Грех

      Наше путешествие всё продолжалось.. Компания близких мне людей начала расти вместе со мной. Я более трезво начал подходить ко всем нравоучениям отца и кажется придавал им меньшее значение. Но появилась проблема. С возрастом, осознание всех действий отца начали появляться и тогда я уже понимал, что он делал, и насколько губительны последствия после этого. Чем старше я становился, тем больше контроля подвергалось моей жизни и с каждым разом относится проще ко всему происходящему становилось тяжелее.       Отец всегда был глубоко верующим, но посвятить меня в это смог только после небольшой акклиматизации от развода.       Миновал год, в пятилетнем возрасте я познакомился с Библией. Поначалу меня очень завораживало это чтиво.. Страшное волнение пробирало до дрожи, когда события казались мне ужасно грустными.. Не впадая в подробности, скажу о том, что не долго играл мой интерес и сопереживание к этому иносказанию; вскоре отец проявил верность своей вере в ярких красках фанатизма и пытался наставить меня на тот же « путь истины » только сейчас я начал понимать, каковы же больны были его желания.       На самом деле, когда я стал потихоньку осознанно подходить ко всем словам, я пытался понять его намерения. Возможно, очень часто оправдывал все поступки горем после потери любимого человека и нескончаемой работой; всё же, он был отцом, который по всем канонам патриархата, висящий крестом над нашей семьёй, не должен быть нежным и заботливым как я мечтал в своих грёзах. И к этому так же удалось привыкнуть; я черпал внимание, заботу и любовь, в которой так сильно нуждался от любящего няни, близкого друга и других знакомых, а с отцом обсуждал только учебные дела, расписание, мои успехи и достижения, да и в принципе, старался всегда плясать под его дудку. Впрочем, гордо могу заявить, что в подростковом возрасте я стал сильнее, не без помощи окружающих, естественно. Но было ужасно приятно быть частью общества, даже если мой круг общения не переступал порога в два человека. Я с огромной тягой дарил им свою любовь и нежность, что подолгу таил с самого детства, так ещё и взаимно получал немалое количество внимания. Все тяжести новых наказаний и большего объёма занятий я пытался преодолевать без последствий. По крайней мере старался, и кровавые полосы на ляжках появлялись только во время домашних арестов.       К счастью, учёба давалась мне без лишних усилий, но отец заботился о том, чтобы я как можно больше уделял школе время. В действительности моей ответственности ко всем вещам, в особенности касаемо учёбы, было не занимать - от этого, к моему сожалению, времени на общение с Томми было не так много.       Кстати о Томми! За всё это время мы неимоверно сблизились.. Так странно рассказывать о тех временах, осознавая случившийся обстоятельства в настоящем времени, но в прочем, не суть важно! Учитывая, что мы жили рядом, буквально одна хрущёвка разделяла наши квартиры, вскоре оказалось, что оба кудрявых мальчишки попали в одну районную школу, так ещё и в один класс. Мы были очень рады этой новости, время, проведённое нашей скромной компанией, увеличилось: мы вместе обедали, играли на переменах, ходили до дома.. Я даже смог уговорить его посещать со мной в библиотеку по средам! Но к сожалению, нас часто рассаживали в классе, Томми так и норовил что-то пообсуждать во время урока, наперекор замечанием учителя. Вроде бы, мы были в восьмом, а может в девятом классе, когда в качестве заслуги за хорошие оценки и победы в городских олимпиадах отец начал отпускать меня в гости к Томми. У него была очень милая семья, но с одной необычной особенностью для меня. Я помню, как впервые, после долгих уроков и уговоров отца, мы вместе с моим горе-другом, который в четвёртый раз за неделю подрался с кем-то из параллели, пошли по знакомой, весенней аллеи, что вела прямиком к подъезду панельного дома. День увеличился, но всё-таки небо готовилась к пламенному появлению заката, что не могло не радовать. В этот день я попросил Кью дождаться меня дома, тот без вопросов согласился и принялся за ужин. на счёт гостей он был в курсе, так что лишь попросил набрать его, когда я буду возвращаться домой.       Войдя в квартиру после Томми, нас встретил мужчина, очень приятной внешности, с такими же золотистыми волосами, что и у его сына. Но кажется, такие забавные кудряшки достались ему от мамы, подумал я, перед тем как Томми представил мне второго своего родителя... Я был, мягко говоря, в замешательстве. Оказывается.. Томми был приёмным сыном, но что удивило меня ещё намного больше, это то, каким способом я это понял. Его родители, оба были мужчинами. Высокий и властный, с длинной косой и в очках - Техноблейд. Немного ниже его был - Филза, из которого будто бы материально исходил свет и мудрость. Вот уже глазом не успел моргнуть, как я сижу за круглым столом этой необычной семьи. Тёплый ужин только дополнял всю уютную атмосферу в этом доме, я немного смущённо угостился печёным картофелем, что так настойчиво мне предлагал дядя Филза и не менее застенчиво отвечал на вопросы того же блондина, который с улыбкой интересовался моей жизнью: — ох, дорогой, Томми очень много рассказывал о тебе.. Ты действительно разносторонняя личность, очень рад, что мой сын нашёл приличное общество. Кажется, он был горд нами обоями, когда говорил это, но Томми быстро засмущался и начал ворчать — ну пап! Будто бы я был в плохих компаниях.. Филза даже брови не повёл, чтобы начать ругаться, лишь тихонько хихикнул — конечно не был, и это хорошо, Том.. Может быть Таббо подтолкнёт тебя на учёбу и ты наконец задумаешься об экзаменах? Томми недовольно закатил глаза, и показательно цыкнул, отложив вилку — Обязательно, пап, но может обсудим что-то другое? Таббо и так вечно учится.. Хотя.. Табс, ты уже поел? Идём ка ко мне, сделаем с тобой совместную презентацию.. Или разберём варианты... Короче идём быстрее! Светловолосый бесцеремонно выпрыгнул из стола, как самый последний хулиган, взял меня за руку и потянул по коридору в свою комнату, я лишь успел, уходя, неслышным писком поблагодарить за ужин. Отдаляясь от кухни, я заметил лишь слегка рассерженное лицо Техноблейда, который с последней клеткой своей нервной системы перелистывал страницы газеты, в тоже время Филза, как ни в чем не бывало, продолжал есть. Позже я узнаю о их семейных устоях побольше, и пойму, что горем исхудавшие родители Томми, просто уже устали ярко реагировать на подобные незначительные выходки обоих сыновей.       Говоря об этом, второго сына - брата Томми, я увидел только на третий поход в гости, но впервые услышал, как раз в тот самый день; он что-то «дрынькал» на своей излюбленной гитаре, что не на шутку взбесило Томми. Тот, будто бы смотря сквозь стену, начал тарабанить по ней и недовольно визжать, ох.. Он любил это делать : — Боже храни, Уилбур, хватит пердеть эти сопливые песенки на своей шестиструнной, новую даму найдешь блин!! И одень майку, всегда ты красуешься собой после расставаний, не думай будто она что-то потеряла! Этой фразой он предоставил мне полное описание своего старшего брата, а так же объяснил момент братской любви и поддержки.. Я был удивлён, что он до таких мелочей знает поведение Уилбура почти в каждой ситуации, но тогда меня задело только одно — вообще то.. Правильно будет «надеть», а не « одеть ».. Я редко стеснялся Томми, после уже двенадцати лет дружбы, но тогда мне стало неловко, что я так с бухты-барахты поправил его. Но на моё удивление, это успокоило истеричный, ломающийся крик, и голубые глаза перешли на меня. Сначала, он растерялся, а потом его взгляд превратился в настоящего хищника. Иннит ехидно заулыбался и медленно с удовольствием произнёс — хохо... Ты решил применить свою силу против меня, смертный? Его улыбка была весьма серьёзна, а я - ели сдерживал смех. Актёрского мастерства ему точно не занимать — раз так... Узри мою силушку богатырскую..!!! Да здравствует бои подушками! Он кинулся к кровати, на которой с краю сидел я, и повалил на подушку. Вот уже золотистые локоны лезли мне в глаза, а этот неугомонный « зверь » так и норовил найти слабое местечко, чтобы хорошенько отомстить мне щекоткой. Я не боялся его фирменного приёма, что не скажешь об инициаторе подушечных боёв, но всё равно вдоволь смеялся. Томми продолжал нависать надо мной, пока я не ответил ему взаимным тыком в рёбра, что полностью обезоружило моего противника, и тот с позором пал на моё тело. — пхах, Томми! Точнее.. Богатырь с безмерной силой.. Слезь, ты тяжелый!       Я продолжал смеяться, и теребить его волосы, но последующее его действие быстро заткнуло меня. Томми тоже улыбался, но вдруг без причины уткнулся носом в мою грудь и пустил руки под спину, заключив в объятья. Мы кучу раз обнимались, моя неловкость по поводу такой близости прошла спустя некоторое время после нашего знакомства, но сейчас я вновь ощутил её. Хотя вернее будет сказать, в трехкратном размере. Тогда я ещё не понял, почему так случилось и в тот вечер не придал этому особое значение. Вскоре он поднялся, кратко извинился и больше мы не обсуждали это.        На улице уже темнело, от заката осталось совсем ничего, я связался с Кью, и оказалось,что он проходил мимо, так как забыл сходить в магазин за сметаной, и сейчас пытается наверстать упущенное. — как посидели с Томми? — хорошо..! У него приятная семья.. Правда с небольшой странностью.. — правда? И какой же? — у Томми.. Нет мамы. Его родители - оба.. Отцы? — воу.. Вот это неожиданно! Хах, не думаю что это странно, что тебя смутило? — ах, не знаю.. Это же грех. Нельзя строить семью с человеком, своего же пола.. Но честно признаться, они очень дружелюбны! Уже окончательно стемнело, когда мы подходили к дому. Кью подхватил меня когда я выходил из подъезда, где живёт Томми, и мы вновь вместе шли по заученному маршруту. Наш диалог продолжался, как и всегда. Тем для обсуждения было нескончаемое множество, но в этот раз мы дошли да откровений. Кью слегка усмехнулся, он призадумался и кажется что-то вспомнил.. Я сразу обратил на это внимание, и, с опаской, но всё же решился задать наводящий вопрос, чтобы ввести его из этого состояния — Кью, а что ты считаешь грехом? Действительно ли так плохо любить парня, если ты тоже им являешься..       Кончики губ на бледном лице опустились, тогда попытка исправить ситуацию только ухудшило её, брюнет глубже нырнул в воспоминания, но на этот раз для того чтобы добыть достаточно информации для ответа на мой интерес. — знаешь, дружище.. Это тяжёлый вопрос. Наш мир сейчас отвергает тех, кто не подходит под стандарты общества. Всем нам тяжело переучиться, когда мы привыкаем к чему то одному, видеть совершенно другое бывает жутко сложно.. Точнее, не сам процесс является тяжёлым, а его осознание - принятие того, что бывают различие. Именно из за наших привычек, зачастую реакция на незнакомое бывает агрессивной.. Я рад, что ты смог совладать не только с устоями общества, и нравоучениям Библии, но и со своей головой и сердцем.. Ты безнадёжно чист, Табс, так что в твоём случае это точно не будет грешно..       Моё сердце забилось чаще. Я внимательно слушал монолог Кью и не сводил с него взгляд. Он выглядел таким печальным.. Его глаза смотрели в пол, но казалось, что они направлены куда дальше и глубже. все слова, произнесённые им, были пропитаны замятой горечью, будто бы он изо всех сил стремился что-то принять, но так и не сумел. А сейчас ему через глухую боль приходится доносить истину до меня, которую возможно не смог донести себе сам. — хах, к сожалению отозваться так же о себе мне не под силам. Я запереживал. Изначально моё волнение было на почве стеснения. Казалось, будто бы Кью уже знает о том, что я ещё сам не осознал; о той близости с Томми, о которой я намекал в своём не скромном вопросе. Но после его слов, мне стало страшно от абсолютного незнания. Я ведь никогда не был посвящён в историю Кью, что пережил он, и что ему пришлось пережить, чтобы сейчас с такой опытностью говорить о тяжёлых душевных темах? Я замешкался, и неловко спросил — Кью, а.. Что ты имел ввиду на счёт себя? Я никогда не спрашивал тебя про твою жизнь, кем ты был до появления в нашем доме?       После того разговора, Кью кажется был сам уверен в том, что готов к такому продолжению, так что тяжело вздохнув, свободной от пакета рукой потрепал меня по волосам и на новом дыхании начал — ох, Табси.. не думал я, что буду готов тебе рассказать что либо о себе, да и повод вряд ли должен был появится.. Хах, кажется настала череда старине-Квакити пожаловаться на нелёгкую жизнь, точно готов?       Он всё ещё пытался приободрить меня своими шутками и настроем, хотя у самого глаза были на мокром месте. Я неловко кивнул, и с неприятном скрипом входной двери принялся слушать рассказ, параллельно бытовым делам.