не забыть удалить

      Руслан лениво перевернулся на кровати, чуть не упав на пол от резкого движения. Парень тут же распахивает глаза, из последних сил удерживаясь на постели. Первым делом, что увидел шатен, проснувшись, это то, как Даня, сгорбившись, сидит за компьютером, поедая сделанные наспех бутерброды.       Игривое солнце настойчиво тыкалось своими лучами в плотные шторы, будто желая скорее разбудить шатена. За окном колыхались сухие ветви подстриженной сирени, прогибающиеся под горками мокрого снега.       — Доброе утро, — говорит Тушенцов, протирая глаза и рассматривая силуэт Кашина. Тот уже успел надеть футболку, кинутую вчера куда-то за комод, и что-то активно печатал.       — Ой, блять, доброе. Напугал, — сипит Данила, поворачиваясь на скрипучем стуле к парню. На лице проскользнула неловкая улыбка. — Как спалось?       — Нормуль, а ты как? Ничего не болит? — ехидный смешок сам собой вырывается изо рта и Кашин меняется в лице, сжимая кулаки.       — Спасибо, заботливый, нахуй, — Даня отворачивается. — Нет, всё окей. Просто... Поясницу тянет.       — Может, принести что-нибудь?       — Да не, всё в порядке. Лежи. Всё равно сейчас шесть утра.       — Как хочешь.       Руслану надоело валяться, а потому парень грузно поднимается с кровати и подходит к Кашину со спины, обвивая руками. Даня, кажется, даже не замечает этого, продолжая копаться в каком-то приложении и отвечать кому-то на сообщения. Чай, стоявший рядом на подстаканнике, уже давно остыл.       — Чем занят?       — Появилась тема кое-какая, — отвечает рыжий, запихивая кусок бутерброда в рот. — Пока не уверен ещё, что сработает, поэтому пока что ничего говорить не буду. Не хочу сглазить.       — Ладно, понял, — Тушенцов закатывает глаза, целуя парня в щеку. Тот краснеет немного, но от дела не отвлекается. — Ты как вообще так рано встал-то? Тебя не мутит?       — Не-а, — Даня отрицательно мотает головой. — Я всегда нормально после пьянок встаю. Пока ты дрых, я успел сделать пожрать, помылся и убрал хату.       — Ебать, а можно мне такой же скилл?       — Хуй тебе на воротник, годы тренировок и пиздюлей от мамки на дороге не валяются, — смеётся Кашин, быстро пальцами отбивая ритм по клавиатуре. Снова звук входящего уведомления прерывает наладившуюся тишину и Руслан наконец отлипает от парня, собираясь пойти на кухню.       Внезапный шорох за входной дверью и проворот ключей заставил сердце опустится на самое дно. Даня испуганно подскакивает со стула и уже хочет бежать в прихожую, но не успевает. Мать заходит в квартиру, шелестя пакетами.       — Привет, Дань. Слушай, так замоталась сегодня, ты не мог бы… Что происходит?       Женщина застывает на пороге, так и не успев снять промокшее пальто. Кашин со стыда готов сгореть, ведь Руслан тоже вышел в коридор, чтобы увидеть, кто пришёл. Самое интересное заключалось в том, что Тушенцов был без верхней одежды, с опухшими с ночи губами и царапинами на плечах.       Мать переводит взгляд на сына, замечая выглядывающий из-под ворота растянутой футболки засос. Женщина поджимает губы.       — Мам, я могу всё объяснить! Послушай…       Кашин хочет сказать ещё что-то, но женщина прерывает его одним жестом руки.       — Даня, — начинает она. — Я отвела сегодня пятнадцать занятий. Я слишком устала для того, чтобы разбираться, что здесь произошло. А уж тем более не хочу думать, чем вы вчера здесь занимались.       Женщина уходит на кухню, таща за собой тяжёлые пакеты.       Кашин же резко меняется в лице. Паника охватывает полностью и парень бежит за матерью. Тушенцов хватает с комнаты свою рубашку, поспешно накидывает её и идёт за рыжим. На кухне было… неуютно. Молчание чересчур уж затянулось, а подобрать нужные слова было не так-то просто.       — Мам, послушай меня, пожалуйста, я… Я…       Даня вздыхает тяжело, чешет шею, опуская взгляд в пол. Ну что ему говорить? Что они вчера весь вечер с Русланом страстно любили друг друга? Что Даня счастлив с ним и не хочет никому отдавать? И как же без: «Мама, я люблю его, а если тебя не устраивает моя жизнь, то я ухожу и буду жить на помойке».       — Даня! — женщина повышает голос, чтобы прервать несвязный поток слов. — Перестань, прошу. Я всё понимаю. Вы хотя бы предохранялись?       Нет, ну тут даже Руслан впал в ступор. Кашин кашляет от неожиданности, краснея на глазах. Ну, тут ведь даже врать придётся, что резинки у них были…       — Господи, Дань, ну что ты как маленький, ей богу, — женщина подходит к сыну, осматривая пятно на ключице. Рыжему до того неловко стало, что его собственная мать рассматривает его следы любовного преступления и даже не смущается сама. — Нет, я всё понимаю, если ты думал, что раз Руслан не девочка, то и не залетит никто, но… Банальный спид, Даня.       — Всё, мам! Я понял! Хватит… — Кашин обессиленно падает на стул, руками прикрывая бордовое лицо. Тушенцов сзади нежно кладёт руку на плечо, успокаивающе гладя. Рыжий заботу оценивает, в ответ свою ладонь на чужой оставляя.       — Ладно, горе-любовнички, есть будете? — смеётся женщина. — А то я вижу, вам вчера некогда было даже еды приготовить…       — Ма-а-ам, — тянет Кашин, приглашая Руслана сесть напротив. Шатен чуть со смеху не лопнул. — У нас всё было. Я бутеры сделал.       — Молчу-молчу… Как к Илье-то вчера сходили? Много пил? — Даня мотает головой. — Руслан, давай-ка ты мне расскажешь, а то я ему не верю что-то.       — Нет, всё нормально было, — парни мигают друг другу. — Два бокала вина осилил и мы ушли.       — Ну и ладно, меньше пьешь — здоровье сбережешь, — женщина достаёт макароны с верхней полки. — Вы сколько будете?       — Да немного.       Парни улыбаются, смотря во влюблённые глаза друг друга. Кажется, всё налаживается.

***

      — Вы где пропадали? — спрашивает Лиза, стоило только парням ввалиться в кабинет алгебры. — У меня к вам есть охуеть какой важный вопрос и лучше бы вам на него ответить.       Девушка вскакивает из-за парты, укладывает растрепавшие волосы и спешит к друзьям, не замечая вопросительные взгляды одноклассников. Даня и Руслан занимают места позади, ожидая подругу.       — Это что? — девушка, задыхаясь от нетерпения, тычет пальцем в экран смартфона.       — Дискотека, — невозмутимо сказал Даня, не особо заостряя внимания на контексте фотографии. Зато Руслан неловко улыбается.       — Это я и без тебя вижу, а вот какого хуя вы на этой самой дискотеке танцуете вместе, блять?       — Что?! — Даня выхватывает телефон из рук, смотря вытаращенными глазами на фотку. И правда, на ней отчётливо видно силуэты его и Руслана, пойманных камерой в свете одинокого софита. Аккаунт приславшего расставил всё по своим местам. — Лера. Ну, конечно, ебать. Слушай, удали её нахуй с группы, пожалуйста. Заебала, блять.       Даня резким выдохом сдувает чёлку со лба, недовольно фыркая.       — Это понятно, а вот лично вы нихуя не хотите мне разъяснить? — шипит Неред. Коряков на заднем плане показывает жестом перерезанное горло, говоря о том, что сам ничего не рассказывал. — Илья молчит. А вы?       — А что объяснять? — подаёт голос Руслан. — Мы встречаемся.       — Еб твою мать и вы молчали?! — кричит Лиза, тут же вспоминая, что они в классе не одни. — И Илья знал? А мне вы ничего не сказали?       — Не хотели трепаться лишний раз, — говорит Даня. — Поверь, это никому не нужно. Тем более после той ситуации с видео.       — Поняла. Простите, — тише добавляет девушка, заправляя выпавшую прядь за ухо. — В любом случае, мешать я вам не собиралась, просто… Немного обидно, что вы мне сразу же не рассказали, пока Илья был в курсе.       — Извини за это, но там была… Патовая ситуация, — объясняет Даня. — Я сам не хотел ему рассказывать, но так вышло.       — Ясно… Я рада за вас… И спасибо, Руслан, что спас его от самобичевания. Он бы загнулся давно.       Лиза кивает и обнимает обоих парней так крепко, насколько позволяли её тонкие ручки. Даня искреннее улыбается девушке, трепля её по волосам. Та убегает к Илье, махнув рукой. Звонок на урок прозвенел.       Лера, сидящая на две парты впереди, обернулась назад и видя Руслана, который нежно приобнимает Кашина за плечи, нервно бьёт себя ладонью по коленке, замечая на телефоне уведомление о том, что она исключена из группового чата…       В класс заходит Жанна Аркадьевна. Женщина выглядит отдохнувшей и посвежевшей, улыбка её так и радует глаз, а заодно и успокаивает ребят. Ведь, если у классной всё в порядке с настроением, то и оценки сегодня будут в норме.       — Итак, доброе утро, ребята, — пропела классная, кладя журнал на стол. Женщина обводит взглядом весь класс, сразу отмечая отсутствующих. — Вчера был прекрасный вечер, не так ли? Все отдохнули и повеселились? — класс кивает. — Ну и замечательно. А теперь пора браться за учёбу. Со следующей недели у нас стартуют пробники по математике и русскому, а уже завтра те, кто сдаёт химию и биологию пишут итоговый зачёт для Татьяны Валерьевны. Всем ясно? Физики и философы, до вас очередь дойдёт, не переживайте.       Жанна Аркадьевна отвечает на возникшие у некоторых ребят вопросы и начинает вести урок. Даня старательно записывал каждую формулу и каждое задание, будто никогда не разбирал их самостоятельно, в то время как Руслан переписывается с Коряковым, которому было как-то наплевать на происходящее.       А Даня, записывая очередной номер, думает, что было бы неплохо бы собраться всем после всех экзаменов и выпить по баночке пивка, любуясь красивым бензиновым закатом, какой бывает в их городе лишь в конце мая…