Дуальность

-Кеншин, ты всё не так понял! – Сано идёт за другом, огибает бегущих детей с водными пистолетами, примирительно размахивает руками. – Это было по-братски. Малышка… В смысле Каору мне как сестра родная. -Сано… -Нет, послушай, я всего лишь прикалывался над ней. Она мне младшая сестрёнка, честное слово! Да и по физиологии мы не совместимы. -Сано. -Мне нравятся женщины аммм пофигуристее. Да, точно, так чтобы грудь подпрыгивала и говорила «здравствуй». -Сано. -Нет, ты не подумай, куколка хороша, но не для меня. Я ведь вижу, как ты на неё смотришь. У меня к ней всё мертво там, ну ниже пояса. -Сано. – громче произносит Химура, отодвигает железный стул. – Садись. -Здесь? – сглатывает. – Может хотя бы выйдем? -Мы ждём Аоши. – садится на соседний стул, заказывает три стакана с соком. -Аоши? – тупо повторяет Сагара. – Зачем? -Сано, я не собираюсь тебя бить. – мужчина с сомнением смотрит на друга. – Я знаю, что ты просто дурачился. Надеюсь, ты больше не будешь играть со страхами госпожи Каору. -Ты наконец пригрозил Сагаре? – Шиномори подходит к столу, садится на свободный стул, кладёт перед собой толстую пластиковую папку на застёжке. -А что это ты принёс? – прочищая горло и меняя тему спрашивает бывший боец. -Тут всё, что ты просил. – достаёт файл и фотографиями, файл с напечатанным отчётом, где половина текста зачёркнута чёрным маркером. Кеншин берёт документы, сначала разглядывает фотографии, Сано склоняется к другу разглядывая карточки, удивлённо спрашивает. -Это придурок Сайто? -Фудзито Горо. – поправляет Аоши. – Он сказал правду про работу на правительство. -Значит волчара не солгал. Погоди, а что это за женщина, которая держит его за руку? -Токио, жена. -Жена? – кричит Сано. – Ты шутишь! -Нет, у неё есть ребёнок от первого брака, а на данный момент она беременна вторым их общим. -Очуметь! -Всё же он нашёл себе место после революции. – разглядывая фотографии говорит Химура. – Но проверит не мешало. Его жена должно быть обладает характером Будды. -За последние несколько лет было убито около дюжины участников революции с обеих сторон, к трём из них он косвенно приложил руку. В основном это были бывшие командиры, которых назначили на должности при новом правительстве. Этот был уличён в растление несовершеннолетних мальчиков. – указывает на конкретного мужчину на фотографии, что держит альфа. С краю можно разглядеть мужчину в шляпе, держащего сигарету в руке. – А этот продавал военные разработки на Запад. От него мало, что осталось. – несколько фотографий тучного мужчины, заснятого за ужином в ресторане, а после фото с места преступления. – Точная колотая рана в шею и живот, отрублены конечности. На этого ничего нету, он жил в деревне, похоже на самоубийство. -Ты думаешь его тоже убил Сайто? – фиолетовые глаза смотрят на Шиномори. -Скорее всего, это подтверждает стиль совершенного убийства. Мне доводилось с ним встречаться в Аойе. Уравновешенный войн без пристрастий, человек высоких моральных принципов. Думаю, он инициировал бой с Сайто. -Но зачем? – Сано берёт несколько фотокарточек из рук друга, повторно их просматривает. – Он вроде как мог выбрать любую должность. -Деньги и власть не всех интересуют. -Он не смог смириться с наступившей эпохой. – отвечает Кеншин. -Не все могут найти место в новом мире. – соглашается Аоши. – Только с этими смертям можно связать Сайто. Если ты прочитаешь секретные отчёты, то увидишь, что всё это были приказы нового правительства или же инициатива Сайто, но доказать второе будет невозможно. -Да тут же ни хрена не понятно! – вскликивает Сагара смотря на документы, что листает рыжеволосый. – Сплошные чёрные полоски. -На то они и называются «секретными». – смеривает бестолкового бойца многозначительным взглядом. -Благодарю Аоши за оперативную работу. – Кеншин складывает фотографии обратно в файл, берёт остальные документы из папки, бегло читает их глазами. -Онивабан был рад тебе помочь. Давненько мы такими вещами не занимались. Кеншин благодарно склоняет голову перед Шиномори, смотрит за плечо мужчины. Мисао и Яхико ругаются стоя у бассейна. Каору разводит их в стороны руками, отчитывает брата, забирает у него круг. Мегуми лениво за ними наблюдает, попутно отшивая очередного ухажёра, подмигивает ему замечая взгляд. Мисао бежит в их сторону, поскальзывается, но ловит равновесие. Не оборачиваясь Аоши поднимает мобильный в воздух, девушка радостно его выхватывает, бежит обратно, делает несколько совместных фотографий с Каору и Яхико, потом с Мегуми и коктейлями, бежит обратно к их столику. Сделав несколько фотографий мужчин, отдаёт телефон Шиномори, тот просит отнести файл с документами Мегуми. -Касивадзаки-сан доверяет только врачам семьи Такани. – поясняет Аоши. – Он в том возрасте, когда надо регулярно проверяться. Кстати, он прислал тебе сообщение. – включает аудиозапись на телефоне, кладёт мобильный на середину стола. «Хо-хо-хо! Как поживаете Химура-сан? Давно мы не виделись, но от Онивабана так просто не скрыться хи-хи, даже вам. Мисао обещала передать вам привет из Киото. Ничто в мире не смогло её удержать от поездки. Заранее прошу простить если внучка доставит вам проблем, но вы и сами когда-то были проблемным ребёнком. Недавно встретил мужчину-торговца на рынке, покупающего саке, он был очень привередлив в выборе алкоголя. Я купил у него пару глиняных чашек. Нам стоит вместе выпить если вы когда-нибудь решитесь нас навестить. Аоши был выбран мною в качестве сопровождающего, думаю вдвоём вам будет сподручно присмотреть за моей милой Мисао. Надеюсь, Сагара не заблудился по дороге в Токио, не смог дождаться приезда Мегуми-сан и сразу рванул к вам. Ох, молодость! Да, что это я всё о себе да о себе! Как вы поживаете? Я слышал вы поселились в доме Камия. Уважаемая семья с самурайским прошлым. Я слышал у них есть наследница. Можем сыграть две свадебки за раз хо-хо-хо! Всё за мой счёт господин Химура. Позвольте нам вам отплатить, это будет честь для нас. Мы уже приготовили подарки и ждём вас в гости. Мисао писала, что позвала Камию-сан в гости, приезжайте с ними. О, передайте этому негоднику Аоши, чтобы поскорее дал мне свой ответ, предыдущий меня не устраивает. На этом всё Химура-сан. В будущем хотелось бы с вами лично поговорить. Я всё Сикидзё, куда жать? А? Я так и делал! Ох, стариковские мои глаза. Да я жму! Слишком мелкие значки. Что ты говоришь?..» Слышится шуршание, а затем запись заканчивается. Сагара посмеиваясь смотрит на телефон, который Аоши убирает со стола. -Ха, да тебе Кеншин предстоит дорога в Киото. Зуб даю старик задумал тебя споить. -Это был подтекст Сано, он говорил про Учителя. -Ааа. Ну всё равно я с ним выпью, отличный старик и в здравом уме. Смотри, вас с куколкой поженить собрался. – хлопает Химуру по плечу довольно скалясь. -Аоши, почему Окина сказал про две свадьбы? – спрашивает бродяга, мужчина едва заметно ведёт плечами, смотрит в сторону. -Он составил завещание на случай своей внезапной кончины ещё несколько лет назад. Недавно у нас с ним состоялся разговор. Я не намерен занимать обратно место лидера Онивабана, эта эпоха закончилась, но меня и слушать не стали. Он показал мне заверенные документы, где указывалась, что Мисао унаследует всё после его смерти, но ей нужна твёрдая рука рядом, которая будет направлять, надёжный альфа. -Погодь, - на лице кулачного бойца отображается тяжёлый мыслительный процесс. – Он собрался устроить Мисао договорной брак? Ей это не понравится, вот увидите. Она тааааакой скандал закатит. -Сано, Аоши пытается сказать, что ему предложили роль жениха. -ЧЕГО? -Мисао не знает, поэтому будь добр говорить тише. – недовольно смотрит на Сагару. - Это было правильным решением. -Но почему? – спрашивает Сано. – Девчушка тебя просто обожает, с самых пелёнок. Всегда ходила за тобой хвостиком. Шиномори тяжело вздыхает, поворачивает голову в сторону Мисао плескающей ноги в бассейне и болтающей с Каору. Девушки смеются над чем-то склонив к друг другу головы, брызгаются. Кеншин видит тоску в глазах альфы, но молчит отчасти понимая, чем продиктован такой поступок. Спросить любит ли он девочку, с которой вырос в одном доме не решается и так ясно. -У неё есть выбор. – поворачивается обратно к столу, смотрит на стеклянную поверхность, берёт в руку стакан с недопитым соком. – Химура ты должен был почувствовать. -О чём ты говоришь? -Мисао ещё не определилась. – отвечает рыжеволосый. – Но она чувствует запахи. -Это стало дурной привычкой три года назад, когда она впервые почувствовала запахи альф и омег. – продолжает Аоши. – Окина альфа, отец Мисао тоже был альфой, а мать обычным человеком так что шансы Мисао стать омегой были поровну, но физиология, возможно, не даст развиться этому гену. -Почему? Может Мегуми сможет помочь, сделает там пару тестов или ещё что. – произносит озадачено Сагара. -Я бы предпочёл, чтобы этого не случилось. – бывший ниндзя сжимает кулаки под столом. – Для этого потребуется много ресурсов, а её тело не сможет это перенести без риска. -Крошка тоже не большая, но разве для омег это не норма? Они все такие маленькие и компактные. – говорит Сано пытаясь въехать в причину волнений бывшего командира Онивабан. -Сано. -Всё нормально Химура. Пока тебя не было Такани-сан за ней наблюдала. Точных прогнозов нету. -Я понимаю тебя Аоши. Ты не хочешь привязывать к себе Мисао, давать ложных надежд. -бродяга сочувственно смотрит на мужчину. Метка альфы вещь не простая и навсегда. – Не терзай себя раньше времени. Мисао знает о твоём отказе? -Я хочу для неё нормальной жизни. Если она не определиться, то сможет найти такого же мужчину, я буду помогать им. А если вторичный пол проявится… -Твои страхи вполне обоснованы. Но тебе также стоит помнить и о её желаниях. Мужчины погружаются в тягостное молчание. Сагара не выдерживает первым и снова поднимает тему бывшего капитана Мибу, строит догадки почему тот внезапно объявился, ловко заменяет нецензурные слова кашлем. Шиномори отвечает без энтузиазма и говорит, что раз рыжеволосый наконец осел есть шанс, что появятся и другие. -Тебе стоит быть осторожным. – пристально смотрит на бродягу. -Да ладно вам! – беспечно отмахивается Сано, шутит. – Кто в здравом уме сунется к нашему демону? -В Аойю никто не заходит, но были преценденты. Пару умников решили, что старик лёгкая добыча, но звание командира Онивабан не просто так дают. -Ого! Да дедуля ещё полон сил, а уже составил завещание. -Он знает, что век воина недолог. – задумчиво произносит Химура. -Возьми папку с собой, там есть список выживших после войны, с обеих сторон. -Благодарю Аоши за предусмотрительность. Кеншин вновь почтительно склоняет голову перед бывшим командиром, аккуратно забирает пластиковую папку. Смотрит как Каору заливисто смеётся над корчащей рожицы девушкой, пихает брата в бок призывая оценить пародию на непонятно кого. Их взгляды пересекаются, она машет ему рукой. Шиномори поступает правильно давая пространство и время Мисао, но иногда так хочется побыть неправильным и получить желаемое. Девушка потягивает сок из стакана с помощью трубочки. Смотрит на него из-под ресниц. Ками дай мне сил сделать всё правильно! *** Лето проходит незаметно. Сезон дождей сходит на нет и Мисао с Аоши решают вернуться в Киото. Яхико подтрунивает над девочкой, но Каору видит, что они подружились в своеобразном смысле этого слова. -Я буду скучать! – со слезами на глазах тараторит Мисао по очереди обнимаю старых и новых друзей. -Во, передай это своему старику и пусть поделится с другими. – Сано показывает девушке корзинку с несколькими бутылками алкоголя, отдаёт их Шиномори. -Саааанооо! -Ну не реви. – не зная, как себя вести смущённо просит бывший боец. – Мы с Мегуми заедем к вам как-нибудь. -Не решай за других. – шлёпает мужчину по плечу свернутыми в трубочку документами. – Я ознакомилась с анализами и могу с уверенностью сказать, что Касивадзаки-сан ещё долго будет жить. Там мои рекомендации и рецепт на витамины, и мазь от растяжений. -Прошу примите благодарность от лица Онивабана, Такани-сан. – Аоши почтительно склоняет голову пред женщиной. -Не хочу уезжать! -Мисао-тян! – Камия обнимает девочку, вкладывает в руки небольшой пакет в непрозрачной упаковке. – Это тебе от меня, открой, когда будешь одна. – шепчет на ушко. -Эй, что за тайны от братика Сано вы скрываете? -Не твоё дело. – девочка показывает язык, смеётся видя улыбку мужчины. -Счастливого пути. – желает Химура пожимая руку на прощание бывшему ниндзя, гладит Мисао по голове. Проводник свистит во второй раз, помогает пожилой паре поднять сумки в вагон. -Пора. – говорит Аоши, мягко подталкивает Мисао в сторону поезда. -Я буду вам писать! – кричит девочка махая рукой на прощание. – Обязательно! Не пропадай Химура! Впятером стоят на перроне пока поезд не исчезает за поворотом. Каору утирает слёзы с лица, Сано ободряюще приобнимает её за плечи, говорит, что в мире скоростного интернета у них не будет проблем в поддержании связи. Кеншин обещает приготовить на ужин её любимое рагу. Яхико хорохорится, подгоняет всех домой. Ужин проходит в относительной тишине. Сагара как обычно дерётся с мальчиком за самые большие кусочки мяса. Мегуми грациозно сидит рядом с бродягой, флиртует. -Йо, куколка прекращай грустить. – запихивая в рот блинчик говорит Сагара. -Но без них так тихо! -От выдры было много шума. Ай! За что? -Учись уважать женщин. – нравоучительно произносит Мегуми поднимая вверх указательный палец. -Слушаюсь. – потирая затылок говорит мальчишка, накладывает себе вторую порцию еды. -Госпожа, вы можете их навестить в удобное время, вот что я скажу. Жители Аойи будут вам рады. -Правда? – с блеском надежды в глазах спрашивает брюнетка у бродяги, тот утвердительно кивает. -Если разрешите я вас буду сопровождать. -Давненько я был в Киото. – делая большой глоток воды произносит Сагара. -Ты сам будешь платить за свой билет. – тыкает брюнетка палочками в сторону мужчины. -Согласна. – поддерживает Мегуми девушку и это первый раз, когда омеги в чём-то сошлись. -Воу! Сейчас работы не шибко много будет, знаете ли. Ну хоть ты красотка Мегу-тян, подсоби-ка. -Не называй меня так! – ощетинивается женщина. – Сам заработаешь. Руки-ноги целы так вперёд. Мы ведь не завтра собираемся уезжать. -Думаю после Нового года будет хорошее время. – Кеншин пододвигает к сидящей по другую от него руку Каору, пиалу с маринованными грибами. -Значит договорились – Новый год встречаем тут! – решает Сано довольно потирая руки. -Тогда ты помогаешь с генеральной уборкой. – сразу находится Камия. – И это не обсуждается. -Ладно. Не хмурь лицо детка, морщины раньше времени появятся. Каору бросает в сидящего напротив мужчину скомканную салфетку на что тот отвечает смешком, демонстративно ловит салфетку на лету, вытирает губы. Яхико сыто откидывается на спинку стула. И всё же счастье в простых вещах, думает Химура оглядывая друзей, сидящих за столом. Прикрывает глаза наслаждаясь моментом. *** Каору бежит как оголтелая, расталкивает идущих по улице людей руками на ходу выкрикивая извинения. В начале октября на удивление тепло, а непредвиденный бег согревает ещё лучше. У входа в школу толпа учеников в спортивной форме, ученики других школ тоже пришли, много родителей с фотокамерами пытаются разглядеть своих чад, выкрикивают их имена. Разноцветные самодельные плакаты пестрят со всех сторон, ученики, одетые в различные талисманы, предлагают с ними сфотографироваться, из лавочек доносится притягательный аромат жареной еды, школьники зазывают гостей посетить комнату страха или косплей-кафе. Но её это не интересует, спрашивает у первого попавшегося учителя, где находится спортивный зал, спешит в указанном направление. Со сбитым дыханием среди сидящих на трибуне людей удаётся выцепить взглядом огненную шевелюру. Сано замечает её первой, берёт под мышки, ставит между собой и бродягой. -Спасибо. – переводя дыхание неловко произносит девушка, игнорирует недовольных болельщиков, высматривает на площадке брата. – Я опоздала? -Малыш Яхико ещё не выступал. – отвечает Сагара. -Госпожа позвольте. – Кеншин просовывает свои руки за спину девушки. – Вы забыли снять передник. -Ты чё бежала сюда в одной рубашке? -Не успела переодеться. -Гых! С твоим ростом тебя примут за официантку косплей-кафе. – довольно гогочет Сагара разглядывая выходящую на поле команду. – О, вон наш малец. ЯХИКО ВПЕРЁД! Толпа зрителей ликует, все подрываются на ноги. Оглушительные хлопки и кричалки раздаются со всех сторон. В спортивном зале невозможно дышать, пахнет потом, резиной, женскими духами, ароматы альф и омег смешиваются в отвратительный коктейль. Всем места не хватает, немного пододвигается к Кеншину. -Прости. – пытаясь перекричать толпу произносит девушка, смотрит на брата, пасующего баскетбольный мяч. -Всё в порядке, вот что я скажу. Кеншин наклоняется к её уху тихо отвечая. Неожиданно чувствует чужое прикосновением к правой руке, хочет отдёрнуть, но замирает. Альфа бережно касается её руки, берёт в свою, поглаживает кисть большим пальцем смотря прямо в глаза, сердце ухает вниз живота. -Ты замёрзла. -Что ты сказал? – поворачиваясь спрашивает бывший боец. -Ничего, давайте болеть за Яхико. – спокойно отвечает Химура. Внутри Каору всё переворачивается, голова пухнет от мыслей. Смотрит на брата, забрасывающего мяч в кольцо. Бродяга уверенно просовывает их сцепленные руки в карман своей линялой розовой толстовки, глаза следят за бегающими по полю игроками. Прошло два месяца с момента отъезда Мисао и Аоши. Сано исправно портил намечающийся моменты уединения, Яхико ему без умысла содействовал, а Мегуми специально засиживалась допоздна. Голодный взгляд фиолетовых глаз преследовал, он встречал её после работы, но она так уставала, что сил хватало только на душ и приём пищи. Мимолётные касания казались призраками, никто кроме неё их не замечал. Прикосновение к пояснице, когда садится за стол, случайное столкновение бёдер за столом, которое происходило каждый раз во время трапез; рука Кеншина для удобства лежала на спинке дивана или стула если она сидела рядом, у него неожиданно оказывался зонтик в дождливы день и они были вынуждены теснее прижиматься друг к другу; если она чихала или кашляла у него был при себе платок, а утром ждал чай с женьшенем. Всегда чистое постельное бельё, душистые полотенца в ванне, поглаженная одежда висела в шкафу, а бенто были просто шедевром кулинарного мастерства (набрала пару кило питаясь на регулярной основе). Ей хотелось ответить, но каждый раз, когда рука тянулась за ответным прикосновением его тепло исчезало. Может проблема была в ней? Омеги были хранительницами очага, стирали, убирали, заботились о комфорте партнёра. У них же всё было наоборот: деньги в дом приносила она, а альфа хозяйничал по дому, был кроток и всегда улыбался. Может он хочет показать, как надо себя вести? Нет, Кеншин не такой или такой? Каору всё ещё не привыкала к новой ипостаси, но никакие книги или твиттер, не мог заменить личного опыта. Химура был не стандартным альфой, не только по физическим параметрам, но и действовал сообразно своим принципам. Больше всего ей нравились их прогулки с работы домой, тогда они обсуждали всё на свете. Кеншин инициировал разговор и оказалось, что ему легко рассказать даже о самых неприятных вещах. Единственной темы, которой они не касались были их отношения. Точнее их отсутствие, за исключением прикосновений без объяснений. Она достигла предела и решилась на разговор, отрепетировала речь, осталось дело за малым – заговорить первой. Каждый день давала обещание перед зеркалом признаться в чувствах, а в конце дня обзывала себя трусихой засыпая одна в постели. Точно не сошла с ума и видела с сотню раз как он тайком прикасался к ней. Переход от друзей к возлюбленным всегда показывался в фильмах и книгах как риск, сопровождаемый тревожностью и неуверенностью. Уж лучше она потеряет его навсегда чем будет никем, но рот не издавал ни звука. Если они оба неправильные, то может к чёрту всё и сделать шаг самой? Альфа, омега, женщина, мужчина, двадцать или девяносто девять важно ли это если она любит? Правая рука быстро согревается, потеет, пытается плавно вытянуть ладонь, но как только это делает Кеншин сильнее притягивает её, переплетает их пальцы заключая в капкан. Мда, неудивительно, что люди из банды якудзы так самонадеянно напали на него – внешность обманчива. Матч заканчивается ничьей, спешит к брату в раздевалку поздравить. -Каору? – удивлённо произносит мальчик, останавливаясь в коридоре. -Ты молодец! – искренне поздравляет брата, обнимает. -Я потный. Тебе будет плохо. -Неважно, потерплю. -Смотрите у Хи-куна есть подружка! – произносит кто-то из членов команды. Несколько мальчишек подходят ближе, лыбятся довольно похлопывая Яхико по плечу. -Идиоты! Она моя сестра! – беззлобно сбрасывает чужие руки. -Да ладно! -Как тебе удалось подцепить старшеклассницу? -Йоу малышня! – Сано проталкивается через гурьбу мальчишек, кладёт руку на плечо девушки. – Отличный был бросок Яхико. -А это кто? – перешептываются мальчишки глядя на высокого Сагару в белом спортивном костюме. -Я его дядя. – подмигивает. – А это троюродный брат по линии бабки. – подталкивает Химуру вперёд. -ЧЕГО? – удивлённо вскрикивают мальчишки. -Иностранец! -Смотри какие рыжие волосы. -Так, всё! Идите в раздевалку! – раздражённо перекрикивает толпу одноклассников. -Хи-кун! Хи-кун! Хи-кун! -ИДИТЕ! -А ты популярен. – Сагара похлопывает мальчика по макушке довольно скалясь. -И вы идите! – смотрит на сестру. – Спасибо, что пришла, увидимся дома. -Вот же паршивец. – бывший боец почёсывает ухо. -Хоть под конец успела. – вздыхает Каору. – Я на работу. -Мы проведём. – говорит Химура отдавая девушке передник и свою куртку. *** Недовольно смотрит на градусник – 37,1. Этого следовало ожидать после недавней пробежки до школы брата, думает девушка, но от простуды можно избавиться если действовать оперативно. -Кеншин! – кричит, спускаясь по ступеням. – Где у нас аптечка? -Госпожа? – бродяга выходит из постирочной, пустая коробка из-под порошка покоится в его руках. – Вам плохо, осмелюсь спросить? -Сезонная простуда. -Балда. – говорит Яхико доедая завтрак. -Заткнись! -А вот нечего было бежать ко мне в школу. -Неблагодарный! Лучше сказал спасибо своей прекрасной сестрёнке, что ей удалось выкроить часик и навестить тебя на фестивале. – Каору проходит на кухню, берёт палочки в руки. -Ну-ну, не ссорьтесь с утра. – миролюбиво произносит Химура, ищет аптечку в шкафу. -Красивая? – нарочно удивлённо говорит мальчишка. – Да из-за тебя теперь все думают, что я подцепил милфу. -Ах ты гадёныш! – пихает брата под столом ногой. – Мне и двадцати нету! -А выглядишь как старуха. – показывает язык, пинается в ответ. Указывая палочками на мужчину, добавляет. – Ты тоже хорош. -Прошу прощения? – подаёт девушке пластинку таблеток, присаживается за стол. - Дядя? Брат? У Саноске совсем крыша отлетела! Теперь все думают, что у меня смешанные корни. -Чего? Правильно говорить метис или смешанная национальность. – поправляет брата. -Не учи учёного. – встаёт из-за стола. – Спасибо за еду. И кстати, ты опаздываешь на работу. -Чёрт! – подрывается из-за стола, на ходу доедает завтрак. -Идиотка. – смотрит как сестра бежит наверх за формой. -Будь с ней помягче. – говорит бродяга, убирая со стола грязную посуду. -А… Угу. Я пошёл. -Счастливого пути. В следующие два дня ей не становится легче, но и температура не поднимается. В горле першит, к тому же на таблетки начинается аллергия – постоянно чешется горло. Добавляется головная боль и сверхчувствительность к запахам. Забота Кеншина греет, но счета сами себя не оплатят, поэтому отказывается брать больничный и упрямо идёт на работу. Внешне выглядит всё также, но слабость в теле и озноб на небольшую температуру делают её рассеянной. Утром шестого дня валяется в кровати решая, что постельный режим в выходной сотворит чудо и уже завтра (давно пора!) простуда исчезнет. Спит до обеда, спустившись на кухню обнаруживает пустой дом. Кеншин предупреждал, что уйдёт помогать Мегуми с каким-то буйным пациентом (частный вызов). Ест суп из кастрюли стоя закутавшись в одеяло, доедает чёрствую булочку, маринованные овощи и даже большую пачку чипсов брата. Раз аппетит вырос, думает Каору, значит иду на поправку. Решает принять ванну и расслабиться. Густая белая пена пахнет клубникой, залазит в ванну и сразу отдёргивает ногу. Наверное, переборщила с горячей водой, немного разбавляет, ложится в душистую воду. Живот громко урчит, кафель усиливает эхо. -Ох, не надо было столько есть. – сетует в голос девушка. Прикрыв глаза и откинув голову на спинку ванны пытается расслабиться, но спазмы в животе не дают покоя. Массирует живот ладонями надеясь, что не заработала несварение. Не стоило чипсы запивать молоком, ох не стоило! Решает выйти из ванны, но зрение плывёт, наобум цепляется за вешалку для полотенец, чудом не падает, обмотавшись садится на коврик. Складывается пополам при очередном спазме в животе, стонет, ложится на пол. Это не обычная простуда и она не переборщила с кипятком. Пар постепенно оседает на стенках ванны, становится прохладно, кожа покрывается мурашками. Встаёт, на подгибающихся ногах доходит до дверей. Сквозь шум в ушах слышит какой-то грохот внизу, а затем проклятия. -Кеншин… Каору делает шаг вперёд, запинается о собственные ноги и падает. Кровь шумит в ушах, шея и запястья горят, всё тело сводит судорогой. -Йоба… Малышка! Каору поднимают с прохладного пола, тормошат за плечи. -Что случилось? – она знает это голос. -Са-но. -Тебе стало плохо? Перегрелась в ванне? -… -Куколка ты меня пугаешь. -Я… Мне не хорошо. -Сейчас! – роется в кармане штанов. – Я вызову скорую. -... -Бл… Какой у них номер? Так щас, спокойно, я найду в интернете. -Сано. – слабым голосом произносит Камия, хватается за одежду расплывающегося перед взором мужчины. – Где Кеншин? -Дурочка, не о нём ты сейчас должна думать! – Сагара лихорадочно клацает по экрану телефона. -Мне нужен Кеншин. Он… Он поможет. – скручивается от очередного спазма в руках мужчины, громко охает. -Да при чём он тут! Он не врач, а тебе нужна помощь. Алло? Бля, занято! -Кеншин, приведи его ко мне. – просит девушка отчаянно. -Каору у тебя жар и ты не понимаешь… Стоп. Ты… Утебятечканачалась. – скороговоркой произносит Сано ошалело глядя на подругу. -Приведи его. Пожалуйста, ааах! -Ща. Ща! Я звоню Мегуми, она скажет ему вернуться домой. Давай же лисица отвечай! – мужчина ловко удерживает от падения девушку, второй рукой набирает номер. Его движения отрывисты, поспешны и Каору чувствует запах отчаяния, исходящий от него. – Давай!! Сано поднимает её на руки, несёт вниз, опускает на диван. Расхаживает взад-вперёд от чего головокружение усиливается. Закусив ноготь большого пальца, раз за разом набирает номер докторши, но тщетно. В голове мутнеет, в мыслях только Кеншин, шепчет его имя как молитву. -Что делать? Каору, Каору, приди в себя. – легко бьёт по щекам подругу, садясь на пол. – Эй, ты больше, чем твоя биология. Помоги мне! Я… Я не знаю, как тебе помочь. Мегуми не отвечает на звонки. Чертчертчертчерт!!! -Кеншин… -Я не могу с ним связаться. Каору посмотри на меня. – берёт горящее жаром девичье лицо в свои руки. – Скажи, что мне делать? Пожалуйста, малышка, дай мне тебе помочь. -Т… Теле-фон. -Да, вот, хочешь кому-то позвонить? – едва качает головой. – Тебе нужен твой телефон? – догадывается мужчина. – Я ща! Погоди минутку! Я быстро! Каору обнимает себя руками за плечи, сворачивается в позу эмбриона, немного покачивается пытаясь удержать уплывающее сознание. Топот ног и Сано вновь перед ней на коленях. -Кому звонить? Что искать? -Мо… Мо. -На кой хрен тебе персики сейчас? -Мо-мо… Пелена боли застилает глаза, громко стонет. Альфа, ей нужен альфа, её альфа. Кеншин. Альфа. Скорее. Сано долго соображает, тыкает в телефоне на заметки, заходит в сообщения, контакты. Наконец догадывается позвонить контакту под именем «Момо-тян». Короткий разговор с чёткими инструкциями. Бывший боец одевает её в какую-то одежду стараясь не смотреть на обнажённое тело. Кеншин, думает Каору, но это всего лишь сохранившийся запах на ткани, кутается в толстовку, накидывает на голову капюшон погружаясь в аромат альфы. Шум в голове всё нарастает, но по вискам перестают бить барабаны. -Каору, ещё немного. Я вызвал такси. Потерпи ещё немного! Руки Сано большие и длинные, обнимают её всю, но это не то. Мужчина пахнет неправильно. Аромат дешёвых сигарет и полироли попадает в нос, когда её усаживают в машину. Друг не спускает её с рук, греет ледяные кисти, но озноб не уходит. Мужчина что-то говорит, но слова не достигают сознания. Антисептик, крем для бритья заставляют распахнуть глаза. Мужчина и маленькая женщина в белых одеждах осматривают её, задают вопросы, но она прижимается к груди друга, стонет имя альфы. Узкая койка, застеленная белыми простынями, запах хлорки с сосновым ароматом, зарешеченное окно вызывают приступ паники. Она кричит, просит не оставлять её здесь, молит привести Кеншина. Две санитарки берут Каору под руки, проводят внутрь комнаты, закрывают двери. Отчаяние и безысходность чувствует омега внутри неё. Ей плохо до тошноты, кричит, молотя руками по железным дверям. Скулит, оседая на пол. Ты плохая. Он не пришёл из-за тебя. Нет-нет-нет! Отвечает омеге в голове. Да. Ты в этом виновата! Он знал и ушёл от нас, тебя. Нет, Кеншин бы никогда!.. Он чувствовал тебя, но решил уйти. К Мегуми. Ты даже не пыталась его накормить! Не угодила своему альфе. Нас бросили. Ты сказала, что мы сюда больше не вернёмся! Но я пыталась. Я хотела с ним поговорить! Ты трусиха. Альфа таких не любит. Ты не женственна. Ты никому не нужна. Ты не старалась! НЕТНЕТНЕТНЕТ! -Пожалуйста!.. Откройте дверь! Каору продолжает слабо стучать в двери. Так проходят дни, но она их не замечает. Острая нужда в близости перемежается с отчаянием. Самобичевание выходит на первый план, отказывается от самоудовлетворения. Тихо скулит, свернувшись на промокшей от выделений кровати, постоянно плачет и просит, просит… Она молит об освобождении от боли, просит Кеншина забрать её, просит прощения обещает быть хорошей, но никто не приходит. Дежурная медсестра замечает, что она ничего не ест, тогда ей насильно ставят капельницу и вкалывают маленькую дозу успокоительного. Проваливается в тяжёлый сон. С трудом раскрывает веки, голос омеги в голове звучит приглушённо, картинка перед глазами немного плывёт. Ей холодно, чувствует запах влажной земли и ладана. Поднимается на локтях, обнаруживает себя на старом не застеленном матрасе, от которого плохо пахнет. Вокруг темно, но слабый свет фонарей с улицы пробивается сквозь заколоченные окна. На перевёрнутом ящике сбоку сидит мужчина, от него пахнет кровью. -Спящая красавица наконец проснулась. – неизвестный подходит к ней, нависает. – Кричи. Кричи так громко, чтобы Баттосай услышал. Каору с ужасом отползает к стене, таращится на мужчину. Похититель наступает ногой на матрас, ещё ниже склоняется над ней, щёлкает зажигалкой. Чёрные глаза смотрят кровожадно. -АХАХАХА!! Зловещий смех разносится в заброшенном помещении. Мурашки бегут по спине, она вся съёживается не в силах отвести взгляда от огонька. Инстинкты вопят об опасности, омега внутри в ужасе замирает и кричит. Каору не осознаёт, что кричит в слух. Чужой смех ей вторит.