MOULIN ROUGE!

Тэхён

— Так вы учились в кулинарной академии? Значит, вы тоже можете для нас что-нибудь приготовить? Обе американки обменялись красноречивыми взглядами, чтобы спустя пару секунд снова уставиться на меня. Они разглядывали уже весь день, но, судя по всему, всё ещё не насмотрелись. Я сделал глоток вина, запивая желание в третий раз напомнить им, что облокачиваться на стол во время еды и размахивать ножом — дурной тон. Сегодня я делал достаточно замечаний для того, чтобы лишиться чаевых после этой кулинарной экскурсии по Парижу, но это почему-то никак не влияло на длительность взглядов, — восхищённых, любопытных, голодных, — что я на себе ловил. — Могу, но лучше не буду, — я немного улыбнулся им. — Почему? Плохо получается и есть шанс, что, попробовав, мы сбежим? — Наоборот. Так вкусно, что вы ещё решите остаться. Они обе рассмеялись, тихонько звякая вилками и ножами по тарелкам, пока размазывали остатки соуса велюте. Я с самого начала принял их за сестёр из-за того, что обе блондинки, обе одинаково невоспитанные и имена у них похожи, — Лесли и Лейси, — но оказалось, что они просто подруги. И всё же, у них было слишком много общего. — Тэхён, а вы говорите только по-французски и по-английски? — Наверное ещё по-корейски… — Верно, — я кивнул, подтверждая их догадки. — Французский, английский, корейский и ещё несколько полезных фраз на испанском и немецком. Лесли оставила столовые приборы в полупустой тарелке, складывая руки у лица и опуская подбородок на переплетённые пальцы. Её подведённые чёрным карандашом глаза немного прищурились, пока она безотрывно смотрела на меня. — А можно спросить кое-что личное? Пробивающаяся на её лице улыбка не сулила ничего хорошего, а я и так безумно устал за сегодня. Я редко вставал раньше девяти, стараясь перенести всю работу на более позднее время, но из-за подготовки к ремонту зданий на Сен-Луи, бранча с матерью и туристок из Америки мой график был настолько забит, что отсыпаться было некогда. Поэтому после обеда у меня заныла голова, а вино лишь усугубляло дурное самочувствие. Неудивительно, что я был немного не в настроении на флирт без выгодных для меня последствий. Мне необязательно было говорить о себе или еде всё время, хотя болтливость ради болтливости обычно входила в стоимость моих услуг. — Не думаю, что стоит, — я осторожно миновал бокал с остатками красного вина, чтобы вскоре вонзить нож в мягкую грудку, обтянутую золотистой корочкой. — Лучше попробуйте это. Я отрезал по кусочку для каждой, подкладывая им в тарелки. В разрезе походило на индейку, но цвет мяса был немного темнее. — М-м, — Лейси закатывала глаза каждый раз, как что-то приходилось ей по душе. Или если Лесли перебивала её. — Очень вкусно. Что это? — А на что похоже? — спросил я. Когда приходилось встречаться с американцами, я всегда заказывал это блюдо. — По вкусу как курица, но чуть более сладковатая. Из-за маринада? — заговорила Лесли. — Слишком маленькая для курицы, — вклинилась Лейси. — Скорее куропатка. Я ведь угадала, Тэхён? Готовясь получить удовольствие от их реакции, я отвергнул обе догадки: — Нет, это голуби по-беарнски. Лейси скривилась первой. — Голуби? — переспросила она с явным отвращением. — Не такие как в Нью-Йорке, — сказал я. — Эти с фермы. Их мясо нежное и постное. Они маринуются в сухом белом вине и лимонном соке, которые оттеняют сладость. И подаются голуби с пюре из артишоков. Зачерпните немного, попробуйте. Я наблюдал с добродушной улыбкой за тем, как обе девушки откладывали вилки, брали ложки и неуверенно тянулись к блюду, чтобы отведать вышеупомянутое пюре. — Вкусно, — сказала Лесли. — Именно! — подтвердил я, немного оттягивая рукав пиджака и рубашки, чтобы взглянуть на наручные часы. — Что ж, уже две минуты девятого. Наш ужин официально завершён. — Уже? — Лейси надула пухлые губки, выглядя очаровательно так, но не настолько, чтобы я захотел задержаться. Даже за дополнительную плату. — Мы ведь так и не дождались десерта. Потому что они слишком много болтали и слишком медленно кушали. — Простите, я говорил вам, что у меня есть время только до восьми. Я получил свою оплату ещё в начале встречи, поэтому ничто не могло удержать меня на стуле. Я убрал с колен салфетку, выкладывая её на стол, и после этого встал, чтобы уйти. В действительно хороших французских ресторанах обслуживание было исключительно на французском, но в этом официанты говорили на английском и легко могли рассчитать гостей с другого континента. Это частая проблема Мишленовских ресторанов в Париже. Вечно стараются угодить всем и каждому. — А завтра у вас будет время? — Лесли снова сцепила пальцы у лица, поглядывая на меня снизу вверх, пока я осторожно одёргивал пиджак, стараясь не думать о том, что секунды утекают, пока я тут стою. — Боюсь, у меня расписаны встречи на пару недель вперёд. — А не по работе? — Лесли не давала мне и шагу ступить. — Как насчёт свидания? Её отчаянные попытки втянуть меня во что-то такое поражали. Обычно я сразу давал понять, что не заинтересован в подобном, но эти двое успешно игнорировали все мои намёки. Такие девушки мне не нравились больше всего. Нужно было уметь вовремя останавливаться и воспринимать завуалированное «нет», чтобы мне не пришлось говорить прямо. — Простите, я не люблю тратить время. Ни своё, ни чьё-либо ещё. И я слишком неумело управляюсь с ранимыми сердцами, — я склонил голову в поклоне. — Спасибо за обед и за ужин. До свидания. По пути к выходу из ресторана я отыскал мобильный во внутреннем кармане пиджака и выключил режим «без звука», наконец, возвращаясь к жизни. Пропущенные вызовы и сообщения так и посыпались уведомлениями вверху экрана. Мама звонила раз сразу после того, как мы разошлись, Сокджин названивал и написывал, спрашивая, всё ли в силе завтра, Даниель отправила образцы выбранной ею плитки для ресторана, Марко писал о том, что смог договориться о встрече с Альбером Бокюзом, но я пролистал всё это для того, чтобы добраться до сообщения от Сиси. Мы не виделись с ней пару недель из-за её поездки в Ниццу, но этим утром я увидел в её историях, что она вернулась, и вдруг осознал, что сильно соскучился. Не столько по ней самой, сколько по нашим вечерам за вкусной едой и развлечениями. Сиси — Франциска ле Келье — вела свой кулинарный блог, как и я. Мы благодаря этому и познакомились на одном из мероприятий для блогеров, и сошлись во многих вещах. Например, в любви к отличным бургерам, посещению театров и выставок, «заигрываниям» в многолюдных местах, которые так смущали Адель. Когда Сиси пропадала надолго, моя жизнь становилась немного скучной. Но этот вечер обещал быть весёлым. Она написала, что будет ждать меня к восьми в «Il Etait Un Square» — нашем любимом стейк-хаусе с приятной атмосферой, стареньким фортепиано, на котором хоть пару раз в день, но играл кто-то из посетителей, и плотными красными шторами, что частенько распускали, таким образом отделяя столики друг от друга и создавая очень интимную обстановку. В такой сложно было держать руки при себе. К восьми я уже не успел, но не сомневался, что Сиси меня подождёт. Чтобы поскорее добраться от «Le Comptoir Boutary» к бургерной, я поймал такси. Это обошлось мне в десять раз дороже метро, но и добрался я всего за десять минут, а не за сорок. Практически все столики снаружи были заняты. До меня доносились отрывки некоторых фраз, пока я проходил мимо, но в самом кафе было немного тише. Официанты стучали посудой, посетители гудели роем пчёл, и всё это меня очень расслабляло. Войдя, я обвёл зал взглядом, выискивая Сиси, но так сразу её не нашёл. Пришлось пройтись, чтобы отыскать её за одним из столиков у окна. Она сидела на красном диванчике, в левой руке сжимая мобильный в белом чехле с большими бусинами под жемчуг, а правой таская жареный картофель с доски. Он был притрушен пармезаном и мелкой солью, которая после оставалась на губах и пальцах. — Привет, — поздоровался я, подсаживаясь к ней и целуя её в щёку. — Привет, — ответила она, после легонько прикусывая пучку большого пальца, обхватывая его губами, слизывая соль, но по-прежнему не отрываясь от телефона. — Мы не виделись столько дней, но ты даже не смотришь, — я тихонько цокнул языком, стараясь выглядеть и звучать очень обиженным, но у Сиси это вызвало только смешок. — Не ревнуй, я просто выбираю новую сумочку. Я наклонился ближе, заглядывая в её телефон и постепенно опуская голову ей на плечо. У неё в корзине уже было больше десяти товаров, и она высматривала ещё вместо того, чтобы уделить мне время. Пытаясь отвлечь от покупок, я накрыл ладонью её колено. Капроновые чулки до середины бедра не позволяли мне добраться до голой кожи, но я знал, в каком направлении двигаться. — Дай мне минутку, — попросила она, хватая со стола салфетку, чтобы вытереть пальцы и губы от соли. Она так и не успела её отложить, когда я ласково ущипнул, после забираясь под юбку и нащупывая ткань трусиков. — Что это? — спросил я, моментально расплываясь в улыбке. — Почему мне кажется, что они слишком прозрачные? — Потому что так и есть. — Начало октября, а ты в таком расхаживаешь, — я хотел упрекнуть, но прозвучал чересчур довольным из-за того, что всё ещё водил пальцами по сетчатой ткани. Сиси просила дать ей время, но не отталкивала меня, поэтому я не ограничился изучением швов и пошёл дальше. — Ну Тэхён, — моё имя в её устах частенько звучало стоном. — Не могу ждать, — я умостился ещё удобнее на плече, поглядывая на её лицо, пока водил пальцами между половых губ. Как я и надеялся, Сиси быстро сдалась. Она отложила мобильный и салфетку на стол, дала себе несколько секунд, чтобы насладиться темпом и движениями, что я выбрал, а потом запрокинула голову назад, на спинку диванчика, и решительно накрыла пряжку моего ремня ладонью. Её прикосновения были очень деликатными. Через штаны она ласково поглаживала головку пальцами, а в какой-то момент пробегалась по всей длине, но непременно возвращалась к поясу. Кто-то где-то негромко смеялся, кто-то причмокивал, впервые пробуя здешние бургеры, а кто-то вёл светскую беседу. И при этом никто из присутствующих не догадывался, чем занимаются через пару столиков от них, а то и за соседним. То, сколько удовольствия это мне приносило, и какой восторг вызывало, невозможно было передать словами. В такие моменты моё возбуждение было сильнее всего, и от него у меня немного ныло в паху. — Тш-ш, — шикнула Сиси, различив тихий полустон, сорвавшийся с моих губ на выдохе. Она лучше всех справлялась с тихим сексом, но при этом классно стонала, когда можно было. Этому её таланту я немного завидовал. Но в то же время… Разве было весело постоянно сдерживаться? А как же острые ощущения? — Тэхён! — она произнесла моё имя кричащим шёпотом, когда я застонал снова. — Нас не слышат, — выпалил я, с трудом сглатывая после. Она двигала пальцами быстрее, всё ещё мягко съезжая вниз, но чуть резче поднимаясь и нечаянно задевая затянутый пояс. Пряжка от этого тихонько звякала. — Мадам, — выглянувший из-за шторы официант с двумя деревянными досками заставил Сиси резко отдёрнуть руку от моих штанов, но поскольку я свою из-под юбки не убрал, она поспешно свела колени. — Ваш «Le Bleu». Она заказала бургер с котлетой из говяжьего фарша, с карамелизированным красным луком, бальзамическим уксусом, копчёной грудинкой на гриле, сыром Блё д’Овернь, свежим салатом и дроблёнными грецкими орехами. Восхитительно и наверняка стоит того, чтобы прерваться. — Спасибо, — Сиси забормотала, сжимая мою ладонь крепче, хотя я всего-то хотел её убрать. — Тэхён, тебе заказать такой же? — Нет, — я затряс головой, всё ещё отходя от её рук и того, как внезапно всё прекратилось. Я почти испачкал штаны и нижнее бельё. — Мне, пожалуйста, «Le Cajun» и бутылку просекко. Мне больше нравились бургеры со стейком, а в этом ещё и было пюре из авокадо и красного лука, сладковатый соус барбекю и плавленый сыр чеддер. И всё в золотистых булочках, которые выпекались в большой печи, а не в обыкновенной духовке. — Будет через пять минут, — сообщил официант. — Я отойду в уборную, — шепнул я Сиси на ухо, и это заставило её немного раздвинуть ноги и отпустить меня. — Так быстро? — с насмешкой спросила она. Первичный испуг прошёл, и теперь ей было смешно. — Не дождёшься, — я подмигнул, вызвав у неё ещё более весёлую улыбку. Я отсутствовал минуты три, как мне показалось, — выправил рубашку из брюк, позволяя себе выглядеть немного неопрятно, зато без явного стояка, вымыл руки, поправил причёску, — но когда вернулся за стол, бургер и выпивку уже принесли. — Вот с тобой всегда так, — начала Сиси. — Постоянно возбуждена, но до разрядки ещё нужно дожить. — Хочешь после ужина заехать куда-нибудь? — предложил я, присаживаясь на стул напротив, чтобы у нас двоих было достаточно места и мы могли спокойно покушать. — «Куда-нибудь» это в отель? — Можно к тебе домой, если ты не против. Я не стал использовать перчатки и взялся за бургер так, наклоняясь над доской, чтобы не накапать нигде соусом. Куриный стейк с острой приправой Каджун буквально таял на языке. — Когда я уже увижу твой дом? Ты говорил, что с балкона видно Эйфелеву башню, — Сиси уставилась на меня в ожидании, не спеша приступать к своему ужину. — А из ванной комнаты видно мост Александра III, но я уже упоминал, что моя квартира не для гостей. — Не для девушек, — исправила меня Сиси. — Что с ней не так, что ты не хочешь показать? С квартирой всё было так, проблема заключалась в любви к личному пространству и в нежелании делиться с кем-то своей постелью, гостиной, кухней. Должно было быть что-то сугубо моё. Без посторонних. — Что-то не так, — пожал плечами я, не желая спорить и развивать тему. Я уже отказывал ей несколько раз. — А насчёт… Она замолчала, первой расслышав звонок моего телефона. Пока я вытирал пальцы и доставал мобильный, она смогла впервые надкусить бургер. Мне постоянно звонили с незнакомых номеров, поэтому я принял звонок без лишних раздумий. — Алло? — Ким Тэхён? Голос НаРы изначально показался мне ошибкой. Как минимум — слуховой галлюцинацией. Неловко это признавать, но я сотни раз путал чужие голоса с её, когда ждал от неё звонка. Надежда превращала меня в наивного дурака, но больше я таким не был и быть не собирался. — Кхм, да, — мой голос автоматически стал ниже. Сиси наверняка решила, что это по работе. — О, Слава Богу! — каждая чёртова нотка, каждая интонация, каждое оглушительное восклицание, от которого хотелось отодвинуть телефон подальше от уха, — всё указывало на то, что это была она. Но больше всего, конечно, выдавал корейский. — Это Чи НаРа. Помнишь такую? Ещё пару дней назад я мог похвастаться тем, что не помню. Но не теперь. — Тэхён, ты тут? — пока она растягивала гласные в моём имени, я понизил громкость. — Откуда у тебя мой номер? — я невольно нахмурился, ощущая, как немного тянет между бровями от усилий. Сидящая напротив меня Сиси тоже это заметила. Она потянулась через столик, чтобы указательным пальчиком чистой руки разгладить морщинки у меня на лбу. — Ты мне его дал, — ответила НаРа, звуча при этом растерянной. — Ты забыл? — Я не давал. — Давал, — настаивала она. — Ты записал на салфетке, но перепутал последнюю цифру, — написал восьмёрку вместо тройки, — так что ты четвёртый человек, которому я звоню... Допускать «ошибку» только в одной цифре — вот это ошибка. Нужно было оставить ей номер Сокджина. — Я не перепутал, — вышло всё так же хмуро, хоть я и старался не расстраивать Сиси, которая внимательно смотрела и слушала, не понимая ни единого слова и причин, по которым с моим лицом и голосом происходило всё это. — Забудь этот номер. Не звони мне. — Нет! — от звонкости НаРы даже минимальный уровень громкости не спасал. — Пожалуйста, Тэхён, мне очень нужна твоя помощь. Интересно, был ли за все эти годы дружбы и любовных отношений хоть один день, когда ей не нужно было от меня что-нибудь? — Очень? — переспросил я с пробивающейся сквозь раздражение мнительностью. — Да. Это вопрос жизни и смерти. Я нечаянно громко выдохнул в трубку, но в итоге подумал, что мне это было на руку. — А, ну раз жизни и смерти, — проговорил я, отделяя каждое слово в попытках усмирить рвущуюся наружу язвительность, — тогда попробуй 112, 15, 17 или 18. — Что? — Номера. Попробуй эти. Там тебе наверняка кто-нибудь поможет. Чтобы аппетит окончательно не пропал, я сбросил вызов без прощаний и отложил телефон на стол рядом с телефоном Сиси. — Кто это был? — поинтересовалась она. — Брат? У меня практически не было знакомых, которым не было бы известно о Сокджине. — Нет, кое-кто из прошлого. — Просили о помощи? — Да. — Потому что ты богат и знаменит? Я так не думал. НаРа никогда не пользовалась подобным прежде. — Нет? — Сиси немного удивилась. — Тогда почему бы не помочь?

НаРа

Я так и стояла на лестничной клетке перед квартирой на втором этаже, хотя двери уже дважды открывались и закрывались из-за моего визита. Оба раза выглядывал улыбчивый афроамериканец, говорящий так быстро, что переводчик с трудом различал его речь и явно сильно ошибался, потому что то, что я читала потом на корейском, никак не могло быть правдой. Внезапно я забыла всё, что учила на курсах дома и в Париже после приезда, и только стояла и мычала, не в состоянии нормально объяснить ситуацию. Я была настолько потеряна, что неизбежно сталкивалась с непониманием. Не только с жильцами, но ещё и с Тэхёном. Он действительно не хотел, чтобы я ему дозвонилась? Нарочно написал не ту цифру? И всерьёз предлагал позвонить в одну из экстренных служб? Его совет не был таким уж плохим. Полиция наверняка могла что-нибудь сделать, как минимум — объяснить мне, что вообще происходит. Но для начала мне нужно было немного успокоиться и попробовать ещё раз дозвониться до Юбера и до Моник. Если бы один из них взял трубку, они наверняка решили бы недопонимание. Нервно трясясь над двумя своими чемоданами и сумкой, я тихонько приговаривала: «Ну же, давай, возьми трубку, пожалуйста». И это совершенно не работало. Если Юбер мыл посуду или помогал на кухне, он даже не слышал звонящего в шкафчике телефона. А если Моник уже ушла с работы или у неё был выходной, рабочий мобильный она давно выключила. Очередной вызов сорвался после нескольких длинных гудков, но не успела я опустить телефон, как он зазвонил. — Да? — Что именно у тебя произошло? — спросил Тэхён. Он звучал уставшим и недовольным, ясно давая понять, что я застала его со своими проблемами не вовремя. Я это и так понимала. Никому вообще не было дела до чужих проблем. — О, я… — мне понадобилось вздохнуть поглубже и накрыть горячий лоб ледяными пальцами. Это немного приводило в чувства. — Я сейчас в процессе переезда, но мне тут говорят что-то непонятное… — Где «тут»? — фыркнул Тэхён нетерпеливо. — В квартире. Я приехала точно по адресу, но тут дяденька… То есть мужчина… Он говорит, что это не та квартира, потому что в ней живёт он, а я никак не могу… — НаРа, прекрати мямлить! Мне и так было чертовски трудно, а его крик всё только усложнял. — Возможно, я просто плохо понимаю его французский, — сказала я немного спокойнее. — Ты можешь, пожалуйста, сказать ему, что я говорила с владельцем квартиры и оплатила ренту на этот месяц? У меня должна быть комната с иностранкой. Тэхён какое-то время молчал, заставляя меня переживать, что звонок прервался. — Ладно. Только быстро. — Спасибо! Я убрала телефон от уха, снова приближаясь к двери и надавливая указательным пальцем на звонок. Было очень стыдно беспокоить человека снова, но мне нужно было это решить как можно скорее. Мужчина открыл двери всё с той же дружелюбной улыбкой и по тому, как я протягивала ему телефон, всё понял. Он сказал «слушаю» с акцентом, а потом какое-то время действительно слушал Тэхёна. После его объяснений он стал выглядеть немного задумчивым и заговорил быстро-быстро в повисшую в трубке тишину. Они обсуждали что-то дольше двух минут, пока я выжидающе смотрела и перекатывалась с носков на пятки, не в состоянии спокойно стоять на месте. Я даже не пыталась напрягать мозг и вслушиваться, лишь изредка различая какие-то знакомые слова. — Возьмите, — мужчина протянул телефон обратно. Он не закрывал двери и не уходил с порога, пока я спрашивала у Тэхёна: — Что он сказал? — Во-первых, он виделся с владелицей дома только этим утром, и она ни о каких новых жильцах не предупреждала. Во-вторых, их там живёт больше восьми парней на три комнаты, так что ты явно в чём-то ошиблась. Ты можешь ещё раз проверить адрес? Может, дом не тот? — Тот. Меня подвозил таксист по адресу со скриншота. Он всё хорошо проверил и подсказал мне подъезд… — Ты переезжаешь в квартиру, в которой никогда не была? — Это срочный переезд. У меня не было времени посмотреть всё. — Владельцу пробовала звонить? — Он не отвечает. Тэхён шумно втянул воздух через нос. Наверняка у него тоже идеи закончились. — А что значит «оплатила ренту на месяц»? — через несколько секунд он всё же нашёл, что спросить. — Ты купила кота в мешке? Вот так сразу? Афроамериканец внимательно поглядывал на меня всё то время, что мы говорили. Он ждал, что я снова передам ему телефон? — Да, но я оплатила через приложение. Там всё надёжно… Слушай, а ты можешь, пожалуйста, попросить его взглянуть на скриншот объявления? Возможно, там какая-то ошибка и он подскажет. — Да, хорошо. На мою виноватую улыбку мужчина ответил такой же и вновь прижал телефон к уху. Ненадолго. Буквально на десять секунд, а потом передал мне мобильный и дождался, пока я зайду в галерею. Он взглянул на объявление и сразу же покачал головой. Пока они с Тэхёном снова о чём-то говорили, я продолжала качаться как запущенный маятник. Но резко остановилась, когда телефон вернулся ко мне. — НаРа, ты тут? — спросил Тэхён. — Да. Что он сказал? — Что фото квартиры явно взяты с другого сайта, что владелец у них другой и что тебя, скорее всего, обманули. — Как? Я ведь оплатила через приложение. — Тогда попробуй отменить оплату. Всё было одинаково плохо, даже если бы я сейчас вернула себе деньги. Найти жильё, в которое можно въехать сегодня, гораздо сложнее, чем найти жильё, в которое можно въехать завтра. Мне придётся переночевать в хостеле и таскаться с чемоданами весь завтрашний день. На репетицию, потом на работу… — Тэхён, — моё сердце так и упало в пятки, — Тэхён, здесь нет никакой оплаты… — Тогда деньги не списались со счёта? — Списались, — я снова начинала мямлить. — Они списались ещё вчера, но в приложении этой сделки нет… — Очевидно, ты попала на мошенника, — в отличие от меня, он был спокоен и даже безразличен. — Как я и говорил, попробуй позвонить в полицию. Номер 1-7. С ними ты ведь сможешь поговорить сама? Я присела на чемодан, теперь чувствуя себя ещё хуже. Голова ныла, перед глазами всплывали чёрные пятна. — Вы в порядке? — афроамериканец чуть больше выглянул из квартиры, предлагая: — Воды? Вызвать полицию? Я замотала головой, выдыхая в трубку: — Хорошо, спасибо за помощь, Тэхён… — Ага, больше не обращайся. Пока. Он сбросил, а двери прикрылись на некоторое время — до тех пор, пока всё-таки не вынесли стакан воды, и мне не пришлось впихнуть его в себя, чтобы вернуть посуду. После я согнулась пополам, продолжая сидеть на чемодане и немного давить ладонью на живот, который вдруг разболелся. Эти проклятые нервы способствовали возникновению сосущей боли и тошноты. Ну и немного отсутствие обеда и ужина. Мне повезло быть последней, кто уезжал, поэтому я передавала ключи госпоже Курбе, а также отчитывалась за каждую точечку на обоях и каждую недостаточно яркую лампочку. Она даже стрясла с меня двадцать евро за испорченные коврики в прихожей и в ванной, и я их добровольно отдала, чтобы поскорее оттуда убраться. И ради чего? — Мадам, — какая-то женщина позвала меня, пока поднималась по лестнице на второй этаж, — вы не можете здесь сидеть. Из какой вы квартиры? Она подбоченилась, глядя враждебно. Возможно, она и была хозяйкой. — Я сейчас уйду… — Вы сели посреди прохода. Это мешает. Мне пришлось встать, забирая чемоданы и сумку. — Осторожно на ступеньках! — прикрикнула мне женщина. — Чтобы вы ничего здесь не отбили. Знаете, сколько лет этой лестнице?.. Я ускорилась, быстрее спускаясь вниз и пересекая небольшой холл, чтобы выйти из подъезда и остановиться под козырьком. На улице было свежо и пахло влагой. Крупные капли, падающие с неба, уже разогнали людей, и теперь все ютились в кафе или в квартирах, из тёплого жёлтого света выглядывая на тёмную улицу и потешаясь с тех, кто бежал от дождя. А мне и бежать было некуда. Вновь присев на чемодан, я достала телефон. Был шанс напроситься к кому-то из бывших соседок на ночь. В крайнем случае нужно было искать ближайший хостел. Я только определилась с первым человеком, как Тэхён опять позвонил. — Ты вызвала полицию? — он явно делал кому-то одолжение, набирая меня. — Нет. — Почему? Не собираешься возвращать свои деньги? — Собираюсь, но… — Тогда позвони в полицию. Всё у него было так просто. — Уже вечер… — Они и ночью работают, — сказал он. — Я знаю, но я не хочу беспокоить их сейчас. Сегодня что-то вряд ли решится. Мне лучше было сосредоточиться на поиске ночлега. Завтра было много важных дел. — Ты ведь уже ушла оттуда? Не сидишь под дверью? — Нет, не сижу. — Тогда хорошо. Он сам сказал не обращаться к нему больше, и сам же позвонил, чтобы просто молчать в трубку? — Кхм, — он прочистил горло. — Кхм, у тебя там дождь идёт? — Да. У тебя нет? Мне не нужно было, чтобы он чувствовал себя виноватым или обязанным. Это я облажалась, а не он, так что его холостые звонки только вгоняли в тоску. — Нет. Значит, он находился достаточно далеко отсюда. — Ладно, — сказала я. — Это всё? Ты только про полицию звонил узнать? — Да. И если тебе нужен какой-нибудь хороший отель… — полагаю, в случае Тэхёна эпитет «хороший» автоматически подтягивал за собой и «дорогой». — Можешь погуглить. — Хорошо, я погуглю. Он попрощался первым снова, оставляя меня один на один с этим. Пережидая дождь, я обзвонила половину соседок, и все они поахали на мою неприятность и извинились за то, что ничем не могут помочь. Юбер тоже взял трубку, но он хотя бы предложил мне скинуть адрес дешёвого хостела на окраине Парижа. Там можно было задержаться на пару ночей и оставить вещи в камере хранения. Но это в любом случае выходило за рамки моего бюджета. У меня оставались копейки, и те на проезд и питание, а никак не на хостел. Пока не верну деньги или не получу аванс, можно смело искать свободный куст в парке Бельвиль. А вот если бы я не была такой дурой и не скинула НаХва деньги на маникюр, могла бы позволить себе сейчас чуточку больше. Я упёрлась локтем во второй чемодан и подпёрла голову рукой, вглядываясь в мокрую дорогу. Машины проезжали редко, но свет жёлтых и белых фар всё равно периодически ослеплял. И всё же я не могла оторваться. Сидела, смотрела и думала, пока ливень понемногу превращался в грибной дождик, а с козырька подъезда капало в огромную лужу. — НаРа? Спишь? Голос Тэхёна в первое мгновение показался мне моей же выдумкой. Я размышляла о нашем разговоре, вот мне и причудился его баритон. — Ты же знаешь как минимум один хороший отель, так почему ты здесь? Он медленно приближался со стороны дороги, оставив заднюю дверь такси приоткрытой. Его руки были спрятаны в карманы чёрных брюк, пока он шагал к подъезду, останавливаясь у растекающейся лужи прямо передо мной. Моросящий дождь оседал крохотными капельками на его чёлке. В свете фонаря он выглядел как мелкий снег. — Вставай, — приказал Тэхён, — я не хочу платить за простой. — Куда мы поедем? — мой голос звучал сдавленно и хрипло, как будто я уже успела подхватить простуду, пока сидела здесь. — Не задавай глупых вопросов, — Тэхён насупился, просовывая руки глубже в карманы. — Или вставай сейчас, или оставайся. Он крутанулся на каблуках, не давая мне и пары секунд на раздумья. Моя последняя надежда уходила. — Нет, подожди, — я спохватилась, вскакивая с чемодана. — Я иду.