прибегнуть к ангельской магии. Я сумел переместиться в прошлое тем же способом, каким путешествуют эти пернатые ублюдки, вот только они используют благодать, а мне пришлось сжечь почти всю свою жизненную силу», — сказал двойник из будущего, а несколько минут спустя рассыпался в прах прямо на глазах Дина. Переместившись всего на несколько месяцев назад!  — Погоди, — пробормотал он. — А это не опасно? Ты точно не угробишь себя, если отправишься на тридцать семь лет в прошлое?  — Генри перемахнул через шесть десятков лет, — напомнил Сэм. — И был в порядке.  — Но… — Дин отвел взгляд. — Я читал что-то такое… где-то в бункере. Это же ангельская магия, да? И она истощает и душу, и тело!  — То, что собирается использовать Сэм, не ангельская магия, — серьезно поправил его Кас. — Просто магия крови. Потому и работает только внутри кровной линии. Ты можешь переместиться к предку или потомку, но если захочешь увидеться, например, с Бобби Сингером, то ничего не получится.  «Или с самим собой, — мысленно добавил Дин. — Не предок и не потомок… тогда как же тому мне это удалось?»  — А вот если бы ты собрался отправиться в прошлое тем способом, каким путешествуем мы, — продолжил Кас, — то, за неимением благодати, тебе действительно пришлось бы использовать собственную жизненную силу. И это, скорее всего, убило бы тебя.  — Вот видишь, ничего страшного со мной не случится, — примирительно проговорил Сэм, глядя на мрачного брата. — Ты побудешь здесь под защитой охранных заклинаний бункера, а я быстренько смотаюсь, уговорю Джона… да в крайнем случае даже похищу его, и приведу сюда. А уж тут мы вместе ему все объясним.  — Откуда ты знаешь, что заклинание приведет тебя к отцу, а не к маме? — фыркнул Дин. — Она тоже наша кровь!  — А для этого я чуть-чуть изменил состав, — усмехнулся Сэм. — Газета за нужное число поможет мне нацелиться на правильный момент времени, а страница из дневника отца — на Джона.  — Ладно, и когда мы собираемся это сделать? — с сомнением пробормотал Дин, и добавил: — А то ты исчезнешь на целую неделю, а тут еще Касу твоя помощь требуется.  — Неделя пройдет там, а сюда я вернусь вместе с Джоном максимум через несколько часов, — заверил Сэм, и только тут до него дошел смысл второй части заявления Дина, и он с тревогой посмотрел на ангела. — Тебе нужна моя помощь? Срочно?  — Не волнуйся, Сэм, — твёрдо проговорил Кас. — Избавить Дина от опасности сейчас важнее. Мои дела… подождут.  — У нас есть новое пророчество от Чака, — нехотя пояснил Дин. — Касу, чтобы починить Небеса, нужно встретиться с каким-то чуваком, который целиком и полностью на стороне Ишима. И чтобы тот не кинулся в драку, вроде как, ты тоже должен присутствовать. Так сказал наш пророк-вуайерист.  — Почему вуайерист? — удивился Сэм.  — Так он же подглядывает за каждым моментом нашей жизни! — вспылил Дин. — Ручаюсь, что и сейчас смотрит. Так пусть знает, что я о нем думаю! — Он выставил в воздух поднятый средний палец. — Эй, Чак, слышишь? Ты гребаный извращенец!  — Вряд ли он сам в восторге от своих видений, — примирительно проговорил Кас, после чего повернулся к Сэму. — Я не боюсь, что Бенджамин «полезет в драку», — он согнул пальцы, демонстрируя воздушные кавычки. — Как боец я всегда был сильнее его, и он… не любит ввязываться в сражения.  — Трус, что ли? — усмехнулся Дин.  — Не трус, нет, — со вздохом пояснил Кас. — Просто… дело в его сосуде. Он нашел ее в Мадриде, очень давно. Невероятно благочестивая женщина! Ее вера была так сильна! Она отдала Бенджамину все: свое доверие, свое тело и свою жизнь.  — Значит этот Бенджамин — женщина? — уточнил Сэм.  — Бенджамин — ангел, — поправил Кас. — Его сосуд — женщина. И она нечто большее, чем просто сосуд, она… — Его друг, — утвердительно проговорил Сэм.  — Да, — согласился Кас. — Именно поэтому Бенджамин и не ввязывается в схватки, если есть возможность их избежать. Он никогда не подвергает ее ненужному риску.  — Ладно, а причем тут Сэмми? — Дин приподнял брови. — Чак не уточнил, что от него требуется. Может, этот неотразимый гигантор должен соблазнить дамочку?  — Опять ты путаешь реальность и порно, — фыркнул Сэм.  — Скорее всего, Сэм скажет что-то такое, что поможет достучаться до Бенджамина, — на лице Каса было написано сомнение. — Сейчас тот полностью разделяет позицию Ишима и желает моей смерти, но вдруг именно Сэм способен его как-то переубедить?  — Откуда ты знаешь, что этот Бенджамин не притащит с собой еще десятка три ангелов, чтобы наверняка захватить тебя? — поджал губы Дин. — Сам он, может, и не любит сражаться, но другие-то пернатые мудаки плевать хотели на свои сосуды! И тогда они просто грохнут Сэмми и утащат тебя на Небеса.  — Чак сказал, что не видел битвы, только разговор, — напомнил Кас. — И я служил с Бенджамином в одном отряде почти сто лет. В нем нет подлости, он никогда не нарушал данного слова. Прежде чем встречаться с ним, я заставлю пообещать, что он не сообщит никому из братьев о моей просьбе увидеться.  — Ладно, но если с Сэмом что-то случится… или с тобой… — Не волнуйся, Дин. — Кас устало улыбнулся. — Ничего не случится. И сейчас в любом случае рано беспокоиться об этом. Сначала мы должны решить проблему Килэтиэна.  ✯ ✯ ✯ — Ты все нужное взял? — в сотый раз уточнил Дин, глядя, как брат выводит на двери своей кровью, смешанной с остальными ингредиентами, странную «загогулину». — А то ведь там ты вряд ли найдешь песок времени, перо ангела и что там еще входит в эту дурацкую смесь.  Сэм улыбнулся и похлопал себя по карману, куда сложил составляющие заклинания и листок календаря с завтрашним числом.  — Отойдите подальше, — распорядился он. — Не стоит рисковать, вдруг вас тоже затянет в прошлое.  — Ага, — пробормотал Дин, хватая Каса за плечо и утаскивая в угол библиотеки. — Ты это… Ну, короче… удачи, сучка.  — Спасибо, придурок, — хмыкнул Сэм, отлично знавший, что Дин ненавидит прощальные речи. После чего повернулся к «загогулине» и уверенным голосом проговорил: — Ka-ni-la pu-go!  Символ на двери засветился. Дин шумно выдохнул и, даже не отдавая себе отчета в своих действиях, вцепился в руку Каса.  — Ka-ni-la pu-go! — повторил Сэм, и контур двери очертился ярким сиянием. Когда Сэм произнес заклинание в третий раз, дверь будто растаяла, и из нее хлынул такой яркий свет, что на него больно было смотреть.  Кусая губы, Дин смотрел, как брат шагнул в этот свет и исчез. Дверь снова была на месте, начерченная на ней «загогулина» меркла и слегка дымилась.  — Дин, — мягко проговорил Кас, — с ним все будет в порядке.  Эти слова будто разбудили Винчестера, и он понял, что стиснул ладонь ангела так сильно, что собственные пальцы онемели.  — Я знаю. — Дин попытался улыбнуться, но вместо этого у него вышла кривая, неуверенная ухмылка. — Этот ребенок всегда был хорош в разных заклинаниях. Бобби говорил, что Сэмми даже круче него. А старик не любил разбрасываться похвалой.  — Сэм — талантливый молодой человек, — уверенно сказал Кас. — К тому же, очень чуткий. Не сомневаюсь, что он найдет нужные слова, чтобы убедить Джона отправиться к нам на помощь.  — Или просто стукнет его по голове и притащит бессознательную тушку, — фыркнул Винчестер. — И тогда у отца не останется выбора: чтобы вернуться назад к маме, ему придется нам помочь.  — Тебе нужно отдохнуть, — непререкаемым тоном проговорил Кас. — Завтра нас всех ждет тяжелый день, но тебе достанется самая трудная задача. Ты должен быть в идеальной форме.  — Думаешь, я смогу заснуть? — скривился Дин и мысленно добавил: «Да еще и Килэтиэн этот… Как тут отдохнуть, если он караулит меня в каждом сне!»  — Я пока еще ангел, — сухо напомнил Кастиэль. — Для меня не составит труда усыпить тебя. И проследить, чтобы тебе ничего не снилось.  — Будешь сидеть у моей кровати до утра и отгонять кошмары? — Дин закатил глаза. — Я тебе уже говорил, чувак: это жутко, когда ты пыришься на меня спящего. К тому же, ты и сам не в лучшем состоянии.  — И поэтому, мне пойдет на пользу, если я буду находиться рядом с тобой, — бесстрастно парировал Кас. — Могу повернуться спиной, если тебе так будет спокойнее. Чтобы, как ты выразился, «отгонять кошмары», мне не обязательно на тебя смотреть.  ✯ ✯ ✯ Дин устроился на кровати, и Кастиэль потянулся пальцами к его лбу, собираясь погрузить Винчестера в глубокий сон. Он сказал правду: смотреть на своего человека ему было необязательно. Достаточно укрыть его крылом — ни один насланный кошмар не просочится сквозь подобную защиту. Но рассказывать об этом Дину Кастиэль не стал, чтобы не вызвать новой волны возмущения.  Для человека ангельские крылья невидимы и неосязаемы, Винчестер даже не догадается, что Кас в очередной раз вторгся в его столь тщательно оберегаемое личное пространство. Не нужно ему об этом знать.  — Постой! — Дин перехватил в воздухе руку ангела прежде, чем тот успел коснуться его лба. — Ты что, серьезно собрался сидеть так всю ночь?  — Почему нет?  — Ну… — Винчестер смущенно отвел взгляд. — Неудобно же. Несколько часов провести в такой напряженной позе… Спина затечет, и вообще…  — Я не испытываю неудобств, в каком бы положении ни находился мой сосуд, — заверил Кастиэль. — И могу сохранять неподвижность годами, так что несколько часов — не проблема.  — Ой, да ладно! — раздраженно фыркнул Дин. — Хватит ломаться, просто ложись уже рядом. Так будет удобнее.  — Это необязательно.  — Боишься, что буду приставать? — похабно улыбнулся Дин, и Кастиэль закатил глаза.  — Почему я должен этого бояться? — сухо уточнил он.  — И правда, с какой стати я стал бы делать подобное? — Винчестер с трудом сдержал гримасу и демонстративно перевернулся на другой бок, спиной к ангелу. — Знаешь что, Кас. Сиди на полу или на стуле, или вообще свали из моей комнаты — мне все равно.  — Почему ты рассердился? — удивился Кастиэль. — Я ведь только пытался уважать твое личное пространство, на чем ты сам постоянно настаивал буквально с момента нашего знакомства.  — Ну, с тех пор много воды утекло, — проворчал Дин.  — Я не очень понимаю, при чем здесь вода. — Кас закатил глаза. — Очередная метафора?  — Точно. — Винчестер горько усмехнулся. — Она означает, что прошло много времени, и все изменилось. Твоя благодать зависит от моей души, это мы уже выяснили. Вот только ты, похоже, даже не подозреваешь, что эта самая «глубокая связь», чем бы она ни была, работает в обе стороны.  — Ты хочешь сказать…  — Да ничего я не хочу сказать! — фыркнул Дин, обхватывая себя руками. — Меня все достало. Я не собираюсь выпрашивать у тебя… Бля! Мне не нужно, чтобы ты со мной возился, к черту это! Понял, ангел?  — Дин, тебе не нужно ничего выпрашивать, — мягко проговорил Кастиэль, присаживаясь на постель и осторожно прикасаясь к его плечу. — Я более чем счастлив дать тебе абсолютно всё, в чем ты нуждаешься. И даже больше.  — Я ни в чем не нуждаюсь! — огрызнулся Винчестер, резко дернув плечом, чтобы скинуть его руку. — И меньше всего — в тебе.  — Ты самый раздражающий человек из всех, кого я встречал! — устало сообщил ангел и мысленно добавил: — «Но это заставляет меня любить тебя еще сильнее».  — Меня все достало, и я собираюсь спать, — отрезал Дин. — Хочешь торчать в моей комнате — твое право. Нет — вали, я и без тебя обойдусь.  Ангел не ответил, только мягко коснулся благодатью сознания Винчестера, погружая его в сон. Ему было о чем подумать: неожиданная вспышка раздражения Дина изрядно его озадачила. Что он пытался сказать, когда сообщил, что связь благодати с душой работает в обе стороны? Что нуждается в присутствии Кастиэля не меньше, чем тот нуждается в нем? Нуждается физически? Когда Дин рядом, поврежденная благодать Кастиэля исцеляется, но… возможно ли, чтобы близость к ангелу так же целительно действовала на душу его человека?  «Я должен спросить его об этом, — подумал Кастиэль, с нежностью глядя в расслабленное сном лицо Дина. — Позже, когда он будет в хорошем настроении».  Если только у них обоих будет это самое «позже». Кастиэль старался не думать, насколько шатким на самом деле был их план. Килэтиэн — безупречное оружие Небес, и шансы на то, что один ангел и трое людей смогут одолеть его, стремились к нулю. Тем более, что ангел отрезан от Рая и почти лишен сил, в люди, пусть даже и самые храбрые в мире — всего лишь люди.  Наверняка Кастиэль знал только одно: он умрет прежде, чем позволит причинить вред Дину. Самое плохое было в том, что, скорее всего, ему придется. Но даже это не гарантия, что душа Дина в итоге выживет.  Кас беззвучно вздохнул, скинул обувь и плащ и прилег на кровать, бережно притягивая своего человека к груди и укутывая невидимыми крыльями, чтобы Килэтиэн не мог пробраться в его сон. Наверное, Дин разозлился бы, если бы знал, что ангел позволил себе такую вольность. Даже когда они спали рядом, их физический контакт сводился к минимуму — прикосновение руки или голова, едва ощутимо прильнувшая к плечу… Сейчас же Кастиэль прижимался к телу Дина от макушки до щиколоток, и это вызывало в груди горько-сладкие ощущения. Потому что Дин об этом никогда не узнает, и потому что, скорее всего, они разделяли подобную близость в последний раз.  ✯ ✯ ✯ Винчестер проснулся утром, чувствуя себя действительно хорошо отдохнувшим. Ему впервые за Бог знает сколько времени вообще ничего не снилось, и это было настоящим благом. Сонно моргая, он сел на кровати и понял, что в комнате кроме него никого нет: наверное, Кас обиделся и ушел к себе после его безобразной вспышки раздражения. И правильно: зачем ему тратить время на никчемного придурка, который так запутался в своих желаниях, что уже не способен держать себя в руках.  Нахрена, спрашивается, он вчера наехал на него? Ведь по большому счету если Дин на кого и злился, то исключительно на себя самого: за то, что ему страшно; за то, что больше всего на свете хотелось, чтобы Кас просто лег рядом и обнял его. Дурацкая шутка на тему «эта наша последняя ночь на земле» давно приелась, но Винчестер и в самом деле ощущал себя так, словно это его последний шанс — оказаться в кольце сильных рук своего ангела, прижаться к нему, вдохнуть его запах, дарящий ощущение мира и покоя в его безумной, полной боли жизни.  Самое ужасное было в том, что если бы Дин попросил его, Кас без тени сомнений исполнил бы его просьбу. Но попросить-то он как раз и не мог, а тонких намеков ангел никогда не понимал. Да и не тонких тоже… Дин ведь почти сказал ему! Почти признался в свое отчаянной нужде, но это привело только к очередным недоуменным вопросам и в итоге — практически к ссоре. Можно ли винить ангела за то, что после этого он не пожелал остаться рядом?  От мрачных мыслей Винчестера отвлек осторожный стук в дверь и голос Каса:  — Дин, мне жаль тебя будить, но уже десять часов. Сэм может вернуться в любую минуту.  — Ага, встаю, — пробурчал Винчестер, выбираясь из постели. — Свари пока кофе, что ли…  — Уже сделано, — сообщил Кас. — Жду тебя на кухне.  Дождавшись, пока его удаляющиеся шаги затихнут, Дин тряхнул головой, прогоняя ненужные мысли, и принялся одеваться.  ✯ ✯ ✯ Они как раз зашли в библиотеку, когда загогулина, нарисованная Сэмом, снова засветилась тревожным цветом расплавленной магмы и через пару секунд в распахнувшуюся дверь шагнули двое мужчин.  — Сэмми, — криво ухмыльнулся Дин, ощупывая взглядом фигуру брата и с облегчением убеждаясь, что тот невредим. — Давно не виделись, сучка.  Потому что он скорее откусит себе язык, чем расскажет этому лохматому переростку, как сильно волновался за него. Вдруг в прошлом что-то пошло бы не так? Вдруг он вообще не смог бы вернуться?  — Придурок, — скорее добродушно, чем раздраженно фыркнул Сэм. Он наверняка и без слов догадался, какие чувства испытывает его брат.  — Где мы? — раздался второй голос, и Дин наконец перевел взгляд на Джона. Молодой мужчина, который совсем скоро станет его отцом — насколько безумна эта мысль? — напряженно сдвинул брови, уставившись на двоих незнакомцев, а потом переведя обвиняющий взгляд на Сэма. — Ты сказал, что я должен пойти с тобой, потому что мой будущий ребенок в опасности! И вместо этого притащил меня в… — он окинул растерянным взглядом библиотеку бункера. — Где бы это место ни находилось!  — Это штаб-квартира Просвещенных, — проговорил Сэм, и Дин заметил, что в лице Джона не появилось даже проблесков узнавания. Значит, он действительно не знал, кем был его отец. — И я не солгал тебе. Твой сын действительно может умереть.  — Даже хуже, — добавил Кас. — Если он просто умрет, то его душа попадет в Рай и продолжить жизнь там. Если же… — он нервно сглотнул. — Словом, сейчас твой сын может лишиться души, и это страшнее, чем физическая смерть. Его просто больше не будет — нигде. Мы не можем этого допустить.  — Подождите. — Джон нервно стиснул руки. — Вы сказали — сын? Но мы с Мэри еще не знаем… Конечно, я надеюсь, что это будет мальчик. А она наоборот убеждена, что носит девочку. Даже заявила, что назовет ее в честь своей матери — Диана.  — Что ж, вы оба правы, — хмыкнул Сэм, ехидно покосившись на брата. — Это будет мальчик, и его будут звать в честь матери Мэри — Дин.   — Дин… — Улыбка Джона была настолько счастливой, что у Винчестера засосало под ложечкой. — Сын! Мне нравится. Но… — он обеспокоенно посмотрел на мрачные лица мужчин вокруг себя. — Вы говорите, что он может вообще не родиться?  — О, нет, он родится, — с мягкой улыбкой проговорил Кастиэль, покосившись на хмурого Дина. — И вырастет замечательным человеком. Опасность для его души возникнет через много лет.  — Через тридцать семь, примерно, — добавил Сэм.  — Вы сумасшедшие? — разочарованно фыркнул Джон. — Как вы можете знать, что случится через несколько десятилетий? А я-то вам поверил…  — Мы знаем будущее, потому что живем в нем. — Голос Дина, против его воли, прозвучал резко и холодно. — Добро пожаловать в 2015 год. И позволь представиться: я — Дин Винчестер, это мой младший брат Сэм. А тот парень в плаще — ангел, его зовут Кастиэль.  — Вы точно психи! — раздраженно заявил Джон. — И я не желаю слушать этот бред. Мне надо вернуться к жене!  С этими словами он отпихнул в сторону Сэма и распахнул дверь, через которую они оба прошли несколько минут назад. За ней оказался темный, выложенный кафелем коридор. Джон сделал несколько шагов по нему и растерянно оглянулся. — Но… мы же были у меня в гараже. Что это значит? Где…  — Заклинание, — терпеливо пояснил Сэм. — Мы с тобой прошли в дверь твоего гаража и оказались здесь, на тридцать семь лет в будущем. И не волнуйся, сколько бы ты здесь не пробыл, Мэри даже не успеет заметить твоего отсутствия, ты вернешься в собственное время через минуту после того, как ушел.  — Ты не говорил ничего про будущее. — Джон обвиняюще ткнул в него пальцем. — Почему я должен тебе верить?  — Потому что он — тоже твой сын, — резко проговорил Дин. — Сэмюэль Винчестер. Мама назвала его в честь своего отца.  — Я не понимаю… — На Джона было жалко смотреть. — Это что… Вы так по-дурацки шутите?  — Это не шутка, — серьезно сообщил Кастиэль. — Это — магия крови. Именно она помогла Сэму переместиться в прошлое и привести тебя к нам на помощь.  — Я все еще не верю, что…  — Ну, тогда посмотри вот на это. — Дин извлек из кармана бумажник и вытащил старое выцветшее фото, которое спас из-под обломков, когда Кас разрушил его комнату, и с тех пор постоянно держал при себе. — Это я с мамой, мне здесь четыре, — пояснил он, когда у Джона при виде снимка округлились глаза. — А Сэмми тогда был только в проекте.  — А вот еще одно, — добавил Сэм, снимая с одной из полок фотографию в рамочке. На ней был изображен сам Джон, обросший бородой и с проседью в волосах, прислонившийся к капоту «Импалы» и обнимавший за плечи двоих мальчишек десяти и четырнадцати лет.  — Это я… — пробормотал Джон. — И…  — И мы с Сэмми, — перебил его Дин. — Двадцать два года назад.  — Значит, вы двое… мои…  — Твои сыновья, да, — твёрдо проговорил Кастиэль. — И спасение бессмертной души одного из них сейчас зависит от того, захочешь ли ты нам помочь.  — А Мэри? И я? — Джон осмотрелся вокруг совсем потерянным взглядом. — Сейчас мы… Почему мы не с вами?  — Потому что вас уже нет. — Дин вздохнул. — Прости, Джон… папа. Не спрашивай нас, как это случилось. Это… всё еще больно.  — И я не должен знать слишком много о своем будущем, не так ли? — грустно усмехнулся Джон.  — Ты не сохранишь этих воспоминаний, когда отправишься домой, — без всякого сочувствия в голосе проговорил Кас. — Мы не можем так рисковать. Если что-то в прошлом изменится, это может полностью разрушить будущее.  — Ладно, понимаю, — вопреки словам, Дин был уверен, что Джон мало что понял, но он не собирался больше задавать вопросов о своей смерти — или смерти Мэри, — и уже это можно было засчитать как победу. — Но вы привели меня сюда, чтобы я вам помог. И как я это сделаю, если ничего не знаю?  — В тебе есть частица благодати архангела Майкла, — сообщил Кас, глядя на Джона слегка прищуренными глазами, словно пытаясь рассмотреть что-то у него внутри. — Я ее чувствую. Она совсем крохотная — недостаточно, чтобы как-то изменить твою жизнь, — но после того, как я усилю ее собственной благодатью, ее хватит, чтобы на время ввести в заблуждение Килэтиэна.  — Даже не спрашиваю, что это за «благодать» и откуда она взялась, — фыркнул Джон. — А Килэтиэн — это?..  — Враг, который собирается уничтожить душу Дина. Настолько грозный, что никто из нас не в состоянии противостоять ему. Так что у нас есть только один шанс: что он хотя бы на секунду промедлит с нападением, приняв тебя за Майкла.  — А если этого не случится?  — Тогда… — Кас как-то обреченно вздохнул, и у Дина защемило сердце. — Просто положись на своих сыновей. Они уведут тебя обратно в бункер, куда Килэтиэну нет хода, а потом отправят в прошлое.  — Погоди! — нехорошим голосом уточнил Дин. — Что значит: мы уведем его? Ты, наверное, пытался сказать: отступим все вместе и придумаем другой план? Потому что, имей в виду, Кас, я не позволю тебе остаться один на один с этой тварью.  — Дин. — Кастиэль снова вздохнул. — Я единственный, у кого есть шансы против Килэтиэна. Вы не сможете даже увидеть его! Поэтому я прикрою ваш отход и…  — Даже думать не смей! — прорычал Дин.  — Кас, он прав, — мягко проговорил Сэм. — Посуди сам: чего ты добьешься, героически погибнув в этой схватке?  — Выиграю достаточно времени, чтобы вы оказались в безопасности. — Ангел упрямо вздернул подбородок, и Дину захотелось его ударить. Или — сначала ударить, а потом поцеловать.  — И что после? — Сэм продолжал смотреть на Каса в упор.  — В бункере он вас не достанет.  — Если тебе насрать на наши чувства и на то, что мы и так уже потеряли всех, кого считали семьей, — ледяным тоном проговорил Дин, — то хотя бы вспомни о том, что был стратегом. К чему приведет твое безумство? Мы останемся один на один с монстром, которого даже не видим, и что будем делать? Предлагаешь мне всю жизнь прятаться здесь? Ну уж нет, я лучше останусь и испытаю свои шансы рядом с тобой.  — У тебя нет против него шансов! — в голосе ангела прозвучало отчаяние.  — Зато у тебя они будут! — твёрдо сказал Дин. — Килэтиэн охотится именно на меня, так? Значит, проигнорирует и тебя, и Джона с Сэмом, если перед ним появится избранная добыча. Пока он будет разбираться со мной, тебе представится возможность для чистого выстрела, и ты его уложишь.  — Но тебя это уже не спасет.  — Значит, я умру. — Дин поджал губы. — Зато спасетесь вы все, и проблема будет решена навсегда. Сам же говорил: если его не убить, он рано или поздно уничтожит все человечество. Посуди сам, Кас: если погибнешь ты, то я все равно не жилец. Через неделю, месяц, год… он по-любому меня достанет. Один шаг из бункера — и я покойник. А после эта тварь примется жрать всех людей подряд.  — Я не могу на такое согласиться! — ангел поник головой, казалось, он близок к тому, чтобы сломаться.  — Будем надеяться, до такого и не дойдет. — Дин мягко положил руку на его плечо. — Может, Джон и вправду сумеет его отвлечь. Но если нет… Кас, это будет моя жизнь против почти восьми миллиардов. Не слишком большая жертва. Просто… сосредоточься не на спасении меня, а на том, чтобы убить его.  — Я не…  — Ты сделаешь, как я сказал, — непререкаемым тоном прервал его Дин. — Потому что так надо. Подумай сам: будь на моем месте другой, ты бы колебался? Или согласился бы, что одна жизнь — не слишком высокая плата за все человечество?  — Будь на твоем месте Сэм, ты бы так же рассуждал?  — Что ж… — Дин тяжело вздохнул. — Он будет на моем месте. Как только Килэтиэн заберет меня, Сэм — следующий. Ханна четко мне это пообещала. А после Сэма это может быть Клэр, или Чарли, Кевин, Сайрус. Твоя подружка полна решимости уничтожить все твои человеческие слабости. Поэтому… просто не подведи меня, чувак. Убей этого монстра любой ценой, пусть даже ценой моей души, и спаси моего брата и остальных.  Установившуюся после его слов тишину вдруг прорезал решительный голос Джона.  — Довольно, — твёрдо сказал он. — Вы притащили меня сюда, думая, что я могу помочь. Так что прекратите спорить, кто из вас больше всех подходит на роль жертвенного ягненка, и просто объясните мне, что я должен сделать, чтобы не допустить гибели моего сына.  ✯ ✯ ✯ — Я уже видел такой знак, — задумчиво проговорил Джон, очерчивая кончиками пальцев Звезду Водолея, вырезанную на одной из дверей. — Очень давно…  — У своего отца, — утвердительно сказал Сэм, и в голосе его прозвучало сочувствие.  — Да. — Лицо Джона, казалось, окаменело. — Он обещал, что однажды расскажет мне, что значит этот символ. А потом просто бросил нас с мамой и…  — Генри вас не бросил. — Дин положил руку на его плечо. — Он погиб, сражаясь с одним из высших демонов. И знаешь что? До последней своей минуты твой отец надеялся вернуться к тебе. Он сделал бы это, если бы выжил.  — Откуда ты это знаешь? — Джон недоверчиво поджал губы.  — Потому что Генри Винчестер умер у нас на руках, — тихо сообщил Сэм. — Мы с Дином похоронили его на кладбище в Нормале, Иллинойс. Если хочешь… и если мы все переживем сегодняшний день, то я отвезу тебя на его могилу.  — Опять путешествия во времени, да? — на лице Джона появилась болезненная гримаса. — Вы отправились в прошлое и втянули его тоже в свои вселенские разборки?  — Нет, — вздохнул Сэм. — Генри, спасаясь от демона, сам прибыл в будущее. И наткнулся на нас, потому что магия крови приводит к прямым потомкам. Но он плохо закрыл дверь, и демон тоже оказался в нашем времени. Рыцарь Ада, Абаддон. Мы победили ее, но твой отец заплатил за эту победу жизнью.  — Откуда отец знал, как попасть в будущее?  — Он был Просвещенным. — Дин пожал плечами. — И должен был передать это знание тебе, когда ты вырастешь. Но не успел. Зато сообщил нам, что мы — наследники, и передал ключ от этого бункера. Конечно, мы владеем лишь малой толикой знаний, которые были доступны Просвещенным, и, честно говоря, все еще пытаемся разобраться со всем этим «наследием». Но Сэмми у нас ботаник, и однажды он изучит все хранящиеся здесь бумаги. Будет круче, чем любой из этих замшелых пней.  — Похоже, Просвещенные тебе не слишком нравятся, — констатировал Джон.  — А за что мне их любить? — Дин закатил глаза. — Они обладали средствами и знаниями, которые могли спасти тысячи жизней, и просто сидели на всем этом, ничего не делая. В то время как охотники, которых Просвещенные презирали, ежедневно вели борьбу с нечистью, не имея ничего… То есть, не совсем так. Мы знаем, как убивать монстров, но это знание оплачено кровью — нашей и наших коллег. Никто не преподнес нам его на блюдечке, мы добывали его через раны и смерть.  — Мой отец тоже умер.  — Как и другие Просвещенные, — согласился Дин. — Абаддон просто вошла в их штаб и перебила всех, как цыплят. Они никогда не сражались, только изучали книги о сверхъестественном и гордились своими знаниями. Теоретическими! Толку от теории, когда нужна драка.  — Ты не совсем прав, — возразил Сэм. — Просвещенные создали множество вещей, которые сейчас помогают нам в охоте. Те же наручники против демонов и ангелов.  — Может, ты вспомнишь, каким презрением облил нас Генри поначалу? — фыркнул Дин. — Он прямым текстом заявил, что охотники — безмозглые обезьяны! Как долго он распинался, что мы наследники, и отец наш был наследником, а значит, став охотниками, мы унизили себя. Черта с два! Папа спас больше жизней, чем вся эта кучка книжных мудаков вместе взятая! А мы вообще предотвратили Апокалипсис!  И только увидев совершенно ошарашенное лицо Джона, он сообразил, в чьем присутствии произнес эту пламенную речь.  — Я? — дрогнувшим голосом проговорил Джон. — Стал охотником на нечисть? Спасал людей? Но… я всего лишь механик. И ничего не знаю обо всех этих монстрах.  — Узнаешь, — мрачно сообщил Дин. — Причем не из книг, а трудным путем.  — Но… а как же Мэри? Наша жизнь, ребенок… то есть, — он кинул виноватый взгляд на Сэма, — даже двое, как я теперь знаю. Я что, просто бросил все это?  Чего Дин совершенно не собирался ему рассказывать — особенно сейчас, когда им предстояла смертельная схватка, — так это о причинах, почему Джон стал охотником. Сэм, судя по смущено потупленному взгляду, разделял опасения брата. Как сказать парню, от решимости которого зависит успех или неудача предстоящего боя, что меньше чем через пять лет он потеряет любовь всей своей жизни?  — А мама, в отличие от тебя, очень даже в курсе всех этих вещей, — наконец криво улыбнулся он. — Она ведь не говорила тебе, да? Кэмпбеллы — одна из самых известных семей охотников в стране. И Сэмюэл серьезно относился к тому, что мы называем семейным бизнесом, так что Мэри начали привлекать к охоте с ранних лет, как и нас с Сэмми.  — Она действительно никогда не говорила об этом, — с горечью сообщил Джон.  — Конечно, — хмыкнул Дин. — Мама всегда ненавидела занятия своей семьи и мечтала бросить эту жизнь. Гибель ее родителей и брак с тобой дали ей такой шанс, но… из этой жизни практически невозможно уйти. Это мы по себе знаем.  — Ты можешь оставаться в стороне, пока живешь в счастливом неведении о том, что монстры существуют, — тихо добавил Сэм. — Но впервые столкнувшись с ними… Это меняет тебя навсегда. Мама не хотела для нас такой же судьбы, на которую ее обрек Сэмюэл. Но так уж вышло, что мы все равно стали охотниками.  — Мама из династии охотников, отец — наследник Просвещенных, — горько усмехнулся Дин. — Я бы сказал — у нас не было ни единого шанса на жизнь обычных обывателей.  — Мне жаль это слышать, — тихо проговорил Джон. — И если бы я мог что-то изменить… но вы ведь говорили, что все равно сотрете мою память, да?  — Чувак, ты… — Дин осекся и смущено потряс головой. — То есть, я хотел сказать: папа. Ты не должен ничего менять! Знаешь, сколько раз я пробовал? Мы ведь возвращались в прошлое, и встречались с вами там, и я пытался сказать маме, предупредить… Но ангелы все равно стерли ваши воспоминания об этом, потому что все должно быть именно так, а не иначе. Я ненавижу то, как сложилась наша жизнь. Но будь она другой, мы с Сэмми оказались бы беспомощными, когда на наши плечи свалился Апокалипсис. Тот самый, библейский. И это было ни фига не смешно! Так что же, мы должны обеспечить себе нормальное детство — и погубить мир? И знаешь, можно сколько угодно твердить: «Почему именно мы?», но так уж вышло, что это выпало нам, в не кому-то другому. И мы справились, а это самое главное.  — Ты стал очень мудрым, Дин. — Кастиэль стоял в дверях и улыбался ему грустной улыбкой, а в глазах светилось такое восхищение, что Дину стало почти больно. — И это доказывает, что ангелы не ошиблись в выборе. Ты — истинный праведник. Но я пришел сказать, что собрал все нужные ингредиенты для ритуала усиления благодати. И мне нужно забрать у вас Джона на час или около того, чтобы подготовить его к роли, которую ему предстоит сыграть.