Последний.

— Пасуй! Голоса эхом отбивались от стен спортивного зала, словно мяч, который отбивали от земли игроки в баскетбол. По залу бегали старшеклассники, передавая мяч друг другу, отбивая атаки нападающих и прорываясь к чужой корзине, чтобы забросить мяч. При неудачных попытках по залу разносился неодобрительный гул, при удачных — радостные крики. Лёша участливо кричал комментарии с поддержкой, словно был болельщиком на трибунах, заполненных такими же фанатами баскетбола. Только вот трибуны были пусты, а фанатом он не был — просто пришел на перемене в спортивный зал, желая познакомиться с той частью учеников, что проводили свободное время за спортивными играми. Сам он сидел в спортивной куртке с цифрой семь, будто был фанатом какого-нибудь игрока под этим номером. Парни спортивного телосложения бегали по залу, и Лёша не мог отвести от них глаз. Вот какой-то высокий парень уверенно ведет мяч, успешно закрывая его собой ото всех нападающих, но другой парень, светлый и маленький ростом, перехватывает мяч и начинает вести его в другую сторону. Пасует долговязому брюнету, тот проходит пару шагов и забрасывает мяч в корзину издалека. Тот балансирует на краю кольца, затормаживает и все-таки падает внутрь, давая их команде новое очко. Забросивший мяч в корзину парень высоко подпрыгивает, визжа что-то победное, дает пять своему сокоманднику, который вовремя дал пас. Губанов тоже не скупится на визги, искренне болея за них. Игра приостанавливается по свистку одного из игроков, который машет и кричит что-то команде. Лёша не смог разобрать слово, искаженное эхом. Однако все внезапно расслабляются, собираются в кучки и болтают, а потому у них, скорее всего, был объявлен перерыв. Лёша откидывается назад, меняя позу в пользу затекшей поясницы. Это все, конечно, было весело, но попу он уже отсидел. — Хей, ты новенький? — раздался хриплый, будто вконец прокуренный голос. Лёша посмотрел в сторону, встречаясь взглядом с парнем, выглядящим старше своих лет и со свистком на шее. Лёша даже подумал бы, что это физрук, если бы не видел его на занятиях ранее, а потому сделал вывод, что он как минимум капитан команды. — Да, он самый, — с неловким смешком сказал Лёша, лучезарно улыбаясь. Однако на парня это не произвело впечатления. — Ты пришел поиграть или поглазеть? — парень встал перед Лёшей, не собираясь садиться на скамейку зрителей. — Поболтать, — выбрал Лёша третий вариант, не предусмотренный новым знакомым. Тот вскинул бровь, — сам же понял, я новенький. Хочу познакомиться со спортивной частью нашей школы, — Губанов продолжал посмеиваться, прикрывая рот ладошкой. — Даня, хватит обрабатывать всех подряд, у нас не настолько не хватает игроков, чтобы ты приставал ко всяким мальчишкам, — Лёша смотрел на подбегающего светловолосого парня, который выглядел дружелюбнее капитана команды. — Я вовсе не обрабатывал, он даже- — Я Лёша, — протянул руку подошедшему светловолосому парню Лёша. Тот с удовольствием пожал руку, и брюнет попытался не выдавать мелкого отвращения от мокрой и потной руки парня. — Стинт, — представился тот в ответ, Лёша кивнул. Он понимал, что это явно не настоящее имя, но, видимо, этот парень чувствовал себя круче, нося эту кличку, и Лёша не собирался докапываться до него по этому поводу, - А это Даня. - Лёша снова кивнул, - ты пришёл поиграть или поглазеть? Лёша фыркнул. О да, видимо эти двое точно тесно общаются между собой. — Поболтать, — вновь повторил он, улыбаясь. Даня усмехнулся. Позже к их компании подошёл еще один парень из команды. Потом еще двое, потом снова. Их фразы были базовыми, что-то вроде: «ты новенький?», «в каком ты классе?» В конце концов возле Лёши, кажется, собралась вся команда, пока он, словно шут, развлекал их своей говорливостью. Почти вся команда… Лёша обратил внимание на парня, одиноко кидающего мяч в корзину. Судя по тренировочной яркой футболке, он тоже был в команде, но вот подходить и присоединяться к диалогу не спешил. Стоя у кольца, он мяч закидывал почти без промахов. — Не хочешь сыграть с нами? — предложил Лёше один из парней, отвлекая его от рассматривания загадочного парня. Тот сделал задумчивый вид. — Не-е, мне с вами не сравниться, буду слабым звеном в команде. Но я могу побыть судьёй, — предложил Лёша, на что ребята быстро согласились. Он посмотрел на Даню, задумчиво держащего свой свисток судьи, висящий на шее. Тот перевел взгляд на Лёшу и, столкнувшись с ним взглядами, усмехнулся, сжимая свисток в кулаке. — Ты и так достаточно громкий, — Даня пошел на поле, и команда пошла за ним. Лёша выдохнул, прикрывая глаза. Сегодня ему придется много кричать, поскольку других средств привлечения внимания ему не досталось. *** Игра проходила захватывающе. То ли Лёша стал следить за происходящим на поле внимательнее, то ли парни выложились на полную, стараясь впечатлить «наблюдателя», так что заскучать он не успевал. Визжать порой приходилось, как резаному, ибо свистка у Лёши не было, а доложить об остановке игры по тем или иным причинам было крайне важно. Если бы перед походом в новую школу Лёше сказали, что он будет тусить с компанией спортсменов, срывая горло, он бы… не о том подумал. Многие приковывали к себе взгляд умелой игрой и пафосными приемами, но, по возможности, Лёша все же смотрел за тем парнем. Он без вопросов присоединился к игре, когда перерыв команды закончился, и играл он действительно хорошо. Лёша не знал, почему уделяет ему так много внимания. Наверное, всё из-за того, что ему хотелось узнать об этом «мистере инкогнито» побольше. Даже о Дане, который со стороны казался более скрытным и неразговорчивым, Лёша знал больше, чем о Безымянном игроке. Когда до звонка оставалось пять минут, баскетболисты уже начали расходиться. Безымянный уже вышел из раздевалки, когда Лёша еще добалтывал с парнями, которые упорно зазывали его продолжить «болтовню» в раздевалке. Губанов сыграл дурачка, прикинувшись примерным учеником, боящимся опоздать на занятия, и постепенно уходил от диалога. Наконец отвязавшись от озабоченных, Лёша пошёл к выходу из зала. Взявшись за ручку двери, он чуть не получил этой самой дверью по морде, потому что снаружи ее резко открыли. В зал вошел брюнет с двумя рюкзаками наперевес, не обративший никакого внимания на стоящего у двери Лёшу, и пошел к парню, который захватил всё внимание Губанова во время игры. Безымянный, увидев брюнета, подошел к нему и ярко заулыбался, начав что-то рассказывать, пока друг участливо поддерживал диалог. У Лёши отвисла челюсть: точно ли этот парень игнорировал его весь перерыв? Сейчас он очень живенько и весело общался с пришедшим, видимо, лучшим другом, иначе и быть не могло. Лёша вышел из зала, не переставая думать о произошедшем. Значит, Безымянный был способен на открытое общение. Видимо, он относился к тому типу людей, к которым сложно подобраться, но если это сделать — будешь вознагражден новым другом. Именно эту «награду» Лёша был намерен получить, как подтверждение своего статуса новичка. За последние несколько дней ему еще никто не отказал. *** — Хей, красавец, — Лёша плюхнулся на скамейку в коридоре, на котором подметил свою Безымянную цель. Парень слегка скривился от этого прозвища. — Видел тебя на баскетболе. Хорошо играешь, — Лёша решил не церемониться и быть наглым. С той игры на большой перемене прошёл ровно урок, а Лёша уже нашел молчаливого мальчика, повторяющего что-то возле нужного кабинета. — Я тебя тоже видел, — произнес собеседник напряженным голосом. Красивым, между прочим. Лёша вскинул брови, ожидая продолжения, но так ничего и не дождался. — Плюс за зрение. Почему тогда не подошёл? Образ волка-одиночки тебе не идет, — Лёша смотрел прямо на лицо собеседника, в то время как тот старательно избегал зрительного контакта и с лицом вселенского раздражения пялил в свой учебник. — И чем тебя остальные не устроили? — выдохнул парень, захлопнув книгу и даже не оставив закладку. Лёша не сразу понял смысл вопроса, склонив голову, а когда наконец дошло, закатил глаза. — Я пришел именно к тебе, не повод ли для гордости? Как тебя, кстати, зовут, мистер «ты-не-достоин-разговаривать-со-мной»? Я Лёша. — Ну вот, ты сам дал мне имя, — бездушно пожав плечами, парень встал и зашёл в класс. Лёша поднялся со скамейки и решительно собрался двинуться за ним, как вдруг перед его лицом захлопнул дверь преподаватель. — Иди на свой урок, Губанов, — проскрипел учитель информатики, на вид тот еще скряга. «Эта ходячая пенсия хоть компьютер-то включать умеет?» — фыркнул Лёша, недовольно переминаясь с ноги на ногу. От нечего делать он, попыхтев пару минут под дверью, все же отправился в свой класс. *** — Я Лёша, — издал Лёша самым добродушным тоном из всех. На этот раз он постарался зайти с другого тона, без наглости: было ясно, что в прошлый раз собеседник подобного поведения не оценил. Безымянный (называть его ты-не-достоин-разговаривать-со-мной Губанов не собирался), замер с тарелкой, которую ему только что передала повариха. Шум столовой не мог перекрыть голос Лёши, который объявил о своем появлении чуть ли не на ухо. Парень медленно повернулся к Губанову, на лице ясно читалось: «ты, блять, серьезно?». Его застали в очереди за едой. — Нет. Ты идёшь нахуй, — прошипел парень, которого уже изрядно достала приставучесть Лёши. Тот состроил драматично-оскорблённое выражение лица. — А почему так грубо!? — вдохнул Лёша, получив закатывание глаз в ответ. Безымянный отвернулся, продолжая собирать себе еду на обед. Лёша отставать не собирался, — Так ты…? — Отъебись. — Это не имя. — Родители приколисты, — парень расплатился за порцию и покинул очередь. Лёша, так ничего и не взявший, поплёлся за ним. — Да чего ты так взъелся? — Лёша уже начал обижаться на намеренный игнор. Он правда не понимал, чем так не понравился этому зануде. Не настроенный на знакомства парень дошёл до стола, где сидели его то ли одноклассники, то ли друзья. Лёша быстро пробежался по ним взглядом, заметив того самого брюнета и… о, Стинт! Да, это, видимо, их дружеская компания. — Для мальчиков лёгкого поведения мест не осталось, — развёл руками парень, введя Лёшу в ступор. Кого блять? Это он-то лёгкого поведения?! Лёша захлебнулся воздухом. Что он себе позволяет? — Пидор блять! — крикнул Губанов, не найдясь со словами. Он быстрым шагом вышел из столовой, оскорблённый таким заявлением. «Это я-то? Это он на меня так сказал?! Да где он взял этот бред вообще? Этот ублюдок! Этот... Нет, не ублюдок, уёбок вонючий! — передумал Лёша. *** «Последний шанс» Лёша стоял у двери в раздевалку, видя сквозь огромное окно весь физмат, в том числе нужного ему парня. Эта встреча, конечно, не была последней, но Лёша мысленно поставил себе цель — объясниться сейчас, или признать, что не всем можно быть другом. Спустя два урока размышлений Лёша начал подозревать, за что удостоился такого мнения о себе. Наверняка из-за тех баскетболистов: Лёша ясно уловил в них желание чего-то не совсем приличного. Но он ведь ушёл от них! Видимо то, что Губанов не отшил их мгновенно, а оставался мило болтать, привело Безымянного к мнению, что новенький был не против подобных вещей. Но ведь это не правда! Парень вышел из раздевалки, не особо поменяв прикид: на голове ничего нет, чтобы не испортить причёску, на плечах покоится легкая ветровка. Осень, как-никак, но Лёшу пробрали мурашки: он, по каким-то причинам, был мерзляком, и даже в помещениях чувствовал себя хорошо только в тёплой кофте как минимум. Вздохнув, Лёша пошёл навстречу парню, прорывающемуся сквозь толпу одноклассников, застрявших в каждом углу раздевалки. Ну вот не умеют люди ждать: залетают всем коллективом в тридцать человек в маленькое помещение, и начинается квест «схвати или умри». Либо ты берешь свою одежду и убегаешь, либо остаешься там навечно… ну, или пока толпа не рассосётся. — Опять ты, — констатировал факт парень, встретившийся взглядом с Лёшей. На этот раз тот даже не спешил свалить: видимо, заинтересовал вид Лёши, который уже был не так уверен в себе, как в предыдущие разы. — Да, опять я. И что бы ты там обо мне не думал, это не правда! — без обиняков начал Губанов, чем вызвал озадаченное выражение лица собеседника и его легкую ухмылку. Лёша залип на несколько секунд на эту новую эмоцию, — Я ни на что ни с кем не соглашался, и вообще, я не такой. Понятно? Безымянный хмыкнул, вскидывая брови и скрещивая руки на груди. Так, значит? Его заинтересованный взгляд ходил по Лёше, словно впервые его видел. Скорее, заново изучал. Лёша не препятствовал этому, понимая, что парню, возможно, понадобится время, чтобы переосмыслить свое мнение о нем. Безымянный вздохнул. — Ну, как скажешь, — он продолжил свое движение к выходу, как ни в чем не бывало. Губанов ошеломленно проводил его взглядом, не сразу поняв, что произошло. Это плохая реакция? Хорошая? Он вообще ничего дельного не сказал! Он… — Я Вова, — услышал Лёша от теперь имеющего имя парня. Вова, помахал ему рукой. — А я… — Лёша, — прервал он, — я помню. До завтра, Лёша. Вова вышел из учебного заведения. По щекам Губанова поползла дурацкая улыбка. Запомнил. Он запомнил. Это определенно была хорошая реакция. *** — Ого, — удивлённо пролепетал Денис, — никогда не подумал бы, что ваше знакомство могло сложиться… так. Лёша посмеялся. Он упустил некоторые подробности своих эмоций во время рассказа, вспоминая в голове истинную картину. Да, он сам бы никогда не подумал, что такой парень, как Вова, может быть таким грубым. Но Лёше это было даже интересно: Вова был принципиальным человеком, который нахуй слал того, кто ему, как он думал, будет неприятен. Знакомство с Вовой занимало особое место на полочке гордости Лёши. — Он просто не то подумал, не могу его в этом винить. Главное, что сейчас всё хорошо, — Лёша откусил кусок хлеба, наблюдая, как ест Денис. В столовую входило много людей, и вот, наконец, в дверях Губанов заметил знакомую фигуру. Он помахал Вове, который, увидев ребят, двинулся к их столу. — А где же самый гордый придурок этой школы? — Лёша вскинул брови, задаваясь вопросом, где же Илья. Вова фыркнул. — Скорее самый вредный, — он сел рядом, и ему в лицо тут же тыкнули бутербродом. Вова принял предложенную Лёшей еду, — обиделся и грустит. Лёша снова посмеялся, поймав пораженный взгляд Дениса. Он правда не думал, что Илья умеет обижаться? Конечно, вряд ли он прям «грустил», как выразился Вова, но обиженку из себя строил старательно. Лёша наблюдал за Вовой, тщательно жевавшим бутерброд. Честно, он был рад, что когда-то поставил себе такую глупую цель — завоевать чью-то дружбу. Но у него это вышло, и он точно ни о чем не жалел.