Blind Love

      Когда Хан наконец выпроводил Лана из своей прекрасной обители и поспал ещё пару часов, настало время умываться и пытаться уложить торчащие во все стороны волосы. Сделав лёгкий макияж на свое заспанное лицо, Хан надел любимую широкую черную футболку и голубые джинсы, с рваными участками по всей поверхности, как сказала бы его бабушка — словно коты подрали. Накинув на себя лёгкую куртку и взяв зонт, ведь сегодня с самого утра был дождь, парень вставил наушники и вышел из дома. Спускаясь на лифте, он включил свой любимый плейлист для прогулок: тот состоял из огромного числа композиций, в основном на корейском, ведь ему действительно не хватало родного языка в этой стране. Хан привык говорить здесь на русском, ведь родители начали обучать его этому языку ещё в детстве, вместе с китайским. Ну, а что, всякий язык пригодится. Поэтому, находясь в окружении практически только русскоговорящих людей, Хан чувствовал себя как рыба в воде, настолько он свободно говорил на нём, хоть и капля корейского акцента всё ещё прослеживалась в его речи.       К счастью, страшный ливень давно закончился, лишь редко начинал снова медленно капать с неба, так что Джисон мог спокойно гулять, не опасаясь того, что его смоет в ближайшую канаву. День был максимально спокойным. Он без пробок доехал до станции метро, желание прогуляться не покидало его, но, посмотрев на часы и увидев, что уже девять вечера, поспешил сесть на первый же поезд. Добрался до нужного торгового центра он очень быстро, так что до закрытия оставалось ещё больше 40 минут. Когда Джисон начал подходить к молочаю, он заметил знакомое лицо за баром. «Как тесен мир! Не знал, что он здесь работает… Ну, пусть только попробует сделать вид, что вчера ничего не произошло», — подумал Хан, переступая порог чайной. — «Сейчас я это и проверю».       Минхо и Хёнджин, уже полностью замывшие бар, сидели спиной к пустому залу, где все также работал Миша, который, по не понятной им причине, до сих пор не свалил домой, и общались с Чаном, который сегодня был на кухне.       — Ну и ты представляешь, — продолжал Хо, — его чудо сегодня носилось по городу с полудохлым голубем, чтобы эту бедную птицу приняли и вылечили в ветклинике. Он совершенно не продуманно отнёсся к птице, мог хотя бы принести сюда, и мы сделали б из нее обед! — с великой грустью в голосе произнес он.       — Ты ужасен, ты знал это? — пытаясь не заржать на все помещение, сказал Бан Чан. — Я, конечно, могу приготовить для вас все что угодно, но давайте без таких экспериментов. Тем более птицу ведь реально жалко, да и обо мне подумайте, каково будет потрошить этого несчастного голубя прямо на нашей кухне? Отмывать ведь всё мне!       — И вот достанется же кому-то такой садист, — пробубнил Хван. — К слову о садистах, к нам посетитель. Иди, прими заказ, — ткнул он в бок Минхо.       — А у самого что? Жопа к стулу приклеилась? — в том же тоне ответил Ли, но всё же подошёл к кассе и с дежурной улыбкой поприветствовал гостя. Как бы он ни хотел его сейчас убить, стоило отметить, что этот парень выглядел очень даже симпатично, несмотря на то, что Ли никогда не замечал за собой симпатии к парням (J.one был исключением): аккуратно уложенные волосы цвета темного шоколада, глаза, смотрящие уверенно вперёд, и в целом его лицо, которое до жути напомнило Минхо белку, было очень милым и забавным.       — Добро пожаловать, вы у нас в первый раз? Вам подсказать что-нибудь?       — Здравствуйте, — ответил Хан. — Я буду Ваш номер телефона. Может, на этот раз Вы оставите его мне? — облокотившись на барную стойку, очень самоуверенно спросил он.       — Что простите? — опешил Ли. — Мы знакомы?       — «Чёрт… он что, реально ничего не помнит? Да… В его взгляде сегодня я вижу лишь непонимание и усталость…» — подумал Джисон.       — Я говорю, мне, пожалуйста, любой чай на Ваш вкус.       — Хорошо, — все ещё не понимая происходящего, ответил Минхо, — с Вас 270 рублей. Оплата налом или безналом?       — Могу аналом, — играя бровями, сказал Хан. Если уж вести себя как глупый пикапер, то по полной. Но поняв, что его фразу никто не оценил, и вздохнув, он протянул кредитку. Расплатившись, глаза Джисона стали бегать по залу в поисках Лана.       — Боже… За что мне это? А ведь выглядел так адекватно на первый взгляд, — взмолился Минхо и принялся готовить лаймовый чай с маракуйей. Хёнджин же в это время умирал от смеха где-то под баром, понимая, насколько это тупо выглядело и насколько сильно теперь выбешен хён.       — О, ты наконец пришел! — из подсобки вышел Лан и обнял друга. — Знал бы ты, сколько раз я уговаривал Мишу посидеть ещё немного и дождаться тебя.       — Прости, бро, я решил поспать пару часов, — всё ещё находясь в его объятиях, ответил Джисон. — Так это Миша? Тот, что сидит за тем столиком? — указал на единственного человека в зале Хан.       — Да, иди скорее, главное не волнуйся, он вполне адекватный на собеседованиях.       — Я и волнение несовместимы, дружище. Сейчас всё будет, вот увидишь.       — «Только такого сотрудника нам за баром ещё не хватало, пускай Миша пошлёт его куда подальше», — думал про себя Ли и молился всем богам, чтоб этого паренька обнадежили, сказали, что перезвонят, но так и не наняли.       — Этот юный пикапер — твой друг? — поинтересовался Хёнджин у Лана, всё ещё не успокоив свой приступ истеричного смеха. — Слышал бы ты, что он сказал Минхо. Думаю, если его примут, то все девять кругов ада с ним на сменах ему обеспечены.       — Не обращайте внимание, он на самом деле классный парень. Да, со своими тараканами, но я за него ручаюсь.       — Пфф, у нас тараканов и так хватает, — фыркнул Минхо, — теперь и его терпеть будем?       — Не придирайся к словам, — отрезал Лан. — А теперь, извините, но меня ждут дома. Я и так из-за того, что ждал пока он придет, опоздал к девушке уже на час, — сказал Лан и поспешил смыться.       — Здравыствуй, ты, наверное, Хан Джисон? — с явным акцентом спросил хозяин чайной.       — Здравствуйте, да это я, — ответил он на китайском, понимая, что так у него больше шансов понравится Мише. — Я пришёл устроиться к вам на должность бариста. Вам Лан рассказывал обо мне. Ещё в Сеуле я работал в кофейне, так что думаю, тут тоже справлюсь.       — О, ты говоришь на китайском! Где ты так хорошо этому научился?       — Меня с детства родители обучали ему, плюс практиковался иногда с Ланом.       — В целом, Лан о тебе уже и так хорошо отозвался. Я просто хотел обсудить условия работы с тобой. Зарплата будет после того, как пройдешь стажировку: 100 рублей в час. Стажировка будет два неполных дня, а затем выходишь как бариста, но на то, чтобы запомнить технологии приготовления чаев, у тебя будет две недели. Далее, если ты мне не сдаешь его, то я вынужден уволить тебя. Уже завтра можешь выходить с утра. Договорились?       — Да, хорошо. Меня все устраивает, — улыбаясь и пожимая руку хозяину чайной, сказал Джисон. Он попрощался с ним и собрался уже уходить, как его окликнули за баром.       — Эй, пикапер, я для кого чай делал? — крикнул Минхо и демонстративно поставил стакан на бар.       — Ой, точно. Спасибо большое, — Джисон забрал свой чай. — Меня кстати приняли к вам на работу, так что с завтрашнего дня я выйду на стажировку! — искренне радуясь проговорил он, забирая свой чай. Затем, не дождавшись какой-либо реакции, развернулся и пошёл домой, делая глоток и отмечая, что этот бариста делает очень классный чай. — Надеюсь, он не плюнул туда, из-за моей выходки. Хотя может как раз из-за того, что он плюнул, чай настолько хорош? — сказал он сам себе, уже выходя за пределы торгового центра. Завтрашний день обещал быть насыщенным, так что нужно хорошенько выспаться.       — Нет, ты-ты видел? Видел? — сказал с откровенным возмущением Ли, смотря на Хёнджина, а затем на Чана. — Он его нанял! Ещё б он не нанял его, раз это друг Лана, так ещё и говорит на китайском. Кошмар, он же нас изведёт!       — Не знаю, мне он показался забавным парнем. Очень весёлый, тем более, раз за него ручается Лан, то проблем не должно быть. Плюс, смотри, он тоже кореец, ещё и симпатичнее нас всех, — сказал Чан, собиравшийся тоже уходить, ведь смена повара заканчивалась на полчаса раньше закрытия кафе.       — Ты не обобщай. Самый красивый здесь Я, ну, безусловно, после Феликса, — сказал Хван. — И изводить он будет только тебя, дружище. Потому что ты явно ему приглянулся. Да и к тому же, завтра твоя смена, неудачник! — в голос захохотал он.       — За что мне это горе. Может уволиться? Прямо сейчас, — сказал Минхо, кладя руки на плечи к Хвану и с мольбой заглядывая в его проникновенные глаза.       — Попробуй только, потом не удивляйся, если проснешься ночью, а я стою над тобой с ножом, ибо после двух недель работы без выходных, так как я останусь единственным админом, это будет моим единственным желанием, — пригрозил ему Джин, сбрасывая с себя руки Хо.       — Тогда уж лучше застрели меня прямо сейчас.       — Так, Минхо, хватит ныть. Тебе 25 лет, в конце то концов. Джисон нормальный парень, плюс нам нужен бариста, так что не спугни его и будь поласковее. И не вздумай изводить моего Чонина, у которого завтра смена, иначе он потом придёт и снова будет мне на тебя жаловаться. Всё, вроде всё сказал. Ведите себя хорошо, не балуйтесь. Всем пока! Пока, Миша, — отсалютовал Чан и тоже поспешил скорее домой.       — Пока-пока, мамочка! — крикнул ему вдогонку Ли.       — Действительно, хён, не парься, всё завтра будет хорошо. Не впервой работать с дерзкими сотрудниками, вспомни меня. Ты же меня тогда тоже чуть не убил, однако сейчас все хорошо.       — Знаешь, Хван, иногда я тебя до сих пор хочу убить… Ладно, давай замываться по новой. И поскорее уйдем домой.       Миша свалил, наверное, сразу же после Чана, поэтому, переодевшись в свою одежду, только Ли, ведь у Хёнджина того осталась только высушенная одежда Феликса, они не стали церемониться и закрыли кафе на 15 минут раньше положенного. Будет ли им что-то за это? Конечно же нет.       Выйдя вместе из торгового центра, парни попрощались и каждый пошёл в свою сторону: Хван в прачечную и на метро, чтобы поехать к себе домой, где его наверняка уже ждут один маленький котёнок с веснушками, вкусный ужин и один незаконченный ещё с утра разговор, а Минхо на стоянку за своим байком, чтобы скорее доехать до дома и лечь спать, ведь завтра первую половину дня он будет обучать эту… «Белку. Этот парень до безумия похож на белку», — подумал Ли.       Впервые с самого утра закурив сигарету, он с облегчением выдохнул. Напряжение начало потихоньку отступать, оставляя место лишь усталости. Ли достал наушники и, выбрав на телефоне «Lamb's wool — Foster the people», сел на байк и поехал домой. Эта песня так идеально и правильно ложилась на атмосферу города: поздний теплый летний вечер, в воздухе все ещё пахнет сырой землёй после недавно прошедшего дождя, улицы освещаются сотнями фонарей и рекламных вывесок, и где-то изредка проезжают машины, в которых едут такие же уставшие после работы люди. Ли аккуратно вырулил на главную улицу, а затем, уже подъезжая к мосту и понимая, что тот почти свободен, набрал скорость. Его байк, зарычав, помчался вперёд, а стрелка спидометра стремительно взлетела вверх: ветер раздувал в разные стороны края кожаной куртки, рукам и шее становилось немного холодно из-за этого, но то была такая мелочь по сравнению с красотой, которая даже через шлем каждый раз пленила Хо. Темное, поглощающе чёрное небо, казалось, окутывало его с ног до головы, затягивая всё глубже и глубже, но не утонуть в нём помогали бесчисленное количество светящихся звёзд, раскинувшихся по всему небосводу мелкой россыпью, луна, сияющая сегодня настолько ярко, что казалось, только ей можно осветить путь, и огни… Огни ночного города, которые рассыпались миллиардами точек перед глазами Хо, а затем превращались на скорости в сплошные цветные полосы, которые питали его энергией, пробуждая где-то в глубинах его сердце истинное желание жить, и пропускали по его телу разряд, заставляющий выкручивать ручку газа на максимум. Такие поездки, когда ты единственный человек на мосту, когда ты можешь гнать так быстро, как тебе хочется, и не бояться попасть в аварию, когда кажется, что ты полностью управляешь своей жизнью и всё находится под твоим контролем, наверное, и являлись той самой причиной, по которой он соглашался работать допоздна в этом далеко расположившемся от его дома заведении. Жаль, что дорога всё же имела свой конец.       «Однажды я уеду так далеко за город, что не останется ничего, кроме как ехать вперёд, и путь будет казаться бесконечным… бесконечно долгим и от того прекрасным», — думал он, уже медленно сворачивая с моста и повторяя весь свой рутинный маршрут до дома, а его любимая песня уже в очередной раз воспроизводилась в его телефоне.       Добравшись наконец до своего дома, припарковав байк и поднявшись на нужный этаж, Минхо повернул ключ в дверном замке и попал в квартиру. Скинув с себя верхнюю одежду и отключив наушники, он завалился на кровать, не желая сегодня искать в себе силы на то, чтоб переодеться и сходить в душ. Слишком много было посетителей, слишком много запарных моментов, слишком много Хан Джисона в его мыслях.       — Кто же он такой… и почему его лицо мне кажется таким знакомым… — продолжал думать Минхо, плавно погружаясь в сладкий сон.