не забыть удалить

      — Ну, как он?       Шмыгает носом Лиза, кутаясь в шарф тёплый. Девушка стоит чуть поодаль футбольного поля, наблюдая за тем, как Илья с Даней страдают хернёй, вернее, пытаются играть.       — Вроде нормально, — с уклончивостью отвечает Кашин, сунув руки в карманы бомбера. Сейчас опасный момент, нужно пробить Илюхе на воротах.       — Что значит, блять, «вроде»? — злится Неред. — Ты же с ним всё это время был, мог бы и уточнить поконкретнее. Он, может, вены себе вскрыть хочет, а ты стоишь тут и хуйней занимаешься.       — Не драматизируй, — добавляет Коряков, разминаясь возле ворот, взгляд опуская на дырявую, еле живую сетку. — Он ясно дал понять, что не хочет вспоминать этот пиздец, поэтому отъебись от человека и… Постарайся не загоняться. Ему не легче.       — Да хули вы такие бездушные твари? Дань, ну ты-то хоть этому еблану скажи! — взмолилась девушка, уже откровенно встревая в игру. Кашин было занёс ногу над потёртым мячом, но передумал бить.       — А что? Илья прав. Руслан не хочет предавать это огласке, пусть и среди нас. Я его прекрасно понимаю, поэтому уважаю его личные границы. Если он не хочет об этом говорить — его право.       — Да вы охуели что ли оба?       — Лиз, ты этим нихуя не поменяешь, — закипает Коряков. — Ты не найдешь этих пидорасов магическим образом, не накатаешь уже на них заяву. Блять, даже звука на видео не было, мы уже никак эту вину не докажем.       — Какой ты мерзкий, Илья, — тихо говорит девушка, отходя в сторону и давая Даниле пробить мяч в ворота. Коряков не успевает поймать, с глухим стуком падая на пластмассовую траву.       Ветер усилился. Тучи над головами ребят сгущались всё больше. Холодные порывы воздуха подхватывали пожухлые листья вокруг, сгоняя их в единую кучу. Близился мороз.       — Не мерзкий, а прямолинейный, — отвечает блондин наконец, вставая и отряхиваясь от налипшей на треники грязи. — Слушай, я понимаю, что у каждого из нас сейчас есть мнение на этот счет, но давайте дружно засунем его себе в жопу. Не мы оказались в такой ситуации и не нам решать, как поступать, окей? Вон, Даня вообще молчит сегодня, не еби и ему мозги.       — Ладно, не хочу с вами ссориться, — дуется Лиза, мгновенно остывая. Злобы на друзей как не бывало. — Ладушки, сменим тему. Я долго еще буду стоять и ждать на ебаном холоде, пока вы соизволите доиграть? К тому же, Дань, ты только выздоровел, щас опять на неделю сляжешь, кто нам будет с беготней на Новый год помогать? Я не буду одна снова эти ящики ебаные таскать, с меня хватило в прошлом году!       — Это когда тебя Жанка попросила всё оборудование из медиа-центра в актовый зал перетащить? — лыбясь, говорит Илья.       — Ага, пока ты в столовке борщ свой жрал, прохлаждаясь.       — Работа работой, но обед по расписанию. К тому же, мы с Даней успели у первоклашек булочки отобрать. Помнишь, я тебе одну принёс, а ты мне даже слова доброго тогда не сказала, послала нахуй и до свидания…       — Да как ты заебал меня, а… Дань, ты чего?       Кашин стоял, безмолвно пялясь в газон искусственный. Нога мяч держала, чтобы от сильного ветра не укатился, губа вновь зажевана наполовину, а взгляд в одной точке сфокусирован. Парень уже и не слышит, о чем там ему подруга сказать пытается. Очухивается тогда, когда девушка его за плечо тормошит.       — Ты так не пугай больше, — тихо говорит она, так, чтобы Илья не слышал. Тот был занят копанием в рюкзаке. — Я тоже переживаю. Но… Давай правда попробуем немного успокоиться, хорошо? Мне тоже за Руслана страшно, просто пиздец как. Но, раз он попросил… Сделаем хотя бы вид, что у нас всё в порядке, лады?       Даня кивает. Илья кричит что-то про то, что мяч спустил. Неудивительно, он у парня лет с одиннадцати. Все уже стали собираться, как вдруг телефон Лизин подал признаки жизни и затрещал. Девушка быстро ищет мобильник в кармане и отвечает.       — Алло? Жанна Аркадьевна? — Неред нарочито громко сказала, чтобы никто даже шелохнуться не смел. — Нет, не занята, а что?.. Помочь надо? А с чем? Угу, поняла. Да-да-да, они со мной сейчас, могут подойти. Всё, поняла, мы будем.       Бросив трубку, Неред тяжело выдохнула. Она никогда не выносила разговоров с классной руководительницей, ведь обычно они заканчивались вызовом родителей в школу. Илья с Даней переглянулись испуганно, одновременно переводя взгляд на подругу.       — Ну че там?       — Вызывает.       — Блять, я че, опять где-то накосячил? — физиономия Корякова принимает страдальческое выражение.       — Нет, не за твои подвиги, — усмехается Лиза. — Помните, что я говорила недавно насчёт помощи в организации праздника? Наша минута славы началась.       — Ебать, серьёзно? Да ну, в пизду эту шмару старую, — Коряков харкает на землю, куртку запахивая посильнее.       — Она сказала, что уже видела нас на поле и что если мы не явимся — нам всем небольшая такая пизда. Мы у неё прямо под носом, — девушка рукой на окно их класса показывает. — И тебя, Дань, она тоже пожелала увидеть.       — Делать нехуй, погнали.

***

      В актовом зале, куда созвала всех Жанна Аркадьевна, стоял ужасный холод. Отопления не дали, что ли? Хотя, судя по огромным окнам, что кое-где были плохо отделаны, ожидать сквозняка можно было. Лиза даже пальто снимать в гардеробе не стала, войдя так. Зато знатно угарала с Кашина и Корякова, руки чесавших от озноба.       — Так, ребят, я вас позвала затем, чтобы вы мне немножко помогли со всем этим безобразием, а то у нас Новый год на носу, ничего не готово, — учительница обвела рукой составленные в несколько рядов стулья возле стены с фреской. — Это во-первых. Нужно разобрать стулья. Знаю, тяжело, но я поэтому и позвала двух самых крепких мальчиков в классе.       Жанна Аркадьевна улыбается с прищуром и Дане даже как-то неловко становится.       — Лизонька, тебе я назначу особое задание, — классная указывает на уголок диджейский в конце зала. — Я тут послушала, что у нас молодёжь в прошлом году на выпускном слушала… Такой кошмар, боженьки мои.       Женщина руку на сердце кладёт. Даня замечает, что Илья рядом покатиться со смеху готов. Неред, впрочем, тоже.       — Какой-то там рэп, господи, как его… — щёлкает пальцами. — Даже не вспомню уже, забыла… Так вот, Лиза, прошу тебя, пожалуйста, составь нам список музыки хорошей для дискотеки, ладно?       — А чего я? У Насти лучше плейлист собран. Она любит всякое такое послушать.       — Какое?       — Ну, разрешённое, — Лиза видит, как Илья из последних сил держится, чтобы не упасть в конвульсиях на ковролин бордовый.       — Да ну, Лиз, я не настолько древняя, — женщина очки поправляет. — Можно и современное что-нибудь, главное, без мата и без вот этой вот похабщины, которую наши ребята так обожают.       — Это я могу, — воодушевляется Неред. — «Руки вверх», Буланову можно… А, Макси́м тоже сойдет… Билана на крайняк.       — Мне нравится ход твоих мыслей, Лиз, — учительница глазками хлопает. — Иди тогда, работай, а я пока наших мальчишек займу.       Девушка убегает к пульту, попутно телефон свой доставая и открывая музыку собственную. Даня и Илья всё ещё стойко держались, не падая лицами ржущими вниз. Жанна Аркадьевна поворачивается к ним.       — Так, вас я уже выучила за два года. Без поблажек работать не собираетесь?       — Так точно, — улыбается Коряков. — Ну что вам стоит? Мне достаточно лишь разрешить в понедельник не идти на физику, и я весь ваш.       — Черт с тобой. Ну а ты, Даня? — обращается к парню классная.       — Замолвите за меня словечко на химии.       — Ох, уболтали вы меня. Ладно, тунеядцы, но чтобы всё блестело к моему приходу. Вернусь через три часа. Нужно отдраить полы, расставить стулья и сходить на вахту за ключом от подсобки на третьем этаже. Там в коробках лежат колонки, только аккуратно, они тяжёлые… Просила вытащить физрука-то, Германа Анатольевича, так он спину надорвал.       — Не волнуйтесь, Жанна Аркадьевна, всё будет в лучшем виде.       — Надеюсь, мальчики, надеюсь… — женщина собралась уходить, как тут же вспомнила кое-что. — Ой, Даня, погоди!       — Что такое? — Кашин Илью провожает взглядом, а сам остаётся на разговор.       — Я просила Руслана подойти ко мне в пятницу после уроков, ну, чтобы он написал мне небольшую работу. Я хотела знания его проверить, после ваших занятий-то. А он слинял с первого же урока. Ты не знаешь, что с ним?       Данила руку в кармане сжимает неосознанно.       — Заболел. Ему плохо стало, он и пошёл домой. Я передам, что вы его искали.       — Да ты что? Хотя, сейчас декабрь, самое то для заразы какой-нибудь… Ну ладно, пусть поправляется… Иди к Илье тогда. Работайте.       Кашин кивает молча, убегая помогать Илье, что уже взялся за разборку стульев. Работать стало чуть легче, когда Лиза включила на телефоне музыку, дабы отвлечь парней от тяжести переносимого.       — Блять, умоляю, я щас загнусь от этой хуйни, — блондин пот со лба стирает, на секунду разгибая спину. — Поставь что-нибудь нормальное.       — А что в твоём понимании «нормальное»? — Неред кавычки показывает в воздухе, крича с другого конца зала, пока на динамике единственном звучит её любимый с детства «кислотный диджей».       — Ну ебани Нирвану, или Продиджи.       — Ага, чтоб мне пизды дали? Работай под то, что есть, холоп.       — Охуела? — смеётся Коряков, бросая свою работу и надвигаясь в сторону уголка диджейского. — Да нет её щас, ставь поинтереснее что-то. Я этой хуйни наслушался в девятом классе на последнем звонке.       Ребята смеются звонко, телефон друг у друга отбирая.       А у Дани в голове лишь одна мысль, закинутая Ильёй ещё на поле. А может и правда, может можно разузнать, кто стоял за всем этим бесчинством на видео?       И все раздумья прерывает внезапно скрипнувшая дверь входная. Все оборачиваются на звук, замечая одинокий силуэт.       На пороге стояла Лера.