Часть 1
17 сентября 2023 г., 18:14
***
Этот вечер был поистине великолепен, только потому, что сейчас рядом с Азирафелем была любовь всей его херувимской души. Можно было дышать полной грудью. Сердце трепетало каждой частичкой, ведь ангел был будто загипнотизирован тем, что было перед ним: лицо возлюбленного, его улыбка. В ушах нежно звенела музыка из старинного, как и этот магазин, граммофона. Голубые, как небо, глаза ангелочка не могли найти точный фокус на чем-то одном, ведь волнение давало о себе знать. Мягкие, пухлые ладони Азирафеля лежали на плечах демона, изредка сжимая чуть крепче, чтобы направить Энтони в нужный такт движений медленного танца. В мыслях Кроули иногда удивлялся, как такой старый граммофон все ещё работал, но вещица была в хороших руках, так что можно было не сомневаться в этом... такими же успехами он мог бы, сверкнув глазами, спросить как его старый ангел все еще «работает». Солнцезащитные очки Кроули слегка сползли вниз по носу и его змеиные глаза немного показались. Он решил начать разговор тихим тоном: „Азирафель...” Окликнул он ангела. Аз поднял своё лицо, полное света радости и тепла и вопросительно хмыкнул: „М-м?” Музыка продолжала играть, сеять везде свою тихую мелодию, но никого из супругов это не напрягало, пока руки с их золотыми кольцами были плотно и нежно переплетены, будто они должны были быть одним целым. Кроули сгорал от стыда, когда ставил ногу не туда, куда стояло. Он не был знатоком в медляках и том, как их танцевать вообще, поэтому это казалось немного скучным, но он не хотел обижать своего очаровательного мужа. —Я люблю тебя, ты знаешь? —продолжил Энтони, приподняв брови и усмехнувшись. Ангел только усмехнулся в ответ: „Знаю”. Демон уже был почти на исходе от того, что белокурый херувим не понимал его элементарного, по его мнению намёка, либо же просто притворялся неряшливым растяпой. Раз уж он так сказал, значит ему требуется продолжение, нет? Кроули нахмурился, гадая, можно ли найти в его словах в этой ситуации хоть мельчайшие отражения или закос на то, что он имел ввиду, что бы это поскорее закончилось, хоть вверх кармашками. Музыка вскоре прекратилась, потому что игла сошла с пути тонких дорожек, путеводный музыкальных «рельс» на пластинке, как тысячи автомобилей на ночной автотрассе. Ангел разжал руки супруга и тихо, мелодично усмехнулся, принялся разворачиваться, чтобы вновь вернуться к своим пыльным делам в закрытом магазине, чтобы на утро все выглядело прилежно. Однако, демон проявил немного больше упрямства, и когда Азирафель отпустил его первую руку, потянувшись в сторону, Энтони опустил свободную худощавую ладонь чтобы оценить пышные формы любовника, не упуская момента. Движение и перемена в позе Кроули была тут же замечена чувствительным боком херувима. Белокурый в недоумении поднял бровь и приоткрыл губы, застыв, будто какая-то медная статуя славного ангела, а после, наконец обернулся на лицо Энтони и в недоумении похлопал белыми ресницами. Если бы демон осмелился коснуться живота ангела, была бы какая-то истерика, состоящая из испуганного визла и дутых щек. Азирафель поднял бровь и наклонил голову на бок: „Кроули?” Энтони не изменился в лице и лишь придвинулся ближе, слегка раскрыв свои губы, правда почти совсем сухие. Аз в недоумении похлопал ресницами, будто не понимая, что происходит или отказываясь принять. Оказавшись ближе друг к другу, супруги слились в легком и нежном поцелуе, сцепив губы вместе. У обоих в душе было тепло, что грело душу и разливалось от самого сердца по всему телу от чего самой тёплой частью становилось лицо, у ангела ладони.***
Разорвав сладкий поцелуй и распрощавшись нежными губами, ангел и демон только теснее сдвинули тела друг к другу, а мягкие ресницы херувима кивнули вниз, будто махая на прощание с легкой улыбкой на лице. Пухлое бедро Азирафеля переплеталось с ногой Кроули, пока мягкие подушечки пальцев херувима впивались в лопатку Энтони, будто от этого зависела вся его ангельская душа. Будто это был последний миг до того, чтобы упасть в глубокую пропасть в дали от света. Лицо ангела накрыла тень высокого тела, да худая. Кроули сделал ритмичный шаг вперёд, сошёл с небольшого коврика и цокнул ботинком по полу. Азирафель двинулся за ним назад, держась за плечи супруга. Когда мягкое тельце херувима наткнулось на стол позади себя, тот тихо и сдержано ахнул, а лицо слегка загорелось румянцем. Рубашка Азирафеля задралась из под краев его коричневых брюк и свободно легла на его пухлый животик. Вскоре, Кроули ухмыльнулся шире, а Аз поставил ладони назад, на столешницу, натянув рубашку так, что она приподнялась, показав бархатную ангельскую кожу, хоть даже это не успокоило Кроули, а только сильнее завело дьявола и похоть в его демонической душе. Оголив тело ангела, вернее, жадно стянув острыми пальцами с плеч подтяжки, а затем и штаны, Кроули тихо прорычал что-то и двинулся навстречу лицу нежного херувима перед собой. Сердце стало биться с жуткой скоростью, изливаться кровью по венам сильнее, накапливая жар и слюни во рту, в голубых глазах Аза отражались только острые скулы мужа, хоть и смотрел он совсем не туда... Коснувшись внутренней части бледных ангельских бёдер рядом с более сокровенной зоной и краями белья, демон убедился в том, что тот уже бесстыдно потёк. Демон усмехнулся, положил ладонь на мокрое, липкое бельё и усмехнувшись, прошептал самый пошлый бред на ухо любовника. Понять и переварить хоть что-то из сказанного из-за разъедающего стыда было нельзя. Несчастному херувиму хотелось исчезнуть, просто испариться под жаром собственных румяных, гладких щек, понимая, что прямо сейчас демон смакует этот момент, а на костлявых пальцах у него липкая и вязкая, природная, пахучая смазка. —Кроули, —снова прошептал Аз на одном измученном вдохе, состроив легкую дружелюбную, смущённую улыбку, пока сам Кроули продолжал мять и сжимать в своих острых руках пухлые бедра херувима. —Да, мой сладкий ангел? —ответил он. Голос демона звучал немного нежнее, от чего сердечко его ангельского любовника немного успокоилось и утихло, не так яростно вырываясь наружу после приступа смущения. Аз не решился ответить на этот вопрос, так как боялся что-то испортить, а вернее, испортить этот момент и то, как воздух был пропитан потом и напряжением вокруг.
Примечания:
Небольшое вступление >:)
Продолжение?
