Кровавое зимовье

Лиза нехотя ковыряла ложкой вязкую пшенную кашу. Обед совсем застыл и подсох, аппетита это не вселяло, даже обычно вкусная мясная котлета сегодня была пересоленной и чересчур жирной. Столовая была битком заполнена детьми разных возрастов: младшеклассники кричали и пищали в борьбе за свое место, а ребята постарше с опаской проходили мимо них в попытке не попасть под горячую руку. Катя со вздохом присела на свободное место напротив Вишняковой, с отвращением оглядывая сегодняшний обед. Подошедшая вслед за ней Полина с шумом поставила стакан приторного ягодного компота, случайно разливая часть на стол и собственные пальцы. Девичье лицо омрачила гримаса отвращения. — Ну что за день… — Одноклассницы только пожали плечами, провожая взглядом Морозову, которой пришлось помыть руки во второй раз, смывая липкий напиток. Лиза все же отодвинула от себя тарелку обеда, не найдя сил и желания для того, чтобы проглотить его. В какой-то момент показалось, что в столовой стало еще шумнее, хотя, казалось бы, куда громче? — Опять Игорь младших шугает. — Полина подошла, вытирая влажные руки белым платочком с рюшами по краям. Синие глаза недовольно смотрели в сторону умывальников, высматривая нарушителей покоя. Бяша с гоготом расплескивал воду на визжащих девчонок, временами получая по рукам за это. Пару капель попало на девочку со знакомым цветом белесых волос. Она гневно развернулась на пятках и начала громко отчитывать Будаева под смех стоящих рядом Ромы и Антона, которые только лишь довольно кивали на каждое ее слово. Потом Петров с нежностью погладил девочку по голове, а Лиза вспомнила, что его сестру зовут Оля. Замечательный и светлый ребенок из младших классов, который всегда приветливо махал Вишняковой маленькой ручкой при ее виде. Парни подошли с подносами еды примерно через пару минут, в момент, когда рыжеволосая попробовала компот и недовольно сморщилась: челюсть от количества сахара буквально свело. — Пиздец, вроде дефицит, а сахара вбухивают больше, чем сухофруктов. — Лиза недовольно цокнула, отодвигая напиток, и решила доесть хотя бы плюшку, щедро посыпанную маком. — Тебе принести чай? — Катя наклонила голову вбок, перехватывая взгляд янтарно-карих глаз, Вишнякова только отрицательно качнула головой. — Не, нам уходить уже пора, а там очередь, будто всех неделю не кормили. Настроение сегодня было капризным и вредным. С самого утра у Лизы все валилось из рук, волосы не давали привести себя в порядок, а добили ее двойкой по диктанту и отвратительным обедом. Губы сами собой поджались от обиды, а пальцы начали отбивать известный только ей ритм, звонко отстукивая на столешнице длинными ногтями. Папа часто говорил, что у всех людей бывают неудачные дни, но они проходят, стоит только хорошенько поспать и перестать злиться на все вокруг. Умом она это понимала, но выбешивало ее сегодня абсолютно все. В особенности — она сама. Рома фыркнул и подвинул к ней свой стакан с чаем, из которого отпил только лишь два глотка. Антон молча посмотрел на Катю и приподнял брови, скрывая улыбку. Катя прикрыла рот ладонью, стараясь не засмеяться. Пятифанов заметил настроение Лизы, всеми силами сдерживая себя, чтобы не наорать на нее за выебоны с самого утра. Девушка выгнула бровь в непонимании, а шатен повторил на ее манер, мысленно спрашивая: «До этого тоже доебешься?» Но Лиза тихо буркнула «Спасибо» и в несколько глотков осушила стакан, кажется, впервые за день улыбаясь. Минус одна проблема для его бедной головы. — В субботу обещают последние солнечные дни. — Катя мечтательно наблюдала за бегущими в небе облаками, подперев подбородок ладонью. — И чё предлагаешь? — Бяша заинтересованно скосил глаза на подругу, не переставая есть ни на миг. Не заткнулся даже с набитым ртом. Полина и Лиза недовольно посмотрели на бурята, тот только неловко перевел взгляд на них, а потом на свой обед, отрицательно мотая головой. Вишнякова только прыснула с реакции парня, который не до конца понял, что от него хотят, а Полина скрыла ухмылку бледной ладонью. — Давайте у меня на шашлыки соберемся, — Смирнова оглядела каждого, ожидая от всех согласных кивков, а потом посмотрела в глаза-льдинки. — Ром, занесу тебе мясо в пятницу — замаринуешь? — А че опять я? — Пятифанов хлопнул по столу, с шумом вскакивая с лавочки. Этим движением он потянул за собой и Антона, который от резкости успел только схватиться руками за стол в попытке не упасть. Рома недовольно посмотрел на Катю, которая с максимальным спокойствием сидела и разглядывала свои ногти, наивно хлопая ресничками и улыбаясь. — Не бухти. — Вы, девки, коллективно мозги сегодня ебете? — Пятифанов не мог понять, что нашло на одноклассниц, но нервы они уже успели потрепать. Причем только ему: Антон и Бяша вовсе не при делах, притворялись невидимками. — Не принимаю отказов ни от кого за этим столом. Роме осталось только со вздохом опуститься обратно, крепко сжимая челюсти так, что под смуглой кожей заходили желваки от попыток успокоиться. Лиза искренне поражалась Катей каждый раз. В девушке со внешностью ангела она никак не ожидала увидеть бесстрашный характер с явными нотками манипулятора. Она точно знала, что ее мнение не последнее в компании и рано или поздно все будет так, как ей хочется. Рыжеволосая перевела любопытный взгляд на Пятифана, у которого на шее уже вены вздулись от напряжения. Не в его стиле орать на девушек, как бы они не капали на его несчастные нервы. Если подумать, то день плохим мог быть не только у нее. — Ты, получается, вкусный шашлык умеешь делать? — Лиза говорила не громко и старалась вложить в слова все возможное спокойствие, которое так хотелось передать парню. В столовой постепенно становилось тише, обед подходил к концу. А сахар ударил в голову приливом сил и поднял настроение с планки «дно» пару пунктами выше. — Все почему-то так и решили. — Рома перевел на нее усталый взгляд, полный смирения. А вот в классе пятом он бы с матами устроил разборки и не пошел ни на какой компромисс. — Очень хочу попробовать, ты же сделаешь? — Лиза сложила ладони в молитвенном жесте, начиная канючить и хлопать длинными темными ресницами. — Ну, пожалуйста? Непонятно о чем она думала и чего хотела добиться, но Рома и так знал, что ему не отвертеться от роли заготовщика мяса. Уж лучше он сделает сам так, как нравится ему, чем потом будет давиться чьей-то безвкусной заготовкой. — Если ты мне поможешь, а то я заебался один с этим возиться. — Хорошо, Ром! Между одноклассниками встала странная тишина, а потом ребята поняли, что в столовой почти никого не осталось. Циферблат над стойкой раздачи длинной стрелкой намекал на вот-вот начинающийся урок физики, за опоздание на который каждому из компании открутят голову по правилу левой руки и выбросят в тайгу на съедение зверям.

•••

— Блин, а ты можешь поменьше жира сделать как-то? Лиза с неким отвращением смотрела на обилие белых сальных жилок на свинине, тыкая в сырое мясо хорошо заточенным лезвием ножа. Она поджала под себя ногу, удобнее усаживаясь на кухонной табуретке. Рома закатал рукава серой толстовки. — Что Катька с Полинкой, что ты… — Рома с неким удивлением посмотрел на растрепанную Лизу, забирая из ее рук нож. — Вы, девки, такое вообще не едите? Вишнякова зевнула, прикрывая рот ладонью. Каким-то образом она вырубилась после уроков и проснулась только из-за мяукающего кота, в ужасе осознавая, что опаздывает на мастер-класс по мариновке шашлыка. Выбегая в чем уснула, она надеялась, что ее саму на шампур не пустят, но на удивление, Пятифан только покачал головой и впустил. — Он для меня мерзкий… — Лиза наморщила нос с брезгливостью оглядывая приличного размера кусок мяса. Рома ловко срезал пленку и жилки, разделывая свинину на небольшие куски удобного размера. На кухне пахло множеством специй и овощей: перец, чеснок, лук и что-то особенно пряное. Лиза с восхищением вдохнула аромат и улыбнулась, парень явно знал, как сделать все вкуснее. — Тебе бы не помешало его сожрать, унесет нечисть какая в лес. — Рома перевел ехидный взгляд на девушку, которая отметила в голубых глазах задорный мальчишеский блеск. Раньше его глаза она сравнивала с отцовскими, вроде такой же цвет, но как же сильно влиял оттенок и настрой самого человека. Со временем лёд оттаял и Рома перестал казаться диким зверьком, а рядом с ним стало намного уютнее. Прямо как в детстве. — Ну, Ро-о-ом… Помогать ее позвали, кажется, только в роли группы поддержки. Этакий шут для развлечения народа. Лиза только пожала плечами на свои мысли и улыбнулась, утаскивая со стола небольшой пучок укропа. — Не «Ромкай», просто отложишь Рексу или мне на тарелку кинешь. — Парень ни на секунду не останавливался от разделки, желая закончить побыстрее, поэтому даже не обратил внимание на реакцию Лизы от его слов. Миловидное девичье лицо вытянулось в приятном изумлении, а пухлые после сна губы растянулись в широкой ехидной улыбке, янтарные глаза с задором заблестели и сощурились. Вишнякова склонила голову набок, прикрывая рот ладонью и не сводя взгляда с соседского мальчишки. — Ромка, я в тебя и влюбиться могу, если такой добрый будешь! — Ага, прям как и половина школы. — Пятифанов даже бровью не повел на шутку, смешивая специи в отдельной емкости. Лиза захохотала, запрокинув голову назад, и обнажила небольшие клыки. Рома не мог не улыбнуться из-за задорного смеха подруги. В какой момент рядом с ней он перестал испытывать напряжение и полностью расслаблялся? Вишнякова с детства была такой: зацепила его простотой и яркой улыбкой, когда вбежала на причал с мириадами звезд в светлых янтарных глазах и ворохом коротких рыжих завитушек на голове. Он с Бяшей тогда бы и не подумал, что одна девчонка сможет так сильно изменить их скучные будни, постоянно втягивая в приключения и заварушки, из которых их троих вытаскивал самый адекватный Ромка, кроя обоих друзей самыми яркими матами и оскорбительными оборотами, которым бы позавидовала даже Лиля Пал-на. — Буду основателем клуба во имя Ромки Пятифана! — Лиза привстала из-за стола, подойдя к парню, а он, заметив ее шевеление, передал в руки пару крупных луковиц и указал пальцем на нож. Намек был понят без слов. — А родаки где? — Девушка сидела на корточках у мусорного ведра и громко шмыгала носом, иногда переводя взгляд на потолок и смахивая морганием непрошеные слезы. — Я бы поболтала с твоей мамой — прелестная ведь женщина! — На сутках. — Шатен забрал из ее рук очищенные луковицы и кивнул на раковину. Лиза быстро помыла ладони и лицо и встала посреди кухни в поисках полотенца, пока о пол с шумом разбивались капли воды. — Ирина Сергеевна в магазине же работает? — Девушка в непонимании посмотрела на друга и ловко схватила брошенное в нее полотенце, пересекаясь с его взглядом. Рома только недовольно вздохнул. — Она уволилась недавно, в соседней деревне предложили получше вариант. На его ответ девушка только промычала и прошла в зал, присаживаясь на кресло коричневого цвета, заправленное тонким светлым пледом. Точно такой же висел на широком и потрепанном временем диване. Лиза сидела полубоком, наблюдая за тем, как Рома заканчивал с мариновкой. Он потянулся к полке с радио, и по дому полилась знакомая мелодия группы «Кино». Парень начал напевать себе под нос текст про пачку сигарет, тихим хриплым голосом, словно колыбель. Лиза молча наслаждалась атмосферой, прикрыв глаза. За окном начало стремительно темнеть, острые макушки елок скрылись в вечернем небе, по одной зажигались звезды. Щебет птиц и постоянное карканье ворон стихли, деревня вовсе погрузилась в тишину, лишь изредка дуновение ветра поднимало шорох опавших листьев и еловых иголок. На какой-то момент со стороны диванов повисла тишина, парень, вытерев руки кухонным полотенцем, заглянул в гостиную и ухмыльнулся. Лиза сжалась в комочек, она удобно устроилась на декоративной подушке с руками под щекой и засопела в форме креветки на кресле. Рома улыбнулся и максимально тихо прошел по гладкому лакированному полу, с минуту наблюдая за ней. Нагнулся и внимательно заглянул в лицо, в который раз отмечая удивительно симметричные родинки под глазами. Он едва остановил себя от прикосновения к холодному металлу на мочке уха, одергивая руку. Парень глубоко вдохнул, прислонив обе ладони ко рту в виде рупора, и закричал: — Подъем! — Рома, блять, у меня сердце едва не остановилось!

•••

Лиза уже собралась, поглядывая на часы, висящие прямо над кухонными стульями, и отмечая, что до выхода осталась пара минут. Инга вышла из своей комнаты, с недовольством осматривая внешний вид дочери. Женщина удобно оперлась о косяк. Девушка краем глаза заметила мать и недовольно цокнула. У входа лежала авоська с овощами и свежим хлебом — ее дань для совместного вечера, а также рюкзак со сменной одеждой. — Ты куда так намалевалась? — Инга скептически осмотрела образ дочери, кривя губы в неодобрении. Девушка обернулась и оглядела отражение в зеркале, отмечая, как хорошо сегодня легли волосы и какой ровный контур помады получился. — К Кате на шашлыки. — Под ноги хозяйки начал ластиться Бегемот, особенно сильно желая получить внимание и любимое почесывание за ушком. — Выкини ты уже эту помаду, ей-богу, как проститутка выглядишь. — Женщина не отводила взгляда от дочери, которая уже начала закипать от злости. Лиза, правда, могла стерпеть многое, крепко сжать зубы и промолчать. Но когда дело доходило до матери, чувства внутри взрывались не меньше, чем атомной бомбой. А резать словами хотелось как можно сильнее и глубже. Выгравировать едкие замечания прямо на ее холодном сердце. — Ты про себя? — Брови рыжеволосой выгнулись в удивленном вопросе, а на лице застыло притворно удивленное выражение лица. Она обернулась посмотреть на реакцию матери, которая пока держалась спокойно, только сжатая челюсть ярко говорила о ее напряжении. Что ни диалог, то кончалось такими вот оскорблениями и в злости брошенными словами, которые эхом отдавались в голове еще долгое время. — Елизавета, речь контролируй. Мать всегда переходила на ее полное имя, когда была в крайней мере недовольна. Можно сказать, даже в гневе. В такие моменты собственное имя казалось абсолютно незнакомым, ведь произносилось с явным холодом в голосе, а по спине от этого пробегали мурашки. — А ты свои ноги. Выражение повисло в доме полной тишиной, заполняя прихожую искрами напряжения, которые вот-вот могли перерасти в настоящий пожар ссоры. Лиза в отвращении нахмурилась, отчего на переносице появилась характерная морщинка. Голова вмиг разболелась, воспоминания в черепной коробке начали громко и четко отбивать ритм, показывая неприятные видения перед глазами. — Ты как со мной вообще разговариваешь, имей совесть! — Женщина взвизгнула, с шумом ударяя по косяку ладонью. Янтарные глаза метали молнии и становились совсем светлыми от ярости. В противовес им, взгляд у Лизы стал тяжелым и темным, заглядывая под тонкую кожу женщины в поиске ответа, роясь там неприятным ощущением зуда, словно от миллиона букашек. Только это были обыкновенные мурашки. — А ты ее имела, когда папе изменяла в его квартире? — Девушка стояла ровно, уверенными шагами сокращая расстояние с матерью и не сводя с нее глаз. Тон резко стал истерично-саркастичным, темно-алые губы изогнула злая усмешка. — Или имели тебя? — Паршивка, не лезь в дела взрослых! — Инга буквально процедила эти слова сквозь плотно сжатую челюсть, гневно теребя края домашнего халата. — А ты не суй свой нос в мои! — Девушка с гневом надела на себя олимпийку, с силой застегивая замок и накидывая на плечи рюкзак с вещами. — Я твоя мать! — Худощавая ладонь с ярко проступающими синими венами глухо ударила в грудь женщины, в попытке отрезвить себя от непрошенных чувств. — Я тебя таковой больше не считаю, ты предательница! В уголках девичьих глаз начали собираться слезы: не то от неприятных воспоминаний, когда она увидела голых мать и ее любовника на общей родительской кровати, не то от бессильной злости и обиды. — Лиза! — Я все сказала, не смей меня поучать, время для этого давно упущено. Обеих оглушила громкая пощечина, резко остудившая пыл. Щека девушки горела и пульсировала, мать явно не пожалела сил. Рыжеволосая с силой сжала кулаки в попытке успокоиться и отвлечься, острые ногти впились в кожу. В глазах матери она увидела странную смесь эмоций и, не желая в ней разбираться, просто отвернулась и обулась в старенькие кеды, быстро перевязывая запутавшиеся шнурки. До чего же обидно. Рано или поздно, они же могли наладить связь, могли бы однажды в мирной обстановке попить чай и обсудить ее дела в школе. Лиза бы рассказала маме про мальчика, в которого влюблена, а Инга в ответ рассказала бы историю любви с Виктором, улыбаясь от теплых воспоминаний. Они бы постарались наверстать все то время, которое Инга отдалялась от нее. Только вот горечь понимания, что женщина сама все испортила — неприятно тяготила. Ей следовало быть добрее к дочери и показывать свою любовь правильно, прямо как ее отец. А не в попытке сделать ребенка сильнее отгораживаться и вести себя холодно, дабы показать, какой мир жестокий. А жестокой оказалась только она сама. И без этой пресловутой помощи Лиза с блеском адаптировалась в мире, перекрывая все свои недостатки упорством и усердием. — Мамочка, лучше продолжай приторно улыбаться и молчать! — Лиза с почти ласковой улыбкой пропела желаемую фразу и громко хлопнула дверью, не забывая забрать авоську для вечера, удобнее перехватывая лямку рюкзака на плече. Лежавший рядом потертый Зенит был перекинут через шею и безвольно повис на красном ремешке. А перед глазами женщины кошмаром отпечатался ледяной взгляд родных глаз, неприятно кольнув в сердце. — Что же я натворила… Лиза перепрыгивала ступеньки веранды, буквально выскакивая на улицу с крыльца. Поскорее уйти, сбежать, исчезнуть и забыть. Вишнякова точно не будет плакать из-за матери. Времена, когда она пыталась получить ее расположение и ласковый взгляд, давно прошли. У нее есть папа, Бегемот и шайка авантюристов-друзей. А еще неразгаданная тайна этого места. У нее абсолютно точно нет времени думать об Инге, о чем-то сожалеть и кого-то винить. У дома уже стояли парни с пакетами, а в руках бурята и вовсе была большая цветастая кастрюля, в которую Лиза с Ромкой вчера мариновали мясо. Девушка не успела успокоить клокочущую ярость внутри. Она молча махнула ребятам в приветствии и быстро пролетела в сторону Катиного дома. Одноклассники только вздохнули, пожали плечами и пошли за рыжей бестией. Когда от участка Вишняковых была пройдена уже целая улица, друзья поравнялись с ней и встали по оба плеча. — Вишня, че такая смурная, на? — Будаев попытался начать диалог, скорчив лицо от страха, из-за чего Пятифанов прыснул, маскируя смех под кашель. У Бяши что не выражение лица, то анекдот для друга. — Бяшка, я щас с радостью бы кинула кое-кого в крапиву. — Парни отошли на шаг назад, чувствуя исходящую угрозу. Хотелось бы верить, что кинуть хотели не их. Не то чтобы худощавая девушка под метр шестьдесят могла им что-то сделать, но как говорит мать Ромки — «Лучше перебдеть, чем недобдеть». И в сложившейся ситуации он был с ней согласен как никогда. — Че, мать пилит? — Рома нагнулся в попытке разглядеть выражение лица подруги, скрытое спадающими рыжими прядями челки. — Ебанистика просто, делает вид, что она мой родитель теперь не только на людях! — Лиза в возмущении обернулась на парня, хмуря брови и эмоционально размахивая руками. Она даже остановилась от вновь нахлынувших чувств, а Рома недовольно поджал губы, протягивая мозолистую ладонь к ее лицу и поворачивая его на себя аккуратным движением за подбородок. — Что с щекой? Взгляд у юноши стал злым, а глаза-льдинки — ярче, пронизывая Лизу насквозь. И пальцы у Ромки были ледяными, охлаждая пульсирующее место удара нежным прикосновением. — Истеричка не выдержала правды. — Лиза нервно хихикнула, сделав шаг в сторону, едва не запнувшись о стоящего за ней Бяшу. Шатен только устало вздохнул и приподнял брови в полном понимании. В этой деревне, что не родитель, то полный пиздец. Взять, например, его отца или бешеную мать Будаева. — Давай рюкзак и авоську, — юноша стянул с плеча девушки ношу, закинул себе за спину, и ребята продолжили путь. — Мерси! На лице подруги наконец-то расцвела привычная широкая улыбка. Только щека по-прежнему горела и покалывала в такт клокочущей злости на сердце. В дом Смирновых с отличительной синей крышей они зашли шумным галдежом под гогот Бяши, который, наверняка, слышали аж в другом конце деревни. — Физкульт-привет! — Лиза забежала первой, заполняя помещение своим звонким голосом. — Принесла овощей и хлеба для зрелищ! На кухне их уже ждали Катя, Антон и Полина, мирно попивающие чай с баранками, а по телевизору шла очередная непонятная программа с нудным диктором. Видимо, включили ради белого шума на фоне. — А вот и основные генераторы шума подошли. — Антон деловито поправил очки, с довольным видом приняв одобрительные кивки от сидящих одноклассниц. — Э! — Бяша и Лиза одновременно возмутились и недовольно окинули каждого взглядом. Комично выглядело то, что они резко остановились, выгружая сумки, и застыли в смешных позах. — Да без нас никакого движа не было бы, на! — Игорь максимально серьезно похлопал себя по груди, жмуря раскосые черные глаза и неодобрительно хмуря брови. — Игорь дело говорит, радовались бы, а вы! — Девушка театрально приложила ладонь тыльной стороной ко лбу, изображая обморок, едва не распластавшись на полосатом ковре. За плечи ее успел схватить зашедший Ромка, уже даже не удивляясь и не обращая на актрису никакого внимания, лишь возвращая ее в вертикальное положение. — Катя, мангал там же стоит? — Юноша обменялся рукопожатием с Антоном, скидывая свою олимпийку и вешая ее на спинку стула, не забывая достать пачку сигарет и отцовскую зажигалку из карманов. — Привет, да, угли тоже там! — Катя встала, забирая пустые чашки и скидывая их в мойку. Перед тем как ополоснуть посуду, она стянула с запястья тонкую резинку, закрепляя самые короткие пряди в хвост. — Привет, Лиз! — Полина встала с мягкого стула и обняла одноклассницу, окружая ее сладким запахом, от которого голова моментально пошла кругом. Вырвавшись из объятий синеглазой красавицы, Вишнякова оглянулась и в удивлении приподняла брови, подходя к прочим продуктам для вечера. На комоде стояли банки компота, соленья, томатный соус и даже небольшой контейнер с жареными пирожками. — Кошмар, а кто самогон-то принес, я думала, без попойки обойдемся! — Основное внимание Лизы привлекли две запотевшие стеклянные бутылки, с которых стекали холодные капли — дедовское сокровище явно хранили в морозилке для лучших времен. — Полинка, — Антон без зазрения совести указал на смущенно улыбающуюся брюнетку, которая неловким движением руки заправила выбившиеся пряди за ухо. — С виду такая пай-девочка, а умудрилась стащить две бутылки. — Рыжеволосая с гордостью смотрела на одноклассницу, одобрительно кивая. Щеки Морозовой стали совсем пунцовыми от стеснения. Лиза потянулась к радио и щелкнула тумблер включения, настраивая его на нужную волну, попутно выключая бубнеж диктора из телевизора. На кухне полилась бодрая музыка, подхватываемая тихим напеванием Полины и Кати. Взгляд упал на висящие на стене рамки с разнообразными фото, на каждом из которых была изображена подруга. На одном из них на нее смотрела маленькая Катя-первоклассница с огромным букетом лилий, за которым были видны только светлые волосы, собранные пышным белым бантом, и счастливая улыбка. За плечи ребенка держала мать, знакомые красные очки тогда еще не скрывали большое количество морщин и усталый взгляд, даже Лилия Павловна сдержанно, но улыбалась. На другой рамке Лиза увидела уже повзрослевшую блондинку с шикарной густой косой, взгляд у нее был колючий и недовольный. Фото явно сделали до того рокового дня. На рамке побольше было фото с уже полюбившимися ей людьми. Ребята щурились и прикрывались от ослепляющих солнечных лучей, но абсолютно каждый счастливо улыбался. Парни стояли в легких футболках и майках, а Катя была в красивом сарафане лимонного цвета, в моменте фото развивающимся от ветра. Антон крепко держал в руке пару удочек, внимательно наблюдая за стоящим в центре Игорем, держащим огромного карпа или леща. Улыбка у бурята была настолько широкая, что совсем не скрывала щель выбитых зубов. Взгляд Лизы остановился на Роме, отчего губы сами растянулись в полуулыбке, а глаза весело сощурились. Парень стоял уверенно расправив загорелые плечи, руки привычно покоились в карманах спортивок. Глаза у него были жутко довольные, он застыл с привычным оскалом, обнажив острые клыки. И даже тут он выглядел красивым. Однако красивый говнюк — все равно говнюк. Лиза согласно кивнула своим мыслям и захихикала, возвращаясь на кухню. Она положила руки на плечи Смирновой, задавая волнующий ее вопрос: — Где я могу переодеться и оставить вещи? — О, давай отведу вас обеих. — Блондинка развернулась, вытирая мокрые руки цветастым вафельным полотенцем. Девушки забрали свои рюкзаки и засеменили за подругой на второй этаж, на котором находились всего две смежные спальные комнаты. Катя толкнула дверь дальней, впуская гостей первыми. Легкие сразу заполнил сладковатый аромат Катиных духов и запах чистоты. Если подумать, она выглядела как самая обычная подростковая комната: прямо у входа стоял письменный стол с множеством учебников и тетрадей. В отличие от рабочего места Вишняковой, тут царил полный порядок и чистота. На стенах висели пара плакатов с героями фильмов и участниками музыкальных групп. В углу стояла широкая двуспальная кровать, заправленная темно-синим пледом, а рядом — высокий шкаф для одежды. Единственное окно напротив спального места было спрятано за двумя слоями плотных и тяжелых штор. Лиза прошла к нему, одергивая ткань в сторону и запуская последние теплые солнечные лучи октябрьского солнца. Вид из комнаты почти не отличался от ее собственного — все тот же чернеющий сосновый лес с острыми пиками елок. Думать о плохом категорически не хотелось, поэтому Лиза приоткрыла окно, впуская в комнату свежий воздух с запахом хвои, а также щебет птиц и голоса друзей, разжигающих огонь. Переговариваясь с Полиной, они переоделись в одежду полегче, так как на улице стало теплее; брюнетка заколола волосы в удобный пучок, а Лиза решила не трогать свои, так как потратила на их укладку уйму времени. Пусть хоть сегодня будут красиво спадать за спину, отливая медью и золотом. — Итак, Катерина, командуй мной! — Лиза ловко спрыгнула с лестницы, возвращаясь на кухню. За ней спокойным шагом спустилась Полина, закатывающая рукава легкой хлопковой рубашки. — Помой овощи тогда и вынеси парням сразу миску под шашлык, — зеленоглазая указала пальцем в сторону мойки и продолжила раздавать указания Морозовой и Петрову с просьбой вынести стол и стулья на улицу. Все мероприятие было организовано в честь последних солнечных и теплых дней, поэтому сидеть в стареньком темном доме было бы кощунством. — Тоша, аккуратнее! С заданием Вишнякова справилась быстро, успев намочить футболку, что, в принципе, никак Лизу не удивило и не расстроило. В ее случае без этого никак. Выйдя из дома с парой мисок и мытыми овощами, она неосознанно сощурилась от яркого света и блаженно улыбнулась. Как же все-таки хорошая погода влияет на настроение… Стол уже устойчиво установили посередине двора, накрыв скатертью. В центре стояли напитки и корзинка со свежим хлебом. В голове возникли яркие воспоминания из детства, когда папа в одну из семейных посиделок поджарил дочери хлеб на костре. Вкус хрустящего ломтика с горелой корочкой плотно вбился в память и всегда дарил улыбку при мыслях об этом моменте. — Эу, Вишня, отойди, дымом же провоняешь, на! — Бяша загоготал от выражения лица подруги в момент, когда ветер сменил направление и едкий дым подул в ее сторону, заставляя сморщиться и закашляться. — А мне нравится этот запах, не ссы, Игорь. Я просто хлебушек поджарю. — Лиза отошла на шаг в сторону, нанизывая кусочек на свободный шампур, и близко наклонилась к мангалу, от жара которого плавился воздух и искажал зелено-рыжий пейзаж садовых деревьев. — Блять, Лизка, щас лохмы твои сгорят, не лезь! — Рома успел схватить упавшую рыжую прядь и откинуть ее за спину Лизы, отгоняя ее саму, проблемную, подальше от места происшествий под непрекращающийся смех Будаева. — Да ёмае… — Девушка отпрянула от огня, внимательно разглядывая кончики волос и виновато переключая взгляд на Рому, который, кажется, уже давно устал от всех выходок друзей и молча закурил. Рекс счастливо гавкнул и завилял хвостом при виде вышедшей Кати, выносящей ему еды. Полина шла следом за ней, опасливо оглядываясь на пса, а затем присела на один из стульев. Антон вынес магнитофон, и по двору полилась бодрая музыка. Все ребята были максимально расслаблены и счастливы, хотелось запечатлеть этот миг навсегда, бережно сохранив его в сердце и фотоальбоме. — Кстати, я фотик взяла, хочу совместное фото со всеми вами!

•••

— Пипец как вкусно, Ромка! Все ребята одобрительно замычали, пробуя долгожданный шашлык. Пятифанов довольно улыбнулся, пожимая плечами. — Теперь твой шашлык на втором месте моих любимых блюд, вот папа приедет, сразу позову вас на его жаркое — пальчики оближете! — Лиза заговорила с улыбкой, довольно кивая от возникшей идеи. Столь красочные дни бывают не часто, так что сделать такие посиделки регулярными стало бы отличной идеей. — А мы Лиль Пал-не не помешаем? — Полина посмотрела на Катю, которая только усмехнулась, разливая всем компот по стаканам и добавляя в него самогон только для девочек. Парни и так выпьют, им только дай шанс. — Не, у нее уроки завтра в другой деревне есть, сегодня хата наша. — Звучит как тост! — Бяша вскочил со своего места, поднимая рюмку под всеобщий смех. — Кстати, вы никогда не говорили как познакомились, — спросил Антон Рому, Игоря и Лизу, которые на миг задумались переглянувшись. — Реально? — Пятифанов вопросительно поднял бровь, закусывая мясом. — Да она же тут каждое лето проводила у бабки своей. — А потом однажды пришла к речке с огромной палкой и начала наводить свои порядки, на! — Бяша активно замахал руками, едва не опрокинув стакан, который с чудом успела словить Лиза, недовольно закатывая глаза на его фразу. — Да, боже, я просто подружиться хотела. Вы единственные дети, которых я видела каждый день! — Ага, а потом во все передряги мы попадали только по ее вине. То Бяшку в крапиву уронит, то решит на бревне поплавать и все чуть не утонут. — Рома глухо засмеялся, оперевшись щекой на руку. Он неотрывно наблюдал за яркой реакцией подруги, уши которой вмиг вспыхнули от воспоминаний о детских приключениях. — Баламуты, вы вообще-то были не против моих идей! Двор заново наполнился смехом подростков, голоса которых долго не затихали даже с наступлением ночи. Тем для разговоров было бесконечно много и не хотелось прекращать их, растягивая насыщенный день на максимум.

•••

Разошлись по комнатам ребята далеко за полночь. Лиза на ватных ногах упала на кровать и едва не пришибла Катю ударом локтя в переносицу. Блондинка успела только увернуться и шлепнуть полусонную подругу по ягодице, что-то злобно ворча. Рыжеволосая уже ничего не почувствовала, быстро провалившись в крепкий сон. Перед глазами пестрили видения, размываясь ярким сплошным пятном. Это был отличный вечер, наполненный теплыми воспоминаниями и отщелканной фотопленкой. Вишнякова проснулась внезапно, с закрытыми глазами прислушиваясь к ощущениям. Во дворе громко лаяла собака, возможно, заметила незваного гостя в виде соседской кошки или пробегающего зайчика. Под боком громко сопела Катя, прижавшись к руке подруги с такой силой, что Лиза перестала ее чувствовать. Она не знала, сколько времени прошло — вся ночь или час с тех пор, как они легли. Язык неприятно приклеился к нёбу, а нос щекотал резкий запах перегара. В доме было тихо, только ветер задувал, отчего временами скрипело дерево под крышей, издавая протяжный вой. Во рту было совсем сухо, и Лиза боролась с желанием уснуть или все же спуститься на кухню за стаканом холодной воды. Внезапно она поняла от чего проснулась так резко. Из-за знакомого ощущения взгляда, хищного и голодного. Ладонь неосознанно до боли смяла простынь, девушка напряглась, прислушиваясь ко всем чувствам внутри, какое-то время сильнее жмурясь. По лбу пробежала щекотливая капелька пота не то от липкого страха, не то от духоты в комнате. Три. Два. Один. Резко распахнутые медово-янтарные глаза наткнулись на сидящую в окне уродливую фигуру. Лиза громко сглотнула, отмечая, насколько неестественно выглядели конечности животного. Или человека? В свете бледно-желтой луны четко виднелись яркие глаза-фонарики, проступающие сквозь мятую и грязную маску птицы. Внезапный гость, кажется, только обрадовался ее пробуждению, дернувшись в предвкушении, распушив перья, странно поблескивающие в свете луны, будто их окропили чем-то темным и вязким. Например, чей-то кровью. Сова возбужденно ухнула, не отводя безумного взгляда от Лизы, и медленно развернула голову на все триста шестьдесят градусов. Было бы не так жутко, обернись она вокруг своей оси, а не словно острый клюв был стрелкой на уродливой морде-циферблате. Птица щелкнула изогнутым и ребристым клювом в тот же момент, когда раздался оглушающий хруст костей после полного оборота головы. Лиза в тревоге поджала губы, не смея отвести взгляда от окна, свободной рукой хлопая Смирнову по плечу. Все тело будто парализовало, движения были вялыми и медленными, а пальцы начала пробивать мелкая дрожь. Хрупкое стекло точно их не спасет, если тварюга решит напасть. Хлипкая оконная рама едва ли выдерживала вес этой нескладной птицы, ненадежно поскрипывая от каждого шороха выкрученных конечностей. Собрав все силы, Лиза подняла свинцовое тело. Страх уже полностью отрезвил, и тошнота начала подкатывать мерзким комом к горлу, обжигая кислотой. В два шага, босыми холодными ногами, она подошла к створке, хватаясь за плотную ткань штор, отделяемая от твари лишь тонким стеклом. В перьях все же блестела кровь. Сова тут же громко ухнула и начала скрестись острыми когтями, пытаясь выломать раму гнилым клювом. От звука вскочила Катя, одаривая Лизу осоловевшим взглядом зеленых глаз. — Что про… Договорить ей не дали. Резко схватив руку, Лиза дернула ее с такой силой, что едва не вывихнула плечо Смирновой. Рука у рыжеволосой была ледяной и мокрой, а стащив блондинку с кровати, она только бросила встревоженный взгляд на шум за окном, затворив дверь. — Ты за Полиной, срочно! Голос был охрипшим и, к самому большому удивлению, убийственно спокойным. Катя быстро взяла себя в руки и побежала в соседнюю комнату, а Вишнякова приметила рядом стоящий комод, который сразу же плотно придвинула к двери, выстроив некую баррикаду из дополнительно наставленных на него табуреток. Выхватив из другой комнаты рыдающую Морозову, Лиза тем же способом плотно задвинула платяной шкаф к двери с помощью соображающей Кати. По лестнице они едва не скатились. Полину отправили к парням, которые ничего не понимали, проснувшись от разговоров девчат и топота ног. Вишнякова проверила все ставни на окнах, плотнее закрывая каждое и не забывая зашторить, всеми силами стараясь не смотреть в чернеющую мглу леса. Казалось, задержись она хоть на секунду, оттуда вылезет черная фигура и схватит ее за горло, унося к себе на пир, окропив опавшую хвою кровавыми брызгами ее бьющегося в агонии тела. Катя заперла дверь на все возможные замки, задвигая шкаф с обувью, а Лиза прибежала с кухонными стульями, помогая выставить блокаду. У входа стоял топор, который удобно лег в руку рыжеволосой, и девушки переглянулись с истеричным блеском в глазах на перепуганных белых лицах. Ну и пробуждение. — Блять, вы че носитесь, че происходит? — Рома подбежал к девушкам, оглядываясь на лестницу, ведущую на второй этаж, попутно надевая майку. — Полинка, ты чего ноешь, на? — Бяша присел рядом с плачущей одноклассницей, переглядываясь со встревоженным Антоном. Парень успел только наощупь найти очки и надеть их. — Я-я ч-что-то видела-а в окне-е! — Брюнетка заикалась и всхлипывала, пряча лицо в ладонях. — Звери пришли. — Катя строго осмотрела каждого, с силой сжимая ладони в кулаки, да так, что наверняка останутся следы от длинных ногтей. — Чего, блять? — Рома полностью проснулся, пересекаясь взглядом с настороженной Лизой. Янтарные глаза лихорадочно блестели, а губы были сжаты в тонкую линию. Бяшу начало потряхивать. — Тихо, слышите? Где-то неподалеку заиграла незатейливая и от того пробирающая до костей мелодия флейты… Звук усиливался и не смолкал, поддерживая один и тот же ритм. В кухонное окно начали скрести, острые когти издавали оглушающе мерзкий звук. Лиза хотела выйти вперед, но ее за плечо схватил Рома, не издав и звука, просто посмотрел в ее перепуганные глаза. Парень аккуратно достал топор из цепких девичьих рук, удобнее перехватывая его, и замахнулся в сторону шума. Нечто за окном остановилось, а потом надрывно завыло, издавая хлюпающие звуки в попытке что-то сказать. Полина и Бяша затряслись с новой силой, оседая на пол и прикрывая уши. Катя присела за ними, обхватывая каждого за плечи, при этом не сводя взгляда от источника шума. Лиза в Бога не верила, но сейчас перебирала все известные ей молитвы в голове, цепляясь за каждое воспоминание о них. Наверху что-то загрохотало и с треском разбилось. Сова в доме. Громкий цокот когтей по полу раздался прямо над их головами. Бяша завыл, прикрывая рот двумя руками. Лиза крепко сжала ткань майки Ромы не в силах отпустить. Взгляд бешеных темно-карих глаз бегал по кухне в попытке понять, что им делать. Зацепившись за ножи и скалку, она быстро и бесшумно прошла за ними. По крайней мере, каждый из товарищей получит по орудию защиты, насколько возможно было назвать «зубочистки» в их руках достойным отпором острейшим лезвиям когтей и широким пастям зверей. Шум на втором этаже стих после нескольких попыток выломать дверь, которую так кстати подпирал комод. Сова заухала и зашелестела крыльями. Осколки выбитого окна с треском хрустели под цепкими когтями, превращаясь в пыль. Ребята внезапно уставились вперед, заметив движение за незашторенным участком окна. В маленькой щелочке появился кроваво-красный глаз с горизонтальным зрачком, неотрывно и немигающе смотрящим за каждым и вглядывающимся в самую душу. На какой-то момент он остановил изучающий взгляд и мелодия резко прекратилась лишь на мгновение. — Сегодня мы вас не трон-е-ем, но в следу-у-ующий раз будьте готовы стать нашим пи-и-иром. Голос у твари был блеющим и растягивающим буквы в каждом сказанном слове. Вспоминая рассказ Антона, их посетил Хозяин Леса. По спине табуном пробежали мурашки, а в голове каждого крутилось миллион вопросов. Твари без проблем могли бы зайти в дом, растерзать ребят и жадно насладиться желанной кровью, но почему же они передумали? Пытаются наиграться? Передумали? Нашли другую жертву? Звуки флейты прекратились резко, как и завывание со скрежетом когтей по стеклу. Ребята не сводили глаз с щелки, в которой уже исчез зверь. Лиза первая осторожными шагами подошла к одному из окон, Рома пошел за ней, не опуская топора. Бледная ладонь резким движением одернула ткань, и девушка едва не закричала, остановив крик комком в горле. Сова будто улыбалась и была непозволительно близко к стеклу, с нее капали темные блестящие капли крови, а разбитое стекло мерцало в облезлых перьях. Ухнув, маска начала отдаляться от дома, не сводя безумного взгляда. Только спустя мгновение ребята поняли, что шея была вывернута на сто восемьдесят градусов, а неотесанные и неестественно выломанные конечности перебирались на лад сороконожки. Лиза со вздохом схватила Рому за предплечье, с силой впиваясь острыми ногтями в похолодевшую кожу. А парень даже не дернулся, провожая фигуру взглядом, пока она не растворилась в темноте. Только вот чувство, что за ними продолжали следить, никуда не пропало, а только усилилось.