Запах Эвиона

— Эй! Перестань! Тэхён недовольно морщится, стараясь оттолкнуть от себя Чонгука, который всё пытается поцеловать его живот. — Ещё чуть-чуть, пожалуйста, ну последний разочек дай поцелую… Чонгук старается достать губами до своей цели, но в этот раз не получается. Омега уворачивается, победно задирая голову. — Нет, хватит. Ты и так что-то совсем офигел. Чонгук тяжело выдохнул и сел на диван. Больничный запах на данный момент совсем не напрягает. Было непонятно, связано это с тем, что альфа старается забыть о прошлом, или с тем, что рядом Тэхён. Тэхён, который носит его ребёнка. Омега поглаживает чуть выпуклый животик, отворачиваясь спиной к Чонгуку. Нужно было делать вид неприступной личности, что очень плохо получается. Тэхёну нравится, когда альфа целует его, когда обнимает и говорит всякие нежные слова. Ким готов просто растаять в эти моменты. Взлететь на небо, но окончательно сойти с ума ему не даёт самодовольная улыбка альфы. — Ну, тигрёнок, пожалуйста, дай я поцелую нашего малыша… Омега тихо фыркнул. — Это только мой малыш, не забывай. — Это эгоистично с твоей стороны! Я участвовал при его создании не меньше твоего, так что давай без этого. Омега закатил глаза и поднялся на ноги. Он быстро пошёл к кабинету врача. — Всё, не ходи за мной. Тэхён зашел в кабинет, оставляя растерянного Чонгука одного в коридоре. Он не понимает, что сделал не так опять, чтобы его оставили, как собачку. Альфа прикусывает губу, нервно начиная дёргать коленом. Сегодня они должны узнать пол малыша и его состояние. И Чонгук волнуется очень сильно, так как боится, что врачи скажут, что что-то не так. Альфа смотрит на дверь. Хочется забежать туда и начать трясти врача, чтобы тот рассказал всё, что творится с его ребёнком. Но от этого действия Чонгука отделяет строгий взгляд Тэхёна, который явно будет недоволен. А разочаровать беременного омегу — это последнее, что хочется делать. Альфа нервничает, покусывая снова губу. Пятнадцать минут для него показались вечностью. И когда омега вышел, он тут же подбежал к нему, хватая не сильно за предплечья. — Кто? Кто у нас там получился? Тэхен не сдерживает улыбки. По началу знакомства с Чонгуком он думал, что это чёрствый, неподдающийся на какие-либо эмоции человек. Но, узнав получше, он понял, как ошибался. — У нас будет девочка, — Омега осёкся, тут же прочищая горло. — То есть у меня будет девочка-альфа. Доминантный альфа. Будет здоровая маленькая леди… Чонгук запищал и тут же обнял Кима, целуя его при этом в щёки. — Маленькая принцесса. Альфа тут же встаёт на колени, начиная покрывать поцелуями выпуклый животик. — Эй, ты чего творишь? — Целую маленькую прекрасную принцессу. Я… так рад, что с малышом всё хорошо. Чонгук не может сдержать слёзы, от чего тут же прячет лицо в складках одежды Тэхёна. — Эй. Ты чего плачешь? Тэхён растерянно бегает взглядом по фигуре в ногах. — Нет… или да… я не знаю… не знаю, я просто сейчас так счастлив… Омега поджимает губы. Он понимает, что для Чонгука этот малыш тоже важен, он тоже имеет значение в жизни молодого и успешного альфы. — Вставай. А то подумают, что я тебя до слёз довёл. Что тиран… Чонгук поднимается на ноги, снова обнимая омегу, носом уткнувшись в его шею. — Тэхён… я… я не смогу без тебя. Можешь… Ким понимает, что хочет сказать альфа. Он тоже хочет быть рядом с кем-то, любить и быть любимым по-настоящему. Раньше омега даже и думать не хотел, чтобы нарушить договор и позволить Чонгуку жить рядом. Но, наблюдая за его искренностью и заботой, мнение о договоре поменялось. Поменялось не только мнение, но и чувства. Тэхён осознаёт, что очень привязался к Чонгуку. Что симпатия, перерастающая в любовь, толкает навстречу. — Давай попробуем жить вместе? Тихо шепчет омега, начиная гладить волосы альфы. Такие мягкие и нежные прикосновения успокаивают. В который раз Чонгук убеждается в том, что этот омега — его маленький спасательный плот. — Ты ещё спрашиваешь? Конечно… поехали за твоими вещами и ко мне. Ещё полгода назад Чонгук думал, что никогда не сможет довериться кому-то помимо Чимина. Но сейчас он идёт под руку с омегой, которому хочется не только довериться, но и положить свою жизнь к его ногам. Чонгук думает о семейной жизни рядом с Тэхёном. Думает о том, чтобы в дальнейшем заключить с ним брак и растить маленькую малышку вместе. Семейная жизнь — это то, о чём Чонгук мечтает с детства. — Я есть хочу, у тебя что-нибудь найдётся? Тэхён хочет снять обувь, но Чонгук был быстрее. Он садится на корточки, помогая. — Я могу приготовить тебе что-нибудь или заказать. Что хочешь? Альфа улыбнулся и повёл Тэхёна в сторону. — Хочу тортик. И… и свиные рёбрышки! Чонгук тихо смеётся. — Хорошо. Тогда лучше закажу. А то до вечера буду мучиться с твоим заказом. А маленькую принцессу заставлять ждать нельзя. Тэхёну нравится такое обращение к ребёнку. Нравится то, что альфа ведёт себя не как все. — Хорошо. Хорошо. В момент наступила тишина. Нет, она не была неловкой или, что ещё хуже, неприятной. Наоборот. Эта тишина ассоциируется с комфортом, уютом, семьёй. Тэхён решает понаблюдать за чужим поведением. И если всё также будет продолжаться, он полностью довериться альфе. Но, несмотря на хорошее расположение, омега не перестанет вредничать. *** — Ну Чимин, ты чего? Обиделся? Чимин скрещивает руки на груди, недовольно фырча. Он обиделся на Мина за то, что тот не захотел с ним просто посмотреть фильм. Да дело даже не в фильме, а во времени, которое они проведут вместе. Когда они, по их мнению, незаметно будут касаться друг друга, делиться впечатлениями и мнением о сюжете. — Отстань! — Ну Чимин, я же… я правда не могу, у меня… — Юнги запнулся. Не может же он сказать, что готовит сюрприз. — В общем, не могу я. — Что это у тебя такое важное может быть?! Мин помассировал переносицу. — Чёрт, Чимин, если я скажу, то уже я буду обижаться и очень сильно. Прощения долго придётся просить тебе. Чимин замирает. Он будто обдумывает чужие слова. — Говори. Пак всё же решил не мучить себя догадками, и лучше попросить прощения, чем умирать от ревности. Юнги потёр шею рукой и быстрым размашистым шагом отправился в комнату. Его не было буквально пару минут. После Мин подошёл вплотную и заглянул в глаза Чимину. — Уверен, что хочешь сейчас об этом знать? Былая уверенность Пака исчезла. Сейчас ему стало страшно, вдруг Юнги захочет разорвать отношения. Вдруг он понял, что ему не нравятся альфы. Всё внутри кричит: «Нет, не уверен, я передумал, ничего не говори!» Но тело противоречит разуму, заставляя Чимина произнести совсем неуверенное: — Хочу. Юнги прикрывает глаза, собираясь с мыслями. Мин засунул руку в карман, доставая оттуда чёрную бархатную коробочку. В ладони Юнги этот предмет выглядит совсем крошечным. — Я хотел тебе сделать… предложение? — Юнги и сам не уверен в том, что он хотел. — Просто понимаешь, я думаю о тебе, и эти мысли просто пожирают меня. Я понимаю, что я не люблю тебя… Юнги замолчал, словно обдумывая, что сказать. От этих слов дыхание перехватило. Чимин в непонимании уставился на альфу, глотая ком в горле. Пак не понимает, если последние слова правда, то зачем этот весь цирк с коробочкой из-под кольца? Знакомство с мамой… — Не любишь? — Нет… то есть. Я как будто одержим тобой. Хочу быть рядом. Смотреть на тебя… просто смотреть, даже когда ты просто спишь. Чимин сжимает собственные предплечья. — И? — И я понимаю, что рано, но я хочу тебя сделать своим женихом. И плевать мне на то, что скажут окружающие. Я хочу, чтобы наши отношения стали официальными. Чимин глотает ком в горле и, не сдерживаясь, обнимает своего любимого. — Да! Я согласен! Согласен! Пак готов прыгать от радости. И это не может не радовать самого Юнги. Мин обнимает Чимина, сжимая в руке коробочку с кольцами. На душе обоих стало легче. Юнги готов пустить слезу, но, дабы не показаться слабым, отстраняется и поворачивается спиной. — Я хотел подготовить ресторан для тебя и всё такое, а ты заставил меня говорить здесь и сейчас. Всё, я обиделся. Чимин всё понял и не сдержал ехидной улыбки. Он обнимает Юнги со спины, невзначай касаясь самого низа живота под футболкой. — Я готов просить на коленях прощения. Долго… — шепчет Пак, кончиками пальцев заползая под резинку домашних штанов. — Так, как только ты захочешь. Юнги тихо рыкнул под нос. А ведь такое ему нравилось. — Что ж. Мне нравится. Мин взял одну из рук Пака и надел на его палец колечко. — О, мой господин, позвольте мне пасть перед вами на колени и… — Позволяю, только ротик просто так не открывай. *** Спустя 2 года Чонгук не знал, что заключая с кем-то договор, вы неосознанно заключаете свои жизни плотными нитями судьбы, которые рано или поздно снова пересекутся. — Нет! Ты её не получишь! От этих слов захотелось кричать. Точно так же, как и младший. Ведь было обидно. Но Чон понимал, что обижаться он не имеет права, ведь добился того, что есть. — Не кричи, пожалуйста. Тэхён полетел к альфе, желая влепить ему пощёчину, но Чонгук будто предугадал это и словил руку омеги. Он бессовестно и жадно впился в губы Кима, не позволяя тому отстраниться. Тэхен хотел изначально оттолкнуть от себя Чона, но он не смог. Он давно заметил за собой какую-то слабость к этому человеку. Этот поцелуй остудил омегу, и как только Чонгук отстранился от губ Тэхёна, слетел несдержанный стон. — Я люблю тебя и возвращаться к бывшей не стану. Ты и малышка Миён для меня смысл жизни. Тэхён, мне противно от неё, от воспоминаний о ней мне тошнит. Я не променяю тебя и нашу принцессу на того, кто когда-то предал меня. Тэхён шмыгает носом. — Мою. — Что? — Мою принцессу. Миён по договору только моя, и ты не имеешь на неё никаких прав. Чонгук тихо засмеялся и обнял Кима, медленно поглаживая его голову. — Ты мой муж уже как полгода. Не забывай. — Это ничего не меняет. Чон улыбнулся. Он понял, что Тэхён обижен и немного напуган из-за ревности, поэтому промолчал. Недавно на порог дома явилась бывшая девушка и начала вешаться на шею. Тэхёну, конечно, стало неприятно, и тот стал закрываться. — Чонгук… Тихо произносит омега, обнимая крепче альфу. — М? — Ты правда не бросишь меня? Я же… я же сейчас не в лучшей форме. У меня остались растяжки… живот ещё. — Тише. Тигрёнок, я без ума от тебя. Нет, твои растяжки — это естественно. А твой животик — это очень мило. — Но у меня до сих пор лишний вес. Чонгук засмеялся, перемещая руки на округлые ягодицы. — Это мне нравится. У тебя такая попа мягкая, есть хоть за что подержаться. Умм, боже, это возбуждает. Тэхён покраснел, сжимая кофту мужа. — Та девушка, суррогатная мать, ещё не родила? Чимин говорил, что совсем скоро она родит им мальчика-омегу. Юнги ходит весь счастливый. Ким решил перевести тему на лучших друзей. — Нет. Со дня на день будет рожать. Нужно их поздравить с пополнением. Они очень хотели малыша, который будет носить ДНК обоих. Настолько сильно, что Чимин мирился с ревностью. — Он мне рассказывал, что он очень ревнует Юнги к Джиюн. Чонгук положил голову на плечо Кима, тяжело вздохнув. — Я тоже тебя безумно ревную к этому соседу. Он смотрит на твою попу. Ууф, я сегодня же оставлю на ней метки. — Боже, я же никому её не показываю, кроме тебя. — Вот я и хочу её видеть со своими метками… В соседней комнате раздался плачь ребёнка, и Тэхён, поцеловав в губы альфу, отстранился. — К этому вопросу мы вернёмся потом. А пока мне нужно кормить нашу принцессу… От слова «нашу» на душе стало так тепло. Тэхён ушёл в комнату к дочери. А Чонгук следом, он хочет провести время со своими цветочками. Эвион — цветок из книги, вызывающий привязанность. Но он действует на тех, кто этого сам неосознанно хочет. Чонгук, поддаваясь порыву долга, заключил контракт с Тэхёном и навеки привязал себя к нему. Тэхён — сказочный, словно многогранный цветок, что пустил корни в сердце, которое давно забыли, как любить и быть любимым.