Five Days | Пять дней

      Драко резко проснулся от пинка Грейнджер и вскрикнул, больно ударившись головой о каменную стену.              — Ты в порядке? — тихо спросила она. Драко не отвечал, морщась от боли, пока она не прошла, а затем прищурился на Грейнджер в темноте. — Шевели ногами, — напомнила Гермиона, смотря, как он неуверенно оглядывается, пытаясь сориентироваться.              — О боги, — жалобно простонал он, разминая мышцы.              — Знаю, у меня тоже тело болит.              — Да оно не просто болит, — скривился Драко. Он сильнее сощурился, чтобы разглядеть хоть что-то сквозь жуткую серую тень, в которой они оказались. — Как… как долго я спал? Сколько времени?              Она покачала головой.              — Почти полчаса. Мне пришлось тебя раз десять пнуть, чтобы ты проснулся, — произнесла Грейнджер обвиняющим тоном.              Драко нахмурился.              — А что я мог сделать? Я устал. Я тоже два раза подряд дежурил, когда эти чёртовы мыши вернулись.              Она хмыкнула.              — Мне не очень-то сладко спалось.              Он проигнорировал её, продолжив затуманенно озираться по сторонам.              — Почему до сих пор так темно? Должно уже близиться к утру.              Ответом ему стал тихий раскат грома — они оба посмотрели друг на друга широко распахнутыми глазами.              — Дождь, — с тревогой сказала Грейнджер, сдвинув брови. — Прогноз предупреждал о грозе.              — Это ведь значит, что у нас будет вода, — обрадовался Драко. — И мы продержимся дольше.              — Да, но мы промокнем, — заметила она, — а это значит, что станет холоднее. Если ты думал, что вчерашнее заклинание отняло у нас много сил… представь, что нужно будет сохнуть, и греться, и шевелить ногами.              Драко бросил на неё взволнованный взгляд и снова запрокинул голову.              — Может, удастся избежать худшего, — неуверенно сказал он.              Она не выглядела убеждённой.              — Посмотрим…              — Как думаешь, воды хватит, чтобы хотя бы это промыть? — Драко кивнул на рану и сморщил нос.              — Что такое? — обеспокоенно спросила Гермиона.              Он слегка покачал головой.              — Выглядеть стало хуже. — Драко пошевелил пальцами. — И болит теперь сильнее.              Она задумалась.              — Сомневаюсь, что капли дождевой воды справятся с инфекцией, которая почти наверняка уже там распространилась.              — Утро полно радостных новостей, — протянул Драко.              — Ты хотя бы не задохнулся в моём крысином гнезде.              Он вперился в её волосы взглядом, прежде чем посмотреть ей в глаза.              — Маленькая победа, — только и сказал он, вздохнув. — Но я, пожалуй, приму её.              Гермиона положила голову ему на плечо.              — Я голодная, — прошептала она после мгновения молчания. Драко снова вздохнул.              — Да.              — Если бы ты мог съесть что-нибудь прямо сейчас, что бы ты выбрал? — тихо поинтересовалась она.              Он посмотрел на неё и закрыл глаза.              — Яблоки.              Гермиона фыркнула:              — Серьёзно? Из всего на свете ты бы выбрал яблоки?              — Яблоки, — повторил он, щекой прижимаясь к её макушке. Гермиона слегка удивилась этому интимному жесту, но не отстранилась.              — Ты… ты знаешь, что выбрала бы я? — Он вопросительно промычал, и она улыбнулась. — Я бы съела большой жирный сэндвич с беконом.              Драко застонал.              — Я думал, ты против дополнительных страданий, — поддразнил он.              — Только представь, — продолжала Гермиона, — всё смешано в кучу, жирное и ужасное, но… ммм.              Драко улыбнулся при мысли о сэндвиче.              — Ты — зло.              Она хихикнула.              — Нет… я голодная.              Вдруг раздался ещё один громкий раскат грома.              — Похоже, гроза приближается, — Драко посмотрел наверх.              — Да, — мрачно согласилась Гермиона.              Какое-то время они просто прислушивались к нарастающим звукам ветра и грома, пока Драко не прочистил горло.              — Я, э-э… мне снова нужно отлить, — неловко сказал он.              Гермиона оторвала от него голову и попыталась ободряюще улыбнуться.              — Да, я так и подумала. Я тоже уже сходила, как раз перед тем как разбудить тебя.              Она потянулась к молнии, но он вздрогнул.              — Что такое? — нахмурилась Грейнджер. — Немного поздновато стесняться.              Драко мигом отвернулся.              — Ладно… Терпи дальше, — пожала она плечами.              — Нет, — смиренно выдохнул он, — мне нужно. Я… я просто… я думал, что к этому времени уже пройдёт, но…              Он толкнулся к ней бёдрами, тем самым объясняя причину своей нерешительности, и Грейнджер склонила голову, глядя на него.              — Серьёзно? — поражённо спросила Гермиона, чувствуя эрекцию под рукой. — Тебя смущает утренний стояк?              — Господи, — он посмотрел на неё так, будто впервые увидел, — ты всегда такая прямолинейная?              Она рассердилась:              — Я, кажется, уже упоминала, что знакома с работой мужского организма. К тому же… это совершенно естественно. К чему стесняться?              Драко уставился на неё.              — Не стесняюсь я, — усмехнулся он. — Мне просто как-то не по себе от мысли, что ты будешь трогать мой член, спасибо!              Гермиона закатила глаза.              — Так ведь как раз это и стоит первым пунктом в моём списке дел, — съязвила она, — потрогать твой чистокровный член в ох какой эротичной обстановке.              — Ну, ты уже хер однажды упомянула, — отрезал он в ответ. Она отвернулась к стене.              — Ну?.. — спросил Малфой через минуту.              — Что «ну»? — она не посмотрела на него.              — Мне нужно в туалет.              — Рада за тебя.              Он насупился.              — Я не могу больше терпеть.              — Так вперёд.              — Я не хочу ссать в штаны.              — Почему? — спросила Гермиона, поднимая глаза к небу. — Если дождь когда-нибудь пойдёт, мы всё равно промокнем.              Его выражение лица сменилось на крайнее отчаяние.              — Пожалуйста, Грейнджер… Я и так умру в этой яме. Я бы хотел сохранить хоть каплю достоинства, которая у меня ещё осталась.              — Считаешь, если я помогу тебе отлить, то сохраню твоё достоинство? — усмехнулась она.              — Да, лучше уж так, чем обмочиться, — кисло ответил Малфой.              Гермиона всмотрелась в его умоляющие глаза.              — Ладно, — раздражённо протянула она, сдавшись, и быстро расстегнула брюки, нащупывая его.              Драко слегка сморщился, стараясь не реагировать на прикосновения, а она уже высвободила твёрдый член.              — Тебе, э-э… придётся как бы наклонить его вниз, но не слишком сильно, иначе поток перекроешь, — проинструктировал он.              Грейнджер бросила на него свирепый взгляд.              — Я знаю, как работают законы физики, — отрезала она, выполняя его указание. Но Драко не потрудился ответить, он закрыл глаза и начал писать. — Знаешь, — сказала она, сжимая его, — я впечатлена, как тебе удалось попасть в фазу быстрого сна. У людей бывает утренняя эрекция только тогда, когда они…              — Пожалуйста, прекрати болтать, — сердито прервал её Драко.              Грейнджер закатила глаза.              — Я правда не понимаю, почему ты смущаешься…              — Да не смущаюсь я, чёрт возьми! — выплюнул он. — Я пытаюсь не думать о том, кто меня трогает!              — Ты сам меня попросил! — процедила она, мгновенно отпуская его и хватаясь за свои шорты.              — Чёрт, да знаю я, что сам попросил!              — Тогда в чём проблема, придурок?!              — В тебе! — рявкнул он. — Он не упадёт, пока ты своим писклявым голосом не перестанешь напоминать, что это твоя рука на нём!              Её брови поползли вверх.              — Что?              — Твою мать! — взревел Драко, поднимая лицо к проклятому небу. — Вытащите меня из этой чёртовой дыры!              Гермиона уставилась на него широко раскрытыми глазами.              — Малфой…              — Это всё ты виновата! Ты глупая, упрямая… Ты, ты… а-а-а!              — Я виновата?! — закричала она в ответ.              — Ты меня схватила! — бросил он на неё свирепый взгляд.              — Я падала! Из-за тебя!              — Так ты решила утащить меня с собой?! Умно. Чертовски умно, — усмехнулся он. — Если бы ты упала одна, я мог бы позвать на помощь. Но не-е-ет. Тебе надо было тащить меня в ад за собой!              — Ты бы мне не помог, — с ядом возразила Гермиона. — Ты бы посмотрел, как я умираю, а потом собрал бы растения и пошёл своей дорогой!              Малфой рассвирепел.              — Ты ничего не знаешь о том, что я сделал бы, а чего нет.              — О, думаю, я прекрасно представляю, на что ты готов ради собственной выгоды, — она бросила взгляд на Тёмную метку. Драко и сам посмотрел на выцветшее пятно, и у него вдруг сделался такой вид, словно он проглотил муху.              — Да, — его голос сочился горечью, — да, наверное.              По тому, как мгновенно изменилось выражение лица Грейнджер, стало ясно, что она сожалеет о сказанном.              — Малфой, я…              — Просто заткнись, — тихо произнёс он, глядя в стену.              — Мал…              — Замолчи! — огрызнулся Драко. — Заткнись, твою мать. Заткнись. Заткнись, — его нижняя губа яростно дрожала. — Пожалуйста, — прошептал он, закрыв глаза, — просто… молчи.              Гермиона несколько минут следила за ним, а когда он немного успокоился, отпустила шорты. Она молча протянула руку вперёд. Драко распахнул глаза — она дотронулась до него, но отвернулась в сторону и просто сунула обмякшую часть его тела обратно в штаны.              Закончив, Грейнджер опустила голову ему на плечо.              — Мне жаль, — сказала она очень тихо. Последовало долгое напряжённое молчание, пока она не заговорила снова: — Нам, эм… наверное, стоит просто продолжать спать сегодня по очереди, хотя бы до тех пор, пока не пойдёт дождь. Разбуди меня, пожалуйста, через пятнадцать минут.              Несколько её локонов защекотали ему лицо, и Драко откинул голову. Он подул на одну прядь и уставился на спутанные волосы. Тугие локоны-пружинки и вьющиеся, распущенные пряди слепились в массу коричневого цвета — от блондинистого до чёрного и всех оттенков между ними.              Он несколько минут смотрел на радугу тёмных кудрей, прежде чем наклонить к ним лицо. Драко мешкал всего миг, а потом слегка уткнулся носом в эти волосы и сделал глубокий, медленный вдох. Грейнджер шевельнулась, и он отдёрнул лицо, прислонившись к камню.              В серых глазах замерцали слёзы, но он усиленно сморгнул их, с сожалением посмотрев на метку, а затем устремил взгляд на недосягаемое небо над головой.              — Мне тоже жаль, — прошептал он будто на вдохе. — Каждый день моей жизни.              Драко понаблюдал, как трава на краю расщелины танцует под ветром надвигающейся грозы, в очередной раз вздохнул и начал считать про себя.              «Один, два, три, четыре…»