Кровавое зимовье

Уже прошла первая неделя сентября, начиная окрашивать листья в самые яркие оттенки рыжего, красного и золотого. Бабье лето никак не хотело уходить, уже который день погода радовала солнцем и теплым ветерком. Лиза сощурила посветлевшие глаза, которые казались медово-карими от ярких лучей, и довольно улыбнулась, поправив сползающую лямку рюкзака. Уроки закончились раньше, учитель физики подхватила сезонную простуду, а одиннадцатый класс с шумным гулом вышел во двор. После недели бесконечных уроков и зубрежки ее ждало два дня выходных. Вишнякову даже удивило, что местная школа была на пятидневке, но Катя рассказала, что в деревне так проще — некоторые учителя ведут занятия в соседней деревне на выходных, а у остальных есть свое хозяйство, которому нужно уделять много времени. И такой график не мог ни порадовать, ведь шестидневка в городе ужасно утомляла. — Лиз, чем будешь занята послезавтра? — Блондинка ловко спрыгнула с каменных ступенек и звонко цокнула каблуками, несильно сжимая плечи рыжеволосой нежными ладонями. — В планах пялиться в потолок и тискать Бегемота. — Она обернулась на подругу и посмотрела на нее максимально серьезным взглядом, потому что этот план был придуман уже в понедельник. И вопрос четко дал ей понять, что этот план на «миллион» хотят сорвать. — Я все еще смеюсь с его клички… — Катя улыбнулась, засунув руку в сумку, и начала что-то усиленно искать, не замедляя темп и не смотря под ноги. А стоило бы, дорога была в ямах и камнях, на таких каблуках запросто можно было подвернуть ногу. Лиза с заботой вытянула руку к талии Кати, не прикасаясь к ней: в случае чего она бы успела ее схватить и уберечь от неожиданных травм. — А к чему вопрос был? — Вишнякова не могла ни щуриться, поэтому просто прикрывала глаза и грелась на улице после нескольких часов в холодной школе. — Приходи ко мне в воскресенье, дом за главным перекрестком, с синей крышей, пятьдесят седьмой. — Смирнова наконец нашла небольшое зеркальце и аккуратно поправила свои светлые локоны. В таком освещении они буквально блестели золотом. — Девчачьи посиделки? — Новенькая заинтересованно посмотрела соседку, стягивая резинку с туго завязанного хвоста и чувствуя облегчение, когда медного цвета волосы рассыпались по спине. Головная боль будто отступила, пробежали блаженные мурашки. — Если не считать легендарное трио, то вполне, — девушка пожала плечами и кивнула в сторону обсуждаемых. Парни стояли у ворот школы, устраивая долгожданный перекур и громко что-то обсуждая. К ним бесконечной очередью подходили другие школьники, пожимая каждому руку. — Я могу кассету притащить, папка недавно что-то привез из нового, — не сводя с друзей ехидный взгляд, Лиза предложила пришедшую на ум идею. — О, круто, я, честно, устала постоянно пересматривать коллекцию Ромки с боевиками, — Катя с облегченным вздохом одобрительно закивала, отчего свисающие серьги зазвенели. — Кать, не хочу расстраивать, но у меня тоже боевики… — Вишнякова замедлилась и посмотрела на уходящую вперед девушку, пытаясь переварить диалог. Девочки на секунду остановились и молча посмотрели друг на друга, хлопая накрашенными ресницами, а потом взорвались смехом, продолжая обсуждение и присоединяясь к ждущим их парням. Уже подходя к дому в сердце кольнула тревога, сжимаясь странным кишащим клубком нервов в груди. В последние дни после возвращения Виктора родители по-странному мирно общались, но невидимое напряжение, натянутое словно струна, сильно чувствовалось во время совместных ужинов. Рома с Бяшей ушли провожать Антона, живущего за пролеском. Они договорились встретиться завтра и вместе потопать до Смирновой, так она точно не заблудится. А сегодня, когда Лиза заходила домой, ее встретил любимый питомец, запах дорогого одеколона отца и широкая счастливая улыбка матери, от которой по спине пробежали мурашки. Инга, сколько себя Лиза помнила, никогда не улыбалась так широко, с маниакальным блеском счастья в родных медовых глазах. И новость, которая так обрадовала сдержанную женщину, разбило с грохотом что-то внутри Лизы. Развод.

•••

Каждый закат в этом месте был невероятной красоты, солнце разгоралось алым, оплавляло темные пушистые макушки сосен, окрашивая небо в малиновый цвет. Лиза сидела на крыльце дома, под боком ее грел Бегемот, внимательно наблюдая за поджатыми бледными губами и нахмуренными бровями хозяйки. В который раз кот смотрел на нее с таким пониманием, что захотелось заплакать и зарыться носом в иссиня-черную шерсть с запахом солнца. За недолгое время, проведенное с пушистым, которого Лизка взяла лишь из-за желания насолить матери, она искренне к нему привязалась и полюбила. Бегемот ласково терся головой о ее щеки, облизывая лоб, отчего стало щекотно и рыжеволосая хихикнула. Лиза перевела взгляд на злополучное окно, в котором она видела нечто жуткое с мордой волка. И видела это не только она. В последнее время сны стали спокойнее, как и почти исчезла тревога из-за темного густого леса. Сколько же тайн хранило место, в котором она провела свое детство и проводит нынешние дни… На веранде она услышала копошение, а потом к ней вышел папа, неся их парные чашки с горячим сладким чаем. Присаживаясь на ту же ступеньку, он протянул ей напиток в чашке с Зайцем, громко сюрпнув из своей с Волком. Мультфильм «Ну, погоди!» стал для них чем-то особенным, напоминая детство и светлые времена, когда Лизе еще не поставили диагноз, когда мама была счастлива вместе с ними. — Прости, Лиз, но мы решили, что так будет лучше. — Виктор посмотрел на дочь своими ясными глазами, наполненными добротой, нежностью и неким сожалением. Развод был неизбежен, она давно это понимала, но новость все равно подкосила ее и обескуражила, как внезапный ненавистный гром. — Ты заберешь меня отсюда? — Лиза уткнулась лбом в острые коленки, вытягивая руки с горячим чаем вперед, и задержала дыхание, чтобы немного успокоить сумбурные мысли. Это часто помогало ей сконцентрироваться во время уроков, но сейчас никак не получалось. Слова и воспоминания накладывались друг на друга, сплетаясь в бесконечном круговороте. — А ты хочешь? — Мужчина с надеждой посмотрел на дочь, на что она лишь опешила. Почему он сомневается? — Ты знаешь, как мне с ней тяжело. Я хочу с тобой жить, — голос ребенка дрогнул, а большие глаза заблестели от непрошенных слез, поэтому она откинула голову назад в попытке сдержать их. Видимо, родитель не хотел принимать действительность до конца. Инга не любит ее, не принимает и не поймет. — Скоро все устаканится, доучись здесь, пожалуйста. А потом, я клянусь, мы возьмем Бегемота и уедем куда захочешь, — голос у папы был пропитан такой уверенностью, что у нее не осталось ни капли сомнения. Только надежда. Лиза лишь кивнула, шмыгнув носом, отчего мужчина тихо рассмеялся с привычной хрипотцой. Виктор поцеловал дочь в висок, нежно поглаживая по волосам. Где-то в кронах яблони защебетали птицы, и кот заинтересованно приподнялся с желанием убежать в сторону шума. Ясные малахитовые глаза посмотрели на хозяйку, убедившись, что теперь она не одна и успокоилась. С чистой совестью пушистый питомец в три прыжка умчался к интересующему его звуку. Некоторое время они сидели молча, прижавшись друг к другу плечами и допивая остывший чай. Лиза положила голову на крепкое плечо отца, вдыхая родной запах, растворяясь в ностальгии и воспоминаниях из детства. Противный червячок сомнений и ненависти к себе зудел в груди, эхом отдаваясь в голове мыслями, что развод — это ее вина. Она помнила, как раньше горели влюбленностью глаза родителей, когда они смотрели друг на друга, как они нежно улыбались и танцевали под Юрия Шатунова. Как было тепло в сердце, когда они всей семьей слепили снеговиков, похожих на них, а потом устроили настоящие баталии. В тот день все батареи были заняты мокрой одеждой, а на кухне вкусно пахло блинчиками. И как сильно изменилась мама, когда Лизе поставили дислексию. Такие родные глаза начали угасать, а ласковые руки перестали перебирать рыжеватые волосы с любовью, перестали обнимать. Инга закрылась от них, поглощаемая обидой и ненавистью к проблемному ребенку. А потом, в девятом классе после переломного момента, все их общение стало состязанием без победителя, постоянно ранили друг друга словами, продолжая по сей день. — Держи, привез тебе твои любимые, — Виктор протянул маленькую жестяную баночку, в которой лежали засахаренные монпансье со вкусом вишни, полюбившиеся ей за кисловатый вкус. А еще из-за их фамилии она просто не могла не полюбить эти конфеты.

•••

Катя позвала ребят ближе к трем, поэтому Лиза нежилась в кровати и баловалась с Бегемотом, абсолютно не торопясь. Погода резко испортилась всего за ночь, небо заволокло плотными серыми тучами. Листья на деревьях становились все ярче, выделяясь среди вечной зелени хвои пламенем. Все более четко ощущалась смена сезона. Внизу гремела посуда, шумела вода и расплывались голоса из телевизора. Родители о чем-то переговаривались, если не вспоминать вчерашнюю новость, то можно было подумать, что в их семье все хорошо. Бегемот засмотрелся в окно и спрыгнул с груди девушки, меняя местоположение на подоконник, подбирая под себя мягкие лапки и удобно усаживаясь на кучу одежды, которую Лиза скинула туда и забыла убрать. — Мотя, рада, что цвет твоей шерсти повторяет цвет моего гардероба, иначе бы был скандал. — Вишнякова тепло улыбнулась, а кот только довольно сощурился и начал засыпать. Медленно спустившись, она пожелала доброго утра родителям и заняла ванную комнату, усаживаясь на край ванны, неспешно чистя зубы и залипая на трещины в старой краске на стенах. Проснуться сегодня было сложно, возможно, из-за резкой смены погоды. В такие дни Лиза чувствовала себя внезапно состарившейся бабулей, которой не хватало только толстого журнала с кроссвордами и дачными приблудами. К моменту, когда она босыми ногами прошлепала на кухню, на столе уже стояла кружка с горячим кофе, а на телевизоре мелькала очередная серия «Следствие ведут ЗнаТоКи». Каждый раз эта телепрограмма вводила ее в транс, хотелось продолжать и дальше смотреть эти детективные сюжеты не останавливаясь. — Я забыла сказать, что я к Кате сегодня, вернусь до комендантского, — девушка громко сюрпнула напиток, на манер отца, вызывая у того усмешку и приподнятые брови. — Аккуратнее там, проводят тебя потом обратно? — мужчина с отцовской обеспокоенностью пытался узнать получше, с кем будет его дочь. — Ага, Ромка с Игорем тоже там будут, — услышав имена знакомых соседских парней он чему-то одобрительно кивнул, отвлекаясь на телепрограмму. Парни эти пусть и были хулиганами, но рукастыми. Помогли ему недавно крышу залатать в бане. — Кстати, пап, а какие ты там кассеты привез? Хотим у Кати на видике посмотреть что-нибудь. — Рыжая голова выглянула из соседней комнаты, он легко отставил свой чай от себя и встал. — Сам не знаю, пошли поищем самое интересное. В итоге папа привез мутные ромкомы и очередные боевики со Сталлоне. Лиза со вздохом взяла один из недавних фильмов, который ей понравился, и засунула в сумку «Пятый элемент». Видимо, без экшена они не обойдутся. В виде закуски на вечер она закинула печенье и недавно привезенные отцом мандарины. Девушка собрала волосы в высокий хвост и накинула отцовскую олимпийку, вечером явно будет холодно. Обувшись, она попрощалась с родителями и котом, несильно хлопая дверью. Воздух на улице был свежим, прохладным и пах дождем. Девушка прошла к соседнему участку, встретившись с Ириной Сергеевной. Женщина шла из магазина с тяжелыми авоськами, одну из которых девушка взяла из ее рук и помогла занести в дом. — Ма, ну я же просил говорить мне, когда в магаз идешь, че ты тяжести таскаешь? — Рома выглянул из зала, застегивая молнию привычного черного спортивного костюма с тремя полосками. Густые темные брови парня поднялись, когда он увидел за спиной матери соседку с другим пакетом. В два шага он прошел зал и забрал у обеих сумки, поставив их на кухонный стол. — Ромочка, все хорошо, я сама не ожидала, что столько наберу. — Женщина тепло улыбнулась и посмотрела на сына с нежностью, снимая с себя вязаный кардиган. — Лизка, щас Бяшу заберем и пойдем, Тоху батя подвезет. — Парень схватил с пола рюкзак и ушел наверх, что-то бубня. — И тебе привет, Ром. — Девушка закатила глаза и присела на стул, переговариваясь с хозяйкой дома. Где-то на фоне шумело радио, а над головой трещала лампочка. Лиза честно сама не поняла, как влилась в эту компашку, но с ребятами было весело. Бесконечные приключения и косяки были неотъемлемой частью такого табора.        — Погнали. — Рома спустился обратно через пару минут, кивком показывая на дверь. Дождавшись, пока Лиза обует свои кеды, открыл ей дверь и вышел после нее.        У ворот их уже ждал зевающий Бяша.        — Дарова, на, — бурят улыбнулся и пожал ладонь друга, заглядывая тому за плечо. — О, Лизка, даров!        Троица двинулась по проселочной дороге в сторону главного перекрестка, обсуждая все подряд: от бешеных младшеклассников до их недавней стрелки в соседней деревне. Девушка вглядывалась в знакомые дома, деревья и фонарные столбы, казалось, что каждый предмет в этом месте нес для нее память. Рука неосознанно потянулась к груди, но понимание, что она не взяла фотоаппарат — остановило ее.        — Это крапивное поле все еще тут? — Рыжеволосая хохотнула, вспоминая, как Игорь и Рома ужалили себе все: от кончиков пальцев до жопы, когда попытались украсть пару диких яблок. А маленькая она только звонко смеялась с них.        — Бля буду, у меня после того раза аллергия на крапиву появилась, на, — бурят недовольно сощурился, воспоминания из пятого класса все еще были яркими и не отпускали.        Подростки смеялись и шутили, пока не дошли до нужного дома с синей крышей. Парни уверенно прошли мимо лающего пса, как к себе домой. Лиза только поежилась и прошмыгнула за ними, заходя на веранду и поднимаясь по деревянным ступенькам.        — Наконец-то пришли, долго же вы, Тоша уже тут. — К ним вышла Катя, по-доброму возмущаясь, и уже привычно обняла Вишнякову.        Они вошли в дом, и в нос ударил шлейф женских духов, древесины и влажности. Лиза сняла олимпийку и повесила ее на крючок у входа, где уже висело порядком десяти видов кофт и курток. Деревенская мода подразумевала собой самый разнообразный выбор верхней одежды, там и баньку затопить пальто и джинсовка для дискотек в местном ДК.        Антон поздоровался с ребятами, вставая из-за кухонного стола, на котором стояла пара чашек с ароматным зеленым чаем. Катя упорхнула к плите, разливая гостям напиток, пока Лиза вынимала из своей сумки печенье и мандарины. Ребята весело загалдели, пока Смирнова благодарила ее и пыталась вселить мысль о том, что это было не нужно.        — Есть цель нашей встречи или просто посмотрим фильм? — Рыжеволосая покрепче обхватила чашку, в попытке согреть вечно холодные пальцы, обводя взглядом светло-карих глаз каждого. Из-за серого неба, привычный яркий цвет глаз смягчился.        — Катюха у нас что-то типа па-рих-мак-хера, на, — Бяша еле выговорил слово и с довольным видом сюрпнул из кружки, сильно жмурясь и высовывая язык, потому как чай был горячий. — Парикмахера, дубина. — Пятифанов усмехнулся, переводя взгляд ясных льдинок на Смирнову. — Давай в этот раз без пидорских стрижек, сделай покороче и все.        Блондинка только закатила глаза и пошла за ножницами с газетой в соседнюю комнату. Катя расстелила пару листов под табуреткой, на которую сел Рома. Он спокойно стянул с себя олимпийку и черную майку. Хозяйка сразу начала мочить его волосы, не поведя и бровью, только Лиза неосознанно сжалась и засмущалась. Рома давно не мальчишка из ее детства, а уже взрослый юноша, который регулярно занимается спортом и имеет подтянутое тело. Осознание этого заставило сердце неприятно сжаться. Она обратно отвернулась к столу, пытаясь вникнуть в разговор Бяши и Антона, слегка постукивая длинными ногтями по цветастой скатерти. — Я не понимаю, что мне с Полиной делать, она постоянно за мной таскается, — блондин поправил очки и тяжело вздохнул, откидываясь на спинку стула. — Тоха, да отшей ты ее по-нормальному, че ты тянешь, — Будаев нравоучительно высказался, поглядывая на друга с ехидным блеском черных глаз и с силой дуя на горячий напиток. Ясно, не только девочки такие темы обсуждают — эта мысль вызвала у Вишняковой улыбку и заинтересованный взгляд. Подтянувшись ближе к сплетникам, она тоже решила разогнать тему с проблемами Антона, пока длинные пальцы Кати ловко щелкали ножницами и отрезали отросшие пряди темных волос. А обладатель холодных голубых глаз неотрывно смотрел на аккуратную девичью спину, по которой плавно рассыпались медные локоны, струясь к пояснице.

•••

Дела в школе не клеились: в селе, в отличие от города, более внимательно относились к ученикам, уделяя каждому время на всех уроках. Недавно после занятий Лизу вызвала Мария Алексеевна, усаживая напротив своего стола, внимательно вглядываясь в глаза и миролюбиво улыбаясь алыми губами. В карих глазах собрались паутинки морщинок и взгляд преподавателя заставил перестать паниковать, подарив некий покой. Женщина излучала тепло и доверие, поэтому многие ученики школы любили ее. — Лизонька, скажи, как проходит адаптация? — Женщина сложила свои руки на парте, откладывая стопку тетрадей на край стола. — Все в порядке, спасибо! — Девушке была очень приятна забота и заинтересованность преподавателя. В прошлой школе учителя не очень ее жаловали, поэтому их встреча с ней, казалось, будет из-за ее косяков, — а они уже начали копиться, после того момента, как она вписалась в знаменитую команду Вольтрона. — Ребята хорошо приняли? Класс все-таки немного резкий, вижу, что с Катюшей хорошо сдружились? — Карие глаза женщины были направлены прямо и смотрели так пронзительно, что Лизе хотелось ответить на любой ее вопрос. Удивительно ясный взгляд, прямо как у папы. — Да, она, Рома, Игорь и Антон мне очень помогают. — На накрашенных винным оттенком губах проступила искренняя улыбка. — Ходить в школу теперь даже весело. — Я рада за тебя, они все хорошие ребята, пусть и шебутные. — Плечи в бордовом жакете опустились после тяжелого вздоха. Это личная головная боль женщины. Лиза весело хохотнула и согласно закивала. С учебы прошло меньше двух недель, а Пятифанов на пару с Будаевым уже успели сломать баскетбольное кольцо в спортзале, вляпаться в любовные скандалы девятиклассников и на них едва не напали пятиклашки. — Выпьем чая? — Преподаватель встала и подошла к небольшой цветастой кастрюльке, в которой шумел кипятильник, звонко стукаясь о дно посуды. Из шкафчика в столе она достала светлые кружки и пару пакетиков черного чая. — Да, спасибо, с сахаром, пожалуйста, — Лиза согласно закивала, принимая из рук горячий напиток и перемешивая его алюминиевой ложечкой, которая звонко стучала об алюминиевые края. — Лизонька, нас с учителями волнует твоя успеваемость. Мы видим, что ты девочка не глупая, но твои ошибки, как бы помягче сказать, кажутся такими странными, нелогичными, — женщина на секунду замолчала, поджимая губы, обдумывая следующее замечание, — будто твои мысли куда-то перескакивают, не фокусируясь. — Мария Алексеевна, — Лиза по глазам видела некое понимание, ей от чего-то стало стыдно, но говорить правду не хотелось, — я очень невнимательная, постоянно ошибки делаю из-за того, что спешу! Учитель в мягкой улыбке поджала губы и продолжила беседу с ученицей, пока их чашки не опустели. А спустя пару дней, на уроке русского языка, терпение лопнуло. С утра она уже успела «пособачиться» с матерью, отчего настроение было и так ниже плинтуса, а отец снова уехал на неопределенный срок. Казалось, что из себя может вывести любая шутка со стороны Бяши. Лизе, честно, было плевать на насмешки одноклассников, когда ее перед классом отчитывали за глупейшие ошибки из-за ее «невнимательности» и «лени». Но когда старая грымза, Лилия Павловна, с обычных насмешек в ее сторону перешла к осуждению родителей — она не смогла промолчать. — Вишнякова, твои родители совсем тобой не занимались? Писать не научили нормально? — Учительница смотрела на нее насмешливым взглядом сквозь толстые линзы очков. Худощавые пальцы выстукивали неприятный ритм, точно попадая по нервам рыжеволосой. — Отец совсем тобой не занимается? Такую трепку бы тебе устроила за такую ересь в тетради! Класс замолк, ожидая развязки назревающего конфликта. Лиза с шумом выдохнула, отодвигая стул с мерзким громким скрипом, а Катя рядом сжалась, с тревогой наблюдая за подругой и матерью. — Я не отвечаю, когда вы всячески меня унижаете и прикапываетесь, но на родителей прошу не переключаться. Особенно на отца, иначе я перестану на все закрывать глаза и буду отвечать вам в той же манере, — Лиза говорила громко и четко, голос казался ледяным, она неотрывно наблюдала за учителем исподлобья. Янтарные глаза от злости стали совсем прозрачными. — Вишнякова! Ты кому перечишь, хамка малолетняя, — Лилия Павловна была не готова к тому, что ей станут открыто противостоять, и даже привстала из-за стола, возмущенно стукая ладонью по столешнице. Что-то треснуло, кажется, это ее последние нервы и самообладание на сегодняшний день. — Сука старая, — темно-алые губы искривились в злой улыбке, а рыжие брови поплыли наверх от удовлетворения. Одноклассники одновременно выдохнули и зашептались, время будто снова пошло. Рома с Игорем шокировано посмотрели друг на друга, пытаясь скрыть довольные улыбки. Лиза вылетела из класса, судорожно складывая все тетрадки в рюкзак и со всей злостью хлопая деревянной дверью, отчего некоторые вздрогнули, а хлипкие оконные рамы едва не вылетели из ставней. — Чтобы без родителей завтра не приходила! — голос учителя сорвался, она пыталась угомонить учеников, злобно хлопая по столу. В пустом коридоре эхом разносился звук быстрых шагов, а в голове отбивался гулкий ритм сердца. Злость буквально клокотала внутри, щеки порозовели, в крепко сжатых кулаках отросшие ногти впились в ладони, оставляя глубокие следы-полумесяцы. Она ведь не сумасшедшая. Но проблемы с агрессией все же были, как бы отец не просил ее промолчать в некоторых моментах, после двухнедельной травли от учителя и новости о разводе — она уже не выдержала. Последней каплей стали слова про папу. Он делал и делает все для нее. Он учил ее читать, он учил ее концентрации, он привил ей любовь к книгам. И этот человек сделал все, чтобы воспитать ее достойным человеком. Только вот гордости за свой поступок она не чувствовала. Девушка быстро спустилась по лестнице, заворачивая в сторону выхода. Прямо над ухом оглушающе прозвенел звонок с урока, еще минуту в ушах стоял противный писк. А потом этаж заполнили несущиеся младшеклассники с огромными рюкзаками, подростки, спешащие в столовую и учителя, идущие в следующий класс. Лиза прошла мимо вахтерши, которая даже не обратила на нее внимание, лениво перелистывая свежую газету, и вышла на улицу, делая глубокий вдох и пытаясь успокоиться. Быстро спустившись с бетонных ступенек, она остановилась у курилки и выдохнула. — Блять. — Крепко сжатые в кулаки пальцы начали неметь, от прилива гнева она пару раз ударила кирпичную стену, отчего нежная кожа стерлась и начала пощипывать. Сама же хотела, чтобы никто не знал о ее проблемах, сама язык за зубами не сдержала и теперь ее ждет какой-то пиздец. Она никогда так на учителей не кидалась, уважая их за тяжелый труд, зная, как сложно работать с детьми. Но эти вечные недовольные комментарии в ее адрес стали уже просто невыносимы, подкармливая ее червячка сомнений в мозгу, который любил наводить на неприятные мысли. А еще это была мама Кати и от этого факта становилось тошно. Она оскорбила чужого родителя, потому что не стерпела оскорбления собственных. Гениально! За спиной Лиза услышала цокот каблуков, звук этих шагов она уже четко определяла и не могла спутать с другими. Стало так стыдно, что уши и щеки просто запылали. — Нифига ты красная, вдох-выдох, Лизок, все нормально. — Блондинка улыбнулась в поддержке, хлопая подругу по спине между лопаток. — Катя, я… — Вишнякова никак не могла успокоиться в попытках найти подходящие слова. — Не парься, я же с ней живу и знаю, что она еще хлеще может быть. — Смирнова пожала плечами, доставая пачку сигарет, и чиркнула зажигалкой, вдыхая табачный дым. — Она же от меня теперь не отстанет и тебе со мной запретит общаться. — Девушка виновато поджала губы, поглядывая на курящую одноклассницу. Внезапный порыв ветра растрепал их волосы, унося за собой запах сигарет. — Переживет, давно пора было ее заткнуть, слишком много болтает! Девочки посмотрели друг на друга в попытке не рассмеяться. Этот момент показался таким теплым и надежным, что Лиза решила рассказать свою небольшую тайну. — Кать, не подумай, что я тупая, как бы сказать… Я не могу читать и писать, как вы, у меня все эти буквы переплетаются, мешаются и вообще живут своей жизнью, — Лиза тараторила не останавливаясь, нервно щелкая магнитами в карманах своей кофты. — Дислексия, да? Глаза Вишняковой округлились, она часто заморгала, хлопая длинными ресницами, не отводя взгляда от хитрого выражения лица стоящей напротив девушки. — Я заметила, как ты читаешь по линейке и как медленно пишешь, я часто думала об этом, а теперь все встало на свои места, — Катя озвучила свою мысль обыденно, разглядывая маникюр. Только довольные лисьи глаза выдавали ее настоящие эмоции. — Прости… — почему-то она почувствовала какой-то укол в сердце и одновременно облегчение. Темно-русые брови нахмурились в неодобрении. — Не за что извиняться, если ты не виновата. И не оправдывайся никогда ни перед кем, даже перед самой собой, Лиз. Девочки замолчали на некоторое время, вглядываясь в уже привычные бесконечно малахитовые кроны сосен. В голове метались мысли, подгоняя и сменяя друг друга в хаосе, отчего в висках чувствовался маленький молоточек, который бился не переставая. Блондинка сделала последнюю затяжку, туша сигарету о почерневший от пепла кирпич. Худые руки цепко схватили предплечье Лизы, обвивая его. — Хочешь, уроки вместе будем делать? Только тебя вряд ли в наш дом пустят теперь. — Смирнова растянула окрашенные в привычный розоватый блеск губы, весело смотря на подругу своим хитрым прищуром весенней листвы. — Спасибо, Кать… — рыжеволосая со вздохом облегчения покрепче перехватила чужую руку, со всей благодарностью смотря на девушку. Да, завтра будет тяжелое утро и утомительный разговор в душном кабинете директора. Да, теперь ее ждут вечные терки с Лилией Павловной, ее отчитает отец, а мать вообще из себя выйдет и закатит самую настоящую истерику с последующим психозом. Но сейчас время шло в привычном темпе, солнце слепило глаза, а в воздухе витал уже привычный аромат сигаретного дыма и хвойного леса. И все у нее будет хорошо.