Поющий серенаду

Он улыбнулся, глядя на шапочку: это точно был Сотриголова. — Ты большой дурак, — сказал он, вставая и беря свою сумку. — Ладно, я пойду переоденусь, чтобы мы могли выбраться отсюда, — сказал он мужчине, прежде чем направиться в ванную, которую ему показали. Он быстро переоделся в черные джинсы и простую черную толстовку. Было удобно. Он надел шапочку и вышел, убедившись, что все его волосы прикрыты, но при этом выглядят достаточно естественно, чтобы никто не усомнился в этом. Он вышел и улыбнулся. — Хорошо. Хизаши беззастенчиво оглядел мальчика с ног до головы, а затем улыбнулся ему. Ему нравилось видеть его в этой шапочке. Ему было интересно, как он будет выглядеть, проснувшись в одной из их рубашек. Может быть, он украдёт у Шоты розовый свитшот. — Хорошо выглядишь. Давай выйдем. Я отведу тебя к машине, которая тебя ждет? — Да, водитель, наверное, ждет меня, и Кито будет в бешенстве, если я помашу ему рукой… снова, — вздохнул он, ласково покачав головой. — Так что, если хочешь, можешь поехать с нами в школу. Или просто встретить меня там, если ты приехал сегодня на машине. Хизаши усмехнулся: — Да, я приехал на машине. Не думал, что найду тебя сегодня. Я всегда мог заставить Шо зайти за тобой после сегодняшнего патруля, но тогда это будет наказание моей задницы. Он найдет способ сделать это невесело — Хизаши вздохнул. Ему хотелось проводить больше времени с Изуку. Он потянул мальчика к лифту и нажал кнопку первого этажа. Изуку кивнул: — Да, похоже, он из тех, кто не делает наказание веселым. Но ничего страшного. Мы можем встретиться позже и поговорить, если хочешь. У меня на сегодня ничего не было запланировано, кроме игры с котятами. — Ну, я тоже возвращаюсь в Юэй. Как насчет того, чтобы пойти в свою комнату, отнести это, а потом встретиться с нами в лофте. Шо набьёт мне задницу ещё до того, как ты приедешь. Он может быть очень… собственником своих половинок. Это касается и тебя. Не то чтобы я был каким-то другим. — сказал Хизаши, прежде чем настойчиво заставить Изуку посмотреть ему в глаза. — Если кто-то из нас увидит, что к тебе пытаются подкатить, это будет некрасиво. Это твое единственное предупреждение. Ты уверен, что все еще хочешь нас. Если ты поцелуешь Шо, выхода не будет. Мы не позволим тебе уйти. Никогда. Изуку заглянул ему в глаза, ища там что-то. — Я так же отношусь к тем, кого считаю своими. Спросите любого из моей школы. Я не умею делиться, и я не очень хороший человек. Я живу во многих… гипотезах, — серьезно сказал он мужчине — А еще я не отпускаю, вы уверены, что оба готовы с этим смириться? — Гипотетически говоря, если я поймаю кого-нибудь из твоих одноклассников, целующего тебя, он исчезнет — серьезно сказал Хизаши — Гипотетически мы тоже плохие люди. Я даю тебе этот шанс. Если ты не примешь его сейчас, если ты пойдешь на чердак и позволишь Шо поцеловать тебя, то единственный способ покинуть нас — это смерть. Это вовсе не гипотеза. Единственный, кому я позволю прикасаться к тебе, — это Шо, и если я узнаю, что ты нарочно причиняешь себе боль, я привяжу тебя к кровати, и ты останешься там. Моменты, когда ты не можешь есть, не считаются, потому что у Шо они тоже бывают. Ну что, ты согласен? Он усмехнулся, и в его глазах снова появился безумный взгляд. — Я знал, что видел это и в тебе, то же самое, что я вижу в зеркале, когда остаюсь один и мне больше не нужно прятаться. Я всю жизнь мечтал о признании, о любви и заботе. Я ни за что не отпущу тебя, мне не нужен выход, Хизаши, — ему понравилось, очень понравилось, — ты мой, и я твой, — его причуда сползла, голос изменился и стал мелодичным, ему было интересно, как его голос повлияет на мужчину, так что он экспериментировал и смотрел на реакцию. Хизаши вздрогнул от того, как он произнес его имя. Черт, как это на него подействовало. Он притянул мальчика к себе и крепко поцеловал. Другой рукой он обхватил его за спину, чтобы прижать к себе. Этот маленький чёртов шалун пытается использовать на нем свою причуду. Изуку застонал в поцелуе, его тело наполнилось жаром. Вкус мужчины был потрясающим, и он чувствовал себя с ним в большей безопасности, чем когда-либо прежде. Он обхватил мужчину руками, как только мог. Он не был коротышкой, черт возьми, этот человек был просто высоким. Ему потребовалось все, чтобы не начать срывать с подростка одежду при этом стоне. Ему пришлось бы потратить минуту, чтобы успокоиться: кожаные штаны не самая лучшая одежда, чтобы прятать в них эрекцию. Он слегка отстранился: — Хорошая попытка, птенчик, но твоя причуда на меня не подействует. У меня не простая голосовая причуда. Впрочем, об этом мы можем поговорить позже. Интересно, какие прекрасные теории ты сможешь придумать для моей причуды? Он с облегчением улыбнулся. — Мне больше не нужно все время контролировать себя, вы даже не представляешь, как трудно все время говорить как обычный человек, — он наклонился к мужчине, закрыв глаза — О, у меня есть много теорий и для тебя, и для Шоты. — Когда поднимешься в комнату, расскажи нам о своих теориях. Шо был рядом с моей причудой достаточно долго, чтобы у него могли возникнуть некоторые проблемы, но не такие, как у других. Я предполагаю, что с твоим другом может быть то же самое. Вы ведь только друзья, верно? — спросил Хизаши, думая о фиолетововолосом мальчике. — Скорее братья, его Ма поддерживала мою жизнь и заботилась обо мне в детстве. Я не знал об этом до того дня, когда мы в первый раз пошли в кафе… Мы также еще не проверяли, как наши причуды относятся к другим, хотя я думаю, что у него может быть иммунитет, но я не хочу проверять это на других. — Хорошо, и ты не хочешь проверять это на ком-то еще или только на своих одноклассниках? Если это будут только одноклассники, то мы с Шо можем отвести вас обоих в спортзал, чтобы никто не слышал, и если что-то случится, и две причуды встретятся, у нас есть Шо, чтобы стереть их обе. Но решать тебе, — сказал Хизаши, немного отстранившись от подростка. Он пытался успокоить свои мысли. — В основном это одноклассники или те, кто может попасться мне на глаза, у нас в классе есть куча квир-задротов, не все, но многие. Они просто умные и знают, что не стоит говорить — Он откинулся на стену и открыл глаза, контролируя свои мысли и квирк, когда лифт открылся и они вышли в холл, и он увидел кричащих фанатов за дверями. Хизаши повел Изуку к задней двери, где находился черный ход. Ему не хотелось иметь дело с кричащими девочками-подростками и взрослыми женщинами. У него было слишком много певцов здесь, и ему не нужно было видеть еще одну сорокалетнюю женщину, бросающую свой лифчик в подростка. — Шо упоминал об этом. Но без доказательств мы не можем изгнать ублюдков. Ненавижу, когда люди умны или их кто-то поддерживает — Он подумал о Бакуго и даже о Тении. Его бесило то, что говорил мальчик.