Запах Эвиона

— Да какого хера?! Чонгук откидывает от себя документы. Смотреть на маленькие цифры было крайне неприятно. От каждого отчёта было не по себе. В свои двадцать восемь лет альфа старается вытянуть компанию, что досталась по наследству от дяди, из кризиса. Сейчас с каждым днём, а возможно и часом, цена на продукцию падает. Деньги сейчас нужны были, как никогда, не хотелось закончить бизнес самым позорным способом. Банкротство сейчас как клеймо. Ведь, если не смог удержать один завод, то удержать что-то другое ты не в состоянии. И из-за таких вот стереотипов когда-то важные люди становятся простыми смертными. Чонгук локтями упирается в стол, начиная массировать голову. Нужно было хорошо подумать и понять, в чем проблема. Новые работники, которых прозвали в кругах парфюмерии «лучшие из лучших» совсем не оправдывали свой статус, и это заставляло злиться ещё больше. Да, возможно, людям, которые возглавляют какую-либо компанию, нужно держать свои эмоции под контролем, быть хладнокровными и не пробиваемыми. Но как бы то ни было, Чонгук так не может. Альфа был в этом плане вспыльчив и крайне эмоционален. Откидываясь на стул, Чон глянул на часы. Сейчас должен был в этот кабинет зайти его помощник, но прошло уже две минуты с назначенного времени встречи. Чон сжимает челюсти, он терпеть не мог четыре вещи. Первое: непунктуальность Второе: оправдания Третье: проигрывать Четвёртое: отказы — Простите, лифт долго ехал. Чонгук лениво поднимает свой взгляд, усмехнувшись. Эти отмазки только разжигали раздражение и гнев. — Ты опоздал на сто восемьдесят секунд и на две целые и одну десятую мили секунду. Ты с таким телосложением смог бы пробежать с тринадцатого этажа на четырнадцатый, ещё время осталось бы. Сонби только тяжело выдыхает, ему было нечего сказать, ведь спорить с новым начальником было глупо. — Вы просили найти хорошего работника. — Ну и? Чонгук выгнул бровь, ему срочно нужен тот, кто сможет создать что-то годное. — Парфюмер Ким Тэхён, его работы быстро распродаются. Сонби вынул из папки пробники духов, которые сегодня он нашёл. Чонгук с явным и нескрываемым скептицизмом помахал у лица сначала одним пробником, потом вторым и так, пока коллекция духов вся была не услышана. — Ты ему предложил работу? Сколько денег просит? Чон сцепил руки в замок, подпирая подбородок. — Нет. Не предложил, — Сонби видит то, как чужие глаза краснеют от злости, поэтому поспешил продолжить. — Думаю, вам с ним лучше связаться, ибо он говорит только с директорами напрямую. Чон хмыкнул, махнув рукой, мол, «свободен». Но прежде чем зам директора ушёл, он оставил нужные документы для связи с новым парфюмером. — Ким Тэхён. Что ж. Узнаем, значит, сегодня, что ты за фрукт. Чонгук усмехнулся, и начал наводить порядок на столе. Сейчас нужно сделать ещё пару дел, после чего можно звонить новому парфюмеру. Собрав все вещи, Чонгук списался с человеком, которого хочется назвать «другом», да, именно так. В этом мире, у богатых людей всё строится на контрактах, и пока срок на бумажке не истечёт, нужно играть хорошего друга и партнёра. Но с Чимином совсем не так. Он словно не из мира сего. Странный, непредсказуемый и, что самое главное, добрый. Пак всегда готов был помочь, несмотря на свою любовь к приколам. Если бы Чонгуку дали выбор: помочь самому богатому и успешному человеку, или Чимину, который нуждается в финансовой поддержки, то Чон бы выбрал второе. Усевшись в машину, альфа посмотрел на своего водителя, диктуя адрес простого заведения, в который зачастил его лучший друг. Чонгук прикрыл глаза, проваливаясь в лёгкую дрёму. Слишком много стресса от компании покойного дяди. Альфа, когда получил документы на парфюмерию, думал, что быстро всё решит и продолжит свою спокойную жизнь. Но, как обычно, получилось всё совсем наоборот. Машина остановилась, от чего Чонгук вздрогнул, открывая глаза, начал смотреть растерянно по сторонам. Сердце быстро колотится от неожиданного пробуждения. Альфа нахмурился, но потом расслабился, выходя из салона авто. — Можешь ехать по своим делам. Чонгук проводит взглядом свой автомобиль, тихо хмыкая под нос. Заведение, в которое пригласил Чимин, было явно простой кофейней, которых было в городе, да и вообще во всей стране, большое количество. Чимин сидел за столиком, который хорошо освещается солнечным светом. В чистом окне можно было увидеть профиль друга. Лицо альфы было задумчивым, он как будто за кем-то наблюдал. Это вызвало интерес. Пак выглядит крайне странно для своего-то статуса. Владелец производства машин и разной техники с длинными, крашенными в ярко красный цвет волосами, производил фурор. Чимин был как произведения искусства. Непредсказуемое поведение и внешность, не каждый день встретишь. Чонгук прошёл в заведение, поправляя свой пиджак. — И за кем же ты так наблюдаешь? Чон сел напротив своего друга, скрещивая руки на груди, он искренне не понимает то, почему человек, который любит дорогую изысканную еду, назначил встречу в простой кофейне. — Я? — Чимин удивлено посмотрел на подошедшего. — Тебе показалось, я просто задумался. Чонгук засмеялся. Вот что-что, но он знает, как ведёт себя Пак, когда он просто отключился от этого мира. — О-о нет. Чимин, я знаю тебя как облупленного. И ты точно не задумался, за кем ты тут наблюдаешь? Чон начал осматриваться, поворачиваясь так, чтобы посмотреть себе за спину. Кофейня была в лёгких и светлых оттенках. Зелёные пышные листья живых растений создавали контраст с бежевыми стенами, на которых были вкрапления в виде кофейных зёрен. И во всей этой светлой массе передвигается фигура официанта. Высокая, статная и довольно крепкая. На шее видно было тату, а чёрные, как смоль волосы были собраны в пучок на затылке. Этот парень явно не подходил своей аурой к атмосфере заведения. Чонгук переводит взгляд на Чимина, чтобы убедиться в том, правильно ли он подумал. — Так, директор Пак, я правильно понимаю, что вы наблюдаете за официантом-альфой? Чимин проморгался, недовольно фыркая на чужие слова. Пак не считает чем-то плохим то, что он смотрит на человека своего же пола. — И что теперь? Чонгук пожал плечами, поворачиваясь снова лицом к собеседнику. Меню было, конечно, не густым. Хотелось чего-то плотного, но всё, что было в наличии, так это кофе, чай и пирожные разного вида. Это, конечно, немного расстроило не только Чона, но и его желудок. Альфа тяжело только выдохнул, понимая, что делать нечего и сегодня перекус будет крайне вредным. — Да ничего, просто из-за симпатичной мордашки ты решил устроить нам повышенный сахар? — Ой, хорош гундеть. Не хочешь — иди, я сам тут поем. Чонгук поднимает руку, призывая подойти, того, на кого смотрел его друг. Чимин как будто начал нервничать поправляя свою черную рубашку, которая была на несколько размеров больше. От этого Чон только усмехается. Он никогда до этого не видел друга в таком состоянии, он похож на школьницу, которая старается хоть как-то намекнуть альфе, который нравиться, о своих чувствах. Чонгук заметил на груди официанта бейджик с именем: «Мин Юнги». — Уже выбрали? Голос официанта низкий, мурчащий, появилось такое ощущения, что он какой-то репер или какая-нибудь рок звезда. Чимин был сейчас явно в восторге, от чего он прочищает горло и начинает быстро тараторить то, чего хотел бы. Пак махает руками, имитируя то, как готовиться кофе или какое-нибудь пирожное. Юнги по-лисьи смотрит на Чимина с явной усмешкой на губах. Работая официантом, Мин видел много чего, но сейчас ситуация то ли нелепая, то ли очень милая. Взрослый и успешный альфа увлёкся в объяснении того, чего хотел. Настолько развёрнутый заказ Юнги никогда не получал. — В-вот — это то, что я буду. Чимин замолчал, тяжело дыша. Пак немного, но всё же покраснел, от чего Чонгук сощурил глаза, пытаясь понять, с чем это покраснение связано: со смущением или же с тем, что его друг говорил всё на одном дыхании. — Хорошо, а вы что будете? Юнги уже обращается к Чону, который на это только махнул рукой и без какого-либо энтузиазма говорит: — То же, что и моему собеседнику. Только когда Юнги пошёл отдавать заказ, Чимин громко втягивает воздух носом. — Бля… что я нёс? — Херню полную, ты был похож на девчонку, которая готова кончить от одного только его вида. Чимин зарывается пальцами в свои ярко-красные волосы, сжимая их. Чувство стыда долго не заставило себя ждать. — Какой же я долбан… что же делать? Он же на меня даже не посмотрит… Чонгук засмеялся, облизывая губы. Теперь было ясно понятно, что его непредсказуемому другу понравился альфа. За такими отношениями будет интересно понаблюдать. — Да ладно тебе, не всё так плохо, да и он смотрел так, будто ему нравится. — Вот пиздишь же. — Я?! Нет. Правду говорю, ты ему видимо тоже приглянулся. Чимин смотрит исподлобья на друга, недовольно фырча. Чужие слова звучали как стёб, который Пак крайне не любит. — Издеваешься? Я тут как придурок непонятное говорил, позорясь перед тем, кто мне нравится, а ты меня не остановил?! Чонгук засмеялся, скрещивая руки на груди. Это всё выглядит теперь как детский сад. И Чимин, видимо, точно влюбился в официанта. — И ничего не как придурок. Пак вздрагивает, когда рядом появляется официант, который начал выставлять заказ. Чимин большими глазами смотрит на альфу, тут же заткнувшись. Чонгук засмеялся, взяв кофе. Сейчас внешний вид Чимина оставлял желать только лучшего. Чон посмотрел на Юнги что хитро улыбался. — Вам тоже нравится мой друг? Пак вжимает голову в плечи, боясь услышать отрицательный ответ. Хотя на что-то большее рассчитывать глупо, ведь всё, что сейчас происходит — это абсурд. — Да, он симпатичный, я его ещё в первый раз приметил. Если захочет встретится, то я заканчиваю в семь. Юнги накрыл на стол, после чего ушёл дальше работать. Чимин провожает взглядом Мина. Чужие слова никак не могли уложиться в голове. Пак прочищает горло, он явно потерялся где-то в своих мыслях. — Скажи мне, мой любимый друг, и сколько ты уже сюда ходишь? Чимин смотрит на Юнги, как влюблённый дурачок, с этой глупой улыбкой. От Мина веет аурой доминантного альфы, и это, видимо, очень сильно зацепило Пака. — Почти месяц… я как его увидел. Так и всё пошло-поехало… Это шокировало Чонгука, который посмотрел на друга, как на дурака. Это был сценарий какого-нибудь дешевого фильма про любовь. — Ты идиот? И ты с ним даже не попробовал поговорить? Ну, чтобы типа на свидание пригласить или узнать, как он смотрит на отношения между альфами? Чимин тяжело выдохнул, когда Юнги ушёл из зала. Это расстроило Пака очень сильно. — Ну не мог я… смотрю на него и просто теряю возможность нормально говорить, он такой красивый, брутальный… и-и… — Ты альфа или кто? Придурок ты! Чего, совсем со своей любовью ёбнулся? Чимин пожимает плечами. Ему сложно объяснить то, что с ним происходит, рядом с официантом. — Просто он доминантный альфа… и его аура. Боже, лучше бы я омегой родился… сука, как же сложно. — И что? Чимин, я тоже доминантный альфа, и между нами вроде всё прекрасно. Пак закатывает глаза в своей любимой манере. Это показывает то, что Чонгук в чём-то ошибся, или же он просто сейчас крайне сильно душнит. — Ты — это ты. А он… я на него смотрю и представляю, как он трахает меня на этом ебучем столе. Понимаешь? — Давай только без твоих вот этих фантазий. Чонгук поморщил нос, начиная есть пирожное, хотя хочется мяса. — Ты сам просил объяснить, почему я не могу с ним нормально заговорить. Вот тебе и причина. Чимин начал спокойно есть, то и дело оглядываясь, чтобы посмотреть на своего официанта, за которым заедет в семь вечера. — Ну-ну. Я же не думал, что ты… Договаривать Чон не стал, махнув рукой, как бы этим самым говоря, что эта тема пусть будет закрыта. На данный момент совсем не хотелось говорить о том, кто кого на столе будет трахать. Сейчас есть проблемы намного серьёзнее. — Так, кстати, что у тебя там с компанией дяди? — Ничего хорошего. Все как будто хренью страдают. — Чонгук отпивает горячий кофе. — Пытаюсь реанимировать производство, но пока стоим на мёртвой точке. Чимин кивнул и задумался, хотелось помочь другу, но чем? Тот явно откажется от финансовой поддержки. — И какие же твои следующие шаги? Чонгук тяжело вздыхает. Он и сам особо не понимает ничего. Но все же делать что-то нужно. Когда тонешь, нужно двигать руками и ногами, чтобы удержаться на поверхности воды. И это понятие присутствует в бизнесе. «Хватайся за хороших работников, чтобы не остаться с нулём на счету». — Сегодня нашли ещё одного парфюмера. Приглашу его, будем надеется, что он поможет сделать что-то годное. Чонгук тихо посмеялся, он совсем не уверен в том, что этот парень поможет. Хотя нужно верить в лучшее. Чимин поджимает губы, пытаясь придумать то, что могло бы помочь другу. Если и этот новый парфюмер ничего не сделает годного, то можно ставить крест на производстве. — Может, этот завод переделать под что-то стоящее? Ну, например, хотя-бы пошив нижнего белья, сейчас это прям востребовано. — Какое нижнее бельё? Дурачок совсем? Что мне делать с оборудованием, которое у меня уже есть? Чимин в очередной раз закатывает глаза, смахивая с лица огненные пряди волос. Пак приподнимает одну бровь, смотря на Чогука, как на маленького ребёнка, которому нужно всё объяснять от и до. Возможно, сейчас бы Чон сказал что-то годное, но он устал от частых раздумий. На сегодняшний день не осталось сил ни на что. Даже звонить этому Тэхёну нет желания. Но в работе нет такого понятия «не хочу», есть только «надо». — Ну не тупи, — Чимин наклонился через столик ближе к собеседнику. — Нужно это всё продать и вот тебе первые вложения в новый бизнес. Я, так уж и быть, буду твоим первым спонсором. Эти слова заставляют задуматься. Чон опустил взгляд на чашку со своим кофе. Кривое отражение собственных глаз в горячей жидкости было пугающим. Чонгук точно не знает, кажется ли ему или нет, но в этом отражении он увидел усталость и опустошенность. Возможно, это всё связано с постоянной работой, которая не отпускает и не даёт спокойно вздохнуть полной грудью. И эта самая работа стала огромной стеной между Чонгуком и личной, семейной жизнью. — Да, если и в этот раз коллекция будет провальной, закрываю это производство и начинаю всё с чистого листа. Это уже меня задолбало. — Ну вот, другое дело. Уверен, всё будет превосходно. Чимин хотел было продолжить говорить, но в зале снова появляется Юнги. И на лице Пака растянулась улыбка, как у умалишенного. — Может, хватит на него смотреть так пристально. — Не могу перестать это делать, он такой красивый. Чонгук состроил недовольное лицо и достал из внутреннего кармана своего пиджака телефон. Нужно было проверить все уведомления и сообщения. Но, к счастью, не оказалось ничего серьёзного. Это даёт надежду на хороший сон. Альфа убрал смартфон обратно и продолжил пилить взглядом друга, который, в свою очередь, не мог оторваться от официанта. Замкнутая система, которая приостанавливалась на короткое время, когда Юнги уходил отдавать или же забирать какой-либо заказ. — Ладно, пойду я. А то мне ещё договориться с новым парфюмером нужно. Чимин пропустил это мимо ушей, продолжая смотреть на своего брутального и сексуального официанта. Чон оставил деньги на столе и, не прощаясь, покинул заведение. Головная боль от плохого сна дала о себе знать. Альфа заказал такси, он не хочет тревожить водителя, которого отпустил по своим делам. Чон едет обратно в офис, нужно забрать документы о новом парфюмере, потом уже направляться в своё логово. Мысли о доме совсем не успокаивают разум. Чонгук не хочет туда возвращаться, ведь теперь там совсем пусто и одиноко. После ухода и предательства любимого человека находиться в своей квартире нет желания. Возможно, на это влияют пустые полки, которые когда-то были забиты разными вещами любимого. Чонгук думает, завести себе собаку или же кошку, но есть понимание того, что этим созданиям нужно внимание и любовь, и как можно больше. И альфа понимает то, что не может дать ни одного, ни другого. Находиться без отношений легко и в то же время нет. Ведь, когда ты один, ты никому ничего не должен и живёшь только для себя, ты не можешь придти вечером домой и просто лечь в объятья любимого человека. Жить без отношений — это значит повесить на свои плечи тяжёлый груз, который одному нести слишком тяжело. Друзья — они словно шуты. Они не дадут загрустить и помогут отвлечься от проблемы. Но это ненадолго. У друзей своя жизнь и рассказывать корень своей проблемы им крайне глупо. Но, когда есть пара, с которой ты переплёл свою судьбу, груз на плечах становится легче. Ведь есть опора, есть тот, с кем ты можешь поплакать и разделить свою боль и радость. Чонгук массирует переносицу. Найти себе кого-то не составит труда. Но где гарантии, что этот «кто-то» не изменит и не предаст? После отношений, которые кончаются на измене партнёра, перестаёшь видеть себя. Даже у самого красивого человека появятся комплексы. Чонгук зашёл в свой кабинет, поправляя запонки. Только сейчас Чон опускает на них взгляд и недовольно рычит, тут же их снимает и выкидывает в мусорное ведро. — Сука… Альфа садиться за стол, открывая документы. Симпатичная фотография омеги уставилась на него. Чонгуку безразлична внешность, главное, чтобы только этот омега смог сотворить что-то стоящее. Альфа достаёт телефон и начинает быстро набирать цифры. Просто нужно договориться завтра на встречу и идти спать. — Да? Спокойный низкий голос на том конце приятно врезается в уши. Под рассказы с таким-то голосом хотелось засыпать. — Здравствуйте, вас беспокоит Чон Чонгук, директор фирмы АйЭль. Я хотел бы предложить вам работу в моей фирме. На том конце Чонгук слышит тихое размеренное дыхание. Альфа ждёт ответа, чтобы продолжить говорить. — Какие условия работы? — Мы можем завтра встретиться и обсудить всё «от и до». И снова тишина. Альфа покорно и терпеливо ждёт ответ. — Хорошо, скиньте мне адрес по смс и время, куда я должен подойти. Завтра всё обсудим. Чон довольно улыбается. Ему нравится этот подход и то, что его не начали расспрашивать обо всём на свете. — Что ж, тогда завтра буду вас ждать. Чонгук, как только получил положительный ответ, завершает звонок. «Все дела закончены» Альфа отправил быстро адрес и время по смс, после чего только откидывает телефон и прикрывает глаза. Сон тут же овладел разумом, от чего Чонгук принимает неудобную позу, от которой будет болеть шея. Хотя боль — это последнее, о чём нужно беспокоиться. Кошмары. Они преследуют на протяжении пяти лет. Каждый раз Чонгук вскакивал в холодном поту, задыхаясь от собственного страха. В таких пробуждения Чон совсем не видит реальности. Он видит только тот ужас, который ему довелось пережить. Холод просто окутывал с ног до головы, и появлялось фантомное ощущение, что всё тело было мокрым. Что холодный поток ветра вонзает иглы в тело, которое дрожит с каждой минутой всё больше и больше. Это замкнутый круг, из которого выбраться самостоятельно — невозможно. Нужна была помощь. Нужна была рука, которая замкнёт систему. Нужен был тот, кто подаст эту спасительную руку помощи.