Возвращение домой.

Эмма сделала пару шажков назад, не сводя взгляда от странной твари, которая появилась неизвестно откуда у самого порога особняка, и пальцы задели длинную рукоять — мама окапывала яблони, а может лопату забыл Дэниел. Это было сейчас неважно. Тварь оскалилась — множество мелких зубов, студенистое тело, но передвигается довольно резво. Эмма сделала длинный прыжок в сторону, взмахнула своим оружием, как секирой и одним сильным, резким и рубящим движением ударила монстра по спине — звук был такой, словно тяжёлым кухонным топориком отрубила ножку курицы — туша твари буквально лопнула и Эмма чудом увернулась от брызг, из разрубленного брюха (вторым ударом Эмма постаралась разрубить монстра напополам) на дорожку вывалились внутренности. Эмму едва не стошнило — запашок был ещё тот, но тварь оказалась упорной и живучей — она всё равно пыталась ползти вперёд и Эмма была готова поклясться, что тварь прошипела начало грубого ругательства, но Эмма не дала закончить фразу. Ещё один удар лопаты отделил голову твари от тела. — Кажется я испортила маме садовый инструмент… — пробормотала Эмма. Лезвие лопаты было изъедено так, словно Эмма окунула его в кислоту. — Что случилось, милая? — Регина, озабоченно хмурясь, уставилась на останки твари, которые начали буквально растекаться прямо на глазах. В итоге на дорожке осталась мерзко пахнущая лужа — словно кто-то пролил химические реактивы на песок. — Что произошло? — Какая-то тошная мерзость, — Эмма брезгливо передёргивает плечами, — не знаю откуда она здесь появилась. Прости, мама, я куплю тебе новую лопату. — Это не важно, — отмахивается Регина, — главное, что ты цела и не пострадала. Этого следовало ожидать… — Чего именно? — спрашивает Эмма. Регина устало вздыхает: — Вернулась магия нашего мира, а следом полезла всякая мерзость из других миров. Думаешь, что я только и была занята круглые сутки исключительно поисками Белоснежки? Периодически в Зачарованном лесу появлялись разнообразные опасные твари с которыми не могли справиться мои охотники и лесничие… И мне приходилось браться самой за дело. Частенько Голду, но он оказывал услуги не за красивые глаза. Время пришло. — Для чего? — Приступить к обучению тебя основам магии, — улыбается Регина, — если нас начали атаковать монстры… Лишним не будет. … — Как он, этот монстр, выглядел? — спрашивает мистер Пейдж. Эмма старательно чертит карандашом на листке из блокнота: — Как большая жирная жаба, которая нашла хорошего стоматолога — полная пасть зубов. Всё лезвие лопаты после этой твари, как кислотой разъело. — Вам это знакомо, мистер Пейдж? — спрашивает Ученик Чародея. — Хорошо знакомо, — ухмыляется тот, — собственно этому меня и учили — уничтожать подобных тварей. Поздравляю, мисс Свон, с вашим первым демоном. — Так это и был демон? — брезгливо морщится Эмма. — Один из множества, — кивает мистер Пейдж, — пролазят в этот мир из своих измерений. Собственно для борьбы с ними и появились Охотники. Пора бы вам познакомиться с остальными членами нашего клана. Если вы смогли увидеть демона и уничтожить его… Вы не обычный человек. — А не должна была? — интересуется Эмма. — Обычный человек увидел бы, к примеру, злобного и агрессивного пса или просто ничего бы не заметил. И не успел бы понять… — И много вас, Охотников? — После последней войны большой недобор, — разводит руками мистер Пейдж. — Войны с демонами? — Увы, — мистер Пейдж заметно мрачнеет, — эту войну можно назвать скорее гражданской… Наша собственная гордыня погубила больше Охотников и ударила в самое сердце нашего мира, принесла больше горя и бед, чем атака самой грозной армии демонов… … Больше всего стило напоминало длинный прут из неизвестного металла. К удивлению мистера Пейджа Эмма легко смогла воспользоваться этим странным орудием, чтобы самостоятельно нарисовать свою первую руну на двери особняка. Поэтому вскоре Патрик вручил Эмме тоненькую брошюру. — Эти руны пригодятся тебе, когда ты захочешь не дать демонам пробраться куда-то или, если кто-то из твоих близких или друзей будет ранен, исцелить его. Но только если он или она будут из вашего мира. Благодаря мистеру Пейджу и его молчаливым коллегам теперь руны украшали двери кафе Бабули, особняка Регины, её склепа, мэрии и ещё многих зданий в Сторибруке. Эмма, ходила с коротким мечом на боку. На рукояти и лезвии змеились руны. — Я не думала, что мы начнём с этого… — ворчит Эмма. Кисть руки ломит, волосы прилипают к потному лбу — уже час начинающая колдунья возится с пахучими корешками — превращает их в порошок при помощи тяжёлого пестика. Регина не одна — Голубая и одна из её подопечных. Регина строго хмурит брови: — Все с этого начинают. Голубая кивает в знак согласия: — Это самые азы, Эмма. — Уф… — Эмма убирает мокрую прядь со лба. — Я конечно понимаю, но… — Терпение и труд всё перетрут! — назидательно поднимает палец вверх Регина.