Мечта

      Он проснулся однажды и понял, что запустил себя. Нет...не было такого. Такое только в поучительных книжках пишут. А потом следующие двести страниц льют воду, как потрясающе было приводить себя назад к порядку. Да только в жизни чаще всего ты сам за собой как раз ничего и не замечаешь. Пока однажды не окажешься в одном лифте с подтянутым загорелым парнем в солнечных очках. Или даже зима на улице, вы оба в тёплых куртках. А по грустному лицу в отражении, по синякам, которые утром совсем не замечаешь, чувствуется, что что-то не так. И это не так затем оказывается во всех сферах твоей жизни. И с пришедшим осознанием хочется уже удавиться. Вот так вот взять, подвесить верёвку за крюк, на котором до этого висела люстра и все тут. Ни тебя, ни проблем. Да только и жить-то хочется. И вернуться туда, где все ещё было хорошо. А хорошо было, кажется, все жизнь до этого момента. И столкнувшись с болью ты уже не знаешь куда себя деть, как справится.       Паша был удачлив всегда. Словно проведение всегда было на его стороне. Он родился в очень хорошей семье. Пусть и было слишком рано, оба родителя были отчаянно молоды, но это не помешало им любить его и друг друга, пронеся все эти чувства через года. Его любили и растили, словно цветок в оранжерее. Внешность отца, характер матери. Все, что хочешь, все, что пожелаешь. Однако при всей невероятной любви родители смогли передать ему все свои хорошие качества. Школу закончил с отличием. Отслужил. Пошёл в институт и там, на третьем курсе встретил будущую жену. Красивая, невероятная, её светлые волосы до сих пор иногда снились ему. Встречались два года, поженились, как полагается. Работали вместе и при этом любили. Любили, как могут любить только самые сильные люди. Они оба излучали счастье неподвластное времени. Пришло время и они решили, что готовы к ребёнку. Обоим уже за тридцать. Хорошая работа, твёрдая земля под ногами. И даже получилось сразу. Удивительно. Но счастье было недолгим. Первые же анализы супруги выдали положительную реакцию на вирус имунодефицита. Паша был в полном непонимании. И жена созналась. Что давно уже не принимала никаких таблеток, что отчаялась уже завести ребёнка с Пашей и решилась попробовать с другим мужчиной. И получилось с первого раза...только вот...В тот момент он просто не знал, что ему делать. И пока думал, сдавал анализы, все уже решили за него. -Ты хороший, правда, просто потрясающий и я люблю тебя, поэтому прошу, подпиши документы, - в тот же день она сказала, что уже сделала аборт. И весь мир перевернулся. Он не успел заразиться от нее, но, кажется, будто все равно теперь висел на той верёвке, болтаясь от порывов ветра. Он даже не мог злиться на жену, потом что любил её, даже после всего. Сердце давно превратилось в хлипкую машинку, едва качающую кровь. Оставшись один с чёрной дырой внутри он принялся делать то, что уже делали миллионы, миллиарды людей до него. Принялся глушить свою боль в алкоголе. Родители не смогли долго смотреть, как их драгоценный ребёнок разрушает себя. И как было, когда он проказничал, будучи совсем ребёнком, а папа забирал его с собой они забрали его и в этот раз. В его старую комнатку в их доме. На стенах все еще плакаты со времен студенчества. Да только внутри живет взрослый бессмысленно глядящий на мир вокруг взрослый. Дмитрий Рыков на тот момент уже был заведующим своей подстанции. Марина служила в министерстве. А потому вопроса, кто присмотрит за потерянным в болоте жизни Пашей не встал. -Пиши, - однажды отец пришёл в комнату, где темнота была извечной, и потребовал написать заявление для принятия на работу. Было так плохо, что уже без разницы. И Паша пошёл. Дни сменяли друг друга. От счастливого и солнечного человека осталась жалкая тень, которую видно было только избранным людям. Коротенькому списку самых терпеливых и преданных. С развода прошло довольно много лет. Оля была второй женщиной, с которой он спал. Стоя в душе под почти ледяной водой он не мог перестать гореть от стыда, и невероятного всепоглощающего счастья. И объяснить себе не мог, отчего её слова так подействовали на него. "Нравишься...нравишься мне". Глупая, просто дурацкая улыбка. Она же просто бросила это, как будто ничего не имея в виду. Ей нравится тело...просто давно никого не было. Ну у него ведь тоже не было. И было плевать. С момента, как узнал об измене, будто обрезали что-то внутри. В пустоту хотелось лить алкоголь, а потом спать и идти на работу. Беличье колесо не иначе. Но вчера он лишь слегка смочил рот, наслаждаясь её смущением. Её горящими щеками. Мягкостью губ. Он же правда показался крутым сегодня? Особенно после стольких лет бездействия было тяжело не упасть в грязь лицом. И надо же было так сильно возбудиться, когда уходил. Сейчас даже коснуться себя было невыносимо. Тело горело. Желая продолжения банкета, будто плотину прорвало. Если Оля сейчас зайдёт сюда, то он точно не сможет сдержаться. Пубертатный юнец... Паша сделал воду чуть холоднее, упёрся руками в стенку, прикрыл глаза. И лишь секунда темноты, а затем её лицо, зацелованные им же губы. Господи...Скрипнула дверь, которую он клялся себе смазать, а теперь был благодарен себе из прошлого. -Паш, оказывается будильник прозвенел рано, можно я к тебе? - ей не стоило приходить, потому что в голове уже пусто. Она лишь немного просовывается за дверцу кабинки, а он уже втягивает ее к себе, совсем не заботясь о том одета ли она.       Внутри невероятно прохладно, вода же холодная. Оля охает, но тут же забывает обо всем. Прижатая пылающим телом к стенке. Он целует так неистово. Так рвано, будто уже не может держаться. А когда успел так возбудиться? Они ведь только что... -Зря ты пришла, - хрипит он. Её обнажённое тело...теперь его руки на ягодицах. Он слегка приподнимает её, следуя уже не за разумом, а за инстинктами. И она отдаётся его безумию, потому что именно за ним и пришла сюда.