Бифлифы. Другая История.

Хэ Сюань не знал, в какой момент его жизнь так круто повернулась. Снова. И когда только он успел привязаться к этому противному Повелителю Ветра?! Как говорится, от любви до ненависти - один шаг. А от ненависти до любви? Два? Десять? Сто? Тысяча?... Как ни странно, раньше всё было проще и понятнее. Его жизнь никогда не стояла на месте, и, уж тем более, не становилась лучше... Когда он был молод, он мечтал о счастливой жизни в кругу семьи, самосовершенствовании и, в далёком будущем, вознесении. Он чувствовал радость жизни и стремился брать от жизни всё самое светлое. Когда затем он потерял своих родителей, свою возлюбленную, и треклятый Водный Тиран, - да пропади пропадом его имя, - сломал его будущее, он пал, но всё-таки нашел для себя новую цель - стать лучшим из худших и отомстить. Однако, хоть он и стал одним из Четырех Великих Бедствий, сильнейшим он не стал, но это больше не было его целью. Со временем приоритеты изменились. Он стал сильным демоном, которому стали подвластны водные просторы и мифические водные твари, коих в его владениях было навалом. Но затем появился чёртов Хуа Чэн, который превзошёл всех из ныне живущих - подчинил себе мир демонов и запугал небожителей. Его боялись Все. И Хэ Сюаню ничего не оставалось, кроме как подчиниться - когда Хуа Чэн одолжил ему деньги, Хэ Сюань знал, что ему придётся их отдавать. Он просто не ожидал, что это затянется так надолго. Но, тем не менее, он покорился, принял новые правила игры, и честно отрабатывал долг Градоначальнику, хотя и понимал, что вряд ли теперь выберется из этого болота. Не Черновод был злым - он был не виноват. Так повернулась жизнь,судьба посмеялась над ним, удача его покинула, и он мог рассчитывать лишь на себя, и снова был вынужден бороться, чтобы выжить в этом мире. К тому же, помимо других сложностей, он был вынужден работать на Хуа Чэна, выполняя его приказы, в том числе - шпионить на Небесах, где, к своему невезению, ему пришлось якшаться с младшим братом Ши Уду - молодым Повелителем Ветра, Ши Цинсюанем, от которого его воротило чуть ли не так же сильно, как от самого Ши Уду. Но что поделать - ради конспирации и получения информации пришлось терпеть эту занозу, который имел своеобразные вкусы, трещал без умолку со всеми наперебой, считал всех своими друзьями, и регулярно втягивал Хэ Сюаня в свои авантюры. Спустя долгое время, полное одиночества, тяжёлого труда и вынужденного рабства, внезапно ситуация улучшилась - он смог отомстить Водному Тирану за все свои жизненные злоключения - ведь именно из-за него он, в итоге, пришел к такой жизни! - Если бы не его коварные козни, Сюань уже сидел бы рядом с другими небожителями на Вышних небесах, пил вино, раздавал заслуги и делал ставки на Празднике Тысячи Фонарей... Он отомстил. Он убил эту тварь - этого гнусного небожителя, строящего из себя невесть что, кичащегося своей властью и положением, который коварным обманом затащил своего не менее мерзкого брата на Небеса, тем самым лишив Хэ Сюаня ВСЕГО! О, если бы кто-нибудь знал, сколь велико было его наслаждение, когда он оторвал башку Водного Тирана! Сладкий звук ломающихся с громким треском шейных позвонков и разрываемой плоти медовым бальзамом разлилось в его ушах, наполняя всё естество невероятным теплом и удовлетворением. Самопроизвольная кровожадная улыбка расцвела на блендом, всегда холодном лице, и стальной блеск злорадства полыхнул в двух омутах его глаз...ОН ПОБЕДИЛ! А затем он услышал крик. Душераздирающий вопль, что рвал перепонки, отдаваясь острой болью в мозгу, приносящий пустоту в душу, и сковывающий тело ужасом. Хэ Сюань остолбенел. Для него это было шоком. Он не мог себе даже представить, что однажды чувства, так давно запечатанные в сердце, и сокрытые под маской надменного безразличия, могут быть снова вырваны на свободу из заточения каменной души. В этом крике он услышал всё - боль и отчаяние, ужас бесповоротности и желание умереть - и каждое из этих чувств было подобно цунами, накрывающее маленький мир на берегу всепотопляющей волной чувств. Он будто снова пережил все эти чувства вместе, и каждое в отдельности - они отдавались в его груди набатом, казалось, холодное сердце вот-вот проломит грудную стенку, и, увеличенное раз в пять, выплывет наружу, оглушая окружающих бешеным стуком. Прошло всего несколько коротких мгновений, а, может быть, минут... Ещё не затих крик юного Повелителя Ветра, а в голове Хэ Сюаня успели промелькнуть тысячи мгновений и образов - вся его долгая, но такая поломанная жизнь. В кровоточащей душе мужчины разгорелась яростная битва - как лёд и пламя смешались холодное удовлетворение, подбивавшее расхохотаться, и жаркая боль, опалившая сердце, и пробудившая жалость, сокрытую под ледяной коркой... Постойте. Жалость?! С чего это ему чувствовать жалость? Он получил то, чего желал несколько сотен лет, прожитых в муках и тяжкой рутине. Жалость. Жалость к кому?! К противному брату своего злейшего врага, на которого он и взглянуть без отвращения не может?! Жалость. Пф! Это невозможно. Этого просто не может быть. Он не должен чувствовать никакую жалость. Сейчас в его израненной душе должно разлиться счастье и умиротворение - чувство выполненного долга. Чувство Победы. Но....нет. Он чувствует совсем не это. Он чувствует другое. Пожар в душе растет всё больше, и, кажется, будто этот нематериальный огонь уже начал лизать его внутренности. Душевная Борьба только началась. Так что же победит - Наслаждение, или какая-то Жалость, которой не пристало даже мельком появляться на задворках сознания в момент его триумфа?! Победитель предрешён, ведь как может быть иначе? - И Владыка Черных Вод, Чёрная Вода - Погибель Кораблей, Демон Чёрных Вод Сюань, натягивает на лицо улыбку, знаменующую его полноправную, единоличную победу. Окинув равнодушным взглядом неприметную фигурку Цинсюаня, корчившегося на полу, демон равнодушно бросил: - Не хочешь ничего сказать? Окинув остекленевшим взглядом окружающую обстановку, юноша прохрипел: - Я хочу умереть. - Размечтался, - хмыкнул Хэ Сюань. Протянув руку, он коснулся лба Цинсюаня, затем подхватил в одной рукой обмякшее тело Ветерка, другой - голову его любимого старшего брата, и скрылся в дальних покоях Чёрного Дворца. ### Он кричал. Кричал долго и громко, срывая голос и будто бы разрывая на части саму душу. Он не знает, как долго здесь находится, и что от него нужно. Он помнит лишь боль и тьму. Не знает, сколько времени он провел в беспамятстве, прежде чем очнуться от блаженного неведения. Лучше бы ему не очнуться. Но... больше он не бог, удача покинула его вместе со всем, что было ему дорого, в одно мгновенье. В помутившемся от ужаса произошедшего сознании, стоило только отойти от забытья, мелькали, как калейдоскоп, события последних дней его жизни в образе прекрасного бога. Вот он радостно щебечет с Наследным принцем, вот - задорно пихает локтем вечно хмурого Мин-Сюна, вот - стоит рядом с любимым старшим братом, таким красивым, сильным и заботливым, который, хоть и учит его жизни и часто ворчит, но всё же бесконечно любит его, Цинсюаня... Потом - полная неразбериха - кругом все ссорятся, Мин-Сюн вовсе не его лучший друг, а злейший враг его старшего брата - тот самый Хэ Сюань, Черновод. Он что-то говорил - что-то немыслимое, невероятное! Из потока информации Ши Цинсюань уловил что-то насчёт судьбы, удачи, и его брата.... Но это было невозможно. Этого не могло быть! Его брат не такой! Он не мог... Не мог так подставить другого в угоду себе! И, что самое ужасное то, что выходило так, что всё произошло из-за него, Ши Цинсюаня, хоть и не по его вине, но касалось это их обоих. Он не мог в это поверить. Не мог допустить даже на одно мгновение, что Ши Уду был способен на такой низкий поступок. Он хотел поговорить с братом - услышать лично от него, что это всё ложь и выдумка - ужасная ошибка... Но на разговоры не осталось времени. Его брат не сказал ни слова, чтобы опровергнуть обвинение, и, понимая, что ситуация безвыходная, решил погибнуть с высоко поднятой головой, ни мгновения не жалея о своём поступке. Тогда, пока казалось, что ещё не стало слишком поздно, Цинсюань хотел исправить эту ужасную ошибку, извиниться, и хоть как-нибудь загладить их с братом вину, хотя он сам и не желал быть замешанным в это дело. Если бы он только знал, какой ценой досталось ему положение! Он никогда бы не согласился на такой шаг. Юный, глупый бог оказался обманут. Младший господин Ши всегда свято верил в то, что сам достиг успеха - ведь искренне мечтал стать небожителем, старался по мере возможностей, и большую часть вопроса списывал на свою удачливость. Но сейчас он был готов отдать что угодно - и сан небожителя, и удачу, и гордость - лишь бы их отпустили, и он с братом вернулся домой. Тогда, отбросив страх, гордость и желания, он воззвал к своему другу - своему дорогому Мин-Сюну, с которым он так тесно дружил, и верил, что в его душе осталось хоть капля человечности. Он упал на колени, воздевая руки к грозному Демону Чёрных Вод, моля о прощении... Но всё было тщетно. В душе Сюаня не промелькнуло и искорки тепла и доброты. С ледяной усмешкой на губах он сделал молниеносное движение - и голова Ши Уду с мерзким звуком отделилась от тела. Цинсюань замер, сраженный ударом в самую душу, не веря, что это - реальность... Его будто парализовало, а внутри что-то ухнуло вниз, а потом оборвалось. И он закричал. Это был неописуемый вопль раненого зверя, потерявшего всё, кроме собственной ненужной теперь жизни, но не способного умереть. Потом всё оборвалось: прикосновение холодных пальцев ко лбу, и его поглотило забвение.