Демоны не берутся из ниоткуда

Когда они с Лордом вышли на верх, Джанет было сложно сдерживать себя, но она не хотела показаться истеричной дурочкой. — И что теперь? — выдохнула она, стараясь говорить спокойно. — Вы глава рода, этот дом принадлежит вам. А я что? Мимо? Почему вы сказали, что дарите этот дом мне? Лорд остановился, повернувшись к ней. Его взгляд был холодным, но в нём сквозила лёгкая тёплая искра. — Ты получила больше, чем просто дом, — сказал он медленно, шаг за шагом приближаясь. — Этот дом — лишь часть наследия. Истинная ценность — корни, связь с родом, которую ты теперь разделяешь со мной. — Но… — Джанет почувствовала, как горечь и обида смешиваются с волнением, — разве это честно? Я думала, что… что буду равной. Лорд склонил голову, словно взвешивая её слова, затем тихо усмехнулся: — Равной? Ты никогда не была и не будешь равной мне… по силе. Но это не делает тебя менее важной. Ты — часть рода, ты часть меня. И теперь всё, что касается этого дома и его секретов, касается тебя. Понимаешь? — Понимаю… — Джанет выдохнула, но голос её был тихим, чуть дрожащим. — И всё же… это сложно принять. Если бы не я, ты бы не воскрес… был бы жалкой пародией на Голлума. Помни, кто помог тебе! Это я пожертвовала камнем, хотя могла стать бессмертной, это я убила Джинни ради тебя! Лорд замер, глаза его расширились от ярости. Вслед за мгновением напряжённой тишины он резко поднял руку и дал Джанет пощёчину. Струна боли мгновенно пронзила её лицо, а потом его стальная хватка вцепилась в её волосы, прижимая голову к себе. — Ты меня разочаровываешь! — проревел он, голос дрожал от гнева. — Ты думаешь, что можешь говорить мне подобное?! Ты должна следить за языком, Джанет, иначе станешь такой же ненужной, как Белла! Джанет почувствовала, как кровь приливает к щекам, а сердце колотится так, что казалось, вот-вот выскочит. Страх смешался с шоком, но где-то глубоко внутри ощущалось странное, противоречивое возбуждение — магия Лорда, его власть и сила буквально давили на неё, требуя подчинения. — Ты… — с трудом выдавила она, пытаясь подобрать слова, — я… я не хотела… — Не хотела? — прервал её Лорд, сжимая волосы крепче. — Слова имеют последствия, Джанет. И если ты не научишься держать язык за зубами, ты узнаешь, что значит быть отвергнутой. Он отпустил волосы, позволив ей слегка выпрямиться, но взгляд его был не менее опасным, а тень ярости ещё долго свисала над ней, словно предвестие будущего наказания. Лорд сделал шаг назад, но его взгляд оставался неподвижным, холодным и властным. Его дыхание успокоилось, но в глазах по-прежнему сверкала тьма, смешанная с властью. — Джанет… — произнёс он низко, почти шёпотом, но каждое слово резало воздух, — у тебя огромная честь жить под одной крышей со мной. Ты получаешь возможность учиться магии у меня, проводить время рядом со мной… И всё это доступно не каждому. Он сделал медленное, размеренное движение рукой, будто обозначая пространство, которое принадлежало им обоим. — Но вместо того чтобы быть благодарной, ты выросла в капризную девчонку. Ты зазналась от моей власти, думая, что можешь позволить себе пренебрегать правилами и мной. — Его глаза сузились, в них светилась смесь гнева и разочарования. — Другие убивали, чтобы иметь ту благосклонность, что имеешь ты. Он приблизился к ней, и его голос стал ещё холоднее, сдержаннее: — Если бы в тебе не было части моей души, Джанет… — Лорд сделал паузу, его взгляд пронзал её насквозь, — если бы не часть моей души, я бы не терпел твоего дерзкого поведения. Я бы выгнал тебя из дома, не принимал бы в род. А так… я терплю, потому что вижу в тебе себя, частицу меня. История почти бы повторилась, если бы не я. Он отступил, но воздух вокруг него казался плотным, словно магия продолжала удерживать её в напряжении. Джанет почувствовала смесь страха, уважения и смутного восхищения — её сердце колотилось, а разум пытался осознать, что именно ей сказано. — Запомни это, — продолжил он, голос ровный, но твёрдый, — моя благосклонность — редкость, моё терпение — ценность. И если ты забудешь о том, что именно эта часть меня держит тебя рядом, последствия будут жестоки. Джанет опустила глаза, внутренне осознавая, что её место здесь — не подарок, а привилегия, которую нужно заслужить. Её сердце всё ещё пылало смесью волнения, страха и гордости. Молча они вышли из дома и трансгресировали к старому особняку. Даже не заходя внутрь, Лорд тихо исчез, оставив Джанет одну стоять перед массивными воротами. В груди росла тяжесть одиночества. Сердце сжималось, а мысли метались: «Почему он ушёл? Мне нужно было извиниться…» С тяжелым вздохом Джанет медленно направилась к дому. Каменные ступени казались длиннее обычного, каждый скрип пола отдавался эхом в пустых коридорах, а тьма особняка казалась ещё более густой и непроницаемой. Барти и Антонина не было — дом был пуст, лишь лёгкий ветер играл с занавесками, будто напоминая ей о её одиночестве. День медленно растекался в вечер, и Джанет сидела в кресле у окна, держа руки на коленях. Её взгляд блуждал по полу, по стенам, по пустым комнатам, а мысли возвращались к Лорду снова и снова. Она пыталась понять его поступки, пыталась представить, как ему видится их общение. Внутри неё смешались тревога, обида, тоска и надежда: «Он вернётся… он должен вернуться… Я должна извиниться… Просто пусть он придёт…» С каждым часом ожидание становилось мучительнее. Сердце то и дело подскакивало, когда в дальнем коридоре слышался скрип, но это оказывалось лишь веткой, ударившейся о окно. Джанет терзалась: «А если он забудет обо мне? Если решит, что я недостойна его времени?» — и слёзы то и дело подступали, но она сдерживалась, стараясь не показывать слабость. Ночь окончательно опустилась на особняк, темнота сгущалась, и даже слабый свет луны казался холодным и чужим. И вот в тишине раздался звук трансгрессии. Джанет резко поднялась, сердце забилось в груди так, что казалось, оно вот-вот выскочит. Но вместе с Лордом к дому пришла женщина, чьи лёгкие движения, откровенный наряд и игривый взгляд ясно говорили о её легкомысленности и доступности. Джанет замерла, сжимая кулаки. В груди взорвался шквал эмоций: ревность, обида, горечь, злость и одновременно непонимание — «Что… что это значит? Почему он с ней? Разве я… разве я не важна для него?» Словно удар током, холод прокатился по спине, а губы непроизвольно сжались. Она хотела крикнуть, хотела бежать к нему, требовать объяснений, но ноги словно приросли к полу. Её дыхание стало частым и прерывистым, а в голове роились мысли: «Он обещал… он принял меня в род… А теперь… что это? Разве я была просто очередной игрушкой?» Слёзы подступили к глазам, и Джанет почувствовала, как обида и тоска слились в непроходящую тяжесть, давя на грудь, мешая думать и двигаться. Она стояла у окна, наблюдая, как Лорд и женщина исчезают в доме, ощущая себя маленькой, забытой и растерянной. Внутри бушевала буря противоречивых эмоций: жгучая боль от разочарования, холод от одиночества, смятение и тревога за то, что их связь только что обрела неожиданный, болезненный оттенок. В этот момент Джанет поняла, что ночь будет долгой, полной ожидания и мучительных вопросов, на которые не было готового ответа.

***

Сидя в гостиной, опустив голову на руки, Джанет ощущала, как ревность сжигала её изнутри. Каждый звук из спальни Лорда отдавался в ушах словно удар — это была жёсткая пощёчина, наказание для неё. Лёгкие стоны, смех и крики женщины напоминали Джанет о том, что она остаётся наблюдателем, лишённой права на власть или внимание в этом доме. Он показывал ей её место. Сердце колотилось, дыхание сбивалось, а в груди словно разрывалась смесь гнева, боли и бессилия. Но она не была Беллой, не послушной псиной. Она не собиралась терпеть такое отношение к себе. Наконец, она поднялась. Её пальцы дрожали, но решимость постепенно брала верх. Джанет направилась в свою комнату, взяла новую, не зарегистрированную волшебную палочку — лёгкий, почти невесомый инструмент силы, который она успела хорошо освоить. Её пальцы крепко сжимали палочку, ощущая в ней возможность хоть немного уравновесить ситуацию, вернуть контроль, пусть на мгновение. Вернувшись в гостиную, Джанет устроилась так, чтобы видеть лестницу. Каждое движение, каждый шаг любовницы Лорда не ускользнет, она готова действовать. Ожидание тянулось мучительно медленно. Джанет держала палочку в руках, ощущая её удивительную податливость. Она была словно продолжением самой её сущности, слушалась её воли без малейшего сопротивления. Палочка казалась сильной, идеально подходящей для тёмной и запретной магии, и это давало ощущение уверенности — она могла влиять на события, пусть и осторожно, пусть и скрытно. Её глаза блестели в полумраке, дыхание стало ровнее, тело напряглось, готовое к любой неожиданности. — Лишь бы она спустилась … — прошептала она, скользя взглядом к лестнице. — И пусть Лорд увидет… Тишина гостиной казалась одновременно безопасной и гнетущей. Сверху доносились приглушённые звуки, лёгкий шум, шёпот и секс — Джанет понимала, что Лорд с женщиной на верхнем этаже занимаются интимной близостью. Спустя время женщина, почти голая, начала осторожно спускаться по лестнице. Джанет почувствовала, как всё внутри напряглось — смесь гнева, обиды, тревоги и тёмного возбуждения, желание восстановить контроль над ситуацией. — Ну что… понравилось тебе трахаться с ним? — голос Джанет был стальным, и в нём чувствовалась непреклонная решимость. — Тебе понравилось быть с ним, грязная шлюшка? Женщина остановилась на середине лестницы, посмотрела на Джанет с откровенной дерзостью. Губы её изогнулись в лёгкой, насмешливой улыбке: — Конечно, понравилось, дорогая… — произнесла она мягко, но с явной наглостью, будто вся её дерзость была вызовом. — И, смею сказать, я явно ему тоже понравилась. В груди Джанет вспыхнул внутренний огонь. Пальцы крепче сжали палочку, а в глазах появилась смесь злости, обиды и неприкрытого вызова. Вся уверенность женщины, её дерзость и наглость, только усиливали ощущение несправедливости, которое разрывалось внутри Джанет. — Ты всего лишь шлюха, которую выгонят завтра же утром, — прохрипела Джанет, стараясь сохранять спокойствие, но голос дрожал от гнева. — Ох, кто-то ревнует, маленькая глупенькая малышка? — Женщина захихикала, её смех режущим эхом прозвучал в гостиной. — Он тебе небезразличен? — Мне плевать на него! — выдохнула Джанет, но в словах сквозила дрожь. — Ты — временная… проститутка, и он никогда не полюбит тебя. Женщина подняла бровь, полностью спустившись вниз, и шагнула ближе, словно наслаждаясь каждым мгновением. — Ах да? — её глаза сверкнули. — Разве ты думаешь, что имеешь право так говорить? Он выбрал меня прямо сейчас, и это факт. Ты для него… просто обуза, которую он терпит. Джанет почувствовала, как напряжение в теле достигло предела. Она сжала палочку, дыхание участилось, а разум метался между желанием броситься на женщину и страхом быть замеченной Лордом. — Обуза?! — выдохнула она, пытаясь взять себя в руки. — Ты смеешь так говорить?! Думаешь, я позволю тебе унижать меня в моём же доме? — Ох, дорогая, — женщина склонила голову, её голос был одновременно игривым и вызовным, — тебе явно не хватает уверенности. Но смотри… — Она шагнула ещё ближе, почти нависая над Джанет, — у меня есть его внимание, и, смею заметить, оно доставляет мне удовольствие гораздо сильнее, чем тебе. Джане внутри разгорелся ледяной гнев. Она понимала, что палочка в руках — единственный способ хоть как-то вернуть себе контроль. Но её действия должны быть точными. — Смотри на меня внимательно, — сказала Джанет, сжимая палочку. — Я не та, кого можно так просто унижать. Женщина лишь усмехнулась, дерзко, вызывающе, словно бросая Джанет вызов. Ярость внутри Джанет взяла верх. Её глаза вспыхнули алым светом, наполняясь безумием. В голове не было ничего, кроме жажды наказания, мысли о мести и необходимости привлечь за наглость. Сердце колотилось, а дыхание стало резким и прерывистым. Она не заметила, как сама подняла палочку и, с бешеной решимостью, направила её на женщину, швырнув заклинание Круцио. Женщина вскрикнула, изогнулась от внезапной боли, словно каждый нерв ожил, отдаваясь электрическим током по телу. Джанет почувствовала странное удовлетворение — жажда мести и гнев переплелись с холодным наслаждением от того, что наказание достигло цели. — Ну что теперь? — прорычала Джанет, глядя на корчасшуюся женщину. — Не такая смелая, да? Хочешь мне ещё что-нибудь сказать? Крики, казалось, растянулась на вечность, прерываемая только пронзительными стонами и тяжелым дыханием женщины. Атмосфера в гостиной была густой, словно воздух пропитался магией, злостью и запретной энергией. И в этот момент в дверях появился Лорд. Его взгляд скользнул по сцене: Джанет стояла над недавно ещё его любовницей, глаза горели красным, вся фигура напряжена, а руки сжимали палочку, словно готовясь к следующему удару. Она подняла взгляд и встретилась с его глазами. В её взгляде горела та же холодная, неизбежная ярость, что когда-то пылала в его собственных глазах. Лорд мгновенно всё понял: это не просто гнев — это отражение его собственной тёмной сути, осколок его души, проявившийся в ней. И в этот момент он осознал, насколько она стала похожа на него: та же решимость, та же непреклонность, та же скрытая, опасная сила, которую невозможно остановить без последствий. Он стоял, наблюдая, как её ярость разгорается, как она полностью поглощена жаждой наказания и власти, и не спешил вмешиваться. Ему было интересно увидеть, насколько далеко она сможет зайти, испытывая пределы собственной силы и готовность следовать за тьмой внутри себя. В ней отражался он сам, её действия были одновременно пугающими и удивительно знакомыми, словно он наблюдал собственное прошлое, ожившее в чужом теле. — Авада Кедавра! — выдохнула она сквозь зубы, и палочка в её руках сияла тёмным светом, будто впитывая всю её злость и гнев. Луч зелёного света вырвался из конца палочки, летя прямо к женщине. Она замерла, её глаза расширились от ужаса?но Джанет не сомневалась ни на мгновение. Всё внутри неё кричало: наказать, уничтожить, убить.