Судьбе шепчут только звезды

Дома Сонджун ждал Чимин. Он ходил по первому этажу, словно вынюхивая и ощущая ее всем телом. Девушка, в лёгком чёрном платье длиной ниже колен входит в дом. Она отпустила Чонгука ещё у ворот дома. Его смена давно закончилась и ему нужен был отдых, потому она распорядилась так. Они договорились встретиться позже. — Надо же, дорогой муж меня встречает у порога? Я почти не пила, но так мило с твоей стороны... Соскучился? Обещаю, после душа я вся твоя. Облилась коктейлем и прямо чувствую, как от меня пахнет вишней... Она кладёт сумочку на кресло и опирается о его ручку, чтобы снять туфли в которых была. Не прямо выделяется, но однозначно лучше, чем было до. Неяркий макияж, волосы уложены на бок, но все равно что—то не то. Блеск в глазах и лёгкость в голосе? Чимин нахмурился сначала, а после удивился. Это его жена? Ее не подменили? — Зубки показала... Я просто поражен наповал, Сонджун. Ступай в душ. Он отпускает ее. Неужто так понравился ее ответ, что трогать и не стал. Он идиот, который не видел этого характера в ней. Она ему подмигнула, после подхватила туфли и направилась наверх, размахивая ими туда-сюда. — Закрою дверь минуты через две! После не пущу! — крикнула она напоследок. Так ее взбудоражило его непонимание, что хотелось играть дальше. Хотелось, чтобы он захлебывался слюнями, когда смотрел на нее. И это все после пары раз, проведенных с Чонгуком? Что же будет дальше? Пак пребывал в настоящем шоке за столько лет. Он поднимался по лестнице прямо к ее комнате. Он стоял на пороге и просто смотрел на нее. — И что с тобой стало? — он даже как-то подобрел, понежнел. Прямо лапочкой стал. Ему нравилось ее поведение. Вот это ему и нужно было. — А что не так? — спрашивает, стоя в ванной. Платье расстегнуто и летит на пол, туда же и белье. Уберут потом, за нее, надоело. Зачем жалеть всех, если потом они же о твою доброту вытирают ноги? — Немного переборщила с текилой, наверное. В голову что-то ударило. Она входит в душевую кабину и прикрывает дверь. Раз пришел следом, значит задело. Мужчина стоит на месте и рассматривает девушку сквозь мутное стекло кабины. — Хочу тебя трахнуть, — он дышит часто, сам не понимает почему. Ему просто хватило ее острого языка? — Что ты там бормочешь? Я тебя не слышу! Тут шумит вода. Девушка берет в руки шампунь и намыливает волосы, после встает под поток, чтобы смыть все это безобразие с головы, заставляя пеной стекать по телу. Дверь кабины открывается и Чимин тянет за руку девушку на себя. Хватает ее за волосы на затылке и целует в губы, облизывает их и спускается рукой к сокровенному. — Говорю, что трахнуть тебя хочу. — Не припомню, чтобы сегодня была среда, — отдает она ему той же монетой. Сама когда-то чуть ли не умоляла его сделать это, а он сказал ей так. Он отпускает ее довольно грубо. Потерпит, не страшно. Но однозначно ему нравится то, как она себя ведёт, как говорит, как даже стоит. — Доброй ночи, Сонджун... — он кинул на нее лисий взгляд и захлопнул дверки. Придется передернуть у себя в комнате. Девушка победно улыбнулась, а после продолжила прием водных процедур. В комнату она вернулась довольной собой и вечером. Она отправила Чонгуку несколько снимков из душа, пожелала доброй ночи и улеглась спать. Что творилось следующим утром? — Каша холодная и просто отвратительная на вкус. Переделать, — Сонджун берет тарелку и опрокидывает ее на пол. Ох, сколько же крови у нее попили эти люди. — Хотя нет... Хочу цезарь. С морепродуктами. Передайте повару, чтобы приготовил. И вина подайте, умрешь с голоду, пока вас дождешься. Девушка переводит взгляд на мужа и своего охранника за его плечом. Они что-то обсуждали, но отвлеклись на нее. Ну королева! Не иначе. Чон хорошо скрывал эмоции, но внутри было личико чертёнка. Пак же прямо облизывался, глядя на эту картину. Девушке принесли салат спустя десять минут и вино почти что сразу. Для Пака это было в новинку, что жена пьет вино на завтрак. Да все для него было в новинку. И какого черта она строила из себя непонятно кого столько лет, если она королева? — Чонгук! не убегай далеко! Закончу с завтраком и поедем в торговый центр и на маникюр, — она даже не спросила о планах Пака на день, хотя обычно всегда интересовалась, нужно ли ее присутствие. — О, еще в салон! Хочу сменить имидж. Волосы как мочалка... — пробубнила та. Прямо расцвела с нужным человеком. Чимин хмыкнул носом и вышел из дома. Поехал в офис с другим охранником. Чонгук сидел на кресле возле входа в дом и ждал Сонджун. Такая Пак точно теперь сможет дать отпор. Ею только и восхищаться можно. Она внутри трепетала от волнения. Самой было в новинку так себя вести, но все вокруг сразу стали такими кроткими и тихими. Даже взгляда боялись поднять на нее и это не могло не радовать. — Не слишком? — спрашивает Сонджун, сидя в машине. Единственный, перед кем она сейчас была готова стелиться пластом — это Чон Чонгук. Нет, не потому, что открыл глаза или что-то в этом роде. Потому что относился к ней правильно, с восхищением, с уважением, даже если это просто пыль в глаза. — Это было охуенно, — заводит он машину. — Пристегнись, — напоминает он ей. Чонгук нажимает на педаль газа и едет прямиком в торговый центр. У нее денег — трать не хочу. Ей можно каждый день за покупками ездить. — И где ещё три охранника? Мы же едем за покупками, — выезжает он на шоссе и встаёт в пробку. — Ай-ай... — смотрит на навигаторе. — Полчаса... Полежи пока. Подушка возле колонок. — Полчаса? — она облизывает губы, ложится на сиденье полубоком, а после поглаживает себя по бедру. — Взять бы тебя, да уволить, за то, что соблазняешь прямо на рабочем месте, но как мне потом без тебя жить? — размышляла девушка, смотря на его руки на руле. Он поворачивает голову к ней и улыбается, показывая зубы. — И чем же я тебя сейчас соблазнил? — спрашивает он искренне. Вот не понимает он. Сидит в костюме, как всегда, руки закрыты, ноги, шея воротником рубашки. — Может поехать в объезд? — Может... Может даже опоздаем немного, — она приподнимает юбочку, оголяя чуть бедро. Кажется, кому-то не стоило начинать завтрак с вина, а может, стоило и давно? Он вскидывает брови и перелезает к ней. Окна затонированы, камер в машине нет. Но зато есть девушка, которая его сводит с ума. — Хочу тебя немного подразнить... Как насчёт отдать мне свои трусики, а затем кончить от моих пальцев? — Хм... — она сделала вид, что задумалась. — А, впрочем, давай. Та приспускает белье нарочно медленно, хотя у них и не так много времени, а после отдает ему. — Пойду без них, чтобы ты только об этом и думал. Как тебе такой расклад? — Получается... Я и себя дразнить буду, — он посмеялся и свернул ее белье, а после положил к себе в карман брюк. — И почему-то кружево меня настолько сильно никогда не заводило... Его пальцы касаются половых губ, гладят их, а после как змейки ползут снизу к клитору. Она уже влажненькая, поэтому можно спокойно заводит пальцы. Чонгук кладет ладонь на затылок девушки и прижимает к себе, чтобы целовать сверху, а снизу играть с ней. Он двигается медленно, выводит ее из себя. На стояк уже давит ткань настолько сильно, что она просто сейчас разорвется. Та прижимается к нему всем телом, двигает бедрами навстречу, заставляя его входить и выходить из нее, целует мокро, страстно, уже сама едва держится, чтобы не снять с него штаны, но это не по правилам. Он должен доделать дело. Она постанывает в поцелуй, играет с ним языком в ответ. Так приятно, что голова идет кругом. Мужчина ускоряет движение пальцами, заставляя салон машины слушать хлюпающие звуки. — Как же хочется тебя трахнуть... Чтобы машина дергалась в разные стороны... Но знаешь, проблем не хочется тебе, потом в СМИ писать будут, что ты с охранником спишь... — он срывается на бешеный ритм и целует ее. — Скажу, что потеряла сознание... И ты делал мне искусственное дыхание...— она смеется, а после прогибается ему навстречу, громко вскрикивая от наслаждения. Все-таки довёл. Чонгук рассмеялся, а после достал пальцы и облизал их. — И кто ещё кого соблазняет... — он опустился к ней и стал вылизывать дочиста, чтобы следов не оставляла после себя. Улики ни к чему. Ее репутация не должна быть подорвана. — Да чего ты дергаешься, красотка? Я же просто почистил тебя. Натворил тут дело-о-в. Она под ним скулит, чуть сводя ножки вместе на автомате. — Решено... Сделаю длинные чёрные когти, а потом оставлю ими следов на твоей спине... — произносит с блеском в глазах. — Уа! — восхищённо крикнул Чонгук, оставаясь сидеть рядом с ней. — Да хоть задницу. Он снова прилипает к ее губам и сжимает ее бедро. — Все, закончили на сегодня... Или на сейчас? — Это уж как пойдет, мистер Чон, это уж как пойдет.