Возвращение домой.

Новорожденный Сторибрук. — Мы должны её вернуть. — Голд тяжело вздыхает и словно хочет поставить точку в затянувшейся дискуссии. Трио «заговорщиков» — Ученик Чародея, мэр города Регина Миллс и мистер Голд. Все они сидят сейчас в лавке Голда с такими лицами, словно собрались в этой лавке справить поминки вернувшись только что с похорон близкого друга. — Я не уверен, что это поможет исправить роковую ошибку, которую совершили наши венценосные идиоты, но Эмма должна вернуться домой, в свой мир, частью которого теперь является Сторибрук. — Что ты им сказал тогда, Тёмный? — спрашивает Ученик. — Только самую суть, пожалуйста. — Что они ДОЛЖНЫ беречь свою дочь, младенца, любой ценой! — Голд пребывает в таком градусе ярости, что начинает походить на себя прежнего, но хромает больше обычного. Он в настоящем бешенстве. — Каким местом они меня слушали, хотел бы я знать?! Чем они оба думали?! — Видимо я сильно их напугала тогда, на свадьбе, — виновато разводит руками Регина, — перепугала эту парочку до усрачки. Но ты меня саму обманул, Голд. Я пересказала им то, что поведал мне ты, наплёл с три короба. Голд пожимает плечами: — И они так легко тебе поверили? А теперь они все ничего не помнят. — Побочный эффект? — задумчиво бормочет Регина. — Или нарушение самого важного условия для снятия Проклятия с города? — Я могу попробовать по своим каналам нащупать что-нибудь, — говорит Ученик, — какую нибудь ниточку, что приведёт нас к Эмме. Голду оставалось скрипеть зубами от досады — без своей магии Тёмный был почти бесполезен, он опутал своей паутиной весь Сторибрук, но это только маленький прибрежный городок в любимом штате Стивена Кинга, бывшая Злая Королева превратилась в главу муниципалитета в том же городке и без своей власти и могущества была абсолютно бессильна перед бюрократической машиной, Ученик, единственный из всех обладая магией, предпочитал исключительно ЗАКОННЫЕ методы добычи информации, а мистер Гласс был не всесилен. К тому же Эмма постоянно меняла адреса и явки, приюты, семьи, просто пропадала из виду, но тут повезло Ученику, который выследил Лилит в Миннесоте. А та, в свою очередь, сильно помогла в розысках — следующий ход был за Региной, Голд помог с преодолением бюрократических барьеров и однажды вечером Эмма Свон таки переступила порог особняка… — Рано радуешься… — Голд ковырял отвёрткой во внутренностях какой то старинной игрушки. — Если Эмма пошла характером в свою матушку Белоснежку… — Не дай Бог! — Регину даже передёрнуло. — Упрямая и капризная принцесса, но со временем изменилась к лучшему — жизнь научила. — Вот именно, — веско и важно произнёс Голд, — а Эмма прожила всю свою жизнь в этом мире, а не в Королевском дворце, но от матушки могло что-то передастся. ... Прошло десять с лишним лет — Хм… — Эмма пристально смотрит Регине в лицо, но «матушка» совершенно невозмутимо продолжает жевать. Абсолютно прямая спина, лицо — настоящий Poker Face, непроницаемое, никаких крошек или капель на столе, очень неторопливо и аккуратно отделяет микроскопические кусочки блинчика вилкой. Для человека, который физически неспособен к подобному поведению за столом, находиться рядом с подобной особой тяжёлое испытание для нервов. Регина взялась за падчерицу всерьёз и теперь их совместные трапезы превратились в настоящий экзамен для Эммы. А ещё у Регины идеальный почерк. Каллиграфический, как в учебнике. — Можно подумать, тётя Регина, что ты выросла в Королевском дворце — манеры, осанка, почерк… — А если это так и есть? — лёгкое поднятие уголков губ, как у Моны Лизы со знаменитого портрета кисти Леонардо. — Если это правда? — И что делает особа королевских кровей в маленьком городке на побережье штата Мэн? — Эмма ехидно улыбается, а у самой мурашки по спине ледяной волной — Регина определённо не шутит, абсолютно серьёзна и Эмма за всю жизнь не видела никого с подобными манерами — только в кино. И то, мало кто из экранных аристократов дотягивал до уровня Регины Миллс. И не только манеры — необыкновенная выдержка, способность осадить того же Лероя одним взглядом, не повышая голос, буквально уничтожить, размазать по горизонтальной поверхности любого наглеца. Эмма помнила только одного человека, который временами походил на Регину Миллс — Ингрид. Не высокомерие, а чувство собственного достоинства, спокойствие. Но даже у Ингрид не было таких изысканных манер. Регина была такой единственной и неповторимой. — Изгнание? Почётная ссылка? Но в нашей стране нет монархии. Значит ты, тётя Регина, прибыла сюда из иных земель… — Решили поиграть в сыщика, мисс Свон? — ехидно улыбается Регина. Эмма пожимает плечами — почему бы и нет? … Эмма удивлённо оглядывается — Регина вошла в склеп и словно испарилась, исчезла. А в этом маленьком помещении в прятки не поиграешь… Эмма касается самыми кончиками пальцев большой мраморной плиты — странная вибрация, почти незаметная и эта щель… Плита, как оказалось, закрывает собой проход вниз — в полумраке виднеются ступени лестницы. — Ну-с, посмотрим, что там… Эмма удивлённо приподнимает брови — более чем странная компания. Мистер Голд, Регина, которая выглядит не очень довольной появлением здесь воспитанницы, бородатый издатель, которого Эмма часто встречала в кафе Бабули и… — И ты Лилит, — вздыхает Эмма, — что у вас тут происходит, господа? Не беспокойтесь — я своих не сдаю. Лилит подтвердит. Ваша тайна умрёт вместе со мной. — Ничего страшного, мисс Свон, — ухмыляется Голд, — никакого Порохового заговора, а вы, как я вижу, любопытны, как молодой лисёнок. — Я страшно не люблю, когда от меня пытаются что-то скрыть, — Эмма не улыбается, — и не люблю сюрпризы. А раз я не могу покинуть этот город… — А ты пыталась? — с любопытством спрашивает бородатый издатель. — Да, — кивает Эмма, — мы немного поцапались с тётей Региной и я решила, что мне необходимо сменить обстановку… — Волки. И туман. У самой городской черты. Большие такие звери и взгляд почти человеческий — аж морозом по спине. Никогда таких не видела. Я поняла, что мне не дадут пройти, а потом самый большой волк… Эмма уселась «своему» волку на спину и через мгновение, пронзительно взвизгнув, вцепилась необычному «скакуну» в холку, но быстро успокоилась — волк бежал быстро, но плавно и ровно — Эмма при любых обстоятельствах не свалилась бы на землю. — Он «подвёз» меня к самому особняку. И когда я выглянула в окно, то увидела всю стаю внизу. Сторожили меня до самого утра, а потом просто исчезли, как не было. Регина, Голд и бородач переглядываются и отчим Лилит качает головой: — Присаживайся, Эмма. … — Так этот городок заколдованный, а я героиня сказки? — Эмма крутит головой. — Уф, забавно, но вы явно не шутите. — Это не розыгрыш, — говорит Лилит. — Это чистая правда. — И из какой я сказки? — с любопытством интересуется Эмма. — Не важно, — говорит Регина, — ты из той части, которую называют «долго и счастливо», та часть истории, которая начинается после свадебного пира. — Не сказала бы, что у меня была счастливая жизнь, — фырчит Эмма, — ДО появления здесь. — Сказки вовсе не такие весёлые истории в оригинале, — грустно улыбается Регина, — они скорее похожи на страшные истории, которые рассказывают ночью у костра. — И ты, Лилит, тоже из сказки? — Эмма с любопытством уставилась на подругу. Та кивнула: — Да, но из другой. Хотя наши истории однажды пересеклись и ты обо всём узнаешь, когда… — Двадцать восемь… — вздыхает Эмма. — Именно. Молодец. … — Ты, мама Регина, конечно же Королева, — Эмма на время забыла про свои обожаемые блинчики и кофе, — а наш мистер Голд? Отчим Лилит… — Ты ешь, милая, — улыбается Регина, — а то твои блинчики и кофе стынут. Лерой с приятелями о чём то спорят за своим столиком и Эмма задумчиво произносит: — А где остальные четверо? — Ты о чём, дорогая? — хмурится Регина. — Я вчера пересматривала мультфильм про Белоснежку. Лерой, совершенно точно, Ворчун, а его закадычные дружки — Весельчак и Чихун. Но гномов было семь, а тут их только трое. Куда пропали остальные интересно… — Работают кто где в городе, — Регина и бровью не ведёт, а у Эммы рот нараспашку, — Ворчун, Чихун и Весельчак вместе, а остальных ты тоже могла встречать в городе. Они часто колобродят вместе. — Ты серьёзно?! — Эмма с трудом переводит дух. — Ничего себе! Так если это те самые гномы… Я что — Белоснежка?! Регина прыскает от неожиданности, а потом начинает… ржать и так громко, что даже Ворчун прекратил горячий спор с друзьями и выпучил глаза на мэра, а Руби ставит перед Региной стакан с водой. Регина сипло благодарит девушку и жадно пьёт. — Так всё-таки? — Эмма временами бывает страшной занудой. — Ты её дочь, — вздыхает Регина, — и она здесь, в городе. Но ничего не помнит, как и остальные. Обо всём случившемся помним только я, Голд и отчим Лилит. — И ты мне, конечно, не скажешь кто она… — вздыхает Эмма. — Ты должна сама, — строго говорит Регина. — Когда мне исполнится двадцать восемь. Проклятье… — Оно самое. Эмма ждёт продолжения, но Регина не произносит ни слова и только дома грустно пожимает плечами: — Я и так рассказала тебе слишком много о твоей миссии, милая. — Ладно — я дочь Белоснежки, этот городок проклят, а в пещере под Башней с часами спит дракон. Регина от шока не следит за собственным языком: — Как ты узнала об этом?! Эмма рада взять небольшой реванш: — А это будет мой маленький секрет! Всю ночь Эмме снится дракон, который голосом Мэри Маргарет рассказывает страшные сказки у скаутского костра.