Прикоснись ко мне

      Пройдя сквозь кирпичную стену платформы девять и три четверти, Гермиона почувствовала приятную дрожь в коленках, как и каждый год, когда она отправлялась в лучшее место на земле. Гарри и Джинни вызвались проводить девушку и не переставали подшучивать над тем, что ученики будут выть и лезть на стену от её повышенной требовательности и чрезмерной загруженности.       — Зато они будут знать мой предмет на «Выше ожидаемого», — важно заявила Гермиона и обняла поочерёдно сначала Гарри, а затем Джинни. К счастью, подруга немного оттаяла и больше не заводила разговор о Роне.       — Боюсь, что Хогвартс тебя так просто не отпустит. — Уизли с чувством прижала её груди и, отстранившись, улыбнулась. — Тебе так идёт профессорская мантия!       — Спасибо, — усмехнулась та, вспомнив, как вчера Джинни сама купила ей эту мантию, потому как у Гермионы попросту не хватило на неё галеонов. Лёгкая бархатная ткань цвета ночного неба в разгар лета сразу привлекла внимание девушек, едва они вошли в магазинчик, а когда Гермиона накинула на плечи изящную материю, заметила, как в складках среди глубокого синего оттенка замерцали созвездия.       Гермиона, как и планировала, после встречи с Макгонагалл, зашла за подругой на обеденный перерыв в магазинчик «Всевозможных волшебных вредилок», где та работала. Джинни поначалу старалась держаться отрешённо, демонстрируя обиду за возникшие тайны, но быстро отошла и, узнав о предложенной вакансии, потащила подругу по магазинам. Гермиона не сопротивлялась, ей было приятно, что в их отношения вернулась былая лёгкость.       — В договоре не прописано, что мне выделят комнату, — произнесла Гермиона, похлопав по спине вновь обнявшего её Гарри. — Так что не надо со мной прощаться. Возможно, я буду дома раньше вас и угощу ужином.       — Договорились, — засмеялась Джинни и, взяв Гарри под руку, помахала севшей в поезд подруге.       Для преподавателей предоставлялся отдельный вагон, и Гермиона уверенно вошла внутрь. Если бы не профессора, девушка решила бы, что попала в обычный вагон: те же диванчики напротив друг друга, столы, правда, застеленные белыми скатертями с символикой факультетов, вышарканный ковёр между рядов и точно такие же светильники.       Приметив удалённый ото всех диванчик в конце вагона, Грейнджер направилась к нему, одновременно приветствуя профессоров и принимая поздравление о назначение на должность преподавателя ЗоТИ.       — Добро пожаловать в нашу команду, юная леди, — приветливо кивнул ей Гораций Слизнорт и продолжил рассказывать Флитвику, сидящему напротив, о каком-то необыкновенном минерале, что он встретил, путешествуя по Италии.       Взглянув на солидных ведьм и колдуний, активно болтающих и хохочущих в голос, Гермиона улыбнулась. Она и не думала, что преподавательский состав настолько дружен между собой.       Как раз в тот момент, когда девушка заняла свободный диван, Хогвартс-Экспресс дрогнул, с шипением выпустил пар и тронулся с места. Гермиона уставилась в окно и заметила бегущую за поездом мужскую фигуру. Прислонившись щекой к холодному стеклу, она заметила, что опоздавшему удалось вскочить на ступеньку набирающего скорость паровоза и скрыться в вагоне. Через несколько минут деревянная дверца, отделяющая их от учеников, отъехала в сторону, и к ним, запыхаясь и принося свои извинения, вошёл Невилл Долгопупс.       Получив свою порцию приветствий от преподавательского состава, бывший сокурсник заметил Гермиону и, округлив глаза, направился к девушке.       — Гермиона! — искренне обрадовался он и неожиданно для неё стиснул её в медвежьих объятиях. — Ты тоже здесь! Какая радостная новость.       — Невилл, могу то же самое сказать о тебе! — улыбнулась Грейнджер, приглашая старого друга сесть рядом. — Ты тоже будешь преподавать?       — Да, наверное, придётся, — усмехнулся он. — Меня попросили вести факультативные предметы по маггловедению, но моя основная работа будет заключаться в помощи профессору Стебль. Буду вроде преемника, и если ей понравится моя работа, то в следующем году она сможет уйти на пенсию, оставив мне своё место.       — Это замечательно! — воскликнула Грейнджер. — Ты всегда увлекался ботаникой, и уверенна, у тебя всё получится.       — Да, спасибо, — смущённо улыбнулся тот и встрепенулся. — Я всё лето готовился, экстерном окончил педагогические курсы и даже получил диплом.       — Ого, — только и смогла произнести Гермиона, осознав, что понятия не имеет, что будет делать с учениками.       — А ты?       — Я?       — Ты же не учиться туда едешь? — произнеся это, парень резко закрыл рот ладонью и округлил глаза. — Или учиться? Решила изучить все остальные предметы, что не успела?       — Нет, — усмехнулась Гермиона. — Меня попросили временно замещать преподавателя по Защите от тёмных искусств.       — Ого! Это значительно круче.       — Круто, — грустно усмехнулась она. — Надеюсь, меня не уволят после первого же занятия.       — Этого не произойдёт.       Обменявшись ещё парочкой фраз, Невилл пересел к профессору Стебль и начал о чём-то тихонько с ней шептаться.       Дорога в Хогвартс занимала достаточно большое время и, Гермиона, скинув обувь, уютно устроилась на диванчике с книгой. Монотонный шум колёс и затянутое повествование истории убаюкивали, и, когда поровоз дернулся, входя в крутой поворот, она резко проснулась, не заметив как задремала.       Жмурясь от яркого света магических ламп, убрала книгу на столик и, потерев глаза, опустила ноги на пол.       — Не думаю, что личная жизнь каким-то образом влияет на умственные способности! — Услышала она приглушённый голос Макгонагалл. — И вы, вместо того чтобы судачить о мнимой некомпетентности, в чём я сильно сомневаюсь, лучше бы помогали юной коллеге.       — Да я просто предположила, — донёсся виноватый голос Сивиллы Трелони. — Уверена, она прекрасный специалист. Просто в её возрасте любовь превалирует над обязанностями, вот я и высказала сомнения.       Нахмурившись, Гермиона поправила края мантии и посмотрела на сидящего напротив Долгопупса.       — Это они о чём? — спросила она у читающего газету парня.       Вместо ответа Невилл сложил «Ежедневный пророк», расправил чуть смятую бумагу и небрежно протянул девушке.       Продолжая хмуриться, Гермиона приняла газету и её громко ухнувшее сердце отправило в нокаут лёгкие. Колдофото с её изображением вновь украсило обложку свежего выпуска.       Перелистнув на указанную страницу, Грейнджер довольно улыбнулась, отмечая про себя, что возможно была несправедлива к Скитер и резка, ведь женщина, несмотря на опубликованное колдофото, так или иначе её услышала.

      «Редакция Ежедневного Пророка приносит искренние извинения своим многоуважаемым читателям и мисс Гермионе Грейнджер за то, что ввели всех в заблуждение.

      Не далее чем вчера утром, 31 августа, реакцию «Ежедневного пророка» посетила всеми любимая Героиня войны. Скромная, отзывчивая девушка поспешила незамедлительно оповестить всех, кто переживал и беспокоился за неё в это нелёгкое время, что с ней всё в порядке. С каким трепетом и волнением мисс Грейнджер поделилась с нами, как пришла в ужас, узнав обо всех этих немыслимых интервью сотрудников Министерства Магии, оклеветавших невинную девушку. Конечно же мы, в свою очередь, незамедлительно решили бороться с несправедливостью и призвать к ответу виновных».

      Гермиона хмыкнула, поражаясь, как ловко Скиттер перекинула свою вину на Министерство, и продолжила читать:

      «Уверяю вас, мои жемчужные читатели, что мы не спустим это с рук и доберёмся до правды, ведь мисс Грейнджер не единственная в списке похищенных. А пока информация о других жертвах не подтвердилась, давайте не будем унывать, а верить в лучшее. Кто знает, быть может, наши любимые потеряшки, как и наша несравненная Золотая девочка, даже не догадываются о том, что их разыскивают. В связи с этим мы присоединяемся к мольбе Гермионы Грейнджер и призываем всех наших драгоценных читателей навестить своих родных и близких, вспомнить старых друзей и любимых. Один дружеский визит, письмо или открытка смогут осчастливить того, кто в этом так нуждается.

      Самые прозорливые читатели наверняка уже догадались, что сердце самой известной ведьмы нашего поколения пылает огнём и трепещет и вовсе не к своему молодому человеку Рональду Уизли.

      Неужели, самая блистательная пара рассталась?

      Мисс Грейнджер из скромности не прокоментировала свои отношения, но не будем забывать о её недавнем визите в Малфой Мэнор и загадочном путешествии, после которого только слепец не разглядит искру страсти в этих карих глазах.

Ваш борец за любовь, Рита Скиттер».

      — Вот же сука! — в голос выкрикнула Гермиона и с чувством швырнула газету на стол.       — Мисс Грейнджер! — удивлённо подала голос Макгонагалл, обернувшись к ней. — Будьте так любезны, следить за речью. Вы больше не ребёнок, а педагог!       Тяжело дыша, Гермиона заставила себя посмотреть на директрису и почувствовала, как её щеки моментально налились кровью.       — Простите, — шёпотом произнесла она, замечая, что весь педагогический состав сейчас смотрел на неё. Прочистила горло и, распрямив плечи, встретилась с недовольным взглядом Минервы. — Приношу свои извинения. Этого больше не повторится.       Макгонагалл назидательно изогнула бровь и развернулась к коллегам.       — Рона конечно жаль, но я не осуждаю, — пожал плечами Невилл, но заметив, с какой яростью взглянула на него Грейнджер, забрал свою газету и пробубнил себе под нос. — Подумаешь, любовь она такая, приходит когда не ждешь.       Гермиона с силой прикусила внутреннюю часть щеки и промолчала. Её грудная клетка ходила ходуном, лишая возможности воздуху задержаться в лёгких больше секунды. В висках пульсировало, а в горле скребло от подавленного крика ярости.       Да как она могла! Да я на неё такую жалобу напишу! Сука! Все ресницы повыдергаю! Ух, попадись она мне только! Стерва! Да я её гадкое перо в глаз воткну по кончик пёрышка, да так, что тот на черепушке с внутренней стороны мой кулак нацарапает! Вот же тварь! Выкидыш литературный!       Представляя, каким пыткам подвергнет наглую ведьму, Гермиона чуть не взревела от отчаяния. Она понимала, что не сможет уличить Скиттер во лжи, ведь та облекла слова в приторно сладкую оболочку намёков и недосказанности. Она не сделала ни одного заявления, которое можно опровергнуть, лишь догадки.       Сжав между зубами губу, Грейнджер посмотрела на Долгопупса, продолжившего изучать газету. Хорошо, что Малфой не получает магическую почту, а вот с друзьями ей предстоит очередной серьёзный разговор.       Невилл перелистнул очередную страницу и встряхнул газету так сильно, что огромные листы расправились и закрыли собой парня. И теперь первая полоса буквально требовала от Гермионы обратить на себя внимание.       — Да за что мне это! — беззвучно произнесла девушка, взглянув на своё колдофото, и захныкала.       Если к словам Скиттер ещё можно было отнестись скептически, то взглянув на снимок, исчезали все сомнения. Фоторепортёр заснял её в самый уязвимый момент, когда девушка, проходя мимо «Стены славы», задержалась у портрета Малфоя. Их лица, расположенные так близко, разделяло само время, но вопреки всем законам, их взгляды касались друг друга. Четыре секунды, слуйчайно выхваченные из её жизни показали ей то, чего Гермиона сама не замечала       Неужели я, и, правда, на него так смотрю? Великий Мэрлин, помоги!       — Мисс Грейнджер, — прервал её мысли требовательный голос Макгонагалл. — Будьте так любезны встретить первокурсников после того, как мистер Хагрид доставит их на лодках, и сопроводите в зал для распределения.       — Конечно, — замешкавшись, кивнула она, замечая, как в окнах замелькали низкие домики Хогсмида. — Я всё сделаю.       Макгонагалл задержала на новом профессоре сосредоточенный взгляд, намереваясь озвучить какую-томысль, но оставила её при себе и направилась к выходу. Гермиона последовала её примеру и, одной из первых сошла с поезда.

***

      Переминаясь с ноги на ногу, Гермиона стояла у ворот замка и ожидала, когда маленькие лодочки достигнут берега. Грейнджер сразу отметила, что слова Макгонагалл о сокращении количества учеников не шутка, и по её спине прошёл неприятный холодок. Вместо привычных тридцати-сорока первокурсников, она насчитала всего пятнадцать макушек.       Выбравшись из своих лодочек, будущие ученики Хогвартса, разинув рты, смотрели на высокие шпили башен и кучкой столпились вокруг огромного мужчины, напоминающего в своей мохнатой накидке скорее медведя, чем человека.       — Хагрид! — позвала его Гермиона, и, дождавшись, когда мужчина повернётся к ней, раскинула объятия для старого друга. — Как я рада тебя видеть!       — А я-то как рад! Невероятно! — охнул мужчина, похлопав Гермиону по спине и, вспомнив, что на них смотрят полтора десятка пар детских глаз, смущённо отстранился. — Познакомьтесь, ребятки, это…       — Гермиона Грейнджер, — выкрикнула девчонка с копной коротких кудряшек.       — Героиня войны, — подхватил пухлый мальчишка с таким же пухлым гладкошёрстным котом на руках.       — А Гарри Поттер тоже приехал? — подозрительно сощурился светловолосый паренёк с зализанными назад волосами, один в один Малфой на первом курсе.       — Нет, — усмехнулась она и обвела взглядом будущих первокурсников. — Гарри Поттер сейчас занят другими делами, но если вы будете прилежно учиться, то обещаю вас с ним познакомить. — Малышня возбуждённо зашепталась, но стоило молодому профессору открыть рот, как тут-же притихла. — Что ж, а пока я рада приветствовать вас в самой замечательной школе чародейства и волшебства. Здесь вы познаете основы волшебства, обретёте верных друзей и при должном старании станете великими волшебниками. — Гермиона выдержала паузу, давая время ученикам проникнуться её речью, и, важно оглядев всех взглядом, кивнула. — Прошу за мной.       Следующие несколько часов пролетели на одном дыхании: распределение новичков по факультетам, приветственная речь директрисы, напутственные слова преподавателей и, конечно же, праздничный пир. Гермионе непривычно было сидеть за преподавательским столом, ей постоянно казалось, что на неё все смотрят, от этого кусок в горло не лез. Однако урчащий живот и аппетитные блюда с дурманящим запахом взяли верх над мнимыми страхами. Она заметила, что блюда немногим отличались от тех, чем угощали студентов, а в кувшинах, помимо морсов и лимонадов, обнаружила вино.       — Теперь понятно, почему профессора частенько задерживались допоздна, — с усмешкой произнёс Невилл, наклонившись к Гермионе.       — Ни в чём себе не отказывайте, мистер Долгопупс, — засмеялся Гораций Слизнорт, услышавший их разговор. — На случай похмелья я подготовил парочку отличных зелий, с которыми буду счастлив поделиться.       — Отличная новость, профессор, — ничуть не смутился Долгопупс и приподнял свой бокал. — За новый учебный год!       — За новый учебный год, — поддержал его Слизнорт, как тост подхватили все учителя, а за ними и студенты. И от стен эхом отразился звон сотни соприкоснувшихся кубков.       После того как старосты стройными рядами вывели учеников из Большого зала, преподаватели ослабили завязки своих мантий и начали вести себя более расслабленно. Тихонько сидя в стороне, Гермиона с широко распахнутыми глазами наблюдала за весельем столь уважаемых ведьм и колдунов. Когда профессор Стебль прильнула к Слизнорту, и они вместе затянули печальную песенку о цветке полюбившем звёзы, Гермиона хрюкнула от неожиданности, и из её носа хлынул вишнёвый сок. Извинившись, она вышла из-за стола и хотела пойти, осмотреть свой новый кабинет, но Макгонагалл её опередила и пригласила к себе.       Пожелав всем отличного вечера, она поспешила в главную башню.       Войдя в кабинет директора, Гермиона отметила, что он почти не изменился, за исключением отсутствующего феникса и нового портрета Дамблдора.       — Вы хотели меня видеть, директор, - произнесла она заметив Макгонагалл у шкафа, куда та повесила парадную мантию, оставшись в простеньком черном платье в пол.       — Да, проходите! — женщина пригласила её на узкий диванчик, а сама опустилась на изящное круглое кресло восемнадцатого века. — Обычно все вопросы решаются до наступления учебного года, но в связи со сложившимися обстоятельствами, прошу прощения за то, что оторвала вас от празднования.       — Нет-нет, что вы, — замотала головой Гермиона. — Я сама хотела прийти к вам и уточнить детали своей работы. Как я полагаю, мне предстоит вести занятия не только у первокурсников, но и у остальных студентов, и вот тут у меня есть вопросы. — Гермиона прикусила губу, решая, как бы деликатнее сообщить профессору, что Амбридж, а уж тем более Кэрроу, предпочитали унижать и наказывать учеников, чем учить чему-то важному. — Насколько мы с вами знаем, у моих предшественников был особый взгляд на предмет и уровень знаний пятых курсов, скорее всего, не многим должен отличатся от третьекурсников, могу ли я объединять параллели на своих занятиях, если буду, конечно, полностью уверена в целесообразности таких экспериментов.       — Обычно мы так не поступаем, но я подумаю над вашим предложением.       — И ещё…       — Мисс Грейнджер, — мягким голосом перебила её профессор. — Я понимаю, что для вас всё случилось очень неожиданно и вам нужно время, чтобы во всём разобраться. Не переживайте. Несмотря на то, что занятия начинаются с завтрашнего дня, ваш предмет назначен со следующей недели. Вам же достаточно будет времени подготовиться? Продумать учебный план, подобрать для учеников литературу и подготовить кабинет.       — Конечно, — закивала Гермиона. — Это будет очень кстати.       — Со своей стороны обещаю вам максимальную поддержку. Можете обращаться также и к другим педагогам. У нас достаточно дружный коллектив, но деликатный. Если вы сами не обратитесь за помощью, то вас не будут беспокоить. Так что не стесняйтесь. Дети у нас разные по характеру, возрасту, социальному статусу… и поначалу, скорей всего, вы столкнётесь с трудностями.       — Уж это я точно знаю.       — Вы привыкли находиться с другой стороны школьной парты, и теперь детские шалости вы должны пресекать, а не возглавлять их.       — Конечно, — смутилась она, вспоминая, сколько раз её вместе с друзьями отчитывали за проказы, а сколько раз они чудом не попадались на глаза старших!       — Как я вам обещала, занятия по ЗоТИ будут проходить два раза в неделю, но на полный рабочий день, включая вечернее время. Также одно ночное дежурство. Однако это не означает, что всё остальное время вы можете отсутствовать. Планы и отчёты себя не напишут.       — Я всё понимаю. Не беспокойтесь, я знала, на что иду, подписывая договор.       Макгонагалл отвела взгляд, на секунду о чём-то задумавшись, и тяжело вздохнула.       — Ваша помощь неоценима, Гермиона, если позволите быть с вами предельно откровенной, — женщина устало посмотрела на портреты директоров и едва заметно улыбнулась учёным старцам. — Для вас, как и для меня, это всё ново. После битвы с Волдемортом замок в упадке, конечно, мы делаем всё возможное. Кабинеты и жилые помещения восстановлены, но впереди ещё столько работы. Вы не могли не заметить, как мало учеников было в зале, по сравнению с прошлыми годами.       — Нестрашно, это всего лишь вопрос времени, — как можно увереннее произнесла она. — Я сделаю всё, что от меня зависит. Возможно, смогу уговорить Гарри провести несколько открытых уроков, сделать официальное заявление…       — Дело не только в репутации школы, — ответила женщина. — Прежде чем отпустить вас, у меня есть ещё одна просьба.       — Мне дадут ещё один предмет?       — Не совсем. Понимаете, у каждого факультета должен быть декан… Я, как вы уже поняли, не могу уделять внимание какому-то одному факультету, поэтому…       — Вы хотите, чтобы я стала деканом Гриффиндора? — с энтузиазмом воскликнула девушка и заёрзала на месте. — Это такая честь для меня! Я с удовольствием…       — Не совсем… Гриффиндор я отдала мистеру Долгопупсу.       Гермиона нахмурилась, напоминая себе, что мадам Стебль и профессор Флитвк никогда не откажутся от своих факультетов, и буквально вжалась в обивку кресла от озарившей её догадки. Только не это!       — Гораций Слизнорт отказался вести Слизерин…       — Неет, — застонала девушка.       — Лишиться такого профессора, как Слизнорт, было бы просто немыслимо, поэтому я не могла настаивать.       — Директор! — взмолилась Гермиона, — как вы себе это представляете? Я гриффиндорка! Ладно бы Пуффендуй или Когтевран, с их студентами я ещё могла бы найти общий язык, но Слизерин?!       — Там учатся точно такие же дети.       — В том то и дело, что нет! Они чистокровные.       — Не только.       — Да они меня не будут ни во что ставить!       — Мисс Грейнджер, — осуждающе произнесла Макгонагалл и изогнула тонкую бровь. — Вы не побоялись выступить против самого Волдеморта! Неужели парочка несовершеннолетних снобов могут вас напугать?       — И всё же это слизерин!       — Я не заставляю любить этих детей. В этом году выбраны замечательные старосты, назначьте им помощников, и они всё сделают за вас.       Гермиона устало откинулась на спинку дивана и посмотрела на высокий потолок.       — Вы ставите меня в безвыходную ситуацию, — безэмоционально выдохнула она.       — В долгу я не останусь, можете не сомневаться.       — Но жить в подземелье я не буду! — обиженно буркнула Грейнджер, рассматривая узкое полукруглое окно под самым потолком.       — Вас никто не заставляет, — усмехнулась та. — С таким графиком работы проживать в замке вам не обязательно, к тому же, комнаты для персонала сейчас в достаточно плачевном состоянии. — Женщина поднялась с кресла, подошла к ящику письменного стола и достала кулон в виде свитка на длинной серебряной нити. — Это ваш личный многоразовый порт-ключ. Вы можете попадать на территорию замка из любой точки Британии, стоит только расправить свиток. Домой же вы можете попадать, воспользовавшись любым удобным способом. Каминная сеть в учительской с этого года вновь работает и без перебоев.       — Спасибо, — Гермиона приняла подвеску и повесила на шею. — Я могу идти?       — Не смею вас больше задерживать, — мягко произнесла директор и, взяв ладонь девушки, заботливо похлопала. — Уверяю, вы справитесь!       Гермиона выдавила грустную улыбку с плотно сжатыми губами и кивнула.       — Надеюсь, мне не нужно будет выступать с речью перед слизеринцами о том, что я их новый декан?       — Не беспокойтесь, — тихонько рассмеялась женщина. — Я всё сделаю сама. Ваше первое занятие в следующий вторник у первого и второго курса.       Выйдя из кабинета Макгонагалл, Грейнджер покрутила новую подвеску и, спрятав её за одеждой, направилась к своему новому кабинету.       Длинный коридор третьего этажа был пуст. Яркий свет многочисленных светильников отбрасывал приятный жёлтый свет на мраморные стены и согревал своим теплом. Подойдя к нужной двери, Гермиона достала палочку и, произнеся заклинание, открыла замок.       Прикоснувшись ладонью к шершавой поверхности двери, она уже хотела толкнуть её и войти внутрь, но остановилась. Нет. Для сегодняшнего дня событий предостаточно, решила она и, заперев замок, направилась к выходу из замка. Конечно, Грейнджер могла воспользоваться камином в учительской, но решила прогуляться. Преодолев несколько лестничных пролётов и парочку длинных коридоров, она без труда вышла на кратчайшую дорогу в Хогсмид, откуда планировала аппарировать домой.       Не смотря на поздний час, солнце было далеко от горизонта. Среди блеклой зелени деревьев появились сочные желтые пятна, обещая, что уже скоро всё окрасится в солнечные цвета, а воздух наполнится терпким осенним ароматом.       Выйдя на широкую улицу, вымощенную каменной кладкой, Гермиона услышала совиное уханье, и, через мгновение, в её руки упал запечатанный конверт. Наверняка кто-то из друзей решил поздравить её с первым учебным годом, — решила она.       Проследив взглядом за сипухой, Гермиона увидела, как та сделала круг и приземлилась на почтовый ящик соседнего дома, прямо рядом с ней.       — Допустим, — вслух произнесла Грейнджер и извлекла карточку плотной бумаги, приятного молочного цвета и почувствовала тонкий цветочный аромат, исходящий от послания:

      «Дорогая Гермиона Грейнджер, окажите честь встретиться со мной и выпить чашечку чая. Двери Малфой Мэнора открыты для вас в любое время.       С уважением, Нарцисса Малфой»

       Гермиона зажмурилась и ударила карточкой себя по лбу. Среди всей этой суматохи она совершенно забыла об утренней статье и позоре, на кой обрекла её Скиттер.       Часы на башне в конце улицы пробили восемь раз. Нахмурившись, она перевела взгляд на сову и нервно похлопала приглашением по ладошке.       — Перед смертью не надышишься, так ведь? — сказала она сипухе. — Если пойду прямо сейчас, то будет неприлично задерживаться больше получаса, а значит, у меня будет веский повод сбежать.       Сова, внимательно наблюдающая за ней, ухнула и, отведя в сторону одно крыло, начала чистить клювом белоснежные пёрышки.       Девушка ещё раз перечитала записку. Нарцисса не просила встретиться, она требовала. Гермиона представила, с какой яростью, должно быть, были написаны эти строчки, и поёжилась. Угораздило же её так вляпаться!       — Ладно, — решительно произнесла она самой себе, отчего сипуха перестала чиститься и вновь обратила на неё свой жёлтый взгляд. — Как думаешь, кто из нас быстрее доберётся до Мэнора?       Сова словно поняла смысл её слов: размяла лапы, царапая краску почтового ящика, расправила массивные крылья и, оттолкнувшись от воздуха, поднялась в небо.