Мой Бог.

      Я ехала в лифте. В большом лифте, с зеркалом на три стороны. Прислонившись спиной к поручню, я спокойно ждала, пока, наконец, кабина привезёт меня на нужный этаж. Но до мне вдруг дошло, что я понятия не имею, что это за лифт и куда он меня везёт. Наверху замигала лампа и он остановился, немного дернувшись. Двери так и не открылись.       — И что теперь? — спросила я, вжимаясь спиной сильнее, — опять ваши шуточки?       — Привет, — бархатный голос заставил меня глубоко вздохнуть. Пульс мой увеличился и я быстро облизнула пересохшие губы, — как тебе мой подарок?       — Ты в курсе, что ты пугаешь меня? Покажись уже, — я вздрогнула, увидев на противоположной стене силуэт с рогами, — это сон? — еле слышно проговорила я.       — Это твой сон, да, но я не могу тебе показаться, — ответил голос и силуэт развел руками, — ведь ты в меня не веришь.       — Локи? — сбивчивым шёпотом спросила, — я боюсь…       — Просто расслабься, — тень двинулась и через мгновение я почувствовала дыхание у себя на щеке, — закрой глаза и доверься мне, — звук его голоса был такой успокаивающий и манящий, что я невольно зажмурилась, — я не причиню тебе вреда, — я слышала, как он сглотнул и ощутила руки на своих плечах, — ты знаешь, я никогда не приходил ни в чей сон дважды, — ладони скользнули вдоль моего тела вниз и остановились на талии, — расскажи мне, как ты хочешь?       «Но, точно не в лифте» — пронеслось у меня в голове и я почувствовала как спина моя коснулась чего-то мягкого.       — Так лучше? — спросил голос и кто-то прикоснулся своим лбом к моему, — разреши мне, — прошептал, — я не смогу даже поцеловать тебя, после того, как ты отказала мне, — я сглотнула и открыла глаза, прислушиваясь к своим ощущениям.       — Где я? — резкий холод заставил меня понять, что Локи (?) от меня отстранился.       — Там, где ты хочешь, — прозвучало спокойно из кресла, стоящего неподалёку.       Мне пришлось сесть, чтобы осмотреться. Находилась я в большой просторной гостиной какого-то дома, судя по всему. Огромный диван перед камином и белый пушистый ковёр, на котором сидела я с одной стороны, два больших кресла и обеденный стол с другой, окна закрытые зелёными занавесками, люстры на потолке и широкая лестница сбоку — это дом из моих грёз. Я улыбнулась, облизнула губу и спросила, глядя на кресло:       — То, что ты существуешь у меня в голове, ещё не значит, что ты существуешь на самом деле, — я пожала плечами.       — А как же доказательства? — голос, казалось, был разочарован.       — Какие доказательства?       — Кулон? Цветок?       — Не верю я, что Богу есть до меня дело, — я хмыкнула и легла на ковёр, зарываясь в него руками, — делать ему больше нечего что ли? — я вытянулась, подняла руки вверх и футболка моя задралась, оголяя живот.       — Не играй со мной, — услышала я прям над собой, — просто скажи, что хочешь этого и я покажу тебе рай, — возможно, эти слова должны были меня соблазнить, но я прыснула от смеха.       — Что-то я умирать пока не собираюсь, — тут же я почувствовала на своей шее руку. Она чуть сжала моё горло и я машинально открыла рот, чтобы сделать вздох, — отпусти меня, — страха не было, скорее любопытство, — и объясни кое-что… пожалуйста, — ладонь прошлась вниз по груди, задевая мгновенно затвердевшие соски. Мы оба вздохнули.       — Я слушаю, — ощущение было такое, что кто-то лёг рядом со мной и повернулся, ставя руку под голову, — что ты хочешь знать? — я видела, как поднялась моя футболка, ещё больше оголяя меня, но не остановила, акцентируя внимание.       — Ты говоришь, что не можешь ко мне прикоснуться, а это тогда что?       — Поцелуй немного более интимная вещь. Я не могу, без согласия девушки, тем более, если она мне уже отказала, начать действовать, как бы мне этого не хотелось, — край футболки дошёл почти до груди, — я слышу, как сильно бьётся твоё сердце, так что просто разреши мне…       — Подожди, — я опустила одежду, смущаясь, — а тебе этого сильно хочется?       — Ты ещё спрашиваешь? — обжигающий шёпот раздался около самого уха и мне в бедро упëрлось что-то твёрдое, — чувствуешь?       — О, Боже, — вырвалось у меня.       — Я здесь, — он потерся об меня и я сглотнула, чувствуя нарастающее возбуждение.       — А вот я возьму и откажусь, — прошептала я в пустоту. Голова моя кружилась и я сгорала от желания, но не собиралась так легко и быстро сдаваться.       — Это твоё право, — божечки, как же он говорил, мурашки от его голоса пробежали по шее, — но, ты всё равно, будешь моей, рано или поздно, — я вздохнула, закусывая губу, — я буду мучить тебя каждую ночь, пока ты сама не попросишь меня. Просто когда захочешь, дотронься до кулона и скажи об этом. А сейчас — просыпайся.       Я открыла глаза и уставилась в потолок. Было раннее утро. Часы показывали 6:30. На соседней кровати мирно посапывала Эни. Лёгкая волна возбуждения не до конца прошла и я села, вытаскивая из-под ночной рубашки кулон. Мысли путались. Мне захотелось вернуться туда, в этот дом, на этот мягкий ковёр, захотелось вновь почувствовать его дыхание, услышать этот голос. Я вздохнула и закусила губу. А может…? Мне показалось, что даже часы на стене остановились, давая мне возможность подумать.       Я ещё раз вздохнула и сняла кулон.       — Нет, это просто бред какой-то, —прошептала я и убрала его под подушку, — не буду я спать с тенью, — встала и накинула халат, — и просить никого об этом тоже не буду, — я вышла в коридор и направилась к санузлу…                         *** *** ***       — Как дела, брат? — спросил громовержец младшего принца, ворвавшегося в зал для завтрака, — я не видел тебя со дня солнцестояния.       — Вы опять за своё? — Брунгильда отхлебнула из бутылки и покачала головой, встречаясь взглядом с Сиф, — когда вы уже наиграетесь?       — Тор, я хотел бы с тобой поговорить, — не обращая внимание на присутствующих дам, быстро сказал Локи, — жду тебя у себя, когда позавтракаешь, — Одинсон открыл было рот для вопроса, но брат его опередил, — а я не голоден, — бросил он и удалился в свои покои.       — Доиграетесь вы, — покачала головой Сиф, а мужчина улыбнулся, не скрывая своей радости.       — Сиф, ты вольна делать тоже самое, если захочешь, конечно! — воительница фыркнула и уткнулась в свою тарелку…              — Ты хотел поговорить, брат, — Тор ввалился в комнату к Локи даже не постучав.       — Тебя стучаться не учили? — спросил трикстер, вставая с кровати.       — Да ладно тебе, мы ж братья. Говори, что хотел и я побежал.       — Куда опять?       — На свидание, — Тор сверкал, как начищенный чайник и только что не свистел от переполняющих его чувств.       — Свидание? — лофт поджал губы в кривой усмешке, — и с кем же?       — Ты не поверишь, — бог грома развёл руками, — её тоже зовут Джейн, — Локи покашлял и поднял удивлённо брови, — и она… она…она такая же, — Тор покачал головой, — понимаешь? Те же волосы, те же глаза… Ты что-то спросить хотел?       — Да я вижу, что тебе совсем не до меня, — трикстер вздохнул, — просто мне никогда не отказывали девы, понимаешь? — как на умалишенного посмотрел он на старшего брата, — я не знаю, что делать дальше.              — Поступи как всегда — наведи на неё чары, — Тор знал секрет неотразимости младшего принца.       — Пытался, но она не поддаётся, — скривился трикстер, — даже во сне.       — Да ты никак влюбился? — воскликнул Одинсон и улыбка его озарила покои Локи.       — Не говори ерунды! — быстро ответил лофт, становясь мрачнее, — просто не могу не думать о ней. Понимаешь? — опять передразнил Лафейсон Тора.       — Понимаю, брат, и очень даже хорошо понимаю, — он попытался похлопать лофта по плечу, но тот отстранился, — завоюй её!       — Я просто её хочу… Как завоевать?       — Не знаю, ты же у нас тут бог хитрости, — громовержец посмеялся, смотря на серьёзное лицо младшего брата, — никогда бы не подумал, что для тебя будет проблемой девушку соблазнить.       — Это не проблема…просто… Ладно, забудь, не нужна она мне, — Локи уверенно кивнул и лег на кровать, — иди уже на своё свидание.       — Локи, тебе нужен мой совет?       — Я сам не знаю, что мне нужно, — принц не хотел выглядеть уязвленным, поэтому решил поставить в неудобное положение Тора, — Тебе же явно отказывали, брат… как ты справлялся?       — Слушай, возможно, она по девочкам? — вместо ответа с улыбкой спросил громовержец, — это единственно верный вариант в данном случае.       — Думаешь?       — Уверен, но ты спроси на всякий случай, — бог грома улыбнулся и вышел, оставив Локи обдумывать всё вышесказанное.       — Значит, по девочкам… — он постучал пальцами по губам, — и как я сам не догадался?                         *** *** ***       Весь день я ходила, как зомби. Ужасно хотелось спать, но я боялась закрыть глаза, боялась, что в этот раз не смогу устоять перед этим завораживающим голосом и Локи (да, я уже свыклась с мыслью, что это он мне снится), получит своё и я его больше никогда не увижу, то есть не почувствую, ведь видеть я его и так не могу.       Так, стоп, я что только что поверила в него? И ещё и поняла, что мне до чёртиков нравится всё, что происходило в этих снах? От осознания этого, я застыла с кружкой в руках, смотря в одну точку.       — Эй, Лиз, — позвала меня Эни и я нехотя подняла на неё глаза, — что с тобой? Ты сегодня сама не своя.       — Я не знаю, я не выспалась, — сделала глоток чая и поставила кружку на стол.       — О чем же ты грезила пол ночи?       Прикинув, стоит ли подруге рассказывать о своём сне, я рукой машинально потянулась к кулону и очень испугалась, не обнаружив его там, подскочив на месте, с ошалелыми глазами.       — Где? — испуганно и громко.       — Что? — в точности повторила мою интонацию Эни.       — Кулон, — сердце моё бешено колотилось, когда я поднимала подушку, — о, господи, я думала, что потеряла его. Совсем забыла, что сняла его утром, — быстро надела на себя и спрятала под одежду.       — Ну даже если и потеряла, это что повод так орать? — подняла скептически бровь моя подружка, — или тебя бог накажет за то, что просрала его подарок? — это было сказано уже с претензией и обидой. И я поняла, что лучше мне про сон ей не рассказывать.       — Да это просто от недосыпа, — мне пришлось виновато улыбнуться, скрывая истинные причины, — наверное, просто надо… поспать, — я допила одним махом чай и поставила кружку на стол, — проснусь помою, — Эни зыркнула на меня, но промолчала. И что я ей сделала? Я же не виновата, что он выбрал меня?       В кровать я ложилась с лёгким волнением. Сон ко мне пришёл не сразу, но когда всё-таки это случилось, мне совершенно ничего не снилось. Возможно, я устала, а возможно, Локи только по ночам приходит. Но, и ночью, а эта ночь была последней перед отъездом, я спала спокойным сном, практически без сновидений. Трикстер обещал приходить ко мне каждую ночь, но на следующую же и не пришёл. И как ему верить? Хотя, о чем это я? Верить богу лжи? Да уж. Вот я глупая.       Домой я приехала разочарованная. Постоянно теребила кулон на шее, вспоминая его слова.       «Просто когда захочешь, дотронься до кулона и скажи об этом»       Несколько раз я чуть было так и не сделала, но всегда меня что-то останавливало — сначала стах, потом гордость, потом я вообще разозлилась на Локи, на себя и Эни, что потащила меня на эту поляну. А через неделю пребывания дома, я затосковала. Мама даже решила, что я влюбилась. Я? Влюбилась? В кого? В Л… Локи? Не… Я же его даже не видела никогда. В его голос? Возможно…       Когда тоска моя, через месяц примерно, дошла до предела, папа познакомил меня с… только не падайте, с сыном маминой подруги. Симпатичный, скромный молодой человек, и такой правильный и дотошный, что удавиться хочется. Но, делать нечего, пришлось мне с ним периодически гулять. Да-да. Почему пришлось? Да потому что, мои бы от меня тогда не отстали.       Бог, меня, видимо, решил оставить навсегда и я решилась на первый раз. Кстати у Андрея это тоже был первый сексуальный опыт. Ну, не скажу, что мне совсем не понравилось, хотя, кого я обманываю. Мне вообще не понравилось. Больно, мокро, слюняво. К слову сказать, первый поцелуй в губы, настоящий, с языком, у меня тоже случился с Андреем. Фу, блять. Если все мужчины так целуются, то да ну его нафиг, этот секс и всё, что с ним связано.       Потом мы с Андреем пытались повторить соитие (слово то какое идиотское), но в какой-то момент, я вдруг вспомнила, какими могут быть ласки, как может возбуждать один только шёпот и прикосновения и… и я просто ушла. Встала, оделась и ничего не объясняя своему парню, ушла.       И дальше наши отношения до конца лета были похожи на детсадовские — мы ходили за ручку, гуляли, ели мороженое, но никакого интима у нас не было, поцелуев тоже. И с каким же облегчением я уезжала обратно на учёбу. Боже, неужели всё закончилось? Ан нет, Андрюша, клятвенно обещал мне ждать и любить, быть верным и даже не дроч… не удовлетворять себя.       Я сделала вид, что верю, обняла его на последок и со спокойной совестью села в самолёт.       — Эни, я скучала, — с порога я накинулась на свою подругу, как только она открыла дверь и зашла в комнату. Эни обняла меня в ответ. Нет, мы переписывались периодически, конечно, но радость личной встречи никто не отменял, — как дела?       — А, отчим опять маму побил, — она махнула рукой, — и опять его перед моим отъездом посадили, — она пожала плечами, — ничего интересного. Расскажи мне как это было? — я имела неосторожность проболтаться по телефону про первый раз и теперь подружка жаждала подробностей.       — Давай после уроков? Мы уже опаздываем, — схватила сумку и мы вышли за дверь.       Я прилетела за день до занятий, а вот Эни... Она заселилась буквально за пол часа до выхода из кампуса.       — И что же у нас первой парой? — подружка на ходу поправляла одежду. У нас была отличительная форма — светлая блуза, клетчатая юбка, гольфы и туфли на небольшом каблуке. В прохладную погоду разрешено было надевать тёплые кофты на пары.       — История искусства. Я слышала, что у нас новый препод.       — А где грымза? — так мы называли нашу очень нелюбимую преподшу, — надеюсь, она свалила?       — Надеюсь, — прозвенел звонок и я схватила Эни за рукав, — бежим.       История искусства была у нас в новом семиэтажном здании. На шестом этаже. Забежав в лифт, я вздрогнула. Он был вот точно такой же, как в моём далёком сне. Зеркала на трёх сторонах, поручень, мигающая лампа наверху.       — О, крутой лифт, — Эни достала помаду и начала красить губы, — а ты чего бледная такая?       — Это из-за освящения, — нашлась я, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди, — пойдём уже, — голос не слушался и мне пришлось прокашляться.       Подойдя к аудитории, дверь которой была закрыта, подруга постучала. Я же отходила от увиденного и когда дверь открылась, не особо обратила внимание на преподавателя, стоявшего у доски. Дверь нам, оказывается, открыла Бетси.       Мы потихоньку вошли внутрь. Прижимая к груди учебники, начали пробираться к свободным местам на втором ряду.       — Опаздываете, девушки, — я встала, как громом поражённая, ведь это был тот самый голос. Пульс зашкалил, краска мгновенно прилипла к моим щекам и я медленно обернулась, покрываясь мурашками с головы до ног.       Около доски стоял мужчина лет 35, с короткими каштановыми волосами. Он был в очках, за линзами которых, на нас смотрели пронзительные светлые глаза. Одет новый преподаватель был в синие брюки и белую рубашку, сквозь которую проступали грудные мышцы. Я невольно оглядела его с ног до головы, облизывая и закусывая губу.       — Извините, — сказала Эни, часто моргая, — мы просто потерялись.       — Можете занять свои места, — ооо, и как мне не провалиться на месте? — и мы начнём, — я сглотнула, не в силах пошевелится, — с вами всё в порядке, мисс? — обратился он ко мне. Эни дёрнула меня за рукав блузки и я вышла из ступора.       — Дааа, всё хорошо, — на еле гнущихся ногах я дошла до своего места и, под взглядом мужчины, села рядом с подружкой.       — Он ахуенный, — в ухо мне сказала Эни и я готова поспорить, что препод в этот момент ухмыльнулся.       — Меня зовут Томас Уильям Хиддлстон, — сказал он и записал своё имя на доске, — и я ваш новый преподаватель по истории искусства.